2 – 473/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

г.Зверево 25 мая 2018 года

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Голикова А.В.,

при секретаре Ярыш Ю.В., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца – адвоката Чепелевич Е.П., уд-е № 1870, ордер № 7944,

прокурора – помощника прокурора г.Зверево Кумыкова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Шахтоуправление «Обуховская»» о взыскании единовременной компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Шахтоуправление «Обуховская»» о взыскании компенсации морального вреда в связи с полученной травмой на производстве, указав в обоснование иска, что в период работы у ответчика заключением МСЭ ему установлено 

<

данные изъяты>% утраты трудоспособности по профзаболеванию 

<

данные изъяты> от комплекса производственных факторов. Истец ссылается на испытываемые им вследствие полученного профзаболевания физические и нравственные страдания. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 374816 руб. 22 коп., а также судебные расходы, связанные оплатой услуг представителя в размере 10000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 явился, исковые требования поддержал в полном объеме. При этом истец пояснил, что вследствие полученного профзаболевания он испытывает сильные боли в спине, его беспокоят бессонница. Испытывает нравственные страдания в силу того, что вынужден был уволиться, вследствие чего ухудшилось материальное положение его семьи.

Представитель истца адвокат Чепелевич Е.П. в судебное заседание явилась, доводы своего доверителя поддержала в полном объеме и просила суд их удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Шахтоуправление «Обуховская»» в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещался своевременно и надлежащим образом. Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке ч.3 ст. 167 ГПК РФ. 

Участвующий в судебном заседании помощник прокурора города Зверево Кумыков А.В. высказал мнение о необходимости удовлетворения требований истца с учетом положений Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности. 

Выслушав участников судебного заседания, изучив представленные в материалах гражданского дела документы, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условия условий труда возлагаются на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч.2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

Пунктом 5.4 «Федерального отраслевого соглашения по уголоной промышленности Российской федерации», заключенного на период с 01.04.2013 по 31.03.2016 и продленного до 31.12.2018, предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Из содержания приведенных норм Соглашения следует, что работодатель по соглашению с полномочными представителями работников угольных предприятий определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

При этом в силу п. 5.4 Соглашения установленная данной нормой выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности.

В данном случае работодатели и полномочные представители работников угольных предприятий пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ, что не противоречит закону.

В силу ст. 237 Трудового Кодекса РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ либо в коллективном (трудовом) договоре.

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» с ДД.ММ.ГГГГ и уволен вследствие состояния здоровья. (л.д.№ 20-21)

Судом установлено, что в период работы истца в АО «Шахтоуправление «Обуховская» перминову С.А. причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: копия справки МСЭ-2006 № № (л.д. № 22), копия Акта № № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания (л.д. № 23-24), копия Приказа ГУ РРО ФСС РФ № № от ДД.ММ.ГГГГ о назначении единовременной страховой выплаты (л.д. № 31), копии медицинских документов. (л.д. № 26-29)

Истец утратил 

<

данные изъяты> % профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО «Шахтоуправление «Обуховская».

Принимая во внимание наличие между работодателем и работником спора о размере компенсации морального вреда, с учетом положений ст. 237 ТК РФ, суд приходит к выводу о законности требований настоящего иска.

Разрешая спор по существу, суд приходит к выводу о том, что в данном случае на работодателе лежит обязанность денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что выплаты в счет компенсации морального вреда работодателем истцу не производились. Филиалом № 26 ГУ РРО ФСС РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 38547 руб. 38 коп. (л.д. 31)

Согласно справке-расчету среднемесячный заработок ФИО1 составил 51 670 руб. 45 коп. (л.д. 20). 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из следующего расчета: 51670 руб. 45 коп. (средний заработок) х 20% х 40 (процент утраты трудоспособности) – 38 547 руб. 38 коп. (страховая выплата) = 374 816 руб. 22 коп. 

С учетом характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения профессионального заболевания, суд приходит к выводу, что данный размер компенсации морального вреда, определенный судом, соответствует требованиям разумности и справедливости.

При этом суд считает, что ответчиком не представлено доказательств того, что истец ФИО1 приобрел профессиональное заболевание на иных угледобывающих предприятиях и что во время работы его на других предприятиях это профессиональное заболевание было такой степени, при которой он утратил трудоспособность и его здоровью был причинён вред. В связи с этим следует вывод, что истец принят в АО «Шахтоуправление «Обуховская»» с такой степенью здоровья, которая позволяла ему исполнять трудовые обязанностей, но именно во время работы его у ответчика степень его профессионального заболевания достигла такого уровня, который привел к утрате его трудоспособности как основного показателя вреда его здоровью и одного из основных показателей причинения ему морального вреда. 

Указанное обстоятельство подтверждено, в том числе, Актом о случае профессионального заболевания (пункты 14, 15), согласно которому проводимым в 2010-2016 годах медицинским осмотрам истец был годен в своей профессии, профессиональное заболевание отсутствовало.

При расчете государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, суд считает, что государственную пошлину необходимо взыскать в сумме 300 рублей 00 копеек, так как именно эту сумму истец должен был уплатить при подаче искового заявления, но был освобожден от ее уплаты в силу закона. 

Что касается возмещения расходов на оплату юридических услуг, то в соответствии со ст.100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом предоставлена квитанция об оплате юридических услуг на сумму 10 000 рублей 00 копеек (л.д.6). С учетом объема оказанных юридических услуг: подготовка искового заявления в суд, представление интересов истца в суде, количества судебных заседаний, характера спора и подлежащего защите права, суд считает подлежащим взысканию с ответчика расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 рублей, как отвечающим принципу разумности и справедливости. 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 321 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

1. Исковые требования ФИО1 удовлетворить и взыскать в его пользу с АО «Шахтоуправление «Обуховская»»:

- 374 816 рублей 22 копейки – компенсацию морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, установленного актом о случае профессионального заболевания № 9 от 07.02.2018;

- 10 000 рублей 00 копеек – возмещение расходов на оплату услуг представителя. 

2. Взыскать с АО «Шахтоуправление «Обуховская»» государственную пошлину в доход Федерального Бюджета в сумме 300 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через постоянное судебное присутствие в г.Зверево Красносулинского районного суда в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 30.05.2018.

Председательствующий

судья: А.В. Голиков