Дело № 2-2343/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 ноября 2019 года г. Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе председательствующего - судьи Фисюк О.И. при секретаре – Цурцумия К.М. с участием истца – ФИО1, представителя истцов – ФИО2, представителей ответчика ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» - ФИО3, ФИО4, представителя ответчика Департамента здравоохранения г. Севастополя – ФИО5, третьего лица – ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО7 к Департаменту здравоохранения г. Севастополя, ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова», третье лицо – ФИО6 о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

15.08.2019 истцы обратились в суд с данным иском к ответчикам, в котором просят взыскать с ответчиков солидарно денежную компенсацию морального вреда в сумме по 1 млн. руб. каждой, причиненного им вследствие неправильного лечения пациента ФИО10, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В обоснование иска указывают на то, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, являющийся отцом ФИО1 и мужем ФИО7, находился на лечении в ГБУЗС «Городская больница №2», куда был доставлен с диагнозом пневмония. ДД.ММ.ГГГГ умер. Истцы полагают, что в период пребывания ФИО10 в стационаре больницы его неправильно лечили от пневмонии, не проявляли должного внимания и заботливости, что причинило им душевные переживания.

В судебном заседании истец ФИО1 и представитель истцов требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

В судебном заседании представители ответчика ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова» иск не признали, ссылаясь на то, что смерть ФИО10 наступила не вследствие неправильного лечения, являлась неотвратимой, полагают, что лечение пациента в целом соответствовало медицинским стандартам, в период пребывания пациента в стационаре никаких жалоб ни от него, ни от его родственников не было. 

Представитель ответчика Департамента здравоохранения г. Севастополя иск не признала, полагает, что Департамент является ненадлежащим ответчиком, поскольку лечения пациентам не оказывает.

Третье лицо ФИО6 просил в иске отказать, полагая, что права истца не нарушены, поскольку лечение в целом оказывалось соответственно жалобам и состоянию здоровья пациента, вся информация о плане лечения доводилась до ведома родственников.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежаще, в связи с чем суд полагает возможным на основании ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело без ее участия.

Заслушав стороны, представителей сторон и третье лицо, допросив свидетеля, исследовав и оценив в совокупности представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему выводу.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 находился на стационарном лечении в терапевтическом отделении с диагнозом пневмония в ГУБЗС «Городская больница №2», правопреемником которого стало ГУЗБС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова». Из содержания искового заявления усматривается, что основанием обращения истцов в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО10 в период его лечения в ГУБЗС «Городская больница №2» (не назначили план лечения, нарушали правила лечения, не уделяли должного внимания).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Требования о компенсации морального вреда обоснованы истцами тем, что лично им – ФИО1 и ФИО7 ГУБЗС «Городская больница №2» в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО10 были причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья близкого человека.

Свои требования истцы обосновывают заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной на основании постановления ст. следователя СО по Гагаринскому району СУ СК РФ по г. Севастополю от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой выявлены нарушения при выполнении диагностических мероприятий (анамнез собран недостаточно, не указан план обследования, план лечения, не выполнены дополнительные обследования, проч.), нарушения при выполнении лечебных мероприятий (не установлен истинный диагноз, без показаний назначены некоторые препараты, проч.). 

Из указанного заключения следует, что при анализе медицинской документации установлено, что на стационарном этапе проведен минимально допустимый комплекс обследований, соответствующий жалобам и состоянию здоровья пациента при нахождении на стационарном лечении. Вместе с тем, по мнению экспертов, даже при своевременной диагностике злокачественного образования головного мозга, провести специализированное лечение не представлялось возможным в связи с наличием сопутствующей патологии и возрастом пациента, ДД.ММ.ГГГГ и летальный исход в данном случае был непредотвратимым.

Из постановления от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления следует, что в ходе расследования уголовного дела установлено, что в действиях медицинского персонала ГУБЗС «Горбольница №2» были допущены нарушения по оказанию медицинской помощи пациенту ФИО10, вместе с тем выявленные недостатки оказания медицинской помощи не могли повлиять на неблагоприятный исход имеющейся у него патологии, и не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО10, летальный исход в данном случае был непредотвратим. 

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинская организация должна доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 и ФИО7 в связи со смертью ФИО10, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.

Ответчиком ГУБЗС «Горбольница №1 им. Н.И. Пирогова» были представлены доказательства, подтверждающие отсутствие его вины в смерти пациента ФИО10, которая наступила не в результате не надлежаще оказанной медицинской помощи, а являлась неизбежной, и даже в случае оказания ФИО10 качественной и своевременной медицинской помощи, правильного установления диагноза и назначения соответствующего данному диагнозу лечения, проведения всех необходимых обследований и диагностических мероприятий летальный исход для ФИО10 был неизбежен.

Истцы указывают, что испытывали душевные страдания из-за того, что ФИО10 не лечили в период нахождения его на стационарном лечении в больнице. Истец ФИО1 в своих пояснениях указывает, что ее отца неправильно лечили от пневмонии, не оспаривая данного диагноза, указывая при этом на то, что отцу, в частности, не присоединили кислородный аппарат, врачи и мед. персонал не уделяли должного внимания, в палате отсутствовала кнопка вызова, таблетки валялись на полу, утка была с наслоением мочи, были тараканы, были безосновательно назначены некоторые препараты. Данные обстоятельства также подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13 дочь истца ФИО1 Однако факты отсутствия кнопки вызова в палате, валяющихся на полу таблеток, утки с наслоением мочи, тараканов не подтверждены какими-либо доказательствами, факты некорректного отношения к пациенту и родственникам со стороны мед. персонала также не нашли своего подтверждения и опровергаются материалами дела, в частности, письмами Департамента здравоохранения г. Севастополя от 22.11.2018, ГУБЗС «Городская больница№2» от 26.12.2018. К показаниям свидетеля суд относится критически, поскольку свидетель является близким родственником истцов и внучкой умершего ФИО10 Относительно качества лечения ФИО10, установлено, что, действительно, были допущены нарушения при выполнении диагностических и лечебных мероприятий. Однако в заключении экспертов данные нарушения установлены применительно к истинному диагнозу, установленному ФИО10 после вскрытия, каких-либо выводов относительно правильности/неправильности лечения ФИО10 от пневмонии в период нахождения его в стационаре заключение не содержит. Истцы указывают, что испытывали душевные страдания именно в период лечения ФИО10 от пневмонии в стационаре больницы, а не в целом от неправильного лечения истинного диагноза – ЗНО, о котором им стало известно уже после смерти пациента из заключения экспертов.

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства, оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что не установлен состав гражданского правонарушения в действиях ответчиков, а потому иск не подлежит удовлетворению. 

Принимая во внимание, что в иске отказано, судебные расходы по оплате гос. пошлины, понесенные истцом при подаче иска в суд, возмещению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.196,198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО7 к Департаменту здравоохранения г. Севастополя, ГБУЗС «Городская больница №1 им. Н.И. Пирогова», третье лицо – ФИО6 о компенсации морального вреда отказать.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины отнести на истцов.

Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд города Севастополя путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 04.12.2019 г.

Судья –