№2-1541/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Смоленск 20 августа 2019 года

Промышленный районный суд г.Смоленска

в составе:

председательствующего судьи Калинина А.В.,

при секретаре Скворцовой Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3, ГУ УПФ РФ в г. Смоленске о понуждении к исполнению договора, возложении обязанности перечисления средств материнского (семейного) капитала, встречному исковому заявлению ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительным, применении последствий недействительности сделки, расторжении договора купли-продажи жилого помещения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, действующей также в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3, ГУ УПФ РФ в г. Смоленске о понуждении к исполнению договора, возложении обязанности перечисления средств материнского (семейного) капитала, в обоснование требований указав, что между сторонами 18.09.2018 заключен договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> В соответствии с п. 2 договора указанный объект недвижимости продан за 408 026 руб., при этом, покупатель обязался оплатить продавцу указанные денежные средства за счет средств материнского капитала, выделяемых на основании государственного сертификата после регистрации сделки в Управлении Росреестра по Смоленской области. Условиями договора предусмотрено, что он одновременно является передаточным актом. 30.10.2018 переход права собственности на комнату в равных долях к ответчику и ее несовершеннолетним детям зарегистрирован в установленном порядке. 06.11.2018 ответчик, с ее слов, подала документы в УПФ РФ для перечисления на счет продавца указанных денежных средств. Полный пакет документов был передан 24.12.2018. Однако, 22.01.2019 ФИО2 подала заявление в УПФР об аннулировании заявления о распоряжении средствами материнского капитала. В связи с чем, обязательства по вышеназванному договору ответчиком не исполнены до настоящего времени.

Просит суд обязать ФИО2, являющуюся законным представителем несовершеннолетних ФИО3, ФИО3 обратиться с заявлением о распоряжении средствами материнского капитала и всеми необходимыми документами в ГУ УПФ РФ по г. Смоленску во исполнение договора купли-продажи жилого помещения с условным номером 

<

адрес>, назначение: жилое помещение, общая площадь 11,7 кв.м. расположенного на 2 этаже по адресу: 

<

адрес> от 18.09.2018. Обязать ГУ-УПФР в г. Смоленске, после подачи заявления ФИО2, являющейся законным представителем несовершеннолетних ФИО3 и ФИО3 о распоряжении средствами материнского капитала, перечислить средства материнского капитала ФИО1 

Не согласившись с указанными требованиями, ФИО2, действующая также в интересах несовершеннолетних ФИО3 и ФИО3 обратилась в суд к ФИО1 со встречным исковым заявлением о признании сделки недействительной и расторжении договора купли-продажи от 18.09.2018, в обоснование требований указав, что на момент заключения договора купли-продажи от 18.09.2018 ответчиком (истцом по первоначальному требованию) не было сообщена достоверная информация о лицах зарегистрированных в жилом помещении, являющемся предметом договора, а также не представлены сведения о наличии задолженности по оплате коммунальных услуг в размере 68 218, 56 руб., что является существенным условием вышеназванного договора. При этом указывает, что располагая указанными сведениями на момент заключения договора истец (ответчик по первоначальному иску), действующая также в интересах несовершеннолетних детей, не заключила бы договор на указанных условиях. Кроме того, ФИО1 не передала ФИО2 ключи от жилого помещения. Учитывая изложенное, ФИО2 обратилась в УПФ РФ по г. Смоленску с заявлением о приостановлении оплаты по материнскому капиталу, поскольку заключение спорного договора привело бы к неблагоприятным последствиям в виде уплаты задолженности по коммунальным платежам. Ссылаясь на основание недействительности сделки, как совершенной под влиянием заблуждения, а также на наличие оснований для расторжения договора в связи с существенным нарушением его другой стороной, просит суд признать недействительным договор купли-продажи от 18.09.2018, применив последствия недействительности сделки, расторгнув договор купли-продажи от 18.09.2018. 

Уточнив встречные требования, просит суд признать недействительным договор купли-продажи от 18.09.2018, применив последствия недействительности сделки. Расторгнуть договор купли-продажи от 18.09.2018 в одностороннем порядке. 

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 требования поддержала, встречные требования не признала. Пояснила, что свои обязательства по договору купли-продажи она исполнила, ключи от жилого помещения не отказывалась передать и не отказывается, однако ФИО2 получать их не хочет, о наличии задолженности по оплате коммунальных услуг покупателю – ФИО2, было известно, однако про это в договоре не указывалось, поскольку задолженность сформировалась в период владения квартирой истцом и оплачивала бы ее истец (ФИО1). Ключи от комнаты Докова не забирала, денежные средства по договору не перечислила. Отметила по доводам ответчика-истца, что не обязалась ремонтировать окно в продаваемой комнате, а только оказать содействие в привлечении знакомого мастера. Уточнив в судебном заседании требования в окончательной редакции, просила суд обязать ФИО2, являющуюся законным представителем несовершеннолетних ФИО19 и ФИО20 исполнить обязанность по оплате жилого помещения с условным номером № назначение: жилое помещение, общая площадь 11,7 кв.м., расположенного на 2 этаже по адресу: 

<

адрес> в соответствии с договором купли-продажи жилого помещения 18.09.2018 путем подачи ею заявления в Пенсионный фонд РФ на распоряжение средствами материнского (семейного) капитала. Обязать ГУ-УПФР в г. Смоленске, после подачи заявления ФИО2, являющейся законным представителем несовершеннолетних ФИО21 и ФИО22 о распоряжении средствами материнского капитала, перечислить средства материнского капитала ФИО1 

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2, действующая также в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3, ее представители ФИО5, ФИО6 первоначальные требования не признали, уточненные встречные требования поддержали. В этом и ранее состоявшихся заседаниях указали, что первоначально ФИО2 не уклонялась от исполнения обязательств представ в УПФР по г. Смоленску документы для перечисления средств, но ей было отказано. Впоследствии заявление было отозвано, поскольку ФИО2 не имеет интереса в совершении спорной сделки, имеет намерение ее расторгнуть по доводам, указанным во встречном, кроме того, по договоренности Осиповская должна была отремонтировать окно, что до настоящего времени не исполнено, а также не сообщила о наличии долга по оплате жилищно-коммунальных услуг, о чем в момент заключения договора не было известно. При этом, в настоящее время она (ФИО4) не имеет возможности проживать в приобретенном жилом помещении, поскольку истцом (ответчиком по встречному требованию) ключи не переданы, акт приема-передачи не подписан, вместе с тем, коммунальные платежи начисляются, а долг по оплате коммунальных услуг не погашен. ФИО2 просила передать ключи, ФИО1 назначила встречу, но для передаче ключей не явилась. Самостоятельно вскрывать приобретенное помещение и менять замок не желает. Просила в удовлетворении первоначальных требований отказать, встречные требования удовлетворить. 

Представитель ответчика ГУ УПФР в Промышленном районе г. Смоленска ФИО7 иск не признала, поддержала письменные возражения, в которых описав обстоятельства рассмотрения имевших место обращений ФИО2 с заявлениями о распоряжении средствами материнского семейного капитала, в одном из которых было отказано, а второе отозвано самой ФИО2 При этом, в силу закона и принятых в соответствии с ним нормативных актов, распоряжение средствами материнского капитала носит исключительно заявительный характер. В случае поступления заявления и соответствующих документов, последнее должно быть рассмотрено в установленном административном порядке с принятием предусмотренного законом решения (л.д. 22-23). Отметила, что Пенсионный фонд является ненадлежащим ответчиком по спору, поскольку не является стороной по сделке. Кроме того, оснований для проверки заявления о перечислении денежных средств по спорной сделке не имелось, поскольку ФИО2 отозвала свое заявление. Выразила сомнения в исполнимости решения при удовлетворении первоначальных требований, поскольку даже сам факт обращения ФИО2 в пенсионный фонд для распоряжения средствами материнского капитала не свидетельствует безусловно о принятии такого решения, поскольку ФИО2 ничто не препятствует его отозвать, а также в распоряжении средствами может быть отказано по результатам его проверки по основаниям предусмотренным законом. 

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица Управления опеки и попечительства администрации г. Смоленска ФИО8 возражала против удовлетворения встречных требований, пояснив, что в настоящее время несовершеннолетние дети ФИО2 являются собственниками жилого помещения, и оснований для лишения их этого имущества нет, как и согласия на ухудшения их жилищных условий от органа опеки.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц ОАО «Жилищник», СМУП «ВЦЖКХ» в судебное заседание не явились, сведений об уважительности причин неявки суду не представили.

Ранее, ОАО «Жилищник» в письменных возражениях на встречное исковое заявление, указывали о наличии на лицевом счете, оформленном на имя ФИО2, суммы задолженности в размере 54 888, 30 руб., указав, что соответствующая задолженность взыскивается с собственника жилого помещения с момента регистрации права собственности. 

Суд, в силу положений ст. 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав позицию сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Согласно ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным в случае, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (статья 486 ГК РФ).

В силу ч. 1 ст. 556 ГК РФ, передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Судом установлено, что 18.09.2018 между ФИО1 (Продавец) с одной стороны и ФИО2 (Покупатель), действующей также в интересах несовершеннолетних детей ФИО3 и ФИО3, с другой стороны, был заключен договор купли-продажи жилого помещения с условным номером №, назначение: жилое помещение, общая площадь 11,7 кв.м., расположенную на втором этаже по адресу: 

<

адрес> по условиям которого ответчик (истец по встречному иску) и ее несовершеннолетние дети приобрели в общую долевую собственность, по 1/3 доли в праве каждому вышеупомянутое жилое помещение (л.д. 8). 

В силу п. 3 названного Договора покупатель обязался оплатить продавцу сумму 408 026 руб. за счет средств материнского капитала, выделяемых по программе «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006 г. № 256-ФЗ, на основании государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серия №, выданного 24.10.2014 на основании решения государственного учреждения ПФР № 8 по г. Москве и Московской области № от 24.10.2014 на имя ФИО2. 

Указанная сумма, по условиям договора, оплачивается после регистрации права собственности в Управлении Федеральной службы Государственной регистрации кадастра и картографии по Смоленской области путем перечисления Пенсионным фондом Российской Федерации в безналичном порядке в сроки, установленные законодательством РФ на счет ФИО1

30.10.2018 переход права зарегистрирован в Управлении Росреестра по Смоленской области, номер записи о регистрации договора №, произведена регистрация залога в силу закона в пользу продавца-первоначального истца по делу ФИО1, на указанный объект недвижимости (л.д. 42-47).

Также, согласно п. 9 Договора стороны пришли к соглашению о том, что Договор купли-продажи одновременно является документом, подтверждающим факт передачи недвижимого имущества и имеет силу Передаточного акта. 

Из материалов дела следует, что ответчик ФИО2 является матерью несовершеннолетних детей: ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (л.д. 49, лицевая и оборотная сторона).

Как следует из представленных документов, ФИО2 06.11.2018 обратилась в УПФР в Промышленном районе г. Смоленска с заявлением о направлении средств материнского капитала в размере 408 026 руб. на оплату приобретаемого жилого помещения (л.д. 26-27), приложив соответствующие документы.

Решением от 06.12.2018 в удовлетворении заявления о распоряжении средствами материнского капитала было отказано в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 8 ФЗ от 29.12.2016 № 256-ФЗ, то есть по основаниям нарушения установленного порядка подачи заявления о распоряжении (л.д. 25), о чем ФИО2 была уведомлена (л.д. 51-52).

24.12.2018 ФИО2 повторно обратилась с заявлением о распоряжении средствами материнского капитала во исполнение своей обязанности по договору купли-продажи от 18.09.2018 (л.д. 53-54).

18.01.2019 ФИО2 подала заявление об аннулировании ранее поданного заявления о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала (л.д. 57), которое было удовлетворено (л.д. 58).

Сторонами не оспаривается, что до настоящего времени оплата покупателем по договору не произведена, ответчик-истец ФИО2 отказывается производить расчеты мотивируя это наличием оснований для признания договора недействительным и его расторжения.

Учитывая обстоятельства дела смысл и правовые последствия заявленных каждой из сторон требований, суд полагает первоначально разрешить в решении встречные требования о недействительности и расторжении договора, так как первоначальные требования о понуждении к исполнению договора безусловно производны от его заключенности и действительности. 

Разрешая встречные требования ФИО2 о признании договора купли-продажи от 18.09.2018 недействительным, применении последствий недействительности сделки, расторжении договора купли-продажи от 18.09.2018 в одностороннем порядке, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором.

По требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (подп. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ).

Исходя из смысла названных выше норм закона, ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона, должна представить суду соответствующие доказательства наличия такого нарушения договора. 

Покупатель может расторгнуть договор путем одностороннего отказа от его исполнения, если продавец отказывается передать проданную недвижимость (п. 1 ст. 463, п. 5 ст. 454 ГК РФ) либо существенно нарушил требования к качеству товара, передав недвижимость с существенными недостатками (ст. 557, п. 2 ст. 475 ГК РФ). 

Из представленного в дело договора купли-продажи от 18.09.2018 следует, что условий, определяющих случаи расторжения договора по требованию одной из сторон в судебном порядке с возвращением полученного сторонами по договору до момента его расторжения, данное соглашение не предусматривает.

В обоснование своих требований, ФИО2 ссылается на то обстоятельство, что ответчик (истец по первоначальному требованию) существенно нарушила условия спорного договора, выразившееся не передаче жилого помещения (не отдает ключи), а также, что в нарушение п. 7 Договора, ответчик (истец по первоначальному иску) не сообщил сведения о зарегистрированных лицах по указанному адресу. 

Вместе с тем, указанные доводы, опровергаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Как следует из справки от 03.06.2019, выданной СМУП «ВЦЖКХ», на момент заключения спорного договора (18.09.2018), в жилом помещении – 

<

адрес> зарегистрированных лиц не значилось (л.д. 76). 

Как указано выше, после подписания 18.09.2019 договора купли-продажи, являющегося по его условиям одновременно актом приема-передачи жилого помещения (п. 8), переход права зарегистрирован в установленном порядке в Управлении Росреестра, что в контексте положений ст. 549, 551 ГК РФ свидетельствует об исполнении договора ФИО1 и передаче ею в собственность покупателя спорного жилого помещения.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО12 суду пояснила, что знакома со сторонами по спору. Надежда (Осиповская) сказала ей (свидетелю), что хочет продать свою комнату, а в это время приехала Наташа (ФИО4) из Москвы и искала для покупки комнату. Надя сразу сказала, что у нее в комнате разбито окно и имеется незначительный долг по оплате коммунальных услуг. Свидетель их познакомила. Когда она (свидетель) вернулась из Питера, узнала, что сделку они заключили. Но потом поинтересовалась у Наташи, почему она не переезжает, на что мне ответили, что ей не отдали ключи от комнаты и окно не сделано. Наташи негде было жить и она с детьми переехала жить к свидетелю, где жила с декабря по февраль. Также было известно, что Надя сдавала эту комнату и ключи от комнаты Наташе не отдала. При этом, Наташа несколько раз пыталась при свидетеле дозвониться до Нади. Один раз ей это удалось. Это было в декабре 2018 года. Наташа попросила ключи, а Надя ответила - «приезжай и бери», конкретную дату назвать свидетель затруднилась. Наташа сказала, что не поедет, но потом поехала. Однако, встреча не состоялась. В итоге Наташа сняла себе жилье и переехала туда.

В судебном заседании ФИО2 (ответчику по первоначальному требованию) также предлагалось получить ключи от спорного жилого помещения, на что последняя ответила отказом.

Анализируя вышеприведенные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств нарушений со стороны ФИО1 условий договора купли-продажи жилого помещения от 18.09.2018, как указано выше доводы о сохранении в квартире регистрации иных лиц опровергаются материалами дела. При этом, представленными ФИО2 доказательствами не опровергаются доводы ФИО1 о том, что та не отказывалась передать ключи от квартиры, в том числе данное обстоятельство не опровергнуто и показаниями свидетеля из которых также следует, что отказа в этом не имелось. При этом, в действиях ФИО2 по отказу от получения ключей от спорной комнаты в том числе по мотивам утраты заинтересованности в сделке, суд усматривает злоупотребление правом, и по правилам ст. 10 ГК РФ отказывает в защите такового. 

Кроме того как следует из вышеприведенных положений п. 2 ст. 450 ГК РФ, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. Однако, учитывая фактическую передачу квартиры по договору в той части, какой он согласован в качестве передаточного акта и в данной части не оспорен, состоявшуюся государственную регистрацию перехода права к ФИО2 и ее детям, не передачу ключей от комнаты, даже если бы таковая и имела место нельзя расценивать как существенное нарушение, поскольку суду представляется общеизвестным и не нуждающимся в доказывании, что стоимость услуги по демонтажу и замене замка входной двери несоразмерна стоимости предмета сделки и не влечет для покупателя ущерба, лишающего ее комнаты, как объекта недвижимости, на который она рассчитывала при заключении договора. 

Приводившиеся в состоявшихся судебных заседаниях доводы стороны ответчика-истца по встречному иску о том, что ФИО2 опасалась вскрывать принадлежащую ей после регистрации сделки комнату по мотивам возможного наличия в ней вещей ФИО1, судом отклоняются, как бездоказательные и основанные на предположении. 

Учитывая, что сторона истца по встречному иску не в полной мере разделяет заявленные фактические и правовые основания к расторжению договора и признании сделки недействительной, по вышеуказанным мотивам, суд, как не обладающим признаками существенности, суд полагает возможным отклонить доводы о наличии оснований для расторжения договора не проведении продавцом работ по замене разбитого стекла в окне, отмечая также то обстоятельство, что недостаток является явным, исходя из пояснений сторон, известным покупателю на момент заключения договора, а доказательств наличия соглашения о ремонте за счет продавца не представлено, с учетом не опровергнутой позиции ФИО1 о том, что последняя не обязалась устранять недостаток за свой счет, а лишь обещала оказать содействие, характер и степень которого по делу не доказана. 

Далее, истец (ответчик по первоначальному иску) указывает на наличие оснований для признания сделки недействительной, поскольку ФИО1 не отремонтировала окно в жилом помещении, а также не указала на наличие задолженности по оплате коммунальных услуг, чем ввела ее (ФИО4) в заблуждение. 

В силу положений ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Пунктом 2 названной статьи определено, в каких случаях заблуждение предполагается достаточно существенным, в том числе, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (пп. 2).

В судебном заседании установлено, что в спорном жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

адрес> никто не зарегистрирован, лицевой счет оформлен на имя ФИО2, сумма задолженности составляет 54 888, 30 руб., период образования не указан (л.д. 90-91). Согласно представленного платежного документа за октябрь 2018 года по лицевым счетам по указанной комнате, открытому на имя ФИО1 задолженность составляла 68 218, 56 руб. – ОАО «Жилищник» и СМУП «Горводоканал» и 28 042, 23 руб. – ПАО «Квадра» (л.д 63).

Однако, вопреки доводам истца по встречному иску, данное обстоятельство не является юридически значимым и не свидетельствует об обоснованности требований в этой части. 

Так, на основании ст. 153 Жилищного кодекса РФ, обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает у собственника помещения с момента возникновения права собственности на такое помещение с учетом правила, установленного частью 3 статьи 169 настоящего Кодекса.

Таким образом, изложенное свидетельствует о том, что правовые последствия неисполнения прежним собственником обязанности по оплате жилищно-коммунальных услуг, равно как и ее задолженности, определены специальными нормами ЖК РФ, и в отсутствие иного соглашения сторон, в силу прямого указания закона не затрагивают каким-либо образом, права нового собственника, а отношения связанны с имевшейся на дату перехода прав задолженностью подлежат урегулированию напрямую между предыдущим собственником и поставщиками коммунальных услуг.

Соответственно названное обстоятельство не может являться основанием для признания сделки недействительной, как впрочем и основанием для расторжения договора по инициативе покупателя в силу правового регулирования приведенного выше.

Также, как уже указывалось при оценке требований о расторжении договора, окно, требующее ремонта, не может быть признано судом существенным недостатком приобретенного жилого помещения в силу невысокой по сравнению с ценой договора стоимостью ремонта такового, и поэтому не подпадает под признаки существенности заблуждения, предусмотренные пп. 2 п. 2 ст. 178 ГК РФ. 

Подписав спорный договор, являющийся также и актом приема-передачи, истец (ответчик по первоначальному иску) согласилась, что жилое помещение находится в состоянии, соответствующем условиям договора.

Иных доказательств наличия какой-либо договоренности относительно обязательств продавца по устранению недостатков комнаты в материалах дела не имеется и в нарушение ст.56 ГПК РФ истцом (ответчиком по встречному иску) не представлено, при том, что как указано выше первоначальный истец – ответчик по встречному иску факт принятия обязательства по устранению недостатка своими силами и за свой счет не признает.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу, что приведенные истцом (ответчиком по встречному иску) доводы, не могут являться основанием для расторжения договора купли-продажи, поскольку не могут быть признаны существенными, по смыслу положения, предусмотренного подпунктом 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ, при этом, оснований для признания сделки недействительной также не имеется, в связи с чем, встречные требования ФИО2 о расторжении договора купли-продажи не подлежат удовлетворению.

Учитывая отсутствие оснований для признания по доводам встречного иска сделки недействительной, а равно ее расторжения, разрешая первоначальные исковые требования, суд исходит из следующего. 

В обоснование доводов иска ФИО1 указывает на то, что ответчик (истец по встречному требованию) не исполнила свою обязанность по оплате приобретенного жилого помещения средствами материнского капитала, требует понудить ее к подаче соответствующего заявления в уполномоченный орган ГУ УПФ РФ в г. Смоленске, а ответчика ГУ УПФ РФ в г. Смоленске в свою очередь перечислить соответствующие денежные средства.

В силу ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно ст. 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Из положений ст. 308.3 ГК РФ следует, что в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Защита кредитором своих прав в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (глава 25).

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» согласно пункту 1 статьи 308.3, статье 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства.

При предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным.

Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения ГК РФ, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.

Не может быть отказано в удовлетворении иска об исполнении обязательства в натуре в случае, когда надлежащая защита нарушенного гражданского права истца возможна только путем понуждения ответчика к исполнению в натуре и не будет обеспечена взысканием с ответчика убытков за неисполнение обязательства, например, обязанностей по представлению информации, которая имеется только у ответчика, либо по изготовлению документации, которую правомочен составить только ответчик.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 3 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», право на дополнительные меры государственной поддержки возникает при рождении детей, имеющих гражданство РФ, у женщин, родивших второго ребенка, начиная с 01 января 2007 года.

Согласно ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ, распоряжение средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала осуществляется лицами, указанными в частях 1 и 3 статьи 3 настоящего Федерального закона, получившими сертификат, путем подачи в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации непосредственно либо через многофункциональный центр заявления о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала (далее - заявление о распоряжении), в котором указывается направление использования материнского (семейного) капитала в соответствии с настоящим Федеральным законом. Лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям по указанным в части 3 названной статьи направлениям, в том числе на улучшение жилищных условий (п. 1 ч. 3 ст. 7, ст. 10).

Порядок рассмотрения соответствующего заявления и основания отказа предусмотрены статей 8 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ.

По смыслу закона, в частности ст. 12 ГК РФ, исполнение обязательства в натуре – это фактическое выполнение должником своих обязательств по договору. В натуре исполняются неденежных обязательства, например передача товара, выполнение работы, оказание услуг. Исходя из той же нормы о способах защиты гражданских прав, по денежным обязательствам заявляются требования о взыскании долга.

Однако, принимая во внимание вышеприведенные нормы права, в том числе приводившиеся положения ГК РФ о купле-продаже, и их разъяснения, суд приходит к выводу, что обязательство по исполнению сделки купли-продажи на стороне стороны покупателя является по существу денежным обязательством, то есть не является обязательством подлежащим исполнению в натуре.

Указание в данном случае в договоре купли-продажи на оплату предмета договора средствами материнского капитала, является по сути лишь указанием на источник денежных средств, предполагаемых к расчету с продавцом, а также порождает безусловные правовые последствия защиты прав кредитора, возникновением в силу обеспечения исполнение обязательства покупателя ипотекой в силу закона в пользу продавца, а не определяет оплату по договору в натуре, как и не содержит условия об обязанности покупателя совершать те или иные действия, при том, что любое денежное исполнение по названному договору из иных источников на его сумму по общему правилу будет считаться надлежащим исполнением обязательства.

Таким образом, говоря о понуждении к исполнению денежного обязательства в натуре, истец избирает ненадлежащий способ защиты права, применительно к положениям ст. 12 ГК РФ. 

При этом, суд отмечает, что истец не лишен возможности защитить свои права иными способами, в том числе заявлением требований об исполнении денежного обязательства или расторжения договора с возвратом сторон в первоначальное положение, с возмещением, при наличии к тому оснований также понесенных убытков. 

Поскольку истцом избран в данном случае ненадлежащий способ защиты права суд отказывает в удовлетворении заявленных к ответчику ФИО2 требований. 

Более того, учитывая положения Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ, распоряжение средствами материнского (семейного капитала) является правом на получение государственной поддержки, а понуждение к реализации права в данном случае с одной стороны не может быть признано исполнением обязательства в натуре, а с другой стороны понуждение к реализации прав, исходя из принципа диспозитивности поведения участников гражданских правоотношений, противоречит в целом смыслу действующего гражданского законодательства. 

При этом, способ защиты нарушенного права истца (ответчика по встречному требованию) на получение исполнения по спорной сделке путем обязания совершить ответчика (истца по встречному требованию) действия по распоряжению средствами материнского капитала, является ненадлежащим, и поскольку, исполнение обязательства указанным истцом способом, может быть объективно неисполнимо, в связи с наличием ряда вышеприведенных требований при подаче соответствующего заявления в органы Пенсионного фонда РФ, и необходимостью принятия последним решения об удовлетворении такового, что также ставится в зависимость от ряда условий, установленных законодательно, с учетом того, что реализация права носит заявительный характер, не может быть применена ретроспективно, а не зависящие от воли сторон основания отказа в его реализации могут возникнуть на любой стадии процесса. В связи с эти отказ в иске в данной части не противоречит приведенным разъяснениям о недопустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре с учетом помимо положений ГК РФ, иного Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ и существа обязательства, при наличии иных способов защиты и восстановления прав продавца.

С учетом этого, в требованиях к ГУ УПФ РФ в г. Смоленске надлежит отказать, как производных. 

Вместе с тем, суд также находит возможным согласиться с позицией ответчика о том, что также спорные правоотношения вытекают из договора купли-продажи недвижимости от 18.09.2018 и правовые последствия неисполнения обязанностей по договору возлагаются на стороны договора, при этом, ответчик ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в г. Смоленске не является стороной по сделке, а указание в качестве источника оплаты по договору средств материнского капитала не означает возникновения каких-либо обязательств Управления перед сторонами.

Как указано выше распоряжение средствами материнского (семейного) капитала является правом и носит заявительный характер. Порядок рассмотрения соответствующего заявления и основания отказа по каждому факту поступления заявления предусмотрены статей 8 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ, прямо устанавливающий исключительные полномочия ответчика, как компетентного органа на рассмотрения заявления и принятие по нему решения, которое в числе прочего может является самостоятельным предметом оспаривания с самостоятельным правосубъектным статусом в рамках которого истец ФИО1 субъектом обжалования не является. То есть в отсутствие поданного заявления, предусмотренных законом документов, проведения публичной процедуры рассмотрения и проверки заявления, возложение на компетентный орган – ответчика безусловной обязанности совершить в будущем действия прямо противоречило бы закону, при том что, суд по настоящему делу разрешает гражданско-правовые требования, но подменяет собой государственное учреждение пенсионного фонда с учетом его полномочий и функций.

Таким образом, требование истца (ответчика по встречному иску) об обязании ФИО2 исполнить обязанность по оплате жилого помещения в соответствии с договором путем подачи соответствующего заявления о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала и о возложении обязанности на ГУ УПФР РФ в г. Смоленска о перечислении указанных средств в отсутствие соответствующего заявления ФИО2 на распоряжение материнским (семейным) капиталом в счет исполнения обязательств по спорной сделке удовлетворению также не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3, ГУ УПФ РФ в г. Смоленске о понуждении к исполнению договора, возложении обязанности перечисления средств материнского (семейного) капитала отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи жилого помещения недействительной, применении последствий недействительности сделки, расторжении договора купли-продажи жилого помещения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья А.В.Калинин 

решение в окончательной форме изготовлено: 26.08.2019