Дело № 2-6/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 февраля 2019 года г. Белокуриха

Белокурихинский городской суд Алтайского края, в составе:

председательствующего Омелько Л.В.,

при секретаре Котенко Г.А., Астаховой Г.Е.,

прокурора Стешиной О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью Санаторий «Родник Алтая» о возмещении морального вреда причиненного здоровью гражданина, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью (далее по тексту - ООО) Санаторий «Родник Алтая» о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 рублей, в связи с производственной травмой, ссылалась на то, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она состояла в трудовых отношениях с ответчиком, работала в должности 

<

данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ, без соответствующего приказа, устным распоряжением, ее перевели работать 

<

данные изъяты> на процедуру фитобочка, для этого провели обучение. В ее обязанности входило уборка врачебных кабинетов, мытье полов, ванн, а также неукоснительное выполнение распоряжений медицинской сестры.

ДД.ММ.ГГГГ, она находилась на рабочем месте. Примерно в 13 часов 30 минут, на одно время пришло несколько пациентов и медсестра не успевала всех пациентов рассадить по фитобочкам, поэтому дала ей (Скороход) распоряжение усадить пациентов в 3 и 4 бочку. Фитобочки высокие, поэтому для удобства усадки в них пациентов установлены скамеечки, которые не зафиксированы удерживающими устройствами. Она усадила в фитобочку пациента и начала его укрывать. В это время поднялась на скамеечку, однако скамеечка накренилась, она не удержала равновесия и упала. 

В результате падения сломала руку, в последующем установлен диагноз 

<

данные изъяты>.

В течении длительного времени она проходила лечение, однако функции руки в полной мере до настоящего времени не восстановлены. Она является инвалидом и у нее не в полной мере функционирует вторая рука. Поэтому в настоящее время она не может в полной мере обслуживать себя и семью. Не может почистить овощи, выжимать тряпку половую, застегивать замки на сапогах, так как напряжение на руку вызывает болевые ощущения.

В судебном заседании истица ФИО1, ее представитель ФИО2 иск поддержали по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ФИО3 иск признала частично, признала тот факт, что ФИО1 находилась на своем рабочем месте, выполняла трудовые обязанности, не оспаривала того факта, что распоряжения медицинской сестры ФИО1 воспринимала как обязательные для исполнения, не оспаривала того факта, что падение произошло на рабочем месте и тот факт, что в результат падения ФИО1 сломала руку, однако полагает, что размер компенсации морального вреда завышен. Работодатель, по заявлению ФИО1 выплатил ей компенсацию 10000 рублей, а также произведены все социальные выплаты связанные с причинением вреда здоровью.

Представитель третьего лица Алтайского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации ФИО4, разрешение вопроса по существу оставила на усмотрение суда. Пояснила, что травма на рабочем месте была, что подтверждается материалами служебного расследования о производственной травме. Ответчик является добросовестным плательщиком в фонд социального страхования, поэтому ФИО1 были выплачены все социальные выплаты в связи с повреждением здоровья на рабочем месте. Кроме того, работодатель Санаторий «

<

данные изъяты>» выплатили ФИО1 компенсацию.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, заключение заместителя прокурора города Белокурихи Стешиной О.А., суд приходит к следующему выводу.

Согласно п. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях отвечающих требованиям безопасности.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Абзац 1 ст. 212 ТК РФ декларирует, что обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, что включает в себя обеспечение безопасности работников при осуществлении технологических процессов, условий труда, соответствующих требованиям охраны труда, на каждом рабочем месте, приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах (абз. 5, 7, 10).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (с последующими изменениями) возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий, иные заслуживающие внимание обстоятельства.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В судебном заседании установлено, что истица ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ принята на должность 

<

данные изъяты> (приказ № лс от 13.08.2013г.).

01.07.2016г. должность санитарки врачебных кабинетов переименована в – 

<

данные изъяты> (приказ № от 29.04.2016г.).

12.10.2017г. ФИО1 уволена по собственному желанию (приказ № № от 12.10.2017г.).

Согласно должностной инструкции № от 09.01.2008г., 

<

данные изъяты>, с которой ФИО1 ознакомлена 13.08.2013г. (л.д. 55), в процессе обслуживания отдыхающих санитарка врачебных кабинетов: помогает медицинской сестре в отпуске процедур (после каждой процедуры производит обработку мед.оборудования, перестилает кушетки (кровати), меняет белье, обрабатывает посуду) (л.д. 51).

ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 30 минут, ФИО1 находилась на своем рабочем месте, выполняла свои трудовые обязанности. 

Актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ, установлена, что мед.сестра РСЮ вышла в соседний кабинет галотерапии, чтобы отпустить лечебные процедуры отдыхающим, а 

<

данные изъяты> ФИО1 согласно своих должностных обязанностей стала готовить парафитобочку для приема процедуры пациента. Подготовив бочку к приему процедуры и видя, что пациент уже готов к приему процедуры, а мед.сестра еще не освободилась в кабинете галокамеры и не подошла в кабинет парофитобочек санитарка ФИО1 стала самостоятельно отпускать процедуру отдыхающему, что не входит в ее функциональные обязанности. ФИО1 посадила пациента в бочку, закрыла за ним дверцу на бочке и стала вставать на ступеньку расположенную рядом с бочкой, чтобы укутать пациенту горло. В это время нога соскользнула со ступеньки, санитарка ФИО1 потеряла равновесие и упала на пол, повредив при этом руку (л.д. 34-36).

Из заключения государственного инспектора труда следует, что 18.02.2016г. в 13.30 пациентам санатория «Родник Алтая» были назначены процедуры по фитотерапии и галотерапии. Медсестра РСЮ и санитарка ФИО1 в соответствии со своими должностными обязанностями проводила работы по обслуживанию пациентов. Обслуживание пациентов проходит в двух разных кабинетах, расположенных напротив друг друга на одной лестничной площадке.

В 13.20 медсестра РСЮ усадила пациента на 10 минут в 1-ю и 2-ю бочку кабинок № и № слева от входа, и дала поручение санитарке ФИО1 усаживать пациентов в 3-ю и 4-ю бочки для проведения процедур. Затем РСЮ ушла в кабинет галотерапии проводить процедуры пациентам, пришедшим на процедуры галотерапии.

Санитарка ФИО1, усадив пациентов в 3-ю бочку (кабинка № слева от входа), начала усаживать пациента в 4-ю бочку (кабинка № справа от входа). После того, как пациент был посажен в 4-ю бочку и закрыта фронтальная дверка бочки и обе крышки, необходимо было, согласно порядка отпуска процедур, приступить к укутыванию шеи пациента полотенцем. Для проведения процедуры укутывания шеи пациента у каждой бочки установлена переносная деревянная подставка (скамейка), изготовленная из кедра. Подставки к полу не зафиксированы.

В 13.35 санитарка ФИО1, взяв полотенце, начала подниматься на переносную деревянную подставку (скамейку). Так как на 4-ой бочке нет никаких приспособлений для поддержки равновесия, при подъеме на деревянную подставку (скамейку), санитарка ФИО1 покачнулась, и не найдя дополнительной опоры, упала на пол на правый бок. Во время падения переносная деревянная подставка (скамейка) перевернулась на 90 градусов относительно длиной стороны. При падении ФИО1 инстинктивно опиралась на правую руку, получив травму руки.

Согласно медицинского заключения КГБУЗ «Центральная городская больница г.Белокуриха» ФИО1 получила травму в виде 

<

данные изъяты>.

Согласно выводам государственного инспектора труда, данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом формы Н-1.

Причинами, вызвавшими несчастный случай, является неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест. Приставная подставка (скамейка) не была снабжена устройством, предотвращающем возможность ее сдвига и опрокидывания при работе. Нарушен п. 1 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ, п. 150 приказа Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГг. №н.

ДД.ММ.ГГГГг. ООО Санаторий «Родник Алтая» выдано предписание № об устранений нарушений Трудового законодательства.

Сторона ответчика, не оспаривала выводы и заключение государственной инспекции по труду, как и не оспаривала того, факта, что отпуск процедуры истица ФИО1 проводила в свое рабочее время, без превышения должностных полномочий.

Как следует из п.32 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что у истицы ФИО1 возникло право требования компенсации морального вреда.

Согласно выводам судебной медицинской экспертизы, выполненной экспертами КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», согласно представленным медицинским документам, ФИО1 18.02.2016г. была причинена 

<

данные изъяты>

В последующем травма осложнилась развитием 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>.

В связи с наличием этой травмы и ее последствий истица находилась на амбулаторном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. стационарном лечении в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГг. В этот период времени у истицы имелась временная утрата общей и профессиональной (как у санитарки) трудоспособности в размере 100%.

По данным представленных медицинских документов, при освидетельствовании ФИО1 медико-социальной экспертной комиссией 08.04.2010г. была установлена третья группа инвалидности бессрочно – с основным диагнозом «

<

данные изъяты>

При освидетельствовании медико-социальными экспертными комиссиями в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1, с диагнозом «Последствия производственной скелетной травмы правой верхней конечности от ДД.ММ.ГГГГ в виде вколоченного неправильного сросшегося (с минимальным угловым смещением по МСКТ от ДД.ММ.ГГГГ) 

<

данные изъяты>» была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% с 30.11.2016г.

Таким образом, в связи с причинением вышеуказанной травмы правой верхней конечности и ее последствиями, с 30.11.2016г. и в последующем у ФИО1 имелась стойкая утрата профессиональной (как у 

<

данные изъяты>) трудоспособности в размере 10% - в связи с тем, что выполнение ее профессиональной деятельности требовало большего напряжения, чем прежде.

В связи с вышеуказанной травмой правой верхней конечности и ее последствиями, при освидетельствовании истицы в бюро медико-социальной экспертизы в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 группа инвалидности не устанавливалась.

С 30.11.2016г. у истицы имеются вышеперечисленные последствия травмы правой верхней конечности от 18.02.2016г., которые соответствуют стойкой утрате ее общей трудоспособности в размере 10%. Следовательно, в период времени с 30.11.2016г. по настоящее время у истицы имеется стойкая утрата общей трудоспособности в размере 10% в связи с причинением ей вышеуказанной травмы правой верхней конечности и ее последствиями.

С учетом вышеизложенного, судебно-медицинская экспертная комиссия приходит к выводу о том, что вышеуказанная травма правой верхней конечности причинила средней тяжести вред здоровью по признакам длительного его расстройства на срок свыше 3-х недель и по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть – от 10 до 30% включительно. 

Как следует из экспертного заключения № эксперты до начала проведения экспертизы предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ, им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 ГПК РФ, стаж работы экспертов более 20 лет, выводы экспертов последовательны, основаны на проведенных исследованиях и не противоречат материалам дела, в связи с чем, вопреки доводам стороны ответчика у суда нет оснований сомневаться в обоснованности экспертного заключения.

Согласно приказу № от 14.03.2016г. генерального директора ООО Санаторий «Родник Алтая», истице ФИО1 выплачена материальная помощь на лечение в размере 10000 рублей.

Заслуживают внимание доводы истицы о том, что вследствие производственной травмы она испытывает нравственные и физические страдания, поскольку в результате произошедшего истица имеет ограничения в обычной жизнедеятельности, связанные с перенесенной травмой, испытывает болезненные ощущения, не может в полной мере вести домашнее хозяйство.

Свидетель ССГ пояснил, что его супруга не может самостоятельно застегивать замки на обуви, чистить овощи, отжимать тряпку при мытье полов.

Суд считает, что факт причинения нравственных и физических страданий, испытываемых истицей в связи с производственной травмой подтвержден, в связи с чем, учитывая то обстоятельства, что в результате полученной травмы истица бесспорно испытывала как физические, так и нравственные страдания, заниматься бытом, вести нормальный образ жизни, учитывая требования разумности и справедливости, полагает, что сумма в размере 100000 рублей будет являться соразмерной степени нравственных и физических страданий, перенесенных истицей и считает подлежащей взысканию в пользу истицы в счет компенсации морального вреда с ответчика, однако сумму 500000 рублей суд признает несоразмерной нарушенному праву истицы и не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает также и тот факт, что вред здоровью истицы причинен в результате несчастного случая, произошедшего на производстве, при осуществлении ею трудовых обязанностей, причинение вреда здоровью состоит в причинной связи с противоправными действиями работодателя, выразившимися в недостаточном обеспечении организации работы и должного контроля за безопасностью рабочих мест. Кроме того, суд принимает во внимание и тот факт, что в добровольном досудебном порядке, работодателем, истице выплачена материальная помощь на лечение в размере 10000 рублей, однако принимает во внимание и требования разумности и справедливости. 

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью Санаторий «Родник Алтая» в пользу ФИО1 в возмещение компенсации морального вреда в размере 100000 рублей.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Алтайский краевой суд через Белокурихинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18 февраля 2019 года.

Судья Белокурихинского

городского суда Л.В. Омелько