Судья Бейман О.Е. 

Дело № 7-629/2020 / 12-229/2020

Р Е Ш Е Н И Е

г. Пермь 17 апреля 2020 г. 

Судья Пермского краевого суда Синицына Т.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Никулиной Е.В., с участием ФИО1, рассмотрев в судебном заседании жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на постановление судьи Дзержинского районного суда г. Перми от 02 апреля 2020 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренного статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении заявителя жалобы

у с т а н о в и л:

постановлением судьи Дзержинского районного суда г. Перми от 02 апреля 2020 г. индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ИП ФИО1) признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), ему назначено наказание в виде административного приостановления деятельности салона красоты «***» по адресу **** на срок 60 (шестьдесят) суток, с исчислением срока с момента фактического приостановления деятельности 28 марта 2020 г. 15 часов 00 минут.

В жалобе, поданной в Пермский краевой суд, ИП ФИО1 просит постановление судьи районного суда отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием события и состава административного правонарушения, ссылаясь на положения статей 1.3, 1.3.1 КоАП РФ полагает, что ответственность регулируется КоАП РФ при нарушении нормы, установленной Российской Федерацией, в соответствии с предметом ведения субъекта Российской Федерацией на дату вынесения постановления отсутствовал закон Пермского края об установлении ответственности за нарушение норм законодательства субъекта - Указа губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18.

В судебном заседании в краевом суде ИП ФИО1, жалобу поддержал.

Изучив доводы жалобы, исследовав материалы дела об административном правонарушении, заслушав ИП ФИО1, судья краевого суда приходит к следующему.

В соответствии со статьей 6.3 КоАП РФ нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, от пятисот до одной тысячи рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток (в редакции, действовавшей на 28 марта 2020 г.).

Обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения - публично-правовая обязанность государства, обусловленная необходимостью реализации конституционного права граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду (статьи 41, 42 Конституции Российской Федерации, преамбула, статья 8 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее - Федеральный закон № 52-ФЗ).

Пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» вводит понятие «охрана здоровья граждан (охрана здоровья)», под которой понимается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-эпидемиологического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

В статье 2 Федерального закона № 52-ФЗ закреплено, что санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается в том числе, посредством профилактики заболеваний в соответствии с санитарно-эпидемиологической обстановкой и прогнозом ее изменения; выполнения санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и обязательного соблюдения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил как составной части осуществляемой ими деятельности.

В силу статьи 11 Федерального закона № 52-ФЗ индивидуальные предприниматели и юридическое лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц, в том числе обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению.

Пунктом 1.3 указа Губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18 «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в Пермском крае» в редакции Указа Губернатора Пермского края от 27 марта 2020 г. № 22 «О внесении изменений в указ Губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в Пермском крае», предусмотрено временное приостановление на территории Пермского края с 28 марта 2020 г. по 5 апреля 2020 г., в том числе работы бань, саун, салонов красоты, косметических, СПА-салонов, массажных салонов, соляриев и иных объектов, в которых оказываются подобные услуги, предусматривающие очное присутствие гражданина.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО1 осуществляет предпринимательскую деятельность в салоне красоты «***» по адресу: ****.

В ходе осмотра используемого ИП ФИО1 помещения по указанному выше адресу установлено, что по состоянию на 28 марта 2020 г. 14 часов 24 минуты салон красоты «***» открыт, работают мастера, обслуживают двух клиентов, что отражено в протоколе осмотра от 28 марта 2020 г., зафиксировано в представленных фотоматериалах и видеозаписи.

Указанные обстоятельства в связи с невыполнением требований пункта 1.3 указа Губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18 (в редакции указа Губернатора Пермского края от 27 марта 2020 г. № 22) послужили основанием для составления 28 марта 2020 г. в отношении ИП ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном статьей 6.3 КоАП РФ. 

Оценив собранные по делу доказательства, судья районного суда пришел к правильному выводу о совершении ИП ФИО1 административного правонарушения, ответственность за которое установлена указанной нормой. Выводы судьи районного суда должным образом мотивированы в постановлении.

Материалами дела подтверждается, что ИП ФИО1 допущено невыполнение санитарно - противоэпидемических мероприятий по временному приостановлению с 28 марта 2020 г. работы салона красоты «***» по адресу: ****, являющегося объектом, указанным в пункте 1.3 Указа Губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18 «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в Пермском крае» (в редакции указа Губернатора Пермского края от 27 марта 2020 г. № 22), что является нарушением требований части 1 статьи 29 Федерального закона № 52-ФЗ, которой установлено, что в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан.

Обстоятельства совершения ИП ФИО1 административного правонарушения подтверждаются собранными по делу доказательствами, в том числе, протоколом осмотра от 28 марта 2020 г., протоколом о временном запрете деятельности от 28 марта 2020 г., протоколом об административном правонарушении от 28 марта 2020 г., фото и видео материалами, объяснениями ФИО2 (парикмахера салона красоты «***») о том, что 28 марта 2020 г. она находилась на работе, работала с клиентами по записи, и иными представленными доказательствами, оценка которых судьей районного суда произведена в совокупности с другими материалами дела в соответствии со статьей 26.11 КоАП РФ. 

Совокупность установленных фактических и правовых оснований позволяет прийти к выводу о том, что событие административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности в невыполнении противоэпидемических мероприятий таковыми являются введенные ограничительные мероприятия, направленные на предупреждение распространения коронавирусной инфекции (COVID-19) на территории Пермского края, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, установлены и доказаны на основании исследования перечисленных выше и иных представленных в материалы дела доказательств.

Выводы судьи о виновности ИП ФИО1 в совершении административного правонарушения, изложенные в обжалуемом постановлении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании. Не согласиться с этими выводами оснований не имеется. 

Относительно доводов о регулировании ответственности КоАП РФ только при нарушении нормы, установленной Российской Федерацией и отсутствия закона Пермского края об установлении ответственности за нарушение норм законодательства субъекта - Указа губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18, со ссылками на статьи 1.3, 1.3.1 КоАП РФ, то они основаны на ошибочном толковании заявителем указанных положений.

Исходя из части 1 статьи 1.1 КоАП РФ законодательство об административных правонарушениях состоит из настоящего кодекса и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно пункту «к» части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации административное законодательство находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

В силу статьи 26 Федерального закона от 06 октября 1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» Конституция (устав), законы и иные нормативные правовые акты субъекта Российской Федерации, принятые в пределах его полномочий, обязательны для исполнения всеми находящимися на территории субъекта Российской Федерации органами государственной власти, другими государственными органами и государственными учреждениями, органами местного самоуправления, организациями, общественными объединениями, должностными лицами и гражданами. Невыполнение или нарушение указанных актов влечет ответственность, предусмотренную федеральными законами и законами субъекта Российской Федерации. В случае, если административная ответственность за указанные действия не установлена федеральным законом, она может быть установлена законом субъекта Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 1.3 КоАП РФ к предметам ведения Российской Федерации отнесено установление административной ответственности по вопросам федерального значения, в том числе административной ответственности за нарушение правил и норм, предусмотренных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а в силу пункта 1 части 1 статьи 1.3.1 КоАП РФ к ведению субъекта Российской Федерации относится установление законами субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях административной ответственности за нарушение законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов местного самоуправления.

Из системного анализа вышеприведенных норм федерального законодательства следует, что законодательный орган субъекта Российской Федерации вправе устанавливать ответственность не по всем вопросам, находящимся в его компетенции или компетенции муниципальных органов власти, а только по тем, по которым ответственность не установлена федеральным законом или по которым федеральным законодательством установление такой ответственности не отнесено к компетенции Российской Федерации.

Согласно статье 6 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» к полномочиям субъектов Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе относятся: принятие в соответствии с федеральными законами законов и иных нормативных правовых актов субъекта Российской Федерации, контроль за их исполнением; введение и отмена на территории субъекта Российской Федерации ограничительных мероприятий (карантина) на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей.

В соответствии с постановлением главного государственного санитарного врача от 18 марта 2020 № 7 в связи с продолжающимся глобальным распространением, угрозой завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Российской Федерации, высшим должностным лицам субъектов Российской Федерации (руководителям высшего исполнительного органа государственной власти субъектов Российской Федерации) постановлено принять меры по введению режима повышенной готовности.

Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (далее - Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ) предусматривает, что его действие распространяется на отношения, возникающие в процессе деятельности органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также предприятий, учреждений и организаций независимо от их организационно-правовой формы (далее - организации) и населения в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций.

Статьей 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ определено, что предупреждение чрезвычайных ситуаций - это комплекс мероприятий, проводимых заблаговременно и направленных на максимально возможное уменьшение риска возникновения чрезвычайных ситуаций, а также на сохранение здоровья людей, снижение размеров ущерба окружающей среде и материальных потерь в случае их возникновения. Режим функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций - это определяемые в зависимости от обстановки, прогнозирования угрозы чрезвычайной ситуации и возникновения чрезвычайной ситуации порядок организации деятельности органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и основные мероприятия, проводимые указанными органами и силами в режиме повседневной деятельности, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 6 статьи 4.1 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ органы управления и силы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций функционируют в режиме повышенной готовности - при угрозе возникновения чрезвычайной ситуации.

Органы государственной власти субъектов Российской Федерации принимают в соответствии с федеральными законами законы и иные нормативные правовые акты в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций межмуниципального и регионального характера (подпункт «а» пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ).

Приведенные положения федерального законодательства свидетельствуют, что указ Губернатора Пермского края от 19 марта 2020 г. № 18 «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в Пермском крае» с последующими изменениями вынесен в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ, регламентирующим процесс деятельности органов государственной власти субъектов Российской Федерации в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций с целью их предупреждения. Соответственно, ответственность за нарушение актов принятых во исполнение федерального законодательства возникает на основании федерального закона. В данном случае таковым является Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, которым за вменяемое ИП ФИО1 правонарушение статьей 6.3 КоАП РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения правонарушения) предусмотрена административная ответственность.

Утверждение о незнании установления ограничительных мероприятий с 28 марта 2020 г. во внимание не принимается, так как с учетом введенного на территории Пермского края режима повышенной готовности, характера осуществляемой деятельности, ИП ФИО1 мог и должен был владеть информацией относительно возможных изменений регулирующих вопросы оказания услуг в салоне красоты законодательства. Тем более, что работнику салона красоты «***» ФИО2 с ее слов, было известно о запрете работы салонам красоты с 28 марта 2020 г.

С учетом изложенного, вопреки доводам жалобы, вывод судьи районного суда о наличии в действиях ИП ФИО1 события и состава вменяемого правонарушения основан на фактических обстоятельствах дела и принятых в Пермском крае актов в связи с введением режима повышенной готовности ввиду угрозы распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Оснований для применения статьи 2.9 КоАП РФ не имеется, поскольку совершенное ИП ФИО1 административное правонарушение создавало существенную угрозу причинения вреда жизни и здоровью людей.

Административное наказание ИП ФИО1 в виде административного приостановления деятельности назначено судьей с учетом положений статьи 3.12 КоАП РФ и характера совершенного правонарушения. Допущенное нарушение создает угрозу для жизни и здоровья граждан, в связи с чем менее строгий вид административного наказания не сможет обеспечить достижение цели административного наказания. Согласно протоколу о временном запрете деятельности от 28 марта 2020 г. фактически деятельность ИП ФИО1 в салоне красоты «***» по адресу **** приостановлена на срок 60 суток с 14 часов 24 минут 28 марта 2020 г.

Оснований для изменения срока административного приостановления деятельности на момент рассмотрения жалобы не имеется, в данном случае данный срок избран в пределах срока, установленного санкцией статьи 6.3 КоАП РФ в соответствующей редакции, а также с учетом фактических обстоятельств дела, включая действующий на территории Пермского края указ Губернатора Пермского края от 29 марта 2020 г. № 23 «О мероприятиях, реализуемых в связи с угрозой распространения коронавирусной инфекции (COVID-19) в Пермском крае».

Постановление о назначении административного наказания вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

При таком положении оснований для отмены, изменения постановления судьи и удовлетворения жалобы не имеется. 

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья краевого суда 

решил:

постановление судьи Дзержинского районного суда г. Перми от 02 апреля 2020 г. оставить без изменения, жалобу ИП ФИО1 - без удовлетворения.

Судья - подпись