ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июня 2018 года г. Иркутск

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Латыпова P.P., при секретаре Пестюрине Е.И.,

с участием: представителя истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1826/2018 по исковому заявлению ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

В Свердловский районный суд г. Иркутска обратилась ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения.

В основание доводов иска истец указал, что ФИО2 в соответствии со ст.207 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) является налогоплательщиком налога на доходы физических лиц, в связи с чем 

<

Дата обезличена> представил в налоговый орган налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ о доходах за 2014 год, а также заявление о предоставлении имущественного налогового вычета на приобретение квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, который на основании решения ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> возвращен ответчику в размере 260 000 рублей.

Согласно ответу МИФНС России № 8 по Республике Бурятия ФИО2 ранее был предоставлен имущественный налоговый вычет в размере 292 000 рублей в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, в связи с подачей ответчиком налоговой декларации за 2004 год.

Таким образом, ФИО2 неправомерно, в нарушение требований п. 11 ст.220 НК РФ повторно предоставлен имущественный налоговый вычет по приобретению квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>.

В связи с чем истец ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска просит суд взыскать с ответчика ФИО2 неосновательное обогащение в размере 260 000 рублей.

Представитель истца ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, повторив доводы, указанные в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом в соответствии со ст.ст.113, 117 ГПК РФ, ст.ст.20, 165.1 ГК РФ, п.35 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234, путем направления судебной повестки заказным письмом с уведомлением о вручении, от получения которой ответчик уклонился, не явившись за судебным извещением в организацию почтовой связи, что является его надлежащим извещением, о причинах неявки суду не сообщил, о рассмотрении дела в его отсутствие не просил.

В силу ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. 

Добросовестное пользование процессуальными правами отнесено к условиям реализации основных принципов гражданского процесса – принципов состязательности и равноправия сторон.

Таким образом, суд предпринял все необходимые меры для своевременного извещения ответчика о времени и месте судебного заседания. Однако, в нарушение ст.35 ГПК РФ, ответчик не получает почтовую корреспонденцию без уважительных причин.

В соответствии со ст. 233 ГПК РФ в случае неявки в судебное заседание ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания, не сообщившего об уважительных причинах неявки и не просившего о рассмотрении дела в его отсутствие, дело может быть рассмотрено в порядке заочного производства.

Суд, с учетом заявления представителя истца, полагает возможным рассмотреть настоящее дело в порядке заочного производства по имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Суд, выслушав представителя истца ФИО1, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению полностью.

В соответствии с п.п.1, 2, 3, 4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пп.пп.1, 3, 7, 8, 9 п.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В силу п.п.1, 4, 5 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии со ст.307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Согласно ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу п.2 ст.1102 ГК РФ правила, предусмотренные настоящей главой (глава 60 ГК РФ), применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Анализ ст.1102 ГК РФ показывает, что обязанность приобретателя возвратить имущество возникает из неосновательного (без правовых оснований) обогащения за счет потерпевшего, т.е. при наличии совокупности следующих обстоятельств: 1) обогащение приобретателя; 2) указанное обогащение должно произойти за счет потерпевшего; 3) указанное обогащение должно произойти без оснований, установленных законом, иными правовыми актами или сделкой.

Согласно ст.1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям:

1) о возврате исполненного по недействительной сделке;

2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;

3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;

4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

На основании п.1 ст.1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию по делу о возврате неосновательного обогащения, являются не только факт приобретения имущества за счет другого лица при отсутствии к тому правовых оснований, но и факт того, что такое имущество было предоставлено приобретателю лицом, знавшим об отсутствии у него обязательства перед приобретателем либо имевшим намерение предоставить его в целях благотворительности.

В силу приведенной нормы закона бремя доказывания того обстоятельства, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательств либо предоставило имущество в целях благотворительности, лежит на приобретателе обогащения - ответчике.

В ходе судебного разбирательства из письменных доказательств (налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) установлено, что 

<

Дата обезличена> ФИО2 представил в ИФНС России по Свердловскому округу г.Иркутска налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ о доходах за 2014 год, указав о предоставлении имущественного налогового вычета в размере 260 000 рублей на приобретение квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, который на основании решения ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска от 

<

Дата обезличена> был предоставлен ответчику в размере 206 000 рублей.

Из реестра платежных документов электронной базы АИС Налог, выписки из лицевого счета налогоплательщика по состоянию расчетов на 

<

Дата обезличена> следует, что налоговым органом 

<

Дата обезличена> перечислены ФИО2 денежные средства в размере 260 000 рублей в счет возмещения имущественного налогового вычета.

Согласно пп.пп. 3, 4 п.1 ст.220 НК РФ при определении размера налоговой базы в соответствии с пунктом 3 статьи 210 настоящего Кодекса налогоплательщик имеет право на получение следующих имущественных налоговых вычетов, предоставляемых с учетом особенностей и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей:

- имущественный налоговый вычет в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилых домов, квартир, комнат или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них;

- имущественный налоговый вычет в сумме фактически произведенных налогоплательщиком расходов на погашение процентов по целевым займам (кредитам), фактически израсходованным на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них, а также на погашение процентов по кредитам, полученным от банков в целях рефинансирования (перекредитования) кредитов на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, приобретение земельных участков или доли (долей) в них, предоставленных для индивидуального жилищного строительства, и земельных участков или доли (долей) в них, на которых расположены приобретаемые жилые дома или доля (доли) в них.

В соответствии с п.11 ст.220 НК РФ повторное предоставление налоговых вычетов, предусмотренных подпунктами 3 и 4 пункта 1 настоящей статьи, не допускается.

Как следует из ответа Межрайонной ИФНС России №8 по Республике Бурятия от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>@ ФИО2 при представлении декларации о доходах за 2004 год предоставлен имущественный налоговый вычет в размере 108 876,92 рубля на приобретение квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>. 

Анализ налоговых деклараций по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) показывает, что ФИО2 представил в налоговый орган налоговую декларацию по форме 3-НДФЛ о доходах за 2004 год, указав о предоставлении имущественного налогового вычета за 2004 год в размере 108 876, 92 рублей на приобретение квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, который был предоставлен ответчику на общую сумму 108 876, 92 рублей.

Таким образом, в судебном заседании из представленных доказательств установлено, что ответчик дважды получил имущественный налоговый вычет.

Как указал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 24.03.2017 № 9-П факт предоставления налогового вычета без законных на то оснований должен быть достоверно выявлен в надлежащей юридической процедуре, требующей изучения тех же документов, исследования тех же фактических обстоятельств, которые были положены в основу принятия первоначального решения налогового органа, а при необходимости - получения и анализа дополнительных сведений. Следовательно, изъятие в бюджет соответствующих сумм налога, в отношении которых ранее принято решение об их возврате налогоплательщику или об уменьшении на их размер текущих налоговых платежей, означает необходимость преодоления (отмены) решения налогового органа, предоставившего такой вычет.

Однако камеральная налоговая проверка как форма текущего документального контроля, направленного на своевременное выявление ошибок в налоговой отчетности и оперативное реагирование налоговых органов на обнаруженные нарушения, не предполагает, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность повторной проверки уже подвергавшихся камеральному контролю налоговых деклараций (Определение от 23 апреля 2015 года N 736-О). Что касается выездной налоговой проверки, то, хотя ее применение для оценки законности ранее принятых по итогам камеральной проверки решений, в частности о предоставлении имущественного налогового вычета, формально допустимо и применяется на практике, нельзя не учитывать, что по своему предназначению эта форма налогового контроля связана с необходимостью проверки правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания и перечисления) одного или нескольких налогов по месту нахождения налогоплательщика на основе изучения как документальных источников информации, так и фактического состояния объектов налогообложения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2004 года N 14-П).

Вместе с тем Налоговый кодекс Российской Федерации не определяет конкретный порядок, сроки и правовые последствия отмены или изменения вышестоящим налоговым органом решения нижестоящего налогового органа в части необоснованного предоставления налогового вычета. Следует также учитывать, что даже формальная квалификация неправомерно (ошибочно) возмещенной налогоплательщику суммы налога в качестве недоимки с применением установленных Налоговым кодексом Российской Федерации досудебного урегулирования спора и принудительного взыскания недоимки (статьи 31, 48, 69, 70 и 101) не во всех случаях позволяет обеспечить восстановление имущественных (фискальных) интересов государства.

Не оценивая по существу нормы гражданского законодательства, касающиеся неосновательного обогащения, в связи с реализацией фискальных задач государства, Конституционный Суд Российской Федерации тем не менее неоднократно указывал на то, что получение налогоплательщиком налогового вычета при отсутствии для этого законных оснований означало бы, по существу, неосновательное обогащение за счет бюджетных средств, приводило бы к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков (Постановление от 19 января 2017 года N 1-П; определения от 2 октября 2003 года N 317-О, от 5 февраля 2004 года N 43-О и от 8 апреля 2004 года N 168-О). Того же подхода придерживается Европейский Суд по правам человека, который полагает, что в качестве общего принципа органы власти не должны быть лишены права исправления ошибок, даже вызванных их собственной небрежностью; в противном случае нарушался бы принцип недопустимости неосновательного обогащения (постановление от 15 сентября 2009 года по делу "Москаль (Moskal) против Польши").

В связи с чем суд, оценивая представленные доказательства, приходит к выводу, что ФИО2 дважды, в отсутствие правовых оснований получил налоговый имущественный вычет, в связи с чем получение второй раз налогового имущественного вычета за 2014 год в размере 260 000 рублей является неосновательным обогащением ответчика, которым в нарушение ст.ст. 12, 55, 56, 59, 60 ГПК РФ не представлено ни доказательств наличия оснований, установленных законом, ни доказательств возврата денежных средств в добровольном порядке.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.03.2017 № 9-П в случае, если предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено ошибкой самого налогового органа, такое требование может быть им заявлено, поскольку законом не установлено иное, в течение трех лет с момента принятия ошибочного решения о предоставлении имущественного налогового вычета (в случае, если предоставление суммы вычета производилось в течение нескольких налоговых периодов, - с момента принятия первого решения о предоставлении вычета). Если же предоставление имущественного налогового вычета было обусловлено противоправными действиями налогоплательщика (представление подложных документов и т.п.), то налоговый орган вправе обратиться в суд с соответствующим требованием в течение трех лет с момента, когда он узнал или должен был узнать об отсутствии оснований для предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета.

Кроме того, поскольку предметом судебного разбирательства в рамках конкретного дела является в том числе законность и обоснованность действий налогового органа, проверка соблюдения им указанного срока должна быть осуществлена судом самостоятельно, т.е. правило пункта 2 статьи 199 ГК Российской Федерации, согласно которому исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, применению не подлежит. Иные, помимо взыскания собственно суммы денежных средств, полученных в результате неправомерно предоставленного имущественного налогового вычета, правовые последствия могут наступать для налогоплательщика лишь при подтверждении того, что неосновательное обогащение явилось следствием противоправных действий самого налогоплательщика, и только в рамках мер государственного принуждения, предусмотренных законодательством о налогах и сборах.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Часть 1 ст. 196 ГК РФ устанавливает, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 87 НК РФ налоговые органы проводят следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов и налоговых агентов: камеральные налоговые проверки; выездные налоговые проверки.

Целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа. Специальная декларация, представленная в соответствии с Федеральным законом "О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", и (или) прилагаемые к ней документы и (или) сведения, а также сведения, содержащиеся в указанной специальной декларации и (или) документах, не могут являться основой для проведения камеральной налоговой проверки.

Камеральная налоговая проверка проводится уполномоченными должностными лицами налогового органа в соответствии с их служебными обязанностями без какого-либо специального решения руководителя налогового органа в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации (расчета) (в течение шести месяцев со дня представления иностранной организацией, состоящей на учете в налоговом органе в соответствии с пунктом 4.6 статьи 83 настоящего Кодекса, налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость).

В судебном заседании установлено, что ФИО2 обратился в ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска 

<

Дата обезличена>, предоставив налоговую декларацию за 2014 год соответственно по форме 3-НДФЛ.

Решение налогового органа о предоставлении налогового имущественного вычета принято 

<

Дата обезличена> в соответствии с требованиями ст. 87, 88 НК РФ, соответственно, с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 24.03.2017 №9-П, срок исковой давности начинает течь с момента принятия решения о предоставлении имущественного налогового вычета, в связи с чем срок необходимо исчислять с 

<

Дата обезличена>, соответственно, срок исковой давности истекает 

<

Дата обезличена>.

Как видно из материалов дела ИФНС России по Свердловскому округу г.Иркутска обратилась в суд с настоящим исковым заявлением 

<

Дата обезличена>, что подтверждается штампом личного приема, то есть в пределах трехлетнего срока, установленного законодательством для обращения в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения

Каких-либо иных доказательств, опровергающих выводы суда по делу сторонами в ходе судебного разбирательства в силу ст.ст. 12, 55, 56, 59, 60 ГПК РФ не представлено.

В связи с чем, учитывая требования ст.ст.1, 8, 10, 307, 309, 1102, 1103, 1107, 1109 ГК РФ, ст. 220 НК РФ, положения Постановления Конституционного Суда РФ от 24.03.2017 № 9-П, установив фактические обстоятельства дела, оценивая представленные доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО2 обязан возвратить истцу денежные средства в размере 260 000 рублей, которые получены ответчиком в отсутствие установленных законом оснований, являются его неосновательным обогащением, в связи с чем исковые требования о взыскании с ФИО2 в пользу ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска денежных средств в размере 260 000 рублей являются законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению.

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем, в с соответствии с пп.1 п.1 ст.333.19 НК РФ, ст.ст.61.1, 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет муниципального образования города Иркутска, от уплаты которой при подаче иска был освобожден истец в силу пп.19 п.1 ст.333.36 НК РФ, в размере 5 800 рублей (260 000 рублей – 200 000 рублей) х 1%) + 5 200 рублей).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 233-235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ИФНС России по Свердловскому округу г. Иркутска неосновательное обогащение в связи с предоставлением повторного имущественного налогового вычета в размере 260 000 (двести шестьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в бюджет муниципального образования города Иркутска в размере 5 800 (пять тысяч восемьсот) рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения. 

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд города Иркутска в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий: Латыпов Р.Р.