Председательствующий – ФИО7 Дело №

номер дела в суде первой инстанции 2-688/2025

УИД 02RS0№-20

номер строки в статистическом отчете 2.237

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 февраля 2026 года 

<

адрес>

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай в составе:

председательствующего судьи – ФИО16,

судей – ФИО15, ФИО21.,

с участием прокурора – ФИО12,

с участием переводчика – ФИО8,

при секретаре – ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе Министерства обороны Российской Федерации на решение Кош-Агачского районного суда Республики Алтай от 

<

дата>, которым

заявление ФИО1 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего удовлетворено.

ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженка 

<

адрес>, признана фактическим воспитателем погибшего 

<

дата> военнослужащего ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> Республики Алтай, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Заслушав доклад судьи ФИО15, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с заявлением о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего, мотивируя требования тем, что она фактически воспитывала и содержала своего племянника ФИО3, 

<

дата> года рождения. Отец ФИО3 - ФИО4 умер 

<

дата>, мать ФИО5 

<

дата> лишена родительских прав. С

<

дата> на основании договора о передаче детей на воспитание в приемную семью ФИО3 передан в семью приемного родителя ФИО1. С 

<

дата> по 

<

дата> ФИО3 являлся участником специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, 

<

адрес> и территории Украины. 

<

дата> при выполнении задач в ходе специальной военной операции Я. погиб. Установление фактическим воспитателем погибшего военнослужащего в отношении племенника ФИО3 имеет для заявителя юридическое значение, так как данный факт необходим для назначения и получения выплат, связанных с его гибелью на СВО.

Определением суда от 

<

дата> к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Министерство обороны РФ, Военный комиссариат Республики Алтай.

Суд вынес вышеуказанное решение, с которым не согласилось Министерство обороны Российской Федерации, в апелляционной жалобе просит отменить решение суда и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявления. В обоснование доводов жалобы указано, что суд, разрешая требования в порядке особого производства не установил наличие спора о праве и не оставил заявление по делу без рассмотрения. Суд рассмотрел дело без привлечения в качестве заинтересованных лиц АО «СОГАЗ», ФКУ «95 финансово-экономическая служба», войсковой части 77192. Кроме того, суд не принял во внимание действующие нормы семейного законодательства о том, что в отличии от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. У ФИО1 возникли обязанности в отношении ФИО3 в части содержания и воспитания в силу закона, так как ФИО2 как приемный родитель выполняла свои функции на основании специального закона в соответствии с решениями органов опеки за вознаграждение. ФИО1 не представлено доказательств содержания ФИО3 за счет собственных денежных средств.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Информация о движении настоящего гражданского дела размещена на официальном сайте Верховного Суда Республики Алтай (http://vs.ralt.sudrf.ru/).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заинтересованного лица Военного комиссариата по 

<

адрес> – ФИО10, полагала апелляционную жалобу подлежащей удовлетворению, заявитель ФИО2 и ее представитель ФИО11 возражали относительно доводов апелляционной жалобы, прокурор ФИО12 дал заключение о том, что решение суда подлежит отмене, апелляционная жалоба - удовлетворению.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, в судебное заседание не явились.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 167, 327 ГПК РФ, признала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

Изучив материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Главой 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 264 - 268) установлены особенности рассмотрения судом дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций (часть 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (статья 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 родился 

<

дата> в 

<

адрес> Республики Алтай. Родителями ФИО3 являлись ФИО4 и ФИО5.

Отец ФИО3 - ФИО4 умер 

<

дата>.

Решением Кош-Агачского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> ФИО5 - мать ФИО3 лишена родительских прав в отношении своих детей — ФИО6, 

<

дата> г.р., ФИО3, 

<

дата> г.р.

ФИО3 приходится родным племянником ФИО1

<

дата> между органом опеки и попечительства 

<

адрес> и ФИО1 заключен договор о передаче ФИО3 и ФИО3 на воспитание в приемную семью. Указанный договор неоднократно продлевался и действовал до достижения воспитанником совершеннолетия.

<

дата> ФИО3 погиб при выполнении задач в ходе специальной военной операции на территории ДНР, ЛНР и Украины.

До момента смерти ФИО3 был зарегистрирован по адресу: 

<

адрес>. По указанному адресу с 

<

дата> зарегистрирована ФИО2

Разрешая спор в порядке особого производства и принимая решение об удовлетворении заявления ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 

<

дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федерального закона от 

<

дата> № 286-ФЗ «О внесении изменения в статью 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», постановлений Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №, пришел к выводу о доказанности факта воспитания и содержания ФИО1 ФИО3 в период с 2001 года до достижения им совершеннолетия, что явилось основанием для признания заявителя фактическим воспитателем в целях назначения и получения выплат в связи со смертью военнослужащего.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 

<

дата> № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 

<

дата> № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 

<

дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 

<

дата> № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 

<

дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 

<

дата>, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющие право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 

<

дата> № «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 

<

дата> № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 

<

дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 

<

дата> №-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П, от 

<

дата> №-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы.

Таким образом, исходя из содержания вышеприведенных норм и позиций Конституционного Суда РФ следует, что лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего (погибшего при выполнении обязанностей военной службы), имеют право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от 

<

дата> № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи при условии, если такие лица воспитывали и содержали будущего военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Согласно абзацу 3 статьи 1 Федерального закона от 

<

дата> № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее – Федеральный закон от 

<

дата> № 159-ФЗ) дети, оставшиеся без попечения родителей, - это лица в возрасте до 18 лет, которые остались без попечения единственного родителя или обоих родителей в связи с лишением их родительских прав, ограничением их в родительских правах, признанием родителей безвестно отсутствующими, недееспособными (ограниченно дееспособными), объявлением их умершими, установлением судом факта утраты лицом попечения родителей, отбыванием родителями наказания в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, уклонением родителей от воспитания своих детей или от защиты их прав и интересов, отказом родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, а также в случае, если единственный родитель или оба родителя неизвестны, в иных случаях признания детей оставшимися без попечения родителей в установленном законом порядке.

Полное государственное обеспечение детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - предоставление им за время пребывания в соответствующем государственном или муниципальном учреждении, в семье опекуна, попечителя, приемных родителей бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости; обучающиеся в учреждениях среднего и высшего профессионального образования из числа детей - сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в возрасте восемнадцати лет и старше, но не более чем до двадцати трех лет имеют право на полное государственное обеспечение и дополнительные социальные гарантии до окончания профессионального обучения в очных образовательных учреждениях (абзац 8 статьи 1 Федерального закона от 

<

дата> № 159-ФЗ).

Статьей 5 Федерального закона от 

<

дата> № 159-ФЗ предусмотрено, что расходы на реализацию мер по обеспечению дополнительных гарантий по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, производятся за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, за счет государственных внебюджетных фондов и других не запрещенных законом источников. Порядок возмещения расходов на выплату ежемесячных пособий опекунам на питание, одежду, обувь, мягкий инвентарь на одно физическое лицо, осуществления денежных выплат на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, при трудоустройстве и поступлении в образовательные учреждения в соответствии с нормами обеспечения воспитанников детских домов утверждается Правительством Российской Федерации и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 

<

дата> № «О неотложных мерах по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» установлены нормы питания, обеспечения одеждой, обувью, мягким инвентарем и необходимым оборудованием детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, согласно приложениям №, 2, 3; суммы расходов на культурно-массовую работу, приобретение хозяйственного инвентаря, предметов личной гигиены, игр, игрушек, книг на каждого воспитанника из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в размере не менее 4 процентов расчетной стоимости содержания воспитанника в этих учреждениях (подпункты «а», «б» пункта 2). Эти нормы в соответствии с пунктом 3 названного постановления Правительства Российской Федерации распространены на детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, переданных под опеку (попечительство) в семьи граждан. Министерству образования Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации, Министерством социальной защиты населения Российской Федерации, Министерством финансов Российской Федерации было поручено разработать в месячный срок положение о порядке выплаты средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством) (пункт 3).

Во исполнение пункта 3 названного постановления Правительства Российской Федерации приказом Министерства образования Российской Федерации от 

<

дата> № утверждено Положение о порядке выплаты денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря для детей, находящихся под опекой (попечительством) (начало действия приказа 

<

дата>).

Согласно пунктам 1, 5 указанного положения органы опеки и попечительства выплачивают опекунам (попечителям) денежные средства на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря исходя из установленных натуральных норм по фактическим ценам данного региона. Назначение денежных средств на детей, находящихся под опекой (попечительством), осуществляется на основании постановления (распоряжения) органа опеки и попечительства.

Из приведенных норм права в их системной взаимосвязи следует, что подопечные, опекуны (попечители) имеют право на предусмотренные для них законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации меры социальной поддержки, направленные на материальное обеспечение и содержание детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе в виде выплат опекунам (попечителям) денежных средств на питание, приобретение одежды, обуви, мягкого инвентаря, ежемесячных денежных выплат (пособия) на содержание подопечных детей, установленные законами субъекта Российской Федерации, и др. Для указанной категории детей законом предусмотрено полное государственное обеспечение (предоставление детям, оставшимся без попечения родителей, на время пребывания в семье опекуна, попечителя бесплатного питания, бесплатного комплекта одежды и обуви, бесплатного общежития и бесплатного медицинского обслуживания или возмещение их полной стоимости).

В соответствии с пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации нетрудоспособные нуждающиеся лица, осуществлявшие фактическое воспитание и содержание несовершеннолетних детей, имеют право требовать в судебном порядке предоставления содержания от своих трудоспособных воспитанников, достигших совершеннолетия, если они не могут получить содержание от своих совершеннолетних трудоспособных детей или от супругов (бывших супругов).

Обязанности, предусмотренные пунктом 1 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации, не возлагаются на лиц, находившихся под опекой (попечительством), или на лиц, находившихся на воспитании в приемных семьях (пункт 3 статьи 96 Семейного кодекса Российской Федерации).

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> № «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что под фактическими воспитателями, обязанность по содержанию которых возлагается на их воспитанников (статья 96 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

В определенных жизненных ситуациях как родственниками несовершеннолетнего ребенка, так и лицами, не состоящими с ребенком в родстве, не назначенными в установленном законом порядке его опекунами (попечителями), могло осуществляться фактическое воспитание и содержание этого ребенка. В отличие от опекунов (попечителей), имеющих право на получение мер государственной поддержки в виде выплат на содержание детей, находящихся под опекой (попечительством), а в случаях осуществления опеки или попечительства на возмездных условиях - право на получение соответствующего вознаграждения, фактические воспитатели выполняют в отношении ребенка родительские обязанности не в силу закона или на основании судебного решения, содержат воспитанников за счет собственных средств, между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части его содержания и воспитания.

Таким образом, опекуны (попечители) законом не отнесены к числу лиц, имеющих право получать от воспитанников содержание вне зависимости от времени их воспитания. Основанием возникновения указанной обязанности воспитанников в отношении фактических воспитателей является юридический факт - воспитание и содержание ребенка лицом без оформления опеки (попечительства) или не в связи с заключением органами опеки и попечительства с опекуном или попечителем договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях.

В определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> №-КГ25-4-К6 указано, что при рассмотрении требований о признании лицом, являющимся фактическим воспитателем ребенка (будущего военнослужащего, участника специальной военной операции), юридически значимым по делу обстоятельством является установление факта того, что опекун не только воспитывал, но и содержал ребенка в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия исключительно за счет своих собственных денежных средств, то есть не получал от государства (субъекта Российской Федерации) предусмотренных законодательством и выплачиваемых органами опеки и попечительства денежных средств на содержание такого ребенка, а также ежемесячного денежного вознаграждения за опекунство (в случае заключения с опекуном (попечителем) договора об осуществлении опеки или попечительства на возмездных условиях).

По смыслу приведенных норм и разъяснений в отличие от опекунов (попечителей, приемных родителей), получающих денежные средства в виде пособий на содержание своих подопечных, фактические воспитатели содержат воспитанников за счет собственных средств. Также между фактическим воспитателем и воспитанником возникают отношения, схожие с отношениями между родителем и ребенком в части содержания и воспитания последнего. Однако у фактического воспитателя отсутствуют соответствующие родительские обязанности в отношении ребенка в силу закона или судебного решения.

Как следует из материалов дела, договоры о передаче ФИО3 на воспитание в приемную семью, заключенные с ФИО1, носили возмездный характер. Ежемесячное вознаграждение приемному родителю ФИО1 на момент подписания первого договора о передаче детей на воспитание в приемную семью (

<

дата>) составляло 4750 рублей. Кроме того, органом опеки и попечительства выплачивались денежные средства на содержание ребенка ФИО3

Так, согласно ответа КУ РА «УСПН 

<

адрес>» от 

<

дата> № с 2007 года по 2011 год ежемесячное пособие на содержание ребенка ФИО3 составляло 5600 рублей, с 2011 года по 2018 год – 6082 рубля. Всего на содержание ребенка выплачено: 2007 г. – 11200 рублей, 2008 г. – 67200 рублей, 2009 г. – 67200 рублей, 2010 г. – 67200 рублей, 2011 г. – 72984 рубля, 2012 г. – 72984 рубля, 2013 г. – 72984 рубля, 2014 г. – 72984 рубля, 2015 г. – 72984 рубля, 2016 г. – 72984 рубля, 2017 г. – 72984 рубля, 2018 г. – 56760 рублей. Все вышеуказанные суммы израсходованы на содержание подопечного (на питание, одежду, обувь, канцелярские товары), о чем приемный родитель ФИО2 ежегодно предоставляла в отдел опеки и попечительства в письменной форме отчеты за предыдущий год о хранении, об использовании имущества несовершеннолетнего подопечного и об управлении таким имуществом. За нецелевое использование денежных средств ФИО2 не привлекалась ни к административной, ни к уголовной ответственности. Приемный родитель исполняла свои обязанности добросовестно и ответственно, замечаний по поводу воспитания, содержания со стороны органа опеки и попечительства не было.

Как следует из справки ОСФР по 

<

адрес> от 

<

дата> №, ФИО3 являлся получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца с 

<

дата> по 

<

дата>, фиксированной выплаты к страховой пенсии по случаи потери кормильца с учетом повышений фиксированный платы к указанной страховой пенсии с 

<

дата> по 

<

дата>, федеральной социальной доплаты с 

<

дата> по 

<

дата>.

Согласно справке ОСФР по 

<

адрес> от 

<

дата> № ФИО2 за период с 

<

дата> по 

<

дата> не являлась получателем пенсии и ежемесячной денежной выплаты в ОСФР по 

<

адрес>.

Согласно справке УФНС России по 

<

адрес> от 

<

дата> № следует, что с 

<

дата> по 

<

дата> ФИО2 являлась получателем доходов от КУ РА «УСПН 

<

адрес>».

Справками о доходах 2-НДФЛ за 2014-2017 гг. подтверждается, что за период с 2014 года по 2017 год ФИО2 являлась получателем доходов от КУ РА «УСПН 

<

адрес>», иных доходов она не имела.

Таким образом, оценивая имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи и совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлено доказательств содержания ФИО3 за счет собственных денежных средств в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

То обстоятельство, что ФИО1 осуществлялось воспитание ФИО3 до его совершеннолетия не может являться безусловным основанием для признания ее фактическим воспитателем, поскольку исходя норм действующего законодательства фактическим воспитателем признается лицо, которое воспитывало и содержало ребенка за счет собственных денежных средств в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

При таком положении суд первой инстанции пришел к неправильному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований заявителя.

В связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права, в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кош-Агачского районного суда Республики Алтай от 

<

дата> отменить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении заявления ФИО1 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> Республики Алтай, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия отказать.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в порядке, предусмотренном главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Объявление в судебном заседании суда апелляционной инстанции только резолютивной части апелляционного определения и отложение составления мотивированного апелляционного определения в пределах десятидневного срока для соответствующей категории дел не изменяют дату его вступления в законную силу.

Председательствующий судья ФИО16

ФИО13 ФИО15

ФИО22

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 

<

дата>