Дело № 2-494/18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 ноября 2018 года г. Зеленоградск

Судья Зеленоградского районного суда Калининградской области 

Ватралик Ю.В.

при секретаре Кислицыной Н.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Орфей-Сервис» о расторжении договора купли-продажи товара, взыскании уплаченных по договору денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, взыскании расходов на экспертные заключения, расходов по оплате телеграммы, расходов на оплату услуг представителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с указанным иском в суд, ссылаясь на то, что 30 августа 2016 года в магазине ТЦ «Гиант» заключила с ответчиком договор на поставку комплекта мебели по индивидуальному заказу, а именно на диван «Оливия», угловой диван «Аккорд Нео», 2 шт. пуфов «Толедо». Цена договора составила 100600 рублей. Данные денежные средства истицей были уплачены ответчику в полном объеме. Через 1 год 9 сентября 2017 года ответчиком заказ был исполнен и мебель была доставлена истице. В конце 2017 года в процессе эксплуатации дивана «Аккорд Нео» выявились недостатки: его поверхность была продавлена до пружин, что сделало его эксплуатацию невозможной. Кроме того, также выяснилось, что материалы, используемые при изготовлении пуфов «Толедо» не соответствует требованиям, установленным в заказе. Мастер ответчика прибыл для осмотра мебели, однако отказался забрать поврежденную мебель. Истица полагала, что ей ответчиком был продан товар ненадлежащего качества, в связи с чем обратилась с письменной претензией к ответчику, в которой просила расторгнуть договор и вернуть уплаченные по договору денежные средства. На данную претензию 12 марта 2018 года ответчик ответил отказом.

Истица просит суд расторгнуть договор купли-продажи товара № Бл.30.08.16/1 от 30 августа 2016 года, взыскать с ответчика уплаченные по договору денежные средства в размере 100600 рублей, неустойку за за период с 12 марта 2018 года по 10 мая 2018 года (60 дней) в размере 60360 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, штраф в размере 50% от взысканных судом сумм.

В последующем истица уточнила и дополнила свои требования и окончательно просила суд расторгнуть договор купли-продажи товара № Бл.30.08.16/1 от 30 августа 2016 года, взыскать с ответчика уплаченные по договору денежные средства в размере 100600 рублей, неустойку за период с 12 марта 2018 года по 26 ноября 2018 года (260 дней) в размере 100600 рублей, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, штраф в размере 50% от взысканных судом сумм, судебные расходы на оплату заключения специалиста ООО «Декорум» в размере 10000 рублей, экспертного заключения ООО «Независимая экспертиза» в размере 15000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей, расходы на телеграмму ответчику для осмотра мебели в размере 303 рубля.

В судебное заседание истица ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО2 иск поддержали, пояснили по заявленным в нем основаниям, дополнительно пояснили, что ФИО1 приобрела комплект мебели у ООО «Орфей-Сервис» по договору от 30 августа 2016 года. Однако, поскольку в ее квартире производился ремонт, она по устной договоренности с ответчиком предложила данную мебель доставить позже после окончания ремонта, на что ответчик согласился, пояснив, что истице мебель будет доставлена в любое время, когда она захочет. 9 сентября 2017 года мебель была фактически доставлена и установлена, о чем истица подписала ответчику акт приемки мебели, который работники ответчика забрали. На момент принятия никаких претензий не было, по цвету мебель примерно подходила друг другу. Примерно через месяц часть дивана провалилась, образовалась дыра, ткань стала вытягиваться. В связи с этим в конце 2017 года истица обратилась к ответчику с устной претензией, однако работники ответчика приехали только после новогодних праздников в январе 2018 года, осмотрели диван. При разборке дивана было видно, что пружины дивана коротко обрезаны, выскочили из пазух и порвали обивку дивана. На предложение работников ответчика забрать на производство крышку дивана истица предложила им забрать диван полностью, однако они отказались и заявили, чтобы истица обратилась в магазин с соответствующей претензией, что истицей и было сделано. После официального предъявления претензии в марте 2018 года представитель ответчика позвонил и заявил, что подъедет осмотреть диван. При повторном осмотре дивана представить ответчика также был намерен забрать крышку дивана на производство, однако супруг истицы заявил, чтобы забирали диван целиком, на что представитель ответчика отказался. После этого истица обратилась к эксперту за выдачей заключения о причинах поломки дивана. При осмотре экспертном дивана присутствовал представитель ответчика, который заявил, что ему все понятно. Эксперт сказал, что пружины короткие, выскакивают из пазух. Также было установлено, что пуфы «Толедо» выполнены из другого материала, не соответствуют своему предназначению – быть комплектом к дивану и не подходят к нему по размерам, что для истицы является принципиально важным, так как она заказывала пуфы из того же материала, что диван «Аккорд Нео» с целью установки их к дивану в виде дополнительного спального места. К дивану «Оливия» истица не имеет никаких претензий, однако он тоже выполнялся как комплект к дивану «Аккорд Нео» в похожем цвете. При производстве судебной экспертизы экспертом ФИО4 были нарушены нормы закона об экспертной деятельности, поскольку она явилась на осмотр мебели совместно с представителем ответчика ФИО3, а измерения производила его рулеткой, заявив, что ее рулетка не точная. При осмотре дивана ФИО3 постоянно давал советы эксперту ФИО4, что и как нужно делать. Вскрывал диван не эксперт, а работник ответчика, что также не допустимо. Также по настоянию представителя ответчика ФИО3 эксперт ФИО4 заявила, что необходимо применить разрушительный метод осмотра дивана, для чего диван необходимо отвезти на производство ООО «Орфей-Сервис». На предложение истицы вскрыть диван в ее квартире и применить разрушительный метод, не вывозя дивана, эксперт ФИО4 также заявила, что не будет этого делать и ушла также совместно с ФИО3 Все данные действия говорят о заинтересованности эксперта ФИО4 в результатах экспертизы в пользу ответчика, в связи с чем выводы ее экспертного заключения сомнительны и не полны, поскольку на главный вопрос суда о причинах возникновения дефектов дивана «Аккорд Нео» остался без ответа.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Орфей-Сервис» ФИО3 и его представитель по ордеру ФИО5 возражали против заявленных требований, пояснили, что истица заказала в его магазине диван «Аккорд Нео», два пуфа «Толедо» и диван «Оливия» по договору от 30 августа 2016 года. Гарантия на мебель составляла 1 год с момента доставки покупателю. Все диваны были изготовлены по договору из кожзаменителя. При этом, поскольку на производстве оставались неиспользованными куски кожи, по устной договоренности с супругом истицы было решено изготовить пуфы из натуральной кожи, которая по цвету подходила к диванам. Несмотря на то, что в договоре указан иной материал обивки пуфов, они действительно были выполнены из натуральной кожи, что их существенно удорожило, однако истице они были проданы по первоначальной цене, и таким образом, ее права в данной части не нарушены. Мебель была некомплектной и просто подходила друг к другу по цвету. Сама мебель была доставлена после ее изготовления в октябре 2016 года, о чем истица подписала соответствующий акт, который в настоящее время утерян. В марте 2018 года истица обратилась с претензией на поломку дивана «Аккорд Нео», после чего в дом истицы был направлен работник ООО «Орфей-Сервис». Он осмотрел диван и заявил, что необходимо крышку дивана доставить на производство для детального изучения, однако истица и ее супруг заявили, чтобы забирали диван полностью и дали ей новый диван, возник конфликт. Также при осмотре дивана экспертом ООО «Декорум» представитель ответчика настаивал, что крышку дивана необходимо осмотреть в условиях производства, предлагал ее забрать, однако истица отказалась, после чего представитель ответчика ушел. В последующем истице неоднократно предлагалось решить вопрос миром, однако она отказывалась. Полагали, что по вине истицы ООО «Орфей Сервис» не могло надлежащим образом провести исследование дивана, что можно было сделать только в условиях производства. Не согласны с начислением истицей неустойки, поскольку ответчик намеревался миром решить вопрос, однако истица ему противодействовала. Просили применить ст. 333 ГК РФ и снизить неустойку.

Заслушав сторон, исследовав письменные материалы дела, суд считает иск подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям. 

Судом установлено, что 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 между ООО «Орфей-Сервис» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи комплекта мебели – дивана «Оливия», дивана «Аккорд Нео», двух пуфов «Толедо». 

Цена по договору была установлена в размере 100600 рублей. 

Данная сумма в полном размере была внесена продавцу ФИО1, что подтверждается товарным чеком от 30 августа 2016 года на сумму предоплаты в размере 40000 рублей, и банковским чеком по операции «Сбербанк Онлайн» от 24 октября 2016 года на сумму в размере 60600 рублей.

Также в судебном заседании представитель ответчика подтвердил, что истицей в полном объеме были внесены денежные средства по договору.

Пунктом 1.2 данного договора установлено, что количество, характеристики и стоимость товара изложены в бланке-заказа, согласованного обеими сторонами и являющегося неотъемлемой частью договора.

Согласно представленного суду бланка-заказа № Бл 30.08.16/1 ответчиком истцу должны были быть проданы:

- диван «Оливия», «ZARA 6», ножки гнутые, тон «орех»,

- диван «Аккорд Нео» (правый угловой), не раскладывающийся, не более 215х145, бельевой ящик с подушкой, весь диван, задняя спинка «ZARA 4», нитки в тон,

- пуф «Толедо» 60х60 «ZARA 4», 2 штуки, высота пуфа как у дивана «Аккорд Нео», отстрочка двойная, ножки у «Аккорда» дерево тон «орех».

В силу п. 2.1 договора от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 продавец обязуется предоставить гарантию в течение 12 месяцев на весь товар.

Таким образом, суд полагает, что продавцом ООО «Орфей-Сервис» был установлен гарантийный срок на поставляемую истице мебель по вышеуказанному договору.

Согласно пункту 6 статьи 5 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель) вправе устанавливать на товар (работу) гарантийный срок - период, в течение которого в случае обнаружения в товаре (работе) недостатка изготовитель (исполнитель), продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер обязаны удовлетворить требования потребителя, установленные статьями 18 и 29 настоящего Закона.

Согласно пункту 8 статьи 5 Закона РФ «О защите прав потребителей» изготовитель (продавец) несет ответственность за недостатки товара, обнаруженные в течение срока действия дополнительного обязательства, в соответствии с абзацем вторым пункта 6 статьи 18 Закона о защите прав потребителей., а после окончания срока действия дополнительного обязательства - в соответствии с пунктом 5 статьи 19 Закона о защите прав потребителей.

Согласно абз. 2 ч. 6 ст. 18 Закона РФ «О защите прав потребителей», в отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Таким образом, именно на продавце ООО «Орфей-Сервис» лежит обязанность доказать отсутствие недостатков проданного им товара в течение гарантийного срока. 

Пунктом 3.1 данного договора от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 предусмотрено, что срок поставки составляет 30 рабочих дней с момента поступления предоплаты на счет «Продавца».

В силу п. 2.1 данного договора купли-продажи продавец обязался предоставить гарантию в течение 12 месяцев на весь товар.

В судебном заседании стороной истицы ФИО1 пояснялось, что фактически мебель истице была доставлена только через год – 7 сентября 2017 года по ее просьбе, о чем ею был подписан акт приема-передач, который передан ответчику.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 суду пояснила, что она является соседкой истицы и проживает в том же доме. В начале сентября 2017 года, примерно 6-7 числа, она собирала подписи у жильцов дома и видела, как на улице стоит истица ФИО1, которая ей пояснила, что ждет доставки мебели на кухню. Через некоторое время подъехал белый микроавтобус и из него стали разгружать мебель – угловой диван темно-коричневого цвета, пуфики, и небольшой диванчик. Через месяц ФИО1 свидетелю пожаловалась, что ей доставили на кухню ужасный диван, сиденье на котором провалилось и сидеть на нем невозможно. Свидетель сама сидела на этом диване и подтверждает слова ФИО1 о невозможности эксплуатировать диван.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО14. суду пояснил, что является супругом истицы и совместно с ней приобретал мебель в ООО «Орфей-Сервис» в августе 2016 года. Мебель должна была по договору быть изготовлена из одинаковой обивки с одинаковой строчкой и делалась по индивидуальному заказу. Фактически мебель была доставлена в начале сентября 2017 года, поскольку в квартире шел ремонт, и с ответчиком была договоренность доставить мебель после окончания ремонта. Через непродолжительное время пользования диваном «Аккорд Нео» появились дефекты, после чего была подана претензия ответчику. В январе 2018 года приехал работник ООО «Орфей-Сервис», осмотрел диван и заявил, что заберет крышку дивана. Истица отказалась от этого и предложила забрать диван полностью, работник не согласился и уехал. После этого истице пришлось написать претензию ответчику, после чего снова приехали два работника ответчика, вскрыли диван, сказали, что заберут крышку, но истица не согласилась, возник конфликт, после чего работники ушли. После этого истица вынуждена была обратиться к эксперту ООО «Декорум» за установлением причин дефекта, который при осмотре дивана заявила, что пружины короткие и пуфы выполнены из другого материала и по размерам не подходят к дивану «Аккорд Нео».

Показания данного свидетеля ФИО7 согласуются с показаниями других свидетелей и иными доказательствами по делу, в связи с чем принимаются судом.

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля стороны ответчика ФИО8 суду пояснил, что ранее являлся работником ООО «Орфей-Сервис» и изготавливал мебель истице по ее заказу. После поступления заказа в него постоянно вносились коррективы и изменения, устно было согласовано с супругом истицы, что пуфы «Толедо» будут изготовлены из натуральной кожи, подходящей по цвету к дивану «Аккорд Нео». Остальная мебель изготавливалась из кожзаменителя. Мебель доставили после ее изготовления в октябре 2016 года, о чем истица подписала акт приема, который был передан ответчику. Примерно через год позвонила истица и заявила, что диван «Аккорд Нео» сломан и просила посмотреть. Срок гарантии уже истек. После звонка истицы свидетель выехал, осмотрел диван и заявил, что крышку дивана нужно забрать, однако истица отказалась и стала требовать компенсации за диван. 

В силу п. 3.2 договора от 30 августа 2016 года поставка товара считается выполненной полностью после подписания акта приема-сдачи обоими сторонами.

В силу положений ст. 56 ГПК РФ и Закона РФ «О защите прав потребителей» именно на стороне ответчика лежит обязанность по доказыванию времени и даты доставки товара покупателю.

Вместе с тем ООО «Орфей-Сервис» доказательств того, что приобретенная истицей мебель была доставлена в октябре 2016 года, как представитель ООО «Орфей-Сервис» о том утверждает, представлено не было.

В судебном заседании представитель ООО «Орфей-Сервис» и его свидетель ФИО8 пояснили, что ФИО1 подписывала акт приема-сдачи товара, однако такой документ утерян и представлен быть не может.

С учетом изложенного суд полагает, что представителем ООО «Орфей-Сервис» не доказан факт того, что мебель истице была доставлена в октябре 2016 года и с учетом пояснений свидетеля ФИО6, полагает, что фактически такая мебель истице доставлена в начале сентября 2017 года, т.е. спустя год после заключения договора.

При этом пояснения свидетеля ФИО8 в части того, что заказанная истице мебель была доставлена в октябре 2016 года, суд не может принять, поскольку сам свидетель в настоящее время работает в ООО «Орфеникс», учредителем которого является ФИО15. - супруга директора ООО «Орфей-Сервис» ФИО3, в связи с чем такой свидетель является заинтересованным в исходе дела лицом.

Согласно абз. 1 п. 2 ст. 19 Закона РФ «О защите прав потребителей» гарантийный срок товара, а также срок его службы исчисляется со дня передачи товара потребителю, если иное не предусмотрено договором.

При таких обстоятельствах суд полагает, что гарантийный срок на товар, установленный п. 2.1 Договора от 30 августа 2016 года начал течь с момента фактической доставки товара потребителю, т.е. с 7 сентября 2017 года и на момент обнаружения истицей недостатков товара не истек.

В судебном заседании истица поясняла, что при эксплуатации дивана «Аккорд Нео» через 1 месяц она обнаружила недостатки – диван был продавлен до пружин, составляющих основу конструкции, что сделало невозможным его эксплуатацию. Также истицей было установлено, что материалы, из которых были изготовлены пуфы «Толедо», не соответствуют требованиям, предъявленным при заказе.

2 марта 2018 года истица обратилась к ООО «Орфей-Сервис» с письменной претензией о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченной денежной суммы за диван «Аккорд Нео» пуфов «Толедо».

На данную претензию 12 марта 2018 года ООО «Орфей-Сервис» был предоставлен ответ, в котором указывалось на то, что гарантийный срок на мебель прошел, а при осмотре дивана супруг истицы сообщает, что нет необходимости в осмотре дивана, в связи с чем невозможно принять решение. 

В обоснование своих требований о наличии недостатков в диване «Аккорд Нео» и пуфов «Толедо», истицей суду было представлено заключение специалиста ООО «Декорум» от 16 мая 2018 года № 29-05/18А.

Согласно данному заключению при осмотре мебели было установлено, что

- диван «Аккорд Нео» не соответствует размерам, указанным в бланк-заказе № Бл 30.08.16/1, поскольку фактический габаритный его размер составляет 210,0 см х 151,0 см (при установленных договором размерах 215 х 145 см), длина спинки короче длины дивана и имеет длину 128,5 см.,

- пуфы «Толедо» не соответствуют размерам, указанным в бланк-заказе № Бл 30.08.16/1, поскольку фактические их размеры составляет 64,0 см х 64,0 см (при установленных договором размерах 60 х 60 см), материал облицовки пуфов - натуральная кожа - не является материалом «ZARA 4» (искусственная кожа), также цвет облицовки имеет другой оттенок, отличный от оттенка дивана «Аккорд Нео».

Отклонение от габаритных размеров более чем на 20 мм является явным производственным дефектом.

Также экспертом ООО «Декорум» было установлено, что диван «Аккорд Нео» имеет следующие дефекты:

- деформацию мягких элементов дивана, причиной которых является недостаточная упругость мягкого элемента сидения, что является скрытым производственным дефектом, проявившимся в процессе эксплуатации,

- морщины облицовочного материала на поверхности сидения, причиной которых является недостаточное натяжение облицовочного материала, что является скрытым производственным дефектом, проявившимся в процессе эксплуатации,

- отсутствие фиксации в креплении пружин в подъемной части дивана (три пружины не зафиксированы в пазах), пружины самопроизвольно выскакивают из пазов и принимают исходную форму. Причиной такого дефекта является то, что пружины, расположенные с левой стороны оканчиваются округлой частью «S»-образной дуги и не могут быть закреплены в пластиковых креплениях без самопроизвольного выскакивания, что является скрытым производственным дефектом, проявившимся в процессе эксплуатации,

- повреждение облицовочного материала дивана, причиной чего является тот факт, что острые окончания пружин повреждают облицовочный материал, что является скрытым производственным дефектом, проявившимся в процессе эксплуатации,

- имеются трещины и вырывы на деталях корпуса, несущих силовые нагрузки по причине механического воздействия при сборке дивана, что является скрытым производственным дефектом, проявившимся в процессе эксплуатации. 

Все выявленные дефекты дивана «Аккорд Нео» влияют на возможность эксплуатации дивана по назначению, а дефекты, выявленные у пуфов «Толедо» не влияют на возможность эксплуатации, но не соответствуют своему назначению – быть комплектом к дивану «Аккорд Нео».

Также экспертом ООО «Декорум» было установлено, что диван «Оливия» на момент осмотра не имел дефектов.

Судом по ходатайству представителя ответчика была назначена судебная товароведческая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ООО «Калининградский центр судебной экспертизы и оценки».

Согласно заключению эксперта ФИО4 ООО «Калининградский центр судебной экспертизы и оценки» от 11 октября 2018 года № 173/Т диван «Аккорд Нео» имеет недостатки:

- на отдельных участках дивана облицовочный материал мягких элементов сиденья имеет потерю первоначального вида, имеется деформация материала, внешний вид материала «тусклый», матовый,

- на облицовочном материале мягких элементов имеются морщины, суммарная высота которых не превышает 20 мм,

- на угловом элементе с внутренней стороны имеются сквозные повреждения покрывного материала в виде пробивов материала, что носит механический характер, пробивы материала образовались из-за соприкосновения покрывного материала с металлическими деталями пружин,

- на одной из подушек имеется слабое закрепление декоративной пуговицы, что является малозначительным недостатком и может носить как производственный, так и эксплуатационный характер.

По мнению эксперта ФИО4 указанные дефекты не носят производственный характер и могли возникнуть в результате эксплуатации мебели.

Также экспертом ФИО4 было установлено, что на угловом элементе дивана «Аккорд Нео» имеется нарушение целостности соединения волнообразных пружин, но определить, является ли данный дефект производственный, либо возник в процессе эксплуатации, возможно определить только после применения разрушительного метода исследования дивана, в связи с чем ответить на поставленный судом вопрос в полном объеме не представляется возможным.

Из данного заключения эксперта ФИО4 не усматривается заключений и обоснований, на основании которых эксперт пришел к таким выводам. Кроме того, по вопросу установления причин образования дефекта нарушения целостности соединения волнообразных пружин такое заключение не было дано. Также не был дан ответ на вопрос о соответствии/несоответствии характеристик дивана «Аккорд Нео» и двух пуфов «Толедо» характеристикам, указанным в договоре купли-продажи от 30 августа 2016 года и в бланк-заказе от 30 августа 2016 года.

В связи с неполнотой выводов эксперта, а также их вероятностным характером, судом по ходатайству стороны истца была назначена повторная товароведческая экспертиза с постановкой аналогичных вопросов, проведение которой было поручено экспертам ООО «Независимая экспертиза».

Согласно заключению эксперта ООО «Независимая экспертиза» от 13 ноября 2018 года № 39-11Т/2018 при осмотре дивана «Аккорд Нео» и двух пуфов «Толедо» были выявлены следующие дефекты:

- имеется сломанное пружинное основание дивана в сиденье под бельевым ящиком,

- имеются повреждения обивочного материала и стенок бельевого ящика из ДСП,

- имеется незафиксированная в петле укороченная пружина (без заводского изгиба) с левой стороны над ящиком,

- на одной подушке отсутствуют две декоративные пуговицы,

- края пуфов выступают, придвинутых вплотную к дивану, за края сиденья дивана

- имеются трещины на деревянной ножке первого пуфа,

- имеются царапина и вмятина на деревянной ножке второго пуфа,

- задние спинки двух частей дивана расположены относительно друг друга в разных плоскостях.

На основании осмотра экспертом ООО «Независимая экспертиза» ФИО10 были сделаны выводы о том, что сломанное пружинное основание в сиденье дивана «Аккорд Нео» над бельевым ящиком является производственным дефектом, поскольку при производстве дивана длина пружины укорачивалась в соответствии с шириной сиденья, при этом был спилен специальный заводской изгиб на конце пружины, за счет которого она надежно фиксировалась в креплениях. Укороченная пружина, расположенная с левой стороны над ящиком, заканчивается изгибом, недостаточным для надежной фиксации и в условиях эксплуатации подрезанные концы пружин вылетели из петель, что привело пружинное основание в негодность. Соответственно причиной разрушения пружинного основания дивана над бельевым ящиком является использование пружин не соответствующего размера.

Механические повреждения обивочного материала и стенок бельевого ящика являются следствием разрушения пружинного основания дивана и наличием острых краев на металлических пружинах.

Также экспертом ООО «Независимая экспертиза» ФИО10 по результатам осмотра были сделаны выводы о том, что имеется сильное провисание сиденья дивана при эксплуатации (эффект «гамака»), что обусловлено применением в диване наполнителя недостаточной плотности и жесткости и носит производственный характер. Также имеются морщины на обивочном материале дивана, что является следствием растяжения материала при сильном провисании сиденья дивана и носит производственный характер.

Также экспертом ООО «Независимая экспертиза» ФИО10 были сделаны выводы о наличии конструктивных недостатков, допущенных на этапе производства, а именно - имеется несоответствие длины подушек длине дивана и расположение в разных плоскостях, относительно друг друга, задних спинок двух частей дивана.

Все выявленные недостатки являются неустранимыми и не позволяют в полной мере эксплуатировать диван «Аккорд Нео».

Кроме того, экспертом ООО «Независимая экспертиза» ФИО10 было установлено, что фактические характеристики дивана «Аккорд Нео» и двух пуфов «Толедо» не соответствуют характеристикам, указанным в договоре купли-продажи от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 и в бланк-заказе от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1, а именно: изготовленный диван «Аккорд Нео» имеет большие размеры 217,5 х 154 см при указанных в договоре и бланк-заказе «не более 215 х 145». Также диван «Аккорд Нео» имеет несоответствие конструкции по характеристикам, указанным в договоре и бланк-заказе, поскольку фактически боковая спинка дивана на 25,5 см короче.

Фактические характеристики двух пуфов «Толедо» не соответствуют характеристикам, указанным в договоре купли-продажи от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 и в бланк-заказе от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1, а именно: пуфы фактически имеют большие размеры 62,5 см х 62,5 см при указанных в договоре 60 х 60 см и выполнены из иного обивочного материала, отличного от обивочного материала дивана «Аккорд Нео».

Данное заключение эксперта ООО «Независимая экспертиза» от 13 ноября 2018 года № 39-11Т/2018 содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Оснований не доверять заключению эксперта не имеется, оно является допустимым по делу доказательством, согласуется с иными доказательствами по делу, в том числе и экспертным заключением от ФИО9 ООО «Калининградский центр судебной экспертизы и оценки» от 11 октября 2018 года № 173/Т в части выявленных недостатков и дефектов, согласуется с заключением специалиста ООО «Декорум» от 16 мая 2018 года № 29-05/18А в части выводов и причин возникновения дефектов, эксперт ООО «Независимая экспертиза» предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. 

При таких обстоятельствах суд принимает в качестве доказательства заключение эксперта ООО «Независимая экспертиза» от 13 ноября 2018 года № 39-11Т/2018 и полагает, что в проданном истице ООО «Орфей-Сервис» диване «Аккорд Нео» имеются производственные неустранимые дефекты, которые не позволяют в должной мере эксплуатировать данный диван. Кроме того, в проданные истице пуфы «Толедо» имеют характеристики, отличные от характеристик, указанных в договоре от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 и в бланк-заказе от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1, поскольку выполнены из иного обивочного материала, и фактически имеют большие размеры, в связи с чем не могут являться комплектом к дивану «Аккорд Нео».

Согласно преамбуле Закона РФ «О защите прав потребителей» - недостатком товара является несоответствие товара или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

В соответствии со статьей 4 данного Закона РФ продавец обязан передать потребителю товар, качество которого соответствует договору. 

В силу абз. 9 преамбулы к Закону РФ «О защите прав потребителей» существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Согласно абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК Российской Федерации, существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Пункт 1 статьи 18 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривает, что потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе, в том числе, и отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

Таким образом, суд полагает, что право потребителя на отказ от исполнения договора купли-продажи и право требовать от продавца возврата уплаченной за товар суммы возникает в случае, если проданный товар имеет недостаток, который возник до передачи товара потребителю или по причинам, возникшим до этого момента.

С учетом изложенного суд полагает, что в проданном истице диване «Аккорд Нео» имеются недостатки и дефекты, являющиеся неустранимыми и не позволяющими в полной мере эксплуатировать данный диван, что является существенным недостатком проданного истице товара ООО «Орфей Сервис», в связи с чем имеется нарушение прав потребителя ФИО1

Также суд считает обоснованными и требования ФИО1 в части взыскания денежных средств, уплаченных за пуфы «Толедо».

В соответствии с п. 3 ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей», если продавец (исполнитель) при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), пригодный для использования в соответствии с этими целями.

В соответствии с п. 4 ст. 4 Закона РФ «О защите прав потребителей», при продаже товара по образцу и (или) описанию продавец обязан передать потребителю товар, который соответствует образцу и (или) описанию.

В силу п. 2 статьи 12 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец, не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре, несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 статьи 18 настоящего Закона, за недостатки товара, возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.

Из материалов дела усматривается, что согласно условиям договора от 30 августа 2016 года и бланк-заказа от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1, продавец ООО «Орфей Сервис» обязался продать истице 2 пуфа «Толедо» 60х60, выполненных из материала «ZARA 4», (того же, что у дивана Аккорд Нео»), высотой пуфов как у дивана «Аккорд Нео», отстрочка двойная, ножки у «Аккорда» дерево тон «орех».

Между тем, из имеющихся в деле заключения специалиста ООО «Декорум» от 16 мая 2018 года № 29-05/18А и экспертного заключения ООО «Независимая экспертиза» от 13 ноября 2018 года № 39-11Т/2018 усматривается, что экспертами было установлено, что фактически проданные истице пуфы «Толедо» имеют характеристики, отличные от характеристик, указанных в договоре от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1, выполнены из иного обивочного материала, и фактически имеют большие размеры, чем указано в договоре, в связи с чем не могут являться комплектом к дивану «Аккорд Нео».

Факт того, что такие пуфы были выполнены из иного материала, в судебном заседании признан ответчиком, который пояснил, что они выполнены из натуральной кожи и соответственно стоят дороже, однако истице были проданы по первоначальной цене, что, по мнению представителя ответчика, прав истицы не нарушает.

Вместе с тем, доказательств того, что такое изменение обивочного материала было надлежащим образом, согласовано с истицей, ответчиком суду не представлено. Более того, представителем ответчика суду было пояснено, что письменного соглашения об изменении условий договора от 30 августа 2016 года в части изменения характеристик и материалов пуфов «Толедо», не заключалось.

При таких обстоятельствах, учитывая, что истица настаивает на то, что приобретаемые ею пуфы «Толедо» должны были быть комплектными к дивану «Аккорд Нео», о чем ею указывалось продавцу при заключении договора, а именно оговаривался один и тот же материал обивки и размеры пуфов, суд приходит к выводу о том, что ответчик не выполнил обязательства, предусмотренные договором купли-продажи от 30 августа 2016 года № Бл 30.08.16/1 в части изготовления указанных пуфов, поскольку они не соответствует заказанным истицей пуфам как по размерам, так и по материалам, и не могут являться комплектом к дивану «Аккорд Нео».

Вместе с тем, суд не находит оснований для полного расторжения договора купли-продажи от 30 августа 2016 года, поскольку, как было установлено судом и подтверждается пояснениями самой истицы и заключением специалиста ООО «Декорум» от 16 мая 2018 года № 29-05/18А, диван «Оливия» на момент осмотра не имел дефектов и истица ФИО1 не имеет никаких претензий по данному дивану.

Ссылки истицы на то, что все диваны и пуфы должны были быть комплектными, ничем не подтверждены, опровергаются данными, указанным в бланк-заказе от 30 августа 2016 года, из которого усматривается, что диван «Оливия» должен был быть выполнен из иного материала «ZARA 6», что продавцом и было сделано.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что у истицы ФИО1 имеется право требования взыскании с ответчика уплаченных денежных средств в размере стоимости дивана «Аккорд Нео» и пуфов «Толедо», которые истица должна возвратить ответчику.

В судебное заседание стороной ответчика представлен суду прайс-лист его товаров по состоянию на 1 января 2016 года, согласно которому стоимость дивана «Оливия» составляет 27628 рублей.

Доказательств иной стоимости такого дивана «Оливия» суду не представлено, как и не представлено доказательств иной стоимости мебели ответчиком.

Учитывая изложенное суд полагает, что с ответчика в пользу истицы надлежит взыскать сумму в размере 72972 рубля, как разницу между уплаченной стоимостью всей мебели в размере 100600 рублей и стоимостью качественного дивана «Оливия», который остается у истицы (100600 - 27628 = 72972).

С учетом изложенного, оснований для расторжения договора от 30 августа 2016 года не имеется, а требования истицы в данной части подлежат частичному удовлетворению.

Истицей также были заявлены требования о взыскании с ответчика неустойки за период с 12 марта 2018 года по 26 ноября 2018 года (260 дней) в размере 100600 рублей.

Данные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим обстоятельствам.

В соответствии со ст. ст. 22 Закона РФ «О защите прав потребителей» требования потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Пунктом 1 ст. 23 Закона РФ «О защите прав потребителей» установлено, что за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков продавец допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Из материалов дела следует, что истица обратилась с претензией к представителю ответчика 2 марта 2018 года, в которой ставила вопрос о расторжении договора купли-продажи и требовала возврата уплаченных денежных средств ввиду наличия многочисленных существенных недостатков заказа. 

Таким образом, суд полагает, что требование истицы подлежало удовлетворению в срок не позднее 12 марта 2018 года, в связи с чем, поскольку стороной ответчика было отказано в возврате денежных средств, в пользу истицы должна быть взыскана с ответчицы неустойка, период которой должен рассчитываться с 12 марта 2018 года и на 26 ноября 2018 года неустойка составляет 261560 рублей (100600 / 100 х 1 х 260 = 261560). 

В судебном заседании представитель ответчика также указывал на то, что размер неустойки явно завышен и просил ее снизить на основании ст. 333 ГК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Учитывая, что размер неустойки по заявленному истицей периоду составляет 261560 рублей, истицей такой размер был добровольно снижен до 100600 рублей, суд полагает, что заявленный ко взысканию размер неустойки является несоразмерным последствиям нарушения обязательства и должен быть снижен до 50000 рублей. 

Таким образом, суд полагает, что требования истицы о взыскании неустойки подлежат частичному удовлетворению, и с ответчицы в пользу истицы подлежит взысканию неустойка в размере 50000 рублей.

Что касается требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей и штрафа в размере 50% от взысканных судом сумм, то и такие требования истицы подлежат частичному удовлетворению.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

Возможность компенсации морального вреда, по смыслу указанной нормы, связана с нарушением любых прав потребителя, в том числе имущественных.

Пунктом 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», установлено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая обстоятельства настоящего дела, значительный период неисполнения ответчиком требования истицы о возврате уплаченной денежной суммы, требования разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчицы в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона РФ «О защите потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 46 Постановления «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку факт нарушения прав потребителя со стороны ответчика, не принявшего в добровольном порядке меры по удовлетворению требований потребителя ФИО1, установлен, суд полагает, что с ООО «Орфей-Сервис» в пользу истицы подлежит взысканию штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 71486 рублей.

Истицей также заявлены требования о взыскании с ответчицы расходов на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей, расходов на заключение специалиста ООО «Декорум» в размере 10000 рублей, расходов на проведение судебной экспертизы в ООО «Независимая экспертиза» в размере 15000 рублей, расходов на телеграмму в размере 303 рубля.

Данные требования суд также полагает подлежащими частичному удовлетворению по следующим обстоятельствам.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с положениями ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как усматривается из искового заявления, истица просила взыскать с ответчика расходов на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей, однако. Такие расходы истца подтверждаются договором оказания юридических услуг от 17 апреля 2018 года, заключенным между истицей и ООО «Многопрофильное агентство «Центролекс», а также квитанцией на оплату юридических услуг от 17 апреля 2018 года, из которого усматривается, что ФИО1 уплатила по данному договору сумму в размере 30000 рублей.

Как видно из материалов дела, представитель ФИО2 участвовала при рассмотрении дела во всех судебных заседаниях.

Таким образом, исходя из сложности данного дела и участия представителя в судебном заседании, суд полагает разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истицы расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей.

Также подтверждается материалами дела, что в ходе разбирательства дела истицей были понесены расходы в размере по 10000 рублей по оплате составления заключения специалиста ООО «Декорум», в подтверждение чего в материалах дела имеются договор оказания услуг по экспертиза от 24 апреля 2018 года, акт от 21 мая 2018 года № 448 об оплате, счет № 455 от 24 апреля 2018 года на сумму в размере 10000 рублей. 

Также истицей были понесены расходы по оплате экспертного заключения ООО «Независимая экспертиза» в размере 15000 рублей, в подтверждение чего в материалах дела имеется кассовый чек на сумму в размере 15000 рублей. 

С учетом того, что вышеуказанное экспертное заключение ООО «Декорум» в судебном заседании являлось доказательством по делу, суд признает, что расходы, связанные с его проведением являются судебными издержками истицы, в связи с чем такие расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истицы в полном объеме, т.е. в размере 10000 рублей, а также с ответчика в пользу истицы подлежат взысканию расходы на оплату судебного экспертного заключения в размере 15000 рублей, а всего 25000 рублей.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из материалов дела следует, что ФИО1 понесла расходы на отправку телеграммы ответчику об осмотре мебели специалистом ООО «Декорум» в размере 303 рубля, указанные расходы понесены до предъявления иска в суд и в силу положений ст. 15 ГК РФ они относятся к убыткам и подлежат взысканию с ответчика в полном объеме.

В соответствии с ч. 3 статьи 17 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребители, иные истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, с учетом требований ст. ст. 333.19, 333.20 Налогового кодекса РФ с ООО «Орфей-Сервис» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей с неимущественных требований и в размере 5089,16 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Орфей-Сервис» о расторжении договора купли-продажи товара, взыскании уплаченных по договору денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, взыскании расходов на экспертные заключения, расходов по оплате телеграммы, расходов на оплату услуг представителя, - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Орфей-Сервис» в пользу ФИО1 уплаченные по договору купли-продажи от 30 августа 2016 года денежные средства в размере 72972 рубля, неустойку в размере 50000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 71486 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей, расходы на оплату телеграммы в размере 303 рубля, расходы на оплату экспертиз в размере 25000 рублей, а всего 254761 рубль.

В остальной части иска ФИО1 – отказать.

Взыскать с ООО «Орфей-Сервис» госпошлину в доход местного бюджета в размере 5089,16 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Зеленоградский районный суд Калининградской области в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 30 ноября 2018 года.

Судья Ватралик Ю.В.