Дело №2-620/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

14 августа 2017 года п. Новосергиевка 

Новосергиевский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Каменцовой Н.В.,

при секретаре Панченко А.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ООО «Среднеуранский» – ФИО2,

старшего помощника прокурора Новосергиевского района Оренбургской области Баева А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Среднеуранский» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Среднеуранский» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека. В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ с ее супругом ФИО3 произошел несчастный случай, утром он уехал на бензовозе 

<

данные изъяты> и погиб. Ее супруг работал в должности 

<

данные изъяты> в ООО «Среднеуранский», с 

<

данные изъяты> года он незаконно был переведен водителем, медосмотр супруг не проходил. Полагает, что ФИО3 не мог находится в состоянии алкогольного опьянения в момент ДТП 

<

данные изъяты>.

Истица просила взыскать с ответчика в свою пользу 3 000 000 рублей в счет компенсации материального и морального вреда, причиненного смертью близкого человека. 

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены Государственная инспекция труда в Оренбургской области и ГУ – Оренбургское региональное отделение Фонда социального страхования РФ.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, уточнила, что просит возместить ей моральный вред, а не материальный ущерб, так как смерть мужа связана с ее переживаниями по утрате близкого человека. Она определила сумму в 3 000 000 рублей, потому что смерть, в принципе, невозможно измерить денежной суммой. Просила ее требования удовлетворить в полном объеме, так как ее супруг погиб при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Среднеуранский», ее супруг никогда не управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, так как был ответственным человеком. Ее супруг работая в данной организация не проходил периодического медицинского осмотра, что является нарушением. У супруга в тот день должен был быть путевой лист, но организация умышленно скрывает это, утверждая, что ее супруг управлял бензовозом без путевого листа. У ФИО3 в области виска был синяк, это означает, что он получил в автомобиле при ДТП, потом уже в бессознательном состоянии допустил опрокидывание транспортного средства, значит это несчастный случай на производстве и возможно смерть наступила от этой травмы, так как это уязвимое место. Полагала, что поскольку со стороны организации имеются нарушения трудового законодательства, а также учитывая, что ее супруг погиб на производстве, необходимо иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Среднеуранский» ФИО2, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку истцом не доказана прямая причинно-следственная связь между смертью ее супруга - ФИО3 - и нарушениями правил охраны труда со стороны ООО «Среднеуранский», вследствие чего ответчик не должен нести ответственность перед истцом. Смерть ФИО3 наступила не в результате того, что он не прошел периодический медосмотр и предрейсовый осмотр водителя, а в результате ферментативного шока, 

<

данные изъяты>. Кроме того, несчастный случай с ФИО3 был квалифицирован как не связанный с производством, что нашло свое отражение в Акте о расследовании группового несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ, составленного компетентными лицами.

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Оренбургской области и ГУ – Оренбургское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебном заседании участия не принимали. Согласно заявлениям просили дело рассмотреть в их отсутствие. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие представителей третьих лиц.

Выслушав стороны, допросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что в удовлетворении требований истца надлежит отказать, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса РФ несчастным случаем на производстве признаётся событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за её пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинён вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически значимые обстоятельства, в частности, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

В силу части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса РФ несчастный случай может квалифицироваться как не связанный с производством, если смерть работника наступила вследствие общего заболевания и это подтверждено в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда независимо от вины причинителя вреда взыскивается в случае: когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинением увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из приведенных норм материального права следует, что для применения гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда в настоящем деле необходимо наличие четырех условий: а) моральный вред; б) противоправное поведение правонарушителя; в) причинная связь между таким противоправным поведением и наступившими последствиями; г) вина правонарушителя, поскольку произошедший случай не подпадает под действие статьи 1100 ГК РФ. 

Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 был принят на работу 

<

данные изъяты> в ООО «Среднеуранский», ДД.ММ.ГГГГ наименование профессии приведено в соответствии с ЕТКС - 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ приказом № ФИО3 был временно назначен водителем бензовоза ГАЗ-5204 на период отсутствия основного работника ФИО6 Согласно больничным листам работник ФИО6 находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

Из журнала регистрации путевых листов следует, что путевой лист ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ не выдавался, предрейсовый осмотр ФИО3 не проходил.

Согласно приказу № ООО «Среднеуранский» от ДД.ММ.ГГГГ был составлен список лиц, подлежащих периодическому медицинскому осмотру, данным лицам предоставлен автотранспорт для их доставления в медицинское учреждения для прохождения медицинского осмотра. В указанный список был включен ФИО3

Из справки ГБУЗ «Новосергиевская районная больница» от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что в 

<

данные изъяты> году ООО «Среднеуранский» заключило договор на периодический осмотр на 

<

данные изъяты> человека. По графику периодических медицинских осмотров явились ДД.ММ.ГГГГ. водители и механизаторы в количестве 20 человек. 18 человек прошли и получили заключение о результатах медицинского осмотра по приказу министерства здравоохранения и социального развития РФ № н от ДД.ММ.ГГГГ «О порядке проведения предварительных медицинских осмотров». Отказались от медицинского осмотра ФИО7 и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Из журнала инструктажа по технике безопасности ООО «Среднеуранский» следует, что ФИО3 прошел данный инструктаж ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно свидетельству о заключении брака ФИО1 состояла в браке с ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ.

Из свидетельства о смерти следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер ДД.ММ.ГГГГ.

Медицинское свидетельство о смерти ФИО3 подтверждает причину смерти: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> 

Актом о расследовании несчастного случая со смертельным исходом, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Среднеуранский» с ФИО3, проведенным комиссией с участием главного инспектора труда государственной инспекции труда в Оренбургской области, специалистами ГУ-Оренбургского регионального отделения ФСС РФ, администрации МО «Новосергиевский район Оренбургской области», представителями ООО «Среднеуранский», установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 в 

<

данные изъяты> пришел на работу в ООО «Среднеуранский» на территорию машинного двора. Путевой лист он не получал, так как выезд в поле не требовался ввиду окончании уборочных работ. Около 

<

данные изъяты> часов ФИО8 увидел около свалки ТБО автомобиль ФИО3 ФИО3 спросил у него рюмку и предложил употребить имеющуюся у него бутылку водки. Позже в этот же день в районе полгона ТБО в 1-м км от 

<

адрес> на автодороге от 

<

адрес> до 

<

адрес> в кабине перевернутого бензовоза ФИО3 был обнаружен без признаков жизни. Когда поднимали автомобьиль ФИО8 увидел, что около него лежит 

<

данные изъяты> бутылки водки, которые он выкинул подальше от автомобиля. На место происшествия прибыла карета «Скорой помощи» и сотрудники полиции. Врачи констатировали смерть ФИО3

На основании проведенного расследования комиссия пришла к заключению, что несчастный случай с ФИО3 квалифицируется как несчастный случай со смертельным исходом, не связанный с производством, поскольку смерть ФИО3 наступила в результате 

<

данные изъяты> поэтому данный несчастный случай не был оформлен актом формы Н-1 «О несчастном случае на производстве». Указанный акт не обжаловался.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач–судмедэксперт ФИО9 показал, что он проводил обследование трупа ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ. при обследовании он установил, 

<

данные изъяты> 

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

То обстоятельство, что несчастный случай с ФИО3 произошёл на рабочем месте, не свидетельствует об обязательной квалификации несчастного случая как связанного с производством, поскольку необходимо установить причинно-следственную связь смерти работника с исполнением им обязанностей по трудовому договору, вину работодателя в смерти работника, сам по себе факт смерти работника на рабочем месте не даёт оснований считать, что его смерть связана с производственной деятельностью работодателя, суд не принимает во внимание доводы истца ФИО1 о том, что с ее супругом ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай, связанный с производством, поскольку доказательств, убедительно подтверждающих доводы истца, суду не представлено.

Поскольку смерть ФИО3 наступила не в результате нарушения ООО «Среднеуранский» требований охраны труда, а в результате 

<

данные изъяты>, суд приходит к выводу об отсутствии прямой причинно-следственной связи между действиями ООО «Среднеуранский» и смертью ФИО3

Из представленных суду доказательств, пояснений свидетеля, следует, что 

<

данные изъяты> не является профессиональным заболеванием. Поэтому отсутствует причинно-следственная связь между выполнением ФИО3 своих трудовых обязанностей, и 

<

данные изъяты>, который привел к смерти. Данный шок мог быть как на работе, так и в любом другом месте и в нерабочее время. При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии вины работодателя в смерти ФИО3

Кроме того, суд приходит к выводу, что в указанном случае смерть исполняющего обязанности водителя бензовоза ООО «Среднеуранский» ФИО3 явилась следствием общего заболевания, случившегося на работе. Данный случай не относится к основаниям, когда ответственность работодателя в виде компенсации морального вреда наступает независимо от вины.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что не прохождение ФИО3 периодического медицинского осмотра, а также допуск его к работе, выполнение трудовых обязанностей у ответчика, находятся в причинно-следственной связи с его смертью, не имеется. 

Таким образом, выводы суда сводятся к тому, что в материалах дела отсутствуют доказательства тому, что смерть ФИО3 на рабочем месте наступила вследствие вины работодателя ООО «Среднеуранский» либо от источника повышенной опасности, владельцем которого является работодатель. При рассмотрении дела установлено, что смерть ФИО3 наступила вследствие общего заболевания - 

<

данные изъяты>, с производственной деятельностью не связана, истцом не представлено достаточных и допустимых доказательств нарушения его прав действиями ответчика, вследствие чего не имеется оснований для возложения ответственности компенсации морального вреда на работодателя, то есть в удовлетворении исковых требований надлежит отказать в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковое заявление ФИО1 к ООО «Среднеуранский» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого человека, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме в Оренбургский областной суд через Новосергиевский районный суд Оренбургской области.

Судья Н.В. Каменцова

Мотивированное решение составлено 18 августа 2017 года.

Судья Н.В. Каменцова