ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 25 января 2019 года

Президиум Верховного суда Республики Бурятия в составе: 

Председательствующего: Кирилловой А.А.,

членов Президиума: Сокольниковой Н.А., Бидогаевой А.Ю., Ивановой В.А., Ховрова О.Е., 

при секретаре Батожаргалове Б.Д., 

рассмотрел кассационную жалобу ФИО1, на частное постановление Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г., которым обращено внимание Министра Внутренних Дел Российской Федерации 

<

...> на нарушения закона, выявленные судом при рассмотрении уголовного дела для недопущения нарушений закона. 

Апелляционным определением Верховного суда Республики Бурятия от 23.10.2018г. частное постановление Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г. – оставлено без изменения. 

Заслушав доклад судьи Верховного суда Республики Бурятия Ходошкиновой Э.А., выслушав адвоката Аюшеевой С.Н., представлявшей интересы ФИО1, поддержавшей доводы кассационной жалобы, осужденного ФИО2, просившего обжалуемые судебные решения оставить без изменения, первого заместителя прокурора Республики Бурятия Муравьева А.К., полагавшего, что кассационное производство возбуждено необоснованно, 

Президиум 

УСТАНОВИЛ:

31.07.2018г. Иволгинским районным судом Республики Бурятия рассмотрено уголовное дело в отношении ФИО3, который признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ. 

Одновременно с приговором Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г., вынесено частное постановление, которым обращено внимание Министра Внутренних Дел Российской Федерации 

<

...> на нарушения закона, выявленные судом при рассмотрении уголовного дела для недопущения нарушений закона, так как суд счел, что действия начальника полиции ФИО1 на месте преступления, давшего распоряжение ФИО2 смыть следы крови, переодеть окровавленную одежду, с целью не желания пачкать служебную машину, противоречили целям и задачам полиции, закрепленным законодательством РФ, поскольку они помешали должностному лицу (следователю) самостоятельно и в полном объеме реализовать процессуальные права, предусмотренные ст. 144 УПК РФ, а также послужили основанием сомнений у потерпевшей стороны в беспристрастности, объективности прибывших на месте преступления сотрудников следственно-оперативной группы ОМВД России по Иволгинскому району. 

Апелляционным приговором Верховного суда Республики Бурятия от 23.10.2018г. приговор Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г. в отношении ФИО2 был отменен, постановлен новый обвинительный приговор. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначено наказание в виде 6 лет лишения свободы без ограничения свободы в исправительной колонии общего режима. 

Не согласившись с частным постановлением Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г., заинтересованное лицо ФИО1 обжаловал данное решение в апелляционном порядке. 

Апелляционным определением Верховного суда Республики Бурятия от 23.10.2018г. частное постановление Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г. оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО1 выражает несогласие с судебными решениями, считает их незаконными и необоснованными, подлежащими отмене по следующим основаниям. 

По мнению автора жалобы, частное постановление не отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ, так как в нем не указано, какие именно нарушения были им допущены, при этом выводы суда первой инстанции являются противоречивыми. 

Полагает, что в частном постановлении не приведено ни одного конкретного нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенного при производстве предварительного следствия, при сборе и закреплении доказательств, выводы суда основаны исключительно на сомнениях потерпевшей стороны в беспристрастности, объективности прибывших на место преступления сотрудников следственно-оперативной группы. 

Обращает внимание на действия дежурного следователя ЖМС, выезжавшей на место происшествия, которой не выполнены требования, предусмотренные ст. 38, ст. 71, ст. 81, ч. 1 ст. 144 УПК РФ, в частности она не приняла решение о направлении подозреваемого Камалова на медицинское освидетельствование, изъятии и осмотра его одежды, орудия преступления, назначении судебно-медицинской экспертизы Камалова на наличие или отсутствие у него телесных повреждений. При этом, ссылка следователя 

<

...> на отсутствие следов крови на нем и его одежде при ее визуальном осмотре не давало ей право отказаться реализовать все свои полномочия по первоначальным следственным действиям при проверке сообщения о преступлении. 

Каких-либо действий, препятствующих должностному лицу (следователю) самостоятельно и в полном объеме реализовать процессуальные права, которыми оно наделено при проверке сообщения о преступлении, он (ФИО1) не совершал. Напротив, следователем были проведены первоначальные следственные действия, изъяты вещественные доказательства, проведен осмотр места происшествия, назначены экспертизы и т.д. 

Кроме того, считает, что ввиду отмены приговора суда первой инстанции, частное постановление также подлежало отмене. 

Судом апелляционной инстанции не в полной мере рассмотрены его доводы апелляционной жалобы, каких-либо самостоятельных выводов, апелляционное определение не содержит. В связи с чем, апелляционное определение также нельзя признать законным и обоснованным. 

На основании изложенного, просит отменить частное постановление и апелляционное определение.

Проверив доводы кассационной жалобы, изучив представленные материалы, Президиум считает, что частное постановление, апелляционное постановление подлежат отмене по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. 

Такие нарушения допущены судами первой и второй инстанций. 

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ определение суда, постановление судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными. 

Согласно требования ч. 4 ст. 29 УПК РФ, если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении уголовного дела нижестоящим судом, то суд вправе вынести частное определение или постановление, в котором обращается внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер. Суд вправе вынести частное определение или постановление и в других случаях, если признает это необходимым. 

Таким образом, основанием для вынесения частного постановления являются установленные в ходе судебного разбирательства нарушения закона, допущенные должностными лицами. 

Судом апелляционной инстанции данные требования нарушены. 

Из текста апелляционного приговора Верховного суда Республики Бурятия от 23.10.2018г. видно, что основанием для отмены приговора Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г. и постановления нового приговора, явилось несоблюдение требований ст.ст. 297, 389.15, 389.16, 389.18 УПК РФ, выразившееся в том, что принимая решение о переквалификации действий ФИО4 с ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, суд первой инстанции не в полной мере учел фактические обстоятельства дела и добытые по делу доказательства, которые свидетельствуют о виновности ФИО4 в совершении иного преступления. 

Между тем, по смыслу закона, если приговор отменен по основаниям, которые ставят под сомнение обоснованность выводов и квалификацию действий осужденного судом первой инстанции, то и частное постановление также подлежит отмене, поскольку оно вынесено по итогам рассмотрения дела суда первой инстанции. 

Более того, из частного постановления Иволгинского районного суда РБ от 31.07.2018г. неясно как свидетель ЦАЖ будучи дома, видела или слышала указания ФИО1, которые пробудили в ней сомнения в беспристрастности начальника полиции ФИО1, объективности прибывших на месте преступления сотрудников следственно-оперативной группы ОМВД России по 

<

...> району. Таких сведений не содержится и в показаниях потерпевшего ЦББ 

<

...>, свидетелей ЦАЖ 

<

...>, ЦББ (т. 2 л.д. 46-49), и в судебном заседании, согласно протоколу судебного заседания. 

Поскольку судом второй инстанции вынесен новый апелляционный приговор, с переквалификацией действий осужденного ФИО4 по более тяжкой статье, суду необходимо было в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ при наличии оснований, вынести новое частное определение с обоснованием своих выводов. 

Кроме того, судами не дана оценка доводам ФИО1 о том, что сменить одежду и смыть кровь, им было сказано с целью не замарать служебный автомобиль. Следователь же является процессуально самостоятельным лицом, которое в соответствии со ст. 38, ст. 144 УПК РФ, уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с настоящим Кодексом требуется получение судебного решения или согласия руководителя следственного органа. 

Судами не указано, какими действиями ФИО1 помешал должностному лицу (следователю) самостоятельно и в полном объеме реализовать процессуальные права. 

При таких обстоятельствах, вышеперечисленные нарушения уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, соответственно, частное постановление и апелляционное определение подлежат отмене как незаконные и необоснованные. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.401.13, ст.401.14, ст.401.15 УПК РФ, 

Президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

Кассационную жалобу ФИО1 – удовлетворить. 

Частное постановление Иволгинского районного суда Республики Бурятия от 31.07.2018г., апелляционное определение Верховного суда Республики Бурятия от 23.10.2018г. – отменить. 

Председательствующий: А.А. Кириллова