Дело № 2-4532/2020

УИД 35RS0010-01-2020-007303-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Вологда 16 июля 2020 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе судьи Колодезного А.В., с участием истца ФИО2, представителя истца по устному ходатайству ФИО3, представителя ответчиков общества с ограниченной ответственностью «Планета» и кредитного потребительского кооператива «Надежное будущее» по доверенностям ФИО4, при секретаре Дойниковой К.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «Планета», кредитному потребительскому кооперативу «Надежное будущее» и ФИО5 о признании недействительными договоров цессии,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным иском ФИО5 и ООО «Планета», в обоснование требований указав, что между ней и КПК «Надежное будущее» 24.04.2017 был заключен договор займа. В январе 2020 года она получила претензию от АО «Планета», в которой указано, что в октябре 2019 года первоначальный кредитор переуступил свои права по договору цессии ФИО5, которая в ноябре 2019 года передала свои права по аналогичному соглашению АО «Планета». Данные договоры противоречат нормам закона, так как кредитор вправе переуступать требование только юридическому лицу, осуществляющему аналогичную профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов или возврату просроченной задолженности. Также истец указала, что личность кредитора имеет для нее существенное значение, так как она не стала бы брать денежные средства в долг у физического лица или у юридического лица, не осуществляющего в качестве основной вышеуказанные виды деятельности, в связи с чем считает, что нарушены также положения гражданского законодательства Российской Федерации относительно наличия ее согласия при заключении данных договоров цессии. Просила признать недействительным договор № уступки прав требования (цессии) от 24.10.2019, заключенный между КПК «Надежное будущее» и ФИО5 и договор уступки прав требования (цессии) от 07.11.2019, заключенный между ФИО5 и АО «Планета».

В ходе рассмотрения требований к участию в деле в качестве соответчика был привлечен КПК «НБ».

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель по устному ходатайству ФИО3 исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчиков ООО «Планета» и КПК «НБ» по доверенностям ФИО4 возражала против удовлетворения заявленных требований. Ранее юридическими лицами были представлены отзывы, в которых указано на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований.

В судебном заседании ответчик ФИО5 не присутствовала, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом. Ранее было представлено ходатайство о рассмотрении дела без ее участия и указано на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований.

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав представленные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Статьями 388, 388.1, 389, 389.1, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены форма договора цессии, права и обязанности каждой из сторон, их ответственность.

Как следует из положений статьи 12 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» от 21.12.2013 № 353-ФЗ кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) только юридическому лицу, осуществляющему профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов, юридическому лицу, осуществляющему деятельность по возврату просроченной задолженности физических лиц в качестве основного вида деятельности, специализированному финансовому обществу или физическому лицу, указанному в письменном согласии заемщика, полученном кредитором после возникновения у заемщика просроченной задолженности по договору потребительского кредита (займа), если запрет на осуществление уступки не предусмотрен федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами (данная редакция вступила в действие на основании Федерального закона от 27.12.2018 № 554-ФЗ, в котором указано, что она вступает в силу по истечении тридцати дней после дня официального опубликования ФЗ от 27.12.2018 № 554-ФЗ).

При этом в вышеуказанном законе отсутствует ссылка на возможность и необходимость применения данной нормы к правоотношениям, возникшим до вступления нормы права в действие.

Ранее, на момент заключения истцом договора займа (24.04.2017), действовала иная редакция статьи - кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами (период действия с 01.01.2017 до 23.06.2018)

На основании статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

Положениями статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Параграфом 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрен исчерпывающий перечень оснований, по которым сделка может быть признана недействительной.

Среди таких оснований указано на недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта. Так, в статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из материалов дела следует, что 24.04.2017 между КПК «НБ» (займодавец) и ФИО2 (заемщик) был заключен договор потребительского займа №, согласно условиям которого займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере и на условиях, предусмотренных договоров по программе «Конструктивный подход. Премиум», а заемщик обязуется возвратить такую же сумму денег и уплатить проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с индивидуальными условиями договора.

Сумма займа, согласно пунктам 1 и 2 договора, составляет 1 500 000 рублей, срок действия договора – 60 месяцев (с 24.04.2017 по 23.04.2022). Процентная ставка, как указано в пункте 4 договора, составляет 27,9 % годовых.

В качестве обязанности заемщика указано заключение соглашения об уплате членских взносов на целевое финансирование уставной деятельности (пункт 9 договора).

В обеспечение обязательств по договору со стороны заемщика предоставлен залог недвижимого имущества и поручительство (пункт 10 договора).

Пунктом 12 договора предусмотрена ответственность заемщика за ненадлежащее исполнение условий договора – в случае нарушения заемщиком обязательств по возврату займа и/или уплате процентов за пользование займом, заемщик уплачивает займодавцу неустойку в размере 20 % годовых или 0,05 % за каждый день просрочки исполнения обязательств.

Как указано в пункте 13 договора, заемщик ознакомлен с возможностью запрета уступки займодавцем третьим лицам прав (требований) по настоящему договору, при этом при подписании данного соглашения заемщик отказывается от данной возможности и согласен с тем, что займодавец вправе без получения предварительного согласия заемщика переуступать свои права по данному договору третьим лицам (в том числе передавать персональные данные заемщика, поручителя, залогодателя) с последующим уведомлением данных лиц.

Как в данном пункте 13 договора после вышеуказанного текста, так и на каждой из страниц соглашения имеется подпись займодавца и заемщика.

24.10.2019 между КПК «НБ» (цедент) и ФИО5 (цессионарий) был заключен договор № уступки прав требования (цессии), согласно условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования оплаты задолженности в отношении должников, в том числе, ФИО2, возникшей из договора займа № от 24.04.2017, договор поручительства № от 24.04.2017, заключенный КПК «НБ» с ФИО1 

Сумма уступаемой задолженности на дату заключения договора цессии составляет 979 722 рубля 01 копейка, в том числе сумма основного долга 843 969 рублей 67 копеек, сумма начисленных процентов в размере 27 381 рубль 26 копеек, сумма неустойки в размере 54 371 рубль 08 копеек, сумма членских взносов в размере 54 000 рублей (пункт 1.1 договора цессии от 24.10.2019).

Пунктом 3.3 договора цессии от 24.10.2019 установлена обязанность цессионария не позднее 10 рабочих дней уведомить должника о подписании данного соглашения.

07.11.2019 между ФИО5 (цедент) и АО «Планета» (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования (цессии), согласно условиям которого цедент передает цессионарию права требования, полученные ею по договору цессии от 24.10.2019.

Проанализировав и оценив представленные сторонами в обоснование своей позиции по делу доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения исковых требований.

Из системного толкования вышеуказанных правовых норм следует, что к сложившимся между истцом и КПК «НБ» правоотношениям должны быть применены те нормы материального права, которые действовали на момент заключения договора займа, так как в дальнейших изменениях нормативного акта не указано, что он распространяет свое действие на ранее возникшие правоотношения.

Положениями пункта 13 части 9 статьи 5 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» от 21.12.2013 № 353-ФЗ (как в ранее действовавшей редакции, так и в настоящее время) установлено, что индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально и должны включать в себя, в том числе, условие о возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа).

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности; такая уступка права допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Следовательно, такое условие должно быть согласовано непосредственно при заключении договора, при этом потребителю должен быть предоставлен выбор - согласиться или запретить уступку прав по договору третьим лицам.

В момент заключения договора займа данное условие не противоречило требованиям законодательства, истец, действуя в своих интересах, добровольно, реализуя свое право на свободу договора, закрепленное положениями статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, заключила с ответчиком представленное в материалы дела соглашение, каждое из условий которого, в том числе пункт 13 (в котором отдельно имеется подпись истца), было согласовано между сторонами.

В случае несогласия с данным условием истец могла как потребовать изменения конкретно данного условия, так и не заключать данный договор.

С учетом того, что стороны пришли к соглашению по всем существенным условиям, между ними возникли правоотношения, урегулированные данными условиями.

Пункт 13 договора займа в установленном законом порядке недействительным не признан.

Таким образом, условия договора, которые не противоречили закону в момент его заключения, являются обязательными как для сторон, так и для суда при разрешении им возникшего спора.

С учетом установленных обстоятельств, кредитор был вправе передать свое право требования любому лицу, как физическому, так и юридическому.

Доводы истца о том, что личность кредитора имеет для нее существенное значение и отсутствие ее согласия на переход права требования также должно влечь недействительность заключенных сделок не может быть принята судом во внимание.

По общему правилу, установленному статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Правоотношения, возникшие между заемщиком и займодавцем являются исключительно денежными, следовательно, истец при ссылке на такое обстоятельство, должен доказать наличие между данными субъектами таких особых правоотношений, связанных или возникших на основе договоре займа, которые бы свидетельствовали о существенном значении для истца личности кредитора.

Вопреки данному обстоятельству истцом не представлено каких-либо убедительных, объективных, достоверных и в своей совокупности достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии вышеуказанных фактов. 

Перемена лиц в обязательстве права потребителя кредитной услуги не нарушает, так как не влияет на объем прав и обязанностей истца, как заемщика, который сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами и для должника не имеет значение, в чей адрес необходимо перечислить денежные средства с целью прекращения обязательства по договору займа. Правовая природа отношений сторон договора займа не предполагает наличие личных отношений между кредитором, выдавшим кредит, и заемщиком, право требования является денежным, неразрывно с личностью не связано.

Таким образом, КПК «НБ» правомерно, в связи с тем, что истец надлежащим образом не исполняла добровольно принятые на себя обязательства по возврату займа и уплате процентов, переуступил свое право требования в полном соответствии с условиями заключенного соглашения, в связи с чем у суда отсутствуют основания для признания заключенных договоров цессии недействительными, противоречащими условиям договора займа или закону.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.В. Колодезный

Мотивированное решение изготовлено 23.07.2020.