№ 1-85/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

27 июня 2018 г. г. Саратов

Октябрьский районный суд г. Саратова в составе

председательствующего судьи Тенькаева А.Ю.,

при секретаре Волковой А.А., 

с участием государственного обвинителя – прокурора Саратовской области Филипенко С.В., 

подсудимого ФИО1, 

его защитника – адвоката Кулагиной С.А., представившей удостоверение № и ордер №, 

потерпевшей ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, проживавшего до задержания 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, содержащегося под стражей с 

<

дата>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил убийство ФИО6 при следующих обстоятельствах.

08 марта 2018 г. около 22 часов 20 минут ФИО1, ФИО2 и её сын ФИО6 находились 

<

адрес> где совместно распивали спиртные напитки. 

Во время распития спиртного между ФИО1 и ФИО6 из-за оскорбления последним своей матери произошел словесный конфликт, в ходе которого на почве возникших личных неприязненных отношений ФИО1 решил совершить убийство ФИО6

Реализуя свой преступный умысел, в этот день в период времени с 23 часов 05 минут до 23 часов 15 минут, находясь в подвальном помещении вышеуказанного дома, ФИО1 взял металлическую спицу и, используя её в качестве орудия преступления, умышленно, с целью причинения смерти, нанес ею 4 удара ФИО6 в область груди слева.

После нанесения данных телесных повреждений ФИО6 направился в сторону выхода из помещения, а ФИО1, доводя до конца свой преступный умысел, направленный на убийство ФИО6, взял топор, решив использовать его в качестве орудия преступления, и, догнав ФИО6 в проходе, ведущем в подвальные помещения, нанес ему не менее 8 ударов обухом топора в область головы и шеи. 

В результате указанных умышленных преступных действий ФИО1 ФИО6 были причинены телесные повреждения:

- колотые множественные проникающие ранения (4) груди с повреждениями кожи, мягких тканей четвертого и пятого межреберий слева, сквозными повреждениями (4) пристеночной плевры, повреждениями передне-наружной поверхности верхней доли левого легкого, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека;

- кровоподтек шеи с подлежащим кровоизлиянием в мягкие ткани шеи, неполный косо-поперечный перелом подъязычной кости разгибательного характера, неполный поперечный перелом верхнего правого рога щитовидного хряща сгибательного характера, полный продольный перелом левой пластинки щитовидного хряща сгибательного характера, неполный поперечный перелом пластинки перстневидного хряща справа практически по средний линии разгибательного характера, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека; 

- рвано-ушибленные раны - правой теменной области, правой лобной области, левой лобно-теменной области, кровоизлияние в мягкие покровы головы с внутренней стороны, степень тяжести вреда здоровью которых не определена; 

- ссадины, не причинившие вреда здоровью человека.

Смерть ФИО6 наступила на месте преступления в короткий промежуток времени, исчисляемый единицами часов, после причинения ему ФИО1 телесных повреждений в виде колотых множественных проникающих ранений груди с повреждениями кожи, мягких тканей четвертого и пятого межреберий слева, сквозными повреждениями пристеночной плевры, повреждениями передне-наружной поверхности верхней доли левого легкого, осложнившейся развитием массивной кровопотери.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении преступления признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия, при этом уточнил, что несколько раз ударил ФИО6 металлической спицей в область груди, обороняясь от его нападения, поскольку последний в ходе словесного конфликта высказывал угрозы физической расправы и кинулся на него драться, пытался схватить за горло, поэтому, чтобы его остановить, он нанес ему данные телесные повреждения. Затем, когда ФИО6 направился в сторону выхода из подвального помещения, он, также опасаясь физической расправы, взял топор и, догнав его, нанес несколько ударов по голове и шее, чтобы его оглушить, но убивать ФИО6 он не хотел.

Несмотря на фактическое отрицание своей вины, суд находит вину подсудимого в совершении преступления установленной совокупностью следующих исследованных судом доказательств.

Так, потерпевшая ФИО2 в судебном заседании показала, что 

<

дата> в ходе распития спиртного в подвале 

<

адрес> сын ФИО6 стал её оскорблять, из-за чего между ним и сожителем ФИО1 произошел словесный конфликт, ФИО6 стал также оскорблять ФИО1 В ходе конфликта ФИО6 встал из-за стола, ФИО1 схватил металлическую спицу и ударил ФИО6 несколько раз в грудь слева. После этого ФИО6 направился в сторону выхода из комнаты, а ФИО1 схватил топор и, подбежав к ФИО6, ударил его сзади обухом по голове, отчего ФИО6 присел, затем он нанес ему еще несколько ударов. После этого ФИО1 подошел к ней и сказал, что убил её сына. В последующем они с ФИО1 волоком вытащили труп ФИО6 на улицу и оставили около подъезда дома.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого с соблюдением требований п. 2 ч. 4 ст. 46 и п. 3 ч. 4 ст. 47 УПК РФ и оглашенных судом в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следуют, что он совместно со своей сожительницей ФИО2 и ее сыном ФИО6 длительное время проживал в подвале 

<

адрес>. С ФИО6 у него часто возникали ссоры и конфликты. 

<

дата> они находились в указанном помещении и распивали спиртные напитки. Во время этого между Потерпевший №1 и ее сыном ФИО6 произошел конфликт, он был вынужден заступиться за ФИО2 ФИО6 стал высказывать нецензурные слова в его адрес с угрозами физической расправы. Он сказал ФИО6, что если последний не успокоиться, он его убьет, так как его терпение на исходе. Г.В.ВА. не успокаивался, продолжал ругаться на него и на мать, а в последующем встал из-за стола и направился в его сторону, в связи с чем он схватил металлическую спицу для вязания длиной около 20 см и нанес ей 4 удара в грудь слева ФИО6 После этого ФИО6 направился в сторону выхода из подвала. Он, испугавшись расправы, схватил топор и проследовал за ФИО6 для того, чтобы убить его. Догнав ФИО6, он обухом топора нанес не менее 8 ударов по голове и шее, от которых тот упал на колени, а затем полностью на пол. После убийства труп ФИО6 пролежал в подвале до 

<

дата>, затем он совместно с ФИО2 вытащил его из подвала и оставил около подъезда дома (т. 1 л.д. 82-87, 111-114, 244-251).

Аналогичные показания об обстоятельствах убийства ФИО6 ФИО1 давал и в ходе проверки его показаний на месте с использованием видеозаписи (т. 1 л.д. 115-127), а также при проведении очной ставки с потерпевшей ФИО2, полностью подтвердив показания последней (т. 1 л.д. 91-94).

В протоколе явки с повинной ФИО1 сообщил, что 

<

дата> в подвале 

<

адрес> в ходе конфликта с обоюдными угрозами он нанес ФИО6 около 4 ударов вязальной спицей в область груди, а также около 8 ударов обухом топора по голове, от чего тот упал и больше не поднимался. Спустя примерно сутки он совместно с ФИО2 вынес тело ФИО6 из подвала на улицу, где оставил около подъезда указанного дома (т. 1 л.д. 11-12).

Таким образом, в ходе досудебного производства подсудимый последовательно изобличал себя именно в убийстве ФИО6, при этом не указывал на то, что он оборонялся от нападения последнего, когда он пытался схватить его за горло, и, нанося ему множественные удары, не хотел убивать потерпевшего.

Вышеизложенные уличающие показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, и сведения, указанные им в протоколе явки с повинной, суд находит достоверными доказательствами и кладет их в основу приговора, поскольку они последовательны, согласуются с другими доказательствами вины, лишены существенных противоречий, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, протоколы следственных действий им подписаны, перед началом ему разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу и при последующем отказе от этих показаний.

В судебном заседании ФИО1 полностью подтвердил оглашенные показания и написанную им явку с повинной.

Свидетель ФИО7 сообщила суду, что работает фельдшером на станции скорой медицинской помощи. 

<

дата> она в составе бригады прибыла к 

<

адрес> где был обнаружен труп мужчины с множественными телесными повреждениями, о чем она сообщила в полицию.

Свидетель ФИО8, работающий слесарем и обслуживающий 

<

адрес>, подтвердил, что в подвале указанного дома проживали ФИО1, ФИО2 и ФИО6 

<

дата> в связи с обнаружением трупа ФИО6 он по просьбе сотрудников полиции открывал подвальное помещение указанного дома и участвовал в его осмотре. 

Из протокола осмотра места происшествия от 

<

дата> следует, что у 4 подъезда дома по указанному адресу в полусидячем положении обнаружен труп мужчины с телесными повреждениями (т. 1 л.д. 14-23), который в этот же день опознан потерпевшей Потерпевший №1 как её сын ФИО6 (т. 1 л.д. 48-49).

При осмотре подвальных помещений 

<

адрес> 

<

адрес> установлено, что в данных помещениях оборудованы самодельные лежаки, в ходе осмотра обнаружены и изъяты справка ФКУ СИЗО-1 г.Саратова № от 

<

дата> на имя ФИО6, марлевый тампон с веществом бурого цвета, обнаруженном на пластиковой трубе, деревянная палка и деревянная крестовина с веществом бурого цвета, молоток с рукояткой и топор с деревянной ручкой (т. 1 л.д. 24-35), а также металлическая спица для вязания (т. 1 л.д. 129-134).

В последующем изъятые предметы осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 157-160, 165-167).

Согласно заключению судебно-биологической экспертизы на изъятых при осмотре места происшествия крестовине, палке, марлевом тампоне, клине топора и спице найдена кровь человека В? группы, происхождение которой от ФИО6 не исключается (т. 1 л.д. 194-199).

Из заключения судебно-генетической экспертизы следует, что на поверхности клина и обуха изъятого топора обнаружен биологический материал, который произошел от ФИО6, на поверхности топорища обнаружен биологический материал, который произошел от смешения генетического материала ФИО1 и ФИО6 (т. 1 л.д. 206-211).

По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть ФИО6 наступила от колотых множественных проникающих ранений груди с повреждениями кожи, мягких тканей четвертого и пятого межреберий слева, сквозными повреждениями пристеночной плевры, повреждениями передне-наружной поверхности верхней доли левого легкого, осложнившейся развитием массивной кровопотери. 

На трупе ФИО6 обнаружены повреждения, которые по механизму их образования, тяжести причиненного вреда здоровью человека, причинно-следственной связи с наступлением смерти, можно условно разделить на группы: А) колотые множественные проникающие ранения (4) груди с повреждениями кожи, мягких тканей четвертого и пятого межреберий слева, сквозными повреждениями (4) пристеночной плевры, повреждениями передне-наружной поверхности верхней доли левого легкого; Б) кровоподтек шеи с подлежащим кровоизлиянием в мягкие ткани шеи, неполный косо-поперечный перелом подъязычной кости разгибательного характера, неполный поперечный перелом верхнего правого рога щитовидного хряща сгибательного характера, полный продольный перелом левой пластинки щитовидного хряща сгибательного характера, неполный поперечный перелом пластинки перстневидного хряща справа практически по средний линии разгибательного характера; В) рвано-ушибленные раны - правой теменной области (1), правой лобной области (1), левой лобно-теменной области (1), кровоизлияние (1) в мягкие покровы головы с внутренней стороны; Г) ссадины - лба по средней линии (1), лба справа (1), правой щеки (1); кровоподтеки - в окружности правого глаза с переходом в правую скуловую область (1), правой ушной раковины (1), в проекциях передних коленных суставах (по 1); укушенные раны (2) языка. 

Повреждения группы (А) образовались от четырех (4) травмирующих воздействий предмета (орудия), обладающего колотыми свойствами, возможно в результате ударов в область груди металлической спицей, о чем свидетельствуют: ровные осадненные края ран, их округлая форма, наличие раневых каналов, преобладание длины раневых каналов над ранами на коже. 

Повреждения групп (Б, В, Г) образовались от действия тупого (-ых) твердого (-ых) предмета (-ов), сила которого (-ых) была достаточной для их образования, с числом травмирующих воздействий: - в область головы: не менее семи (7); - в область шеи: как от однократного (1), так и более; - в область нижних конечностей: не менее двух (2). 

Индивидуальные особенности следообразующей (контактировавшей) поверхности травмирующего предмета (орудия) в повреждениях, обнаруженных на трупе ФИО6 не отобразились. Возможность их образования в результате травмирующих воздействий обухом топора не исключается. 

Учитывая характер, морфологические признаки всех групп повреждений (кровоподтеки багрово-красного цвета на фоне припухлостей, ссадины с западающим полуподсохшим дном красного цвета, блестящие кровоизлияния в мягкие темно-красного цвета, объем излившейся крови в левую плевральную полость, данные судебно-гистологического исследования (кровоизлияния с признаками прижизненного происхождения и с минимальными реактивными изменениями), можно высказаться о том, что все они образовались прижизненно и что с момента их образования до момента наступления смерти прошел промежуток времени, исчисляемый единицами часов. 

Повреждения группы (А) состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6, квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека (согласно пункту 6.1.9 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194-н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). 

Повреждения группы (Б) в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6 не состоят, квалифицируются как причинившие тяжкий вред по признаку опасности для жизни человека (согласно пункту 6.1.5 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194-н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). 

Повреждения группы (В) в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6 не состоят, степень тяжести вреда, причиненного ими здоровью человека, не определяют, так как на момент смерти не ясен исход вреда здоровью (согласно пункту 27 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194-н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). 

Повреждения группы (Г) в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6 не состоят, квалифицируются как не причинившие вреда здоровью человека (согласно пункту 9 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194-н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). 

Все повреждения могли образоваться в один временной промежуток. 

После получения повреждений группы (А) в виде колотых ранений груди ФИО6 был способен совершать активные действия в промежуток времени, исчисляемый единицами часов. Способность к их совершению постепенно уменьшалась по мере нарастания кровопотери, которая привела к остановке сердечной деятельности. 

После получения остальных групп повреждений ФИО6 мог совершать активные действия до момента наступления смерти. 

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО6 обнаружен этиловый спирт: в крови - 2,8 г/л, в моче - 3,4 г/л, что соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения у живых лиц (т. 1 л.д. 181-186).

Содержащиеся в заключении экспертизы сведения о локализации, характере, степени тяжести и механизме образования телесных повреждений, обнаруженных при осмотре трупа ФИО6, полностью подтверждают уличающие показания подсудимого, данные им в ходе предварительного следствия и показания потерпевшей о нанесении её сыну ударов металлической спицей в область груди слева и обухом топора по голове и шее.

Анализируя собранные и исследованные в судебном заседании изложенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО1 в убийстве ФИО6 

Судом установлено, что нанесение 4 ударов металлической спицей и не менее 8 ударов обухом топора в область жизненно-важных органов потерпевшего (в грудь слева и в голову, шею соответственно), причинение при этом тяжких телесных повреждений по признаку опасности для жизни человека безусловно свидетельствуют о прямом умысле подсудимого, направленном на лишение жизни ФИО6 С учетом объективных действий ФИО1, избранного им орудия преступления (металлической спицы и топора), количества нанесенных ударов и тяжесть причиненных им телесных повреждений, суд делает вывод о том, что подсудимый желал совершить именно убийство потерпевшего. 

Данные обстоятельства опровергают показания ФИО1 об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего и его желании лишь оглушить последнего, в связи с чем к этим показаниям суд относится критически. 

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что он причинил телесные повреждения, обороняясь от нападения, поскольку потерпевший в ходе словесного конфликта высказывал угрозы физической расправы и кинулся на него драться, пытался схватить за горло, не нашли своего подтверждения, более того они опровергаются показаниями ФИО2 в суде о том, что в ходе конфликта её сын указанных действий по отношению к подсудимому не совершал.

Каких-либо телесных повреждений у ФИО1, кроме двух ссадин тыльных поверхностей левой и правой кистей, при его осмотре после происшедшего не обнаружено (т. 1 л.д. 172-173).

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО6 в ходе словесного конфликта какого-либо насилия к ФИО1 не применял, реальной и непосредственной опасности для него не представлял, находился в тяжелой степени алкогольного опьянения, он оскорблял свою мать ФИО2, затем стал оскорблять подсудимого, высказывал в его адрес угрозы применения насилия, однако, как следует из показаний ФИО1, данных им в ходе следствия, они проживали вместе в подвале, ранее между ними часто возникали конфликты, он убил его потому, что тот его «достал» (т. 1 л.д. 82-87, 111-114, 244-251).

В данном случае, вопреки доводам стороны защиты, сам по себе факт высказывания угроз применения насилия, разница в возрасте между подсудимым и потерпевшим, предыдущие конфликты между ними, без учета конкретных обстоятельств дела, установленных судом, и при отсутствии непосредственной опасности применения насилия, не свидетельствует о наличии посягательства со стороны потерпевшего и нахождении в связи с этим подсудимого в состоянии необходимой обороны.

По изложенным причинам показания ФИО1 о том, что потерпевший кинулся на него драться, пытался схватить за горло, суд также оценивает критически, как попытку избежать ответственности за содеянное, поэтому не находит оснований для переквалификации его действия на ч. 1 ст. 108 УК РФ как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Суд убедился, что именно в результате умышленных действий ФИО1 по причинению телесных повреждений в виде колотых множественных проникающих ранений груди с повреждениями кожи, мягких тканей четвертого и пятого межреберий слева, сквозными повреждениями пристеночной плевры, повреждениями передне-наружной поверхности верхней доли левого легкого, осложнившейся развитием массивной кровопотери, наступила смерть ФИО6 на месте совершения преступления.

Мотивом совершения преступления послужили возникшие в ходе конфликта личные неприязненные отношения из-за оскорбления потерпевшим сожительницы подсудимого.

Все доказательства стороны обвинения получены в соответствии с требованиями закона, обстоятельств, при которых суд мог бы не доверять указанным доказательствам, в судебном заседании не установлено, в связи с чем суд признает их допустимыми, достоверными и кладет в основу приговора. Совокупность указанных последовательных и непротиворечивых доказательств полностью изобличает подсудимого в совершении преступления.

Таким образом, исходя из совокупности приведенных доказательств, суд приходит к твердому убеждению о совершении ФИО1 вышеописанного преступления и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Психическое состояние подсудимого судом проверено. 

В соответствии со справками медицинского учреждения ФИО1 на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит (т. 2 л.д. 7). 

По заключению стационарной комплексной судебной психолого-психиат-рической экспертизы № от 

<

дата> у ФИО1 имеется психическое расстройство в виде органического заболевания головного мозга сложного генеза (сосудистого, токсического) с нерезко выраженными изменениями психики (код F-06.8 по МКБ-10), а также у него обнаруживается психическое расстройство в форме алкоголизма, 2 ст. (психические и поведенческие расстройства вследствие употребления алкоголя, синдром зависимости 2 стадии, по МКБ-10 F-10.2), что подтверждается результатами стационарного обследования, выявившего на фоне соответствующей неврологической симптоматики нерезко выраженные церебрастенические, когнитивные и психопатоподобные расстройства, склонность к противоправному поведению и о длительном систематическом злоупотреблении алкоголем, запойном пьянстве, изменениях личности, характерных для алкоголизма, в виде эмоциональной неустойчивости, морально-этического огрубления, при сохранности памяти и интеллекта, критических и прогностических способностей. Имеющиеся у ФИО1 изменения психики выражены не столь значительно и не лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период совершения инкриминируемого противоправного действия. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в том числе правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, в принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т. 1 л.д. 217-218).

Принимая во внимание указанные выводы экспертов, а также данные о личности подсудимого, его поведение в процессе предварительного следствия и судебного разбирательства, суд признает ФИО1 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, его возраст, состояние здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а также достижение таких целей наказания как восстановление социальной справедливости и предотвращение совершения новых преступлений.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины в ходе предварительно следствия, пенсионный возраст.

Кроме того, из показаний ФИО2 и оглашенных судом показаний ФИО1 следует, что поводом для совершения преступления явилось противоправное поведение самого потерпевшего ФИО6, выразившееся в оскорблениях, в том числе в нецензурной форме, как в адрес своей матери ФИО2, так и в последующем в адрес ФИО1, что в соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд также признает смягчающим обстоятельством. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не имеется.

С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного, поскольку состояние опьянения не оказало существенного влияния на его поведение при совершении преступления, что подтвердил в судебном заседании подсудимый, суд не признает отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Учитывая наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд при назначении наказания применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 не судим, является пенсионером по возрасту, характеризуется участковым уполномоченным полиции отрицательно (т. 2 л.д. 6), потерпевшей ФИО2 - удовлетворительно.

С учетом изложенного суд считает, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества, в связи с чем назначает ему наказание в виде реального лишения свободы, полагая, что менее строгое наказание не обеспечит достижение вышеуказанных целей наказания. 

При этом суд не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного преступления, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, а также возможности исправления подсудимого без его изоляции от общества, в связи с чем при назначении наказания не применяет положения ст. 64 и 73 УК РФ. 

Поскольку ФИО1 не имеет места постоянного проживания на территории Российской Федерации, суд не назначает ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Исходя из фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначенное ФИО1 наказание надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Согласно ч. 2 ст. 97, ст. 108 УПК РФ, учитывая сведения о личности, характер, степень общественной опасности и обстоятельства совершенного преступления, а также для обеспечения исполнения приговора суд считает необходимым оставить ранее избранную в отношении подсудимого меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания исчислять с 27 июня 2018 г.

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 

<

дата>, то есть со дня его фактического задержания, по 

<

дата>

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Вещественные доказательства по делу: 1) справку ФКУ СИЗО-1 г. Саратова № от 

<

дата> на имя ФИО6, хранящуюся в СО по Октябрьскому району г. Саратова СУ СК России по Саратовской области, - передать в суд и хранить при уголовном деле; 2) марлевый тампон с веществом бурого цвета, деревянную палку, деревянную крестовину, молоток, топор, футболку с молнией на груди светлого цвета, трико черного цвета с тремя белыми полосами по краям штанин, металлическую спицу для вязания, образцы волос с пяти областей головы, срезы ногтевых пластин с кистей рук от трупа Г.В.ВБ., свитер синего цвета с фабричным узором, подштанники синего цвета, носки серого цвета с рисунком черного цвета, куртку черного цвета со вставками серого цвета, футболку серого цвета с фабричной надписью на груди, водолазку черного цвета, хранящиеся в СО по Октябрьскому району г. Саратова СУ СК России по Саратовской области, - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, путем подачи апелляционной жалобы, представления через Октябрьский районный суд г. Саратова.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе или в возражениях на апелляционные жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий А.Ю. Тенькаев