Мотивированное 

решение

 составлено 04 сентября 2018 года. 

Дело № 2-212/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 августа 2018 года город Кушва 

Кушвинский городской суд Свердловской области в составе: 

председательствующего судьи Сединкина Ю.Г., 

при секретаре Ловуновой И.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи жилого помещения. В обоснование иска указала, что в июле 2016 года, испытывая финансовые трудности, она обратилась к ответчику ФИО2, увидев объявление в газете «Три города». В объявлении предлагались займы под залог недвижимости. Она и ФИО2 договорились, что ФИО2 даст ей в долг 100 000 рублей с последующей отдачей 200 000 рублей через год, когда она продаст квартиру. Продажа квартиры входила в ее планы, деньги нужны были на ремонт квартиры и на лечение. До встречи со ФИО2 ей сделали операцию на глаз в госпитале ветеранов в 

<

адрес>, где она находилась с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Видела истец плохо, поэтому положилась на порядочность ФИО2 Для заключения договора ФИО2 приехал ДД.ММ.ГГГГ. Сказал, что все нужно оформить официально. Сначала они поехали в риэлтерскую контору по 

<

адрес> городе Кушва, где ФИО2 заплатил 1 000 рублей и ему что-то напечатали, потом в ПАО «УБРиР» ФИО2 оплатил какие-то квитанции, затем они поехали в МФЦ по улице Фадеевых. При этом истец полагала, что они оформляют договор залога, а не договор купли-продажи. В МФЦ она подала паспорт и свидетельство о праве собственности на квартиру. Специалист центра приняла документы, и ничего не пояснила. Расписки за сданные документы она не получала. ФИО2 во время оформления сделки отправил ее посидеть в стороне, все сделал сам. Ее подозвали лишь подписать три экземпляра листов, при этом текст договора она не видела, ставила только подписи, так как считала, что оформляет договор залога. ФИО2 взял два экземпляра договора, и под его диктовку она написала расписку на 97 000 рублей. Он умышленно не разъяснил ей значение букв ДКП. Аббревиатура ей не знакома, ранее она ее не встречала, и как она расшифровывается, она не знает. На ее вопрос, почему ей вернули только паспорт, и не вернули свидетельство, ФИО2 ответил, что если ей надо, она может прийти через две недели и получить все документы. Через две недели она обратилась в МФЦ, где ей вернули свидетельство. Она не заметила, что в нем стоит штамп «Погашено», так как он фактически подтерт. На момент совершения сделки, в связи с недавно перенесенной операцией на глаз, с обилием финансовых проблем, она находилась в плохом психофизическом состоянии, была неспособна критически относиться к происходящим событиям, понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем не могла понимать, какие документы она подписывает. ФИО2 ввел ее в заблуждение и относительно обременения квартиры. Он говорил, что оформляет залог квартиры, на самом деле оформлял договор купли-продажи. Ранее она не совершала подобных сделок. Также он ввел ее в заблуждение, передав ей неполную сумму, а только 97 000 рублей, 3000 рублей он передал ей только через год. Согласно статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Истец заблуждалась относительно сущности договора и содержания взаимных обязательств сторон. Заключая договор, истец не понимала значение своих действий, была введена ответчиком в заблуждение относительно ее природы, не имела намерений продавать ответчику квартиру. О том, что ранее принадлежавшая ей квартира по адресу: 

<

адрес> больше ей не принадлежит, она узнала, когда к ней обратилась ФИО3 с предложением купить эту квартиру. Тогда она позвонила ФИО2 с предложением снять обременение. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приехал, и они пошли в МФЦ. Она осталась стоять у дверей, а он пошел к специалисту. Вернувшись, он сообщил, что обременение снято. При этом она никаких документов не подписывала. ФИО2 попросил ее написать расписку на 3 000 рублей, и датировать ее ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 было известно, что квартира не принадлежит ФИО1, но она ее об этом не предупредила, настаивала, чтобы выписался ее сын ФИО4 Он выписался ДД.ММ.ГГГГ. Считая, что квартира ее, ФИО1 ждала заключения сделки с ФИО3, а она заключила сделку со ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 пришел в библиотеку и на ее вопрос, почему оформили договор купли-продажи, а не договор залога, сказал, что поздно об этом говорить. Это его работа и он так зарабатывает деньги. После этого он отдал ей 11 000 рублей, а также ее экземпляр договора купли-продажи, разорвал и бросил на стол ее расписки, сказал, что с пенсионерами лучше не связываться. Разговор был в присутствии ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ истец впервые увидела договор купли-продажи. И узнала, что ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ являлся собственником квартиры по адресу: 

<

адрес>. Заключение данной сделки лишило ее права собственности на указанное жилое помещение. Просила суд признать договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 недействительным, и применить последствия недействительности сделки. Восстановить в Едином государственном реестре недвижимости запись о регистрации права собственности истца на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала, просила удовлетворить по основаниям, указанным в исковом заявлении. Суду пояснила, что в 1994 году у нее умер муж, после его смерти она приватизировала квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, ее сын отказался от приватизации. В квартире были зарегистрированы она и ее сын ФИО4 С 2014 года хотела квартиру продать, делала ремонт. Первый раз объявление о продаже квартиры дала в 2014 году. Выставляла квартиру по ценам от 550 000 до 720 000 рублей. Квартиру не покупали, так как все спрашивали, вставлены ли пластиковые окна и балкон. Когда она обратилась к ФИО2, он согласился дать ей 100 000 рублей в долг под залог квартиры. Деньги ей нужны были на ремонт. Они договорились, что она будет отдавать по 10 000 рублей в месяц. Письменного договора займа не оформили. Когда первый раз приехали со ФИО2 в МФЦ, она думала, что оформляет договор залога. Ставя свои подписи в документах, она не различала надписи, просто поставила подписи. Ей ничего не объяснили и не прочитали, что она подписывает. Она доверяла ФИО5, он ей показался честным. После того, как она получила от ФИО2 97 000 рублей, до июня 2017 года она ФИО2 не видела, деньги ему не возвращала. На момент совершения сделки она проживала постоянно в доме по 

<

адрес>. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ за квартиру была задолженность по коммунальным услугам в размере 26 000 рублей, после ДД.ММ.ГГГГ она ее не гасила, так как ей не хватало денег. В июне 2017 к ней подошла дочь ФИО3 и спросила ее, продает ли она квартиру. Она сказал, что продает, и показала ей квартиру. Думая, что ей предстоит оформление сделки с ФИО3, она позвала ФИО2, и ДД.ММ.ГГГГ они приехали в МФЦ, как оказалось позже, для снятия обременения. О том, что квартира с августа 2016 года принадлежала ФИО2, и продана ФИО2 ФИО3, она узнала только ДД.ММ.ГГГГ. В полицию она обратилась только в январе 2018 года. Договор купли-продажи в МФЦ не получала, так как ей нужно было заплатить за него 200 рублей. ФИО2 никаких денежных средств в счет погашения займа не передавала. Со ФИО5 она обговаривала, что может ему отдать деньги, когда найдет покупателя на квартиру. Поэтому и рассчитывала продать квартиру ФИО3, и отдать долг ФИО2 Оказалось, что квартиру ФИО3 продал сам ФИО2, при этом ФИО1 он передал 11 000 рублей, пояснил, что это за то, что она нашла покупателя. Откуда ее подписи в документах МФЦ от ДД.ММ.ГГГГ, она не знает, она после ДД.ММ.ГГГГ ни в каких документах не расписывалась. О том, что ДД.ММ.ГГГГ совершается сделка купли-продажи квартиры, она не знала, заблуждалась по поводу сущности сделки. Продавать квартиру за 100 000 рублей у нее намерения не было. 

Представитель истца /-/ в судебном заседании поддержала требования и доводы истца ФИО1 Суду пояснила, что ФИО2 ввел в заблуждение ФИО1 Ей на тот момент было 70 лет, по образованию она лаборант, тонкости сделок с недвижимостью ей неизвестны. У нее возникла необходимость в деньгах, кроме того, она перенесла две операции на глаза. Просит суд признать сделку недействительной на основании статей 177, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ФИО1 в момент совершения сделки не могла осознавать значения своих действий и руководить ими, кроме того, сделка совершена ею под влиянием заблуждения. Однако ходатайство о назначении судебно-психиатрической экспертизы заявлять не намерены, так как психических заболеваний у ФИО1 не имеется. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. Направил в суд своего представителя /-/ 

Представитель ответчика ФИО2 /-/ в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала. Суду пояснила, что в конце июля истец по телефону связалась со ФИО2 и пояснила, что ей нужно срочно продать квартиру. ФИО2 периодически занимался куплей-продажей квартир с целью их последующей перепродажи. При этом они договорились встретиться ДД.ММ.ГГГГ для осмотра и оценки квартиры. При осмотре квартиры ФИО1 выдвинула требование о проживании в квартире в течение одного года после купли-продажи. Для чего ей это нужно, она не пояснила, однако ФИО2 согласился на ее требование. С учетом состояния квартиры, пользования ФИО1 квартирой в течение года, возможного ухудшения ее состояния, срочности выкупа, долгов за квартиру, ФИО2 предложил выкупить квартиру за 100 000 рублей. Она согласилась с такой суммой, и они решили сразу оформить сделку. Квартира находилась на пятом этаже, пластиковые окна вставлены не были, входная дверь также нуждалась в замене, в квартире не было канализации, пол был с трещинами, туалет совмещен с ванной. Была дыра в ванной комнате. ФИО5 предложил ФИО6 оформить обременение на квартиру, так как ФИО6 намеревалась пользоваться ею еще год. Поэтому он отдал не всю сумму сразу, а только 97 000 рублей. Для оформления договора ФИО2 поехал вместе с ФИО1 в риэлтерскую контору в городе Кушва по 

<

адрес>. Там они находились вместе с ФИО1, сотрудник напечатал договор, проговаривая при этом условия договора вслух. ФИО6 соглашалась, замечаний не было. Складывалось впечатление ее активного участия и понимания всего озвученного. После составления договора, истец и ответчик поехали в МФЦ, где подали документы на регистрацию, в том числе составленный договор купли-продажи. Специалист пригласила обоих, и ФИО2, и ФИО1, оформляла все на компьютере, проговорила вслух, прочитала слова продавец и покупатель. У ФИО1 были с собой очки, на зрение она не жаловалась. Не увидеть точно выделенные слова продавец и покупатель она не могла. ФИО1 в заблуждение никто не вводил. ФИО2 передал ФИО1 денежные средства в сумме 97 000 рублей, ФИО1 написала собственноручно расписку о получении денежных средств в указанной сумме. В этот же день ФИО1 отдала ФИО2 ключи от квартиры. В июне 2017 года ФИО2 созвонился с ФИО1, спросил, когда она и сын снимутся с регистрационного учета. ФИО1 сказала, что снимутся до ДД.ММ.ГГГГ. После спросила, что ФИО2 собирается делать с квартирой. Он ей ответил, что намерен выставить ее на продажу за 550 000 рублей. ФИО7 спросила, что если она найдет покупателя на квартиру, отблагодарит ли ее ФИО2 материально. ФИО2 ответил положительно. ФИО1 сообщила, что у нее есть знакомая, которая готовая купить квартиру. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 приехал в Кушву, где ФИО1 познакомила его с ФИО3 Условия сделки всех устроили, он согласился подождать, когда ФИО3 соберет деньги на покупку квартиры. В ноябре 2017 года ФИО3 приобрела квартиру у ФИО2 за что ФИО2 отблагодарил ФИО1, передав ей 11 000 рублей. При совершении сделки со ФИО2 ФИО1 отдавала отчет своим действиям, понимала, что совершается сделка купли-продажи квартиры. Поэтому оснований для признания сделки недействительной не имеется. В удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать в полном объеме. 

Соответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала. Суду пояснила, что о том, что квартира продана ФИО2 еще ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 знала. До подписания договора купли-продажи со ФИО2 у ФИО1 к ней претензий не было. Кроме того ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ могла оспорить сделку со ФИО2, но этого не сделала. К ФИО1 она обратилась после ДД.ММ.ГГГГ, в это время в городе Кушве находился сын ФИО1, предложила встретиться с ним, посмотреть квартиру, но ФИО1 отказалась это делать, сказала, что квартира находится в ее собственности и она распоряжается ею сама. ДД.ММ.ГГГГ она заключила договор с ООО «Спринт-Консалтинг», чтоб осмотрели и оценили квартиру. С ФИО1 договорились о цене квартиры, сумма была 550000 рублей. Деньги она просила передать наличными, просила также не говорить, что она продает квартиру ни соседям, ни на работе. ДД.ММ.ГГГГ она попросила ФИО1 предоставить ей документы на квартиру. ФИО1 предоставила документы в июне один раз. Документы были датированы 2009 годом, поэтому она попросила ФИО1 дать ей свидетельство о собственности, на что она сказала, что свидетельство находится в агентстве недвижимости. Ни в июне, ни в июле 2017 года фамилия ФИО2 не звучала, пока она сама не спросила, кто такой ФИО2 ФИО1 подтвердила, что она брала у него деньги в долг, что она его хорошо знает. Она попросила ФИО1 организовать встречу со ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ из выписки Росреестра она узнала, что квартира принадлежит ФИО2, что в квартире зарегистрированы ФИО1 и ФИО4 Об этом она сразу поставила в известность ФИО1, которая ей сказала, что хорошо знает ФИО2, что у них с ним есть договор. Она попросила ее принести документы и сказала, что сделку совершать не будет. На что ФИО1 опять сказала, что ФИО2 она хорошо знает, что у них была устная договоренность, просила не отказываться от сделки, пообещав, что она познакомит ее со ФИО2, что цена не изменится, что все документы будут готовы на момент совершения сделки. В начале августа 2017 года ФИО1 познакомила ее со ФИО2, он подтвердил, что цена на квартиру не изменится. Они обменялись телефонами, электронной почтой. Она предупредила, что до конца сентября уезжает из города, попросила выслать ей на электронную почту документы на квартиру. С сентября по ноябрь 2017 года ФИО1 регулярно подходила к ФИО3 и спрашивала, когда она оформит сделку. Она в свою очередь также спрашивала у ФИО1, уверена ли она в своих действиях, ведь собственником квартиры является ФИО2, на что ФИО1 говорила, что все в порядке. При этом просила передать ей наличными деньги за квартиру. ФИО3 сказала, что наличными она передавать деньги не будет, а переведет на любой указанный счет. При этом она каждую неделю просила ФИО1 дать ей номер телефона ее сына, или чтоб он сам связался с ней. ДД.ММ.ГГГГ ей на электронную почту пришла копия договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1. Копию договора она показала ФИО1, которая подтвердила, что она подписывала этот договор, знает о нем. При этом пояснила, что у нее много долгов, что надо рассчитываться. Кроме того, в октябре 2017 года было собрание собственников дома, где находится квартира. В списке собственников данной квартиры был указан ФИО2, об этом ФИО1 сказала соседка по подъезду ФИО5. ФИО1 подтвердила, что знает об этом. В конце ноября 2017 года ФИО3 стала оформлять сделку со ФИО2, предупредив ФИО1 об этом, также она говорила ФИО1, что переводит первую часть денег за квартиру, при этом она еще раз уточнила, знает ли ФИО1 о сделке, на что ФИО1 сказала, что она знает, знает ФИО2 Также она спросила, зачем ФИО1 обратилась в микроорганизацию за займом денег, на что она пояснила, что она затопила три квартиры соседей снизу, выплатила всем по 40 000 рублей. ФИО3 попросила показать акты, на что ФИО1 сказала, что договорилась с соседями устно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 встретилась со ФИО2 и ФИО1, при ней ФИО2 передал ФИО1 11000 рублей и расписки в получении денег. Расписки я нашла позже в мусорном ведре, склеила их и передала ФИО1 На тот момент и ФИО1, и ее сын уже были выписаны из квартиры, поэтому принуждать их к выписке она никак не могла, необходимости в этом не было. Деньги за квартиру она передала ФИО2, так как на момент совершения сделки он являлся собственником квартиры. В настоящее время собственником квартиры является она. В удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать в полном объеме. 

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 поддержал. Суду пояснил, что квартира по адресу: 

<

адрес> была приватизирована в 2009 году. Отец умер в 1993 году. Мать проживала в квартире. В 2014 году он уехал жить в 

<

адрес>, зарегистрировал брак, проживает там с 2014 года постоянно. Мама переехала в дом, квартира была полуразрушена. Он дал матери деньги на ремонт квартиры. После чего в 2014 году они выставили квартиру на продажу. Год квартира простояла пустая, они забрали документы из одного агентства и отдали риелтору /-/ на 

<

адрес>. Он отслеживал все, без него мама не должна была продавать квартиру. Он звонил риелтору /-/, с ним они договорились, чтобы он звонил, когда будут покупатели, он позвонит маме, она придет и покажет квартиру покупателям. Про совершенную со ФИО2 сделку, как и о самом ФИО2, и о судебном разбирательстве он узнал только ДД.ММ.ГГГГ. Мама сказала, что нашла его по газете, взяла деньги у него в долг, хотела деньги потратить на окна в квартире. Если бы тогда он знал, что она подписала договор купли-продажи, он бы сразу подал заявление в полицию. В июле 2017 года мама говорила, что нашла покупателя на квартиру, заведующего библиотекой. Он спросил, за сколько будет продавать квартиру, она сказала, что за 650 000 рублей. Он хотел пойти в библиотеку к ФИО3, на что мама ему сказал, что запрещает идти к ней, иначе ФИО3 ее уволит. Он был против продажи квартиры ФИО3 Мама из квартиры выписалась первая. Позвонила ему и сказала, чтоб он выписался, чтоб меньше платить за квартиру. И когда он выписался, то мама сказала, что ФИО3 будет покупать квартиру. Он сказал ей, чтобы она попросила у нее задаток и оформила его через нотариуса. ФИО3 отказалась давать залог, он успокоился, подумал, что они больше не будут видеться с ней и она отказалась от покупки квартиры. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила /-/ и сказала, что мама обратилась в суд с иском о признании договора купли-продажи недействительным. О том, что мама заключила договор со ФИО2, он не знал. Считает, что ФИО2 обманул его мать, ввел ее в заблуждение, и под действием обмана склонил ее к совершению сделки под видом заключения договора залога. Исковые требования ФИО1 просил удовлетворить. 

Свидетель /-/ в судебном заседании пояснила, что с ФИО1 она знакома с детства. С 2003 года она пошла работать зав.производством школы №. Также знает, что сноха ФИО1 просила ее оформить на себя предпринимательство, она согласилась. Через некоторое время ФИО1 попросила ее помочь закрыть предпринимательство, она помогла ей. Помнит, что отчетность была нулевая. 

Свидетель /-/ в судебном заседании пояснила, что работает в МФЦ 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. Принимала ли она документы на регистрацию договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 и ФИО2 она не помнит. При приеме документов по оформлению договора купли-продажи они как сотрудники МФЦ ответственности не несут. По общему правилу обязательно присутствие двух сторон: продавца и покупателя. Люди садятся, читают все заявления и подписывают документы. При определенных ситуациях специалисты задают вопрос, понимает ли продавец, что продает квартиру либо дом. При подаче документов на регистрацию права на основании договора купли-продажи обязательно необходим документ, подтверждающий собственность, справка о зарегистрированных лицах. Договор купли-продажи оформляют или обе стороны, или одна из сторон. Подписанный договор купли-продажи является основанием для оформления сделки. При подаче документов на регистрацию права или снятие обременения в любом случае присутствуют обе стороны, подписи ставят в заявлении также обе стороны. Время фиксируется в программе, кроме того, в помещении стоят видеокамеры. Документы также после регистрации выдаются обеим сторонам. Принятие каких-либо документов на регистрацию в отсутствии одной из сторон невозможно. 

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Представитель третьего лица Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО2, третьего лица ФИО4, представителей третьих лиц Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области и Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг».

Заслушав истца, ее представителя, представителя ответчика ФИО2, соответчика ФИО3, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права пользования, владения и распоряжения своим имуществом.

В силу п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу приведенной статьи сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, истцу на праве собственности принадлежало жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на указанную квартиру (л.д. 23-24). 

ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 был заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец – ФИО1 продала, а покупатель – ФИО8, купил жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с п.3 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ стороны оценивают указанную квартиру в 100 000 рублей. При этом сумма в размере 97 000 рублей передана покупателем продавцу при подписании настоящего договора. Оставшаяся сумма в размере 3000 рублей будет передана покупателем продавцу в срок до ДД.ММ.ГГГГ. Возникает залог в силу закона. Передача отчуждаемой квартиры продавцом и принятие ее покупателем осуществлены без составления передаточного акта, при подписании договора продавец обязуется освободить квартиру и передать ключи от нее покупателю в срок до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 34). 

ДД.ММ.ГГГГ, на основании поданных ФИО1 и ФИО2 заявлений, Управлением Росреестра по Свердловской области в установленном законом порядке была произведена регистрация: договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ; перехода права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>; права собственности ФИО2 на указанную квартиру, а также ипотеки в силу закона (л.д. 24, 35). 

Ответчик ФИО2 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, продал спорное жилое помещение соответчику ФИО3 (л.д. 24). 

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании статей 549, 556, 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли - продажи жилого помещения представляет собой соглашение, в силу которого одна сторона (продавец) обязуется передать в собственность другой стороне (покупателю) жилое помещение (квартиру), а покупатель обязуется принять это имущество и уплатить за него определенную денежную сумму. Передача недвижимости продавцом и принятие её покупателем осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. При заключении договора купли - продажи жилого помещения целью покупателя является приобретение права собственности на данное недвижимое имущество, продавца - отчуждение своего имущества и получение денежных средств за данное имущество. Обязательным признаком сделки является её возмездность.

Оспаривая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, истец ссылается на то, что при заключении указанного выше договора ФИО2 ввел ее в заблуждение относительно природы сделки, так как она полагала, что заключает договор займа с залогом недвижимого имущества, намерения продавать недвижимость она не имела.

Однако, истец в нарушении ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представила суду доказательств, подтверждающих, что она заблуждалась относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность, а также доказательств отсутствия ее воли на совершение сделки.

Из содержания договора купли-продажи жилого помещения следует, что при заключении оспариваемой сделки между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям именно купли-продажи, а не договора залога, при этом каждая из сторон договора проставила свои подписи в графе, где четко и ясно указано Продавец, Покупатель.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 лично обратилась к специалисту многофункционального центра с заявлениями: о регистрации договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ; о регистрации перехода права собственности на указанное выше жилое помещение (л.д. 109). При этом подлинность ее подписей в заявлениях, поданных в МФЦ ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в судебном заседании не оспаривалась.

ФИО1 собственноручно написала расписки о получении от ФИО2 денежных средств по договору купли – продажи (ДКП) при этом не уточнила, что обозначает данное сокращение. 

Таким образом, при заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Объяснения третьего лица ФИО4 не свидетельствуют об отсутствии у истца намерения продать квартиру ФИО2 ФИО4 не присутствовал лично при заключении ФИО1 и ФИО2 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а также при их обращении в многофункциональный центр для подачи заявления в Управление Росреестра по Свердловской области о регистрации сделки. Об изложенных в судебном заседании обстоятельствах ФИО4 стало известно лишь со слов представителя истца, и только ДД.ММ.ГГГГ, после обращения ФИО1 с иском в суд. При этом ФИО1 неоднократно поясняла суду, что намеренно не ставила в известность сына о совершенной ею сделке со ФИО2

Доводы ФИО1 о том, что при подписании договора купли – продажи она не имела возможности прочитать текст договора, доказательствами не подтверждены. К тому же при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность. Из объяснений ФИО1 следует, что она подписала договор купли – продажи, представленный в МФЦ не прочитав его, что вызывает у суда сомнение. Договор займа между ФИО1 и ФИО2 в простой письменной форме заключен не был, условия и сроки возврата денежных средств ФИО1 назвать не смогла, доказательств возврата денежных средств ФИО2 истцом суду не представлено. При этом имели место обращения ФИО1 в МФЦ: ДД.ММ.ГГГГ истцу возвращены договор купли – продажи с отметкой о государственной регистрации и погашенное свидетельство о государственной регистрации права (л.д. 113, 115), ДД.ММ.ГГГГ по заявлению истца было снято обременение (л.д. 250 -251). Данные обстоятельства указывают на то, что ФИО1 достоверно знала о возникших между ней и ФИО2 отношениях, вытекающих именно из договора купли – продажи недвижимости. 

То обстоятельство, что установленная оспариваемым договором купли – продажи цена жилого помещения существенно занижена, основанием для удовлетворения иска не является, поскольку стороны свободны в заключение договора, в том числе и в определении стоимости продаваемого и приобретаемого имущества. При несогласии с ценой приобретаемого товара истец была вправе отказаться от заключения договора купли – продажи. Доказательств обратного суду представлено не было.

В соответствии с частью 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (часть 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации ).

Статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации направлена на защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена. В соответствии с частью 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершённая под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. В части 2 данной статьи содержится исчерпывающий перечень условий, при наличии которых заблуждение предполагается достаточно существенным.

Согласно части 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (часть 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации ).

Как следует из материалов дела, при государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру от истца к ответчику ФИО2 ФИО1 и ФИО2 лично прибыли в Государственное бюджетное учреждение Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» в городе Кушва, заполнили и представили заявления в Управление Росреестра по Свердловской области через Государственное бюджетное учреждение Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» города Кушва о государственной регистрации перехода права на квартиру ДД.ММ.ГГГГ. При наличии сомнений или неясностей проводимой сделки ФИО1 имела реальную возможность обратиться к специалисту МФЦ для разъяснения условий договора, но этого не сделала, напротив подписала представленный договор не прочитав его. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получила в МФЦ ранее ею переданное свидетельство о государственной регистрации права с отметкой «Погашено», экземпляр договора купли – продажи, что подтверждено ее подписью в описи, но и после этого не предпринимала ни каких действий указывающий на ее не согласие с совершенной сделкой. К сотрудникам МФЦ или Росреестра не обращалась, с заявлением в полицию обратилась лишь в 2018 году. К доводам ФИО1 о том, что она не получала договор купли – продажи в МФЦ суд относится критично, истец не оспаривает подлинность своей подписи в описи документов, принятых для оказания государственных услуг (л.д. 115). 

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в МФЦ с заявлением о прекращении ограничения права и обременения объекта недвижимости – квартиры по адресу: 

<

адрес> (л.д. 103). В этот же день она получила от ответчика ФИО2 денежные средства в сумме 3 000 рублей, передача которых в срок до ДД.ММ.ГГГГ была оговорена в пункте 3 оспариваемого договора при его заключении ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается распиской, собственноручно составленной ФИО1 (л.д. 10), а также согласуется с объяснениями ФИО2 и ФИО3 

При рассмотрении дела ФИО1 было заявлено ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы. В ходатайстве истец оспаривала подлинность подписи, поставленной от ее имени в заявлении, поданном ДД.ММ.ГГГГ в Управление Росреестра по Свердловской области через Государственное бюджетное учреждение Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» города Кушва о прекращении ограничения права и обременения объекта недвижимости – квартиры по адресу: 

<

адрес>.

Судом перед экспертами был поставлен вопрос: кем, ФИО1 либо иным лицом выполнена подпись от имени ФИО1 в графе 18 «Подпись» заявления в Управление Росреестра по Свердловской области о прекращении ограничения права и (или) обременения объекта недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, поданного от имени ФИО1 через отдел Государственного бюджетного учреждения Свердловской области «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг» города Кушва. На исследование представлен оригинал заявления, истребованный в Управлении Росреестра по Свердловской области. Проведение экспертизы поручено ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации. 

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что подпись от имени ФИО1, расположенная в заявлении от имени ФИО1 в Управление Росреестра по Свердловской области о прекращении ограничения права и (или) обременения объекта недвижимости – квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, на втором листе, в строке 18 «Подпись» выполнена самой ФИО1 (т 2 л.д.1-6).

Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется, так как экспертиза выполнена лицом, имеющим право на проведение судебных почерковедческих экспертиз, эксперт предупрежден об уголовной ответственность за дачу заведомо ложного заключения (т 2 л.д. 2). 

Таким образом, у суда не вызывает сомнения факт личного обращения ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о снятии обременения на квартиру. Подлинность подписей в заявлениях, поданных ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в МФЦ, истцом не оспаривалась. 

Суд критически относится к доводам ФИО1 о том, что она не имела возможности ознакомиться с содержанием как договора купли – продажи так и заявлений, подписанных ею ДД.ММ.ГГГГ, соотнеся с последовательными показаниями свидетеля /-/, стороннего по отношению к истцу и ответчику лица, указавшей на необходимость личного присутствия при оформлении заявлений для государственной регистрации перехода права собственности, а также личного ознакомления каждой стороны с содержанием подписываемых документов. 

Совокупность действий истца ФИО1, направленных на отчуждение квартиры и его оформление, носит последовательный, юридически правильный для заключения договора купли – продажи недвижимого имущества характер, что позволяет суду прийти к выводу о направленности намерения истца на заключение договора купли – продажи принадлежащей ей на праве собственности квартиры. Из объяснений ФИО1 следует, что в спорной квартире она длительное время не проживает, квартира находится в состоянии проводимого ремонта, необходимая для проживания мебель в квартире отсутствует. До встречи со ФИО2 самостоятельно давала объявления о продаже данной квартиры, что несомненно указывает на ее намерение распорядиться данным объектом недвижимости. 

Суд принимает во внимание отсутствие доказательств того, что в силу каких-либо объективных причин ФИО1 не могла понимать значение и природу заключаемого ею договора купли – продажи и его правовые последствия.

Правовая природа договора купли – продажи недвижимого имущества каких-либо специальных познаний не требует; совершение сделок по купле – продаже характерно для общих условий гражданского оборота в жизни физических лиц и по своим правовым последствиям всегда подразумевает переход права собственности на какой-либо предмет от одного лица к другому (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации). Осознать существо сделки возможно при действии с обычной осмотрительностью. 

Доводы представителя истца о преклонном возрасте истца, наличии проблем со зрением не могут быть приняты во внимание как имеющие существенное значение для определения факта порока ее воли при заключении сделки, наличия заблуждения. В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из предмета и оснований иска, именно на стороне истца лежит обязанность по доказыванию наличия оснований для признания сделки недействительной, в том числе наличия порока воли, несоответствия воли волеизъявлению. Доказательства наличия таких обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Суд также критически относится к доводам истца о том, что она, подписывая договор купли – продажи, была лишена возможности ознакомиться с текстом подписываемого договора по причине плохого зрения. Истец указала в договоре полностью свои фамилию, имя и отчество, поставила подпись в графе «подписи», подписала заявления о государственной регистрации перехода права собственности на квартиру в МФЦ, в которых указаны подробные паспортные данные заявителя. Кроме того, истец как сторона сделки при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, имела возможность принять все меры для ознакомления с содержанием договора, к отказу от его заключения на изложенных в нём условиях.

Доказательств того, что свидетель /-/, принявшая заявление ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, знает ФИО2, а также о наличии какого-либо сговора на совершение противоправных действий, направленных на государственную регистрацию договора купли – продажи недвижимого имущества, в материалы дела не представлено. Доказательства безденежности договора купли – продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, по условиям договора цена квартиры определена в размере 100 000 рублей. Факт получения от ФИО2 суммы 100 000 рублей подтверждается расписками от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, составленными собственноручно ФИО1, что ей подтверждено в ходе судебного разбирательства. Кроме того обстоятельство неполучения денег от продажи квартиры само по себе не является основанием для признания сделки недействительной, может влечь иные последствия, в том числе предусмотренные частью 3 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств того, что ответчик ФИО2 создал у истца несоответствующее действительности представление о характере сделки, её условиях, предмета и других обстоятельствах, влияющих на решение истца по заключению договора, стороной истца суду не представлено. 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения, сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. 

В силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определённые родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Согласно части 1 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации, в договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом; условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство. В соответствии с частью 3 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор залога должен быть заключён в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма.

Суд полагает, что истцом не доказано совершение сторонами действий по заключению договора займа и залога при оформлении и подписании договора купли – продажи, не доказано согласование между сторонами договора существенных условий предполагаемого займа, предусмотренных статьёй 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, при том, что все существенные условия договора купли – продажи недвижимого имущества в спорном договоре согласованы и договор исполнен. 

Доводы стороны истца о том, что в газете «Три города» от ДД.ММ.ГГГГ было размещено объявление о предоставлении денежных займов с приведением телефона ФИО2, не свидетельствует о том, что ФИО1 обратилась к ФИО2 именно для заключения договора займа, данное объявление в газете не может быть расценено как оферта ввиду того, что не содержит существенных условий договора займа (л.д. 11). 

Исследовав все обстоятельства и доказательства по делу, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено достоверных и допустимых доказательств, предусмотренных либо ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, на которых истец основывает свои требования и по которым просит признать договор купли – продажи недействительным. Истцом представлены медицинские документы, подтверждающие наличие у нее определенных заболеваний, вместе с тем из указанных документов невозможно сделать однозначный вывод, что истец не осознавала своих действий и не отдавала им отчет в момент подписания договора купли – продажи.

Для определения состояния истца в момент заключения сделки судом неоднократно ставился на рассмотрение сторон вопрос о назначении экспертизы, однако сторона истца отказалась от ее проведения.

С учетом установленных обстоятельств и оценки представленных доказательств, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО1 на учете в медицинском учреждении по поводу какого-либо психического расстройства не состояла и не состоит в настоящее время, в момент подписания оспариваемого договора являлась дееспособным человеком, достоверных сведений о наличии заболевания, лишающего ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, как и доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, подтверждающих, что ФИО1 обращался за психологической или психиатрической помощью, и нуждался в проведении реабилитационного лечения, не представлено.

Разрешая исковые требования ФИО1, оценив представленные доказательства, проанализировав положения статьи 1, части 5 статьи 10, статей 153, 154, 162, 166, 167, части 2 статьи 168, части 2 статьи 170, статей 178, 179, части 2 статьи 218, статей 341, 420, 421, 454, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 7 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 16 июля 1998 года № 102-ФЗ, разъяснения пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23 июня 2015 года № 25 применительно к рассматриваемому спору, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в связи с отсутствием доказательств, достаточно и достоверно подтверждающих, что при заключении договора купли – продажи спорной квартиры волеизъявление истца сформировалось под влиянием заблуждения, что истец заблуждалась относительно природы и условий сделки, что со стороны ответчика имели место умышленные действия, направленные на введение истца в заблуждение, которые могли являться основанием для признания сделки недействительной, при том, что спорный договор сторонами исполнен, денежные средства истцом получены в соответствии с условиями договора в счёт проданного недвижимого имущества, ответчики зарегистрировали право собственности на спорный объект недвижимости.

Суд не нашел в действиях сторон намерений на совершение заведомо недействительной сделки, при проявлении обычной осмотрительности существо совершенной сделки очевидно, в связи с чем суд приходит к выводу о необоснованности исковых требований о признании недействительным договора купли – продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО1 и ФИО2 При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора купли – продажи жилого помещения – отказать. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через канцелярию Кушвинского городского суда Свердловской области.

Судья Ю.Г.Сединкин