Судья Данилова Я.С. Дело № 22-3857/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 декабря 2025 года г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе председательствующего Шпанова А.С.,

при секретаре Булгаковой Е.И.,

с участием:

- прокурора Кокориной К.В.,

- потерпевшего С.

- осужденного ФИО1,

- адвоката Маилова Р.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его защитника адвоката Маилова Р.С., потерпевшего С. на приговор Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 16 октября 2025 года, которым

ФИО1,

родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году 11 месяцам лишения свободы, которые, в соответствии с ч.2 ст.53.1 УК РФ заменены на 1 год 11 месяцев принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года.

Изучив материалы дела, содержание приговора, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Маилова Р.С., поддержавших доводы своих жалоб, выступление потерпевшего С., поддержавшего свою жалобу, мнение прокурора Кокориной К.В. о законности и обоснованности приговора, суд

установил

Приговором суда ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть С.

В судебном заседании ФИО1 свою вину не признал.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Маилов Р.С. не согласен с приговором суда. Обращает внимание на два момента, повлиявших на вынесение обвинительного приговора: неверная трактовка дорожно-транспортной ситуации при проведении эксперимента ДД.ММ.ГГГГ и непринятие судом фактических обстоятельств из уголовного дела в виде отсутствия двух крупных деревьев в зоне, где проводился эксперимент, а также непринятие судом медицинских показателей Кузьмицкого.

Ссылаясь на постановление Пленума ВС РФ №25 от 9 декабря 2008 года, указывает, что решение вопроса о виновности либо невиновности водителя по данной категории дел носит не исключительно правовой характер, а заключается в необходимости специальных технических познаний, без которых суд не может принять законное и справедливое решение.

Полагает, суд при наличии объективных оснований необоснованно отклонил ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору.

Указывает, что суд признал недопустимым доказательством следственный эксперимент от ДД.ММ.ГГГГ, однако это единственный документ в уголовном деле, где был документально зафиксирован эксперимент по объективной слышимости с рабочего места водителя автомобиля (Кузьмицкого). По его мнению, без наличия объективных сведений по слышимости из салона автомобиля подсудимого невозможно утверждать, что слышимость технически и физически была возможна, что подтверждается показаниями свидетеля П., двигавшегося непосредственно за подсудимым, который показал, что видел включенный проблесковый маячок на автомобиле скорой медицинской помощи, но звукового сигнала не слышал.

Считает, выводы суда о возможности слышать сирену Скорой помощи из салона автомобиля Кузьмицкого, домыслами. Указание на свидетелей, слышавших сирену скорой медицинской помощи при иных условиях, например, на улице, является необоснованным.

Кроме того, специалист автотехник УМВД РФ Т. в ДД.ММ.ГГГГ указал, что если водитель по каким-то причинам не слышал сигнал автомобиля скорой медицинской помощи, например, из-за громкой музыки, то обязанности смотреть по сторонам при движении на зеленый сигнал светофора в прямом направлении у него нет. Специалист-трасолог 

<

данные изъяты> Б. подтвердил данную информацию. Данные сведения опровергают вывод суда об обратном. Делает вывод, что обязанность заблаговременно оповестить участников дорожного движения (в том числе глухих, слабослышащих и иных физически ограниченных людей) в рассматриваемом случае по ПДД РФ возложена на водителя, применяющего специальные сигналы, то есть он не может приступить к маневру, пока не убедится, что ему уступают дорогу. Указанный факт подтвержден судебной экспертизой МЮ РФ, экспертом К., который в категоричной форме указал на водителя Скорой помощи как на инициатора ДТП. Помимо этого, специалист Т. указал, что громкая музыка не запрещена ПДД РФ и не является фактом, обязывающим смотреть по сторонам. Данные обстоятельства делают несостоятельными сведения, полученные в ходе эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, по положению № за 55 метров до момента столкновения для автомобиля «Нива». То есть, суд, проводя выездной эксперимент по положению №, воссоздал не ту дорожно-транспортную ситуацию, которая существовала в момент ДТП. Соответственно, дальнейшее применение результатов, полученных из неверных условий, критически отражается на судебной экспертизе, использующей указанное обстоятельство.

Приводит выводы, содержащиеся в заключении эксперта ЭКЦ УМВД России по 

<

адрес>, а также исследования, подготовленные специалистом 

<

данные изъяты> Б., согласно которым у Кузьмицкого с момента возникновения опасности для движения, при движении как с фактической скоростью 72,0 км/ч, так и с максимально допустимой скоростью движения 60,0 км/ч отсутствовала техническая возможность предотвратить исследуемое столкновение.

Приводит показания допрошенного эксперта К., который подтвердил выводы, в которых указано, что крупные деревья и их ветви с листьями, могли визуально помешать Кузьмицкому обнаружить двигающийся автомобиль скорой медицинской помощи после того, как он должен был появиться из-за угла 

<

адрес>.

Обращает внимание, что на момент проведения следственного эксперимента ДД.ММ.ГГГГ обстановка не соответствовала той, при которой произошло дорожно-транспортное происшествие, поскольку деревья на отмеченном участке местности были спилены в ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается сведениями из Администрации 

<

адрес>.

Отмечает, что суд в приговоре указал, что звуковое давление сигналов скорой медицинской помощи рассчитано на нормальное физическое состояние людей, а не на людей с отклонениями от нормы слухового аппарата, то есть с ограниченными возможностями по здоровью. Между тем, у Кузьмицкого имеется заболевание слуха, которое подтверждается справкой-консультацией врача. По его мнению, суд необоснованно отказал в назначении судебной медицинской экспертизы в отношении Кузьмицкого с целью подтверждения наличия либо отсутствия заболевания по слуху, а также времени его образования. По его мнению, состояние здоровья Кузьмицкого имеет существенное значение для дела, поскольку могло повлиять на возможность услышать сигналы скорой медицинской помощи в момент ДТП. Ссылка суда на отсутствие отметок в водительском удостоверении Кузьмицкого об отсутствии ограничений в вождении по слуху является несостоятельной, поскольку такая отметка ставится при обязанности носить слуховой аппарат, а это 4 степень тугоухости, у Кузьмицкого же установлена 

<

данные изъяты>.

Просит приговор отменить, вынести в отношении Кузьмицкого оправдательный приговор.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе выражает несогласие с приговором суда. Указывает на нарушения закона, допущенные на предварительном следствии. Так, утверждает, что на протяжении всего следствия он находился в статусе свидетеля, в связи с чем, его ходатайства отклонялись, нарушались и ограничивались его права. Обращает внимание, что в материалах дела имеется лишь его допрос в качестве свидетеля. В связи с тем, что ему отказывали в предоставлении запрошенных материалов следственных действий, он был лишен возможности дать показания на стадии предварительного следствия.

Отмечает, что допущенные в ходе следствия нарушения нашли свое подтверждение в судебном разбирательстве, в ходе которого были назначены судебные экспертизы, допрошены эксперты, которые показали, что следователем неверно определены расстояния (неверно установлена дорожная разметка), неверно установлено место столкновения транспортных средств, что в свою очередь влияет на место расположения транспортных средств, траекторию движения и расстояние до места столкновения и др. Однако, суд, в отсутствие доказательств его вины, всё равно признал его виновным.

Ссылается на постановление Пленума ВС РФ №25 от 9 декабря 2008 года, согласно которому при определении вины должна быть установлена техническая возможность избежать столкновения. Кроме того, момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию.

Считает, следственный эксперимент от ДД.ММ.ГГГГ проведен с нарушениями, поскольку высокие и крупные деревья, которые находились на участке направления движения скорой медицинской помощи, были спилены, что подтверждается официальными сведениями из мэрии 

<

адрес>. Эксперты же, в частности, К., Т., а также специалист Б. в ходе допросов сообщали, что указанные объекты – деревья, могли ограничивать обзорность.

По его мнению, заявленное защитником ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в целях устранения допущенных нарушений, судом необоснованно было отклонено.

Обращает внимание на выводы судебной автотехнической экспертизы, согласно которым водитель скорой медицинской помощи с включенным проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом при выезде на перекресток на запрещающий красный не убедился в том, что ему уступают дорогу и тем самым не обеспечил безопасность движения. Таким образом, в действиях водителя автомобиля «Форд-Транзит» усматривается несоответствие требований п.3.1 ПДД РФ. То есть в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля скорой медицинской помощи имел техническую возможность обеспечить безопасность дорожного движения и предотвратить столкновение с автомобилем «Шевроле-Нива» при условии соблюдения вышеуказанных требований.

Полагает, что при таких обстоятельствах виновен водитель скорой медицинской помощи, так как именно он не убедился в безопасности движения и выехал на перекресток.

Установленное экспертом превышение им (Кузьмицким) скорости не может свидетельствовать о его вине, поскольку у него отсутствовала техническая возможность избежать столкновения.

Обращает внимание, что наезд на пешехода произошел в результате того, что машина скорой медицинской помощи протаранила его автомобиль, который закрутило и откинуло в сторону. То есть наезд произошел не в результате его действий.

Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.

Потерпевший С. в апелляционной жалобе выражает несогласие с доводами апелляционной жалобы защитника, считает приговор суда справедливым в части признания Кузьмицкого виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, однако не согласен с заменой наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.

Полагает, суд должен был учесть в качестве отягчающего обстоятельства наличие у погибшей несовершеннолетнего ребенка, которую ФИО1 оставил сиротой. Обращает внимание, что извинения ФИО1 принес лишь через три года после совершения преступления, нанесенный потерпевшей стороне моральный вред не возмещает, вину не признает, в содеянном не раскаивается, перекладывает вину на другого человека – водителя скорой медицинской помощи, дает в суде лживые показания о якобы примененном им торможении. По мнению потерпевшего, неудовлетворительное состояние здоровья Кузьмицкого не является смягчающим обстоятельством, поскольку на протяжении четырех лет ФИО1 не жаловался на здоровье, а, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, симулирует проблемы со здоровьем.

Просит назначить Кузьмицкому справедливое наказание.

В письменных возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Маилова Р.С. государственный обвинитель Ахмедов Э.Р. считает приговор законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора.

Оценив в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ каждое имеющееся доказательство с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, а после, все собранные доказательства в совокупности, суд пришел к правильному выводу об их достаточности для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора.

Каких-либо нарушений требований ст. 73 УПК РФ судом допущено не было, обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены судом первой инстанции правильно и приведены в описательно-мотивировочной части приговора.

Факт столкновения автомобиля «Шевроле-Нива» под управлением Кузьмицкого с двигавшимся с включенными проблесковыми маячками синего цвета и специальным звуковым сигналом автомобилем «Скорая помощь» марки «Форд-Транзит» под управлением П. на перекрестке 

<

адрес>, в результате которого, вследствие неуправляемого выезда автомобиля «Шевроле-Нива» на тротуар, пешеходу С. были по неосторожности причинены телесные повреждения, расценивающееся как тяжкий вред здоровью, повлекшие смерть потерпевшей на месте, ни Кузьмицким, ни его защитником не оспаривается, подтверждается показаниями участников уголовного судопроизводства, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы осуждённого и его защитника о невиновности Кузьмицкого в совершении инкриминируемого ему преступления, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, так как опровергаются представленными сторонами, проверенными в судебном заседании доказательствами, подробно изложенными и надлежаще мотивированными в приговоре.

В соответствии с требованиями п.1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, ФИО1, являясь участником дорожного движения, обязан знать и соблюдать требования ПДД РФ, должен действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п.1.5 Правил).

Согласно абз.1 п.3.2 Правил при приближении транспортного средства с включенными проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом водители обязаны уступить дорогу для обеспечения беспрепятственного проезда указанного транспортного средства.

В силу пункта 10.2 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. При этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Положения п. 10.1 ПДД РФ обязывают водителя в населенных пунктах двигаться со скоростью не более 60 км/ч.

Как правильно указал суд в приговоре, указанные положения Правил дорожного движения РФ свидетельствуют о том, что водитель, управляющий автомобилем, который относится к источникам повышенной опасности, должен быть особенно внимательным к окружающей обстановке и следить за дорожным движением и иными участниками дорожного движения.

Из показаний Кузьмицкого следует, что при подъезде к перекрестку, где произошло столкновение с автомобилем скорой медицинской помощи, специальный звуковой сигнал он не слышал, в автомобиле у него была громко включена музыка, а увидев опасность в виде автомобиля скорой медицинской помощи за 10-15 метров до столкновения, применил торможение, однако избежать столкновения не удалось.

Вместе с тем, утверждение Кузьмицкого о том, что он не слышал звуковые сигналы автомобиля скорой медицинской помощи, не могут свидетельствовать о его невиновности в совершении инкрминируемого ему преступления.

Как следует из показаний свидетеля П. ДД.ММ.ГГГГ он двигался на служебном автомобиле марки «Форд-Транзит», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, имеющем специальную цветовую раскраску с включенными специальными звуковыми сигналами. На перекрестке 

<

адрес>, убедившись в безопасности своего маневра, то есть движения в прямом направлении через перекресток, он продолжил движение с прежней скоростью. На середине перекрестка он услышал справа громкую музыку и увидел приближающийся к нему справа автомобиль марки «Шевроле-Нива», который двигался на разрешающий сигнал светофора, после чего произошло столкновение.

Данные показания согласуются с показаниями свидетелей С., Л., Б., П., Б., Б., Л, подтвердивших, что автомобиль «Форд Транзит» скорой медицинской помощи двигался с включенным звуковым специальным сигналом, который было хорошо слышно. При этом звуковое давление сигнала спецавтомобиля было рассчитано таким образом, что при нормальных условиях, позволяло информировать участников дорожного движения на расстоянии достаточном для того, чтобы последние имели возможность уступить дорогу транспортным средствам, имеющим приоритет, а водитель в нормальном физическом состоянии не мог не услышать звуковой сигнал спецавтомобиля.

Документально подтвержденных объективных медицинских данных, свидетельствующих о потере в момент дорожно-транспортного происшествия Кузьмицким слуха в материалах дела не имеется и сторонами не представлено. В период предварительного расследования и судебного разбирательства ФИО1 о проблемах со слухом не сообщал, водительское удостоверение не содержит указаний на какие-либо ограничения по вождению автомобиля по состоянию здоровья. Установленный у Кузьмицкого спустя четыре года после ДТП диагноз о потере слуха ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует и объективной причиной признания осужденного невиновным признан быть не может. Оснований для назначения судебно-медицинской экспертизы в отношении Кузьмицкого суд первой инстанции не усмотрел, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции

Кроме того, из показаний свидетеля П. следует, что ФИО1 при подъезде к перекрестку не снизил, а, напротив, увеличил скорость движения своего автомобиля. А свидетель Б. опроверг утверждения Кузьмицкого, указав, что тот после обнаружения для себя опасности в виде автомобиля скорой медицинской помощи не применил торможение, а начал перестроение в соседнюю полосу.

Данные показания свидетелей подтверждаются протоколом осмотра видеозаписей с камер видеонаблюдения АПК «Безопасный Город», на котором зафиксированы обстоятельства столкновения ДД.ММ.ГГГГ автомобиля скорой медицинской помощи марки «Форд-Транзит» и автомобиля марки «Шевроле Нива», а также протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия, согласно которому на проезжей части зафиксированы следы торможения только автомобиля «Форд-Транзит», а один след торможения автомобиля «Шевроле-Нива» зафиксирован лишь на тротуаре, где он оказался в результате неуправляемого движения после столкновения с автомобилем «Форд-Транзит».

О виновности осужденного со всей очевидностью свидетельствует заключение повторной комплексной видео-автотехнической экспертизы №, №, согласно которой в момент столкновения ФИО1 на автомобиле «Шевроле Нива» двигался со значительным превышением допустимого скоростного режима - 72 км/ч, в то время, как средняя скорость автомобиля «Форд Транзит» составляла всего 61,5 км/ч.

При этом заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, основанным на результатах следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, достоверно установлено, что при надлежащей оценке Кузьмицким дорожной обстановки и при соблюдении им разрешенного скоростного режима – при движении с максимально допустимой скоростью движения 60,0 км/ч, у Кузьмицкого имелась техническая возможность предотвратить столкновение. Отсутствие технической возможности избежать столкновения было обусловлено нарушением скоростного режима и движением автомобиля «Шевроле Нива» с фактической скоростью движения 72,0 км/ч.

Вопреки мнению осужденного и его защитника, суд обоснованно признал допустимыми и достоверными результаты следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ и сделанное на их основе заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. Отсутствие деревьев при производстве следственного эксперимента, на наличие которых на момент дорожно-транспортного происшествия указывает защитник и которые, по его мнению, ограничивали видимость Кузьмицкому своевременно обнаружить и идентифицировать автомобиль скорой медицинской помощи, не ставит под сомнение объективность данных, полученных в ходе проведения указанного следственного эксперимента, поскольку как видно из показаний экспертов, которые также и участвовали в качестве специалистов в ходе указанного следственного действия, данное обстоятельство не повлияло на их выводы об установлении скорости автомобиля Кузьмицкого и возможности им, приняв меры к торможению, избежать столкновения с автомобилем скорой медицинской помощи.

Исследованные в судебном заседании и приведенные в приговоре показания свидетелей М., Н., З. и Ж. подтверждают вывод суда первой инстанции о надлежащем проведении ДД.ММ.ГГГГ следственного эксперимента в условиях, максимально приближенных к условиям дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, достоверности произведённых замеров, детального воспроизведения обстановки на месте происшествия, установления момента возникновения опасности для водителя автомобиля «Шевроле Нива».

При этом суд первой инстанции обоснованно признал недопустимыми результаты исследований №, проведенные 

<

данные изъяты>, и содержащиеся в них выводы специалиста Б., на которые защитник ссылается в своей апелляционной жалобе, поскольку данные исследования были проведены не в рамках производства по уголовному делу, специалист не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Кроме того, в своих исследованиях специалист Б., также как и в части своих показаний в судебном заседании специалист Т. и эксперт К. дают правовую оценку доказательствам по уголовному делу, действиям участников дорожно-транспортного происшествия, что находится за рамками их компетенции, предусмотренной ст. 58 УПК РФ.

Все приведенные защитником в апелляционной жалобе доводы о несогласии с результатами следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, искажением дорожно-транспортной ситуации на месте происшествия, необходимостью возвращения уголовного дела прокурору для установления фактических обстоятельств, судом первой инстанции надлежащим образом рассмотрены, в приговоре подробно проанализированы и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов, оснований для сомнений в правильности которых суд апелляционной инстанции не усматривает.

Мнение осужденного о виновности водителя автомобиля «Форд-Транзит» П. рассмотрению и оценке не подлежит, поскольку действия П., в силу положений ст.252 УПК РФ, предметом судебного разбирательства не являются.

Все указанные выше и другие приведенные в приговоре доказательства отвечают требованиям достаточности и допустимости, и в своей совокупности подтверждают вину Кузьмицкого в совершении инкриминируемого ему преступления, противоречий не содержат, дополняют друг друга и предположениями не являются.

ФИО1, управляя источником повышенной опасности, превысил установленную максимальную скорость движения, двигаясь с включенной громкой музыкой, исключающей слышимость звуковых спецсигналов, самостоятельно создал для себя условия, при которых у него отсутствовала возможность своевременно обнаружить опасность, избежать столкновения и соблюсти требования п. 3.2 ПДД РФ, не проявив при этом должной предусмотрительности и внимательности в отношении автомобиля с включенными проблесковым маячком и звуковым сигналом, и не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки, в результате чего допустил столкновение, в результате которого произошел наезд его автомобиля на пешехода и наступила смерть потерпевшей.

Нарушение водителем автомобиля «Шевроле-Нива» Кузьмицким, требований Правил дорожного движения РФ, повлекшее по неосторожности причинение смерти С. является обстоятельством, установленным на основании совокупности фактов. Совершенное деяние в приговоре описано и обосновано выводами суда, квалификация действий Кузьмицкого по ч.3 ст.264 УК РФ основана на правильной оценке исследованных доказательств.

Существенных нарушений прав Кузьмицкого на стадии предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих отмену судебного решения, не допущено. Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением требований закона, принципа состязательности и равноправия сторон, беспристрастно, на основе представленных сторонами доказательств. При этом всем участникам судебного разбирательства была предоставлена возможность реализации предусмотренных законом прав в соответствии с положениями УПК РФ. Нарушений председательствующим прав участников уголовного судопроизводства, а также предвзятости и необъективности суд апелляционной инстанции не усматривает. Все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке. Данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего С., при назначении Кузьмицкому наказания за содеянное, суд в полной мере учёл характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о его личности, влияние наказания на его исправление.

Определяя вид и размер наказания, суд в качестве смягчающих обстоятельств признал наличие на его иждивении малолетнего ребенка, частичное признание вины, принесение извинений потерпевшему в судебном заседании, неудовлетворительное состояние здоровья осужденного и его близких родственников. Кроме того, судом учтены и иные данные о личности Кузьмицкого, который ранее не судим, состоит в браке, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту работы характеризуется положительно.

Просьба потерпевшего о признании в качестве отягчающего обстоятельства наличие у погибшей несовершеннолетнего ребенка удовлетворению не подлежит, поскольку данное обстоятельство не предусмотрено ч.1 ст.63 УК РФ. Перечень указанных отягчающих обстоятельств является исчерпывающим и расширению не подлежит.

Оценив все обстоятельства, влияющие на вид и меру наказания, суд пришёл к обоснованному выводу о возможности назначения Кузьмицкому наказания в виде принудительных работ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Назначенное наказание по своему виду и размеру является справедливым, соразмерным содеянному. Выводы суда в приговоре подробно мотивированы и не вызывают сомнений.

Оснований для отмены или изменения приговора по доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 16 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Маилова Р.С., потерпевшего С. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаётся непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий А.С. Шпанов