Дело № 12-781/2017

(в районном суде № 5-275/17) Судья Калинина М.В.

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Широкова Е.А., при секретарях Оленике П.А. и Давыдовой М.Е., с участием прокурора отдела Санкт-Петербургской городской прокуратуры Басовой А.Ю., рассмотрев 08 августа 2017 года в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по жалобе на постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 12 мая 2017 года в отношении

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

...>, зарегистрированного и проживающего в 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>; 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 12 мая 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 10000 (десяти тысяч) рублей.

Вина ФИО1 установлена в нарушении участником публичного мероприятия установленного порядка проведения шествия, а именно:

29 апреля 2017 года в период с 14.00 до 14.30 ФИО1 добровольно присутствовал в массе граждан по адресу: Санкт-Петербург, Александровский парк, д.6 для публичного выражения своего мнения по поводу актуальных проблем общественно-политического характера. При этом ФИО1, как и другие участники, выкрикивал лозунги, выражающие его позицию, с целью формирования соответствующего общественного мнения, то есть участвовал в проведении шествия, которое не было согласовано в установленные законом сроки в данном месте с Комитетом по вопросам законности, правопорядка и безопасности в Санкт-Петербурге.

Поскольку указанное публичное мероприятие в форме шествия проводилось с нарушением требований ч.3 ст.6 ФЗ РФ от 19.06.04 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях», старший инспектор ОООП УМВД России по Петроградскому району Санкт-Петербурга капитан полиции Е., осуществляющий в соответствии со ст.ст.2, 12 ФЗ РФ от 07.02.11 № 3-ФЗ «О полиции» обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах, предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, посредством громко-усилительной аппаратуры публично уведомил об этом всех лиц, участвующих в данном публичном мероприятии, в том числе ФИО1, и потребовал прекратить данное публичное мероприятие в виде шествия, проводимое с нарушением закона.

Данное законное требование ФИО1 проигнорировал, продолжил нарушать требования ч.3 ст.6 ФЗ РФ от 19.06.04 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях», добровольно участвуя в несогласованном в установленном законом порядке публичном мероприятии в форме шествия, выражая свое мнение и формируя мнение окружающих к данной проблеме.

Своими действиями ФИО1 нарушил требования ч.3 ст.6 ФЗ РФ от 19.06.04 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях»

ФИО1 обратился в Санкт-Петербургский городской суд с жалобой, в которой просит отменить указанное постановление, производство по делу прекратить.

В обоснование доводов жалобы указывает, что и в протоколе об административном правонарушении, и в постановлении событие вменяемого правонарушения выражается в присутствии ФИО1 на проведении несогласованного в установленном порядке шествии. В чем именно выражалась противоправность поведения и конкретные действия последнего, образующие объективную сторону правонарушения, предусмотренного ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, в данных процессуальных документах не изложено. При этом, само по себе присутствие в толпе предполагаемого публичного мероприятия объективную сторону правонарушения, за совершение которого ФИО1 привлечен к административной ответственности, не образуют. Таким образом, в протоколе об административном правонарушении отсутствуют данные, прямо перечисленные в ст.28.2 КоАП РФ. Лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Также ФИО1 указывает, что при рассмотрении дела были допущены существенные процессуальные нарушения, выразившиеся в нарушении права на объективное и всестороннее рассмотрение дела независимым судьей. Несмотря на его явку к 12 часам 13 минутам 12 мая 2017 г., дело об административном правонарушении было рассмотрено в его отсутствие с 12.15 до 12.16, в тот момент, когда он звонил защитнику, что зафиксировано в акте. Указанные обстоятельства лишили ФИО1 возможности не только изложить свою позицию по делу, но и заявить ходатайства. При этом, судом не было обеспечено участие в деле прокурора, что противоречит позиции Европейского Суда по правам человека. В качестве доказательств вины были использованы клишированные рапорта сотрудников полиции и протокол об административном правонарушении, содержащие общие формулировки, которые дословно повторяются. Конкретное описание действий ФИО1 в указанных документах отсутствует, в связи с чем они не доказывают вину конкретного лица. Сотрудники полиции, на рапортах и объяснениях которых основано постановление о признании ФИО1 виновным, свидетелями по существу вмененного правонарушения не являлись. ФИО1 считает себя незаконно задержанным, поскольку в выходной день гулял по городу, о прогулке ни с кем не договаривался, маршрут не обсуждал, однако у станции метро «Горьковская» был задержан сотрудниками войск национальной гвардии без объяснения причин и доставлен в отдел полиции, где только через 4 часа ему сообщили основания задержания, после чего продержали еще 4 часа. При назначении административного наказания не была учтена позиция Конституционного Суда, изложенная в постановлении от 14.02.2013 г. № 4-П о возможности снижения размера административного штрафа ниже низшего предела, установленного санкцией за совершение административного правонарушения. Привлечение к административной ответственности ФИО1 представляет собой необоснованное вмешательство в реализацию его прав на свободу выражения мнения и свободу собраний, поскольку доказательствами по делу не подтверждается, что действия последнего на каком-либо этапе до задержания не носили мирный характер или нарушали права третьих лиц. На основании изложенного ФИО1 полагает, что его участие в шествии с достоверностью и неопровержимостью не доказано, что является основанием для прекращения производства по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В ходе рассмотрения жалобы ФИО1 и его защитник С. изложенные в ней доводы поддержали, дополнив, что ФИО1 является членом УИК № 2146 с правом решающего голоса, однако на его привлечение к административной ответственности согласие прокурора Санкт-Петербурга получено не было. Также представили дополнения к жалобе содержащие следующие доводы. В сопроводительном письме о направлении протокола об административном правонарушении и материалов дела в суд отсутствует указание числа приложенных листов. Определение о передаче материалов дела в суд не содержит указание, какой из протоколов подлежит рассмотрению, поскольку материалы дела содержат два процессуальных документа, один из которых в заполненном виде, а второй в виде пустого бланка. В графах протокола об административном правонарушении, где согласно записи должностного лица ФИО1 отказался от подписи, подписи понятых, удостоверяющие отказ, отсутствуют. В протоколе об административном правонарушении ФИО1 изложено ходатайство о привлечении к участию в деле конкретного защитника. При этом, из изложенных в протоколе сведений следует, что имеется и третий протокол об административном правонарушении, копия которого вручалась ФИО1 Протокол ДЛ САП, согласно постановлению подтверждающий вину ФИО1 в инкриминируемом правонарушении, содержит недостоверную информацию о времени доставления, которая опровергается изложенными в нем объяснениями ФИО1 и справкой о наличии административных правонарушений. Кроме того, при наличии в указанном процессуальном документе написанных собственноручно ФИО1 записей, процессуальный документ содержит записи должностного лица об отказе такового от подписи. Явившиеся поводом к возбуждению рассматриваемого правонарушения рапорта и объяснения сотрудников полиции территориальным отделом не зарегистрированы. Объяснения получены с нарушением закона, поскольку дача таковых сотрудниками полиции не предусмотрена, и они были отобраны не имевшим отношения к производству по делу должностным лицом, а ссылка на рапорта отсутствует в протоколе об административном правонарушении. Сведения о времени доставления ФИО1 в указанных документах также не соответствуют фактическому времени задержания. Документы, представленные в материалы дела в копиях, заверены сотрудником полиции, не имеющим отношения к производству по делу. Из изложенных в протоколе об административном правонарушении обстоятельств вмененного ФИО1 административного правонарушения не следует, что он совершил какое-либо нарушение порядка проведения публичного мероприятия. Кроме того, согласно ст.14-17 Федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уполномоченный представитель органа внутренних дел не обладает полномочиями для приостановления или прекращения публичного мероприятия, следовательно, требования о прекращении шествия или участия в нем были незаконными и не подлежали исполнению. 

ФИО1 пояснил, что в суд на рассмотрение дела явился в назначенное время. Сотрудник суда ему сказала подождать в коридоре, а через 2 минуты с момента назначенного времени судебного заседания он вошел в зал, но ему объявили об окончании слушания, а затем пригласили лишь на оглашение постановления. В Александровском парке он был с целью наблюдения за публичным мероприятием для оказания помощи незаконно задержанным. В акции не участвовал, петиций не было, шествие начаться не успело. Наблюдающих было больше, чем участников. Все пространство вокруг метро было оцеплено сотрудниками ОМОН, который после окружения стал задерживать находящихся в кольце людей. Участники мероприятия опускали обращения в урну. Полицейские, составлявшие протокол об административном правонарушении, не знали обстоятельств, так как сначала оформили протокол по митингу, а потом по шествию. О том, что шествие несанкционированное, сотрудники полиции предупреждали, он оно еще не началось. Задержали ФИО1 сотрудники ОМОН, а сотрудники полиции находились в автомобилях и развозили задержанных по отделам полиции.

Защитник И. представил дополнения к жалобе ФИО1, касающиеся особых условий привлечения последнего к административной ответственности как члена участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса, указав, что о своем специальном статусе ФИО1 сообщал в 43 отделе полиции, но данная информация была оставлена без внимания, а сообщить об этом суду последний был лишен возможности, так как дело было рассмотрено без его участия.

Исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, представившего согласие Прокурора Санкт-Петербурга о возможности применения к ФИО1 административного наказания, налагаемого в судебном порядке, и полагавшего, что постановление судьи является законным и обоснованным, считаю жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. 

Существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ как при составлении протокола об административном правонарушении, так и в ходе рассмотрения дела в суде не установлено.

Исходя из положений ч.1 ст.1.6 КоАП РФ обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Согласно ч.2 ст.1.4 КоАП РФ особые условия применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении и привлечения к административной ответственности должностных лиц, выполняющих определенные государственные функции (депутатов, судей, прокуроров и иных лиц), устанавливаются Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

В силу положений пункта 18 статьи 29 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" член избирательной комиссии (комиссии референдума) с правом решающего голоса не может быть подвергнут административному наказанию, налагаемому в судебном порядке, без согласия прокурора субъекта Российской Федерации.

Как следует из материалов дела об административном правонарушении, на момент составления протокола об административном правонарушении, рассмотрения дела ФИО1 не заявлял о своем особом статусе, требующем согласия прокурора Санкт-Петербурга для привлечения его к административной ответственности, и не представлял каких-либо сведений о необходимости применения особого порядка привлечения к административной ответственности.

Данная информация была изложена ФИО1 в стадии рассмотрения жалобы на постановление судьи и в дополнениях к ней, после чего к участию в деле был привлечен прокурор, и на момент принятия решения по жалобе, материалы дела содержат выданное 07.07.2017 года №... согласие прокурора Санкт-Петербурга о применении к ФИО1 административного наказания, налагаемого в судебном порядке.

Таким образом, нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ и Федеральным законом от 12 июня 2002 года N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" при привлечении ФИО1 к административной ответственности и назначения ему судом административного наказания, допущено не было.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен уполномоченным должностным лицом с участием ФИО1, соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано, а потому он обоснованно признан судом в качестве допустимого доказательства по делу. 

Оснований ставить под сомнение достоверность содержания протокола об административном правонарушении, составленного в отношении ФИО1, представленного наряду с иными письменными документами в материалах дела об административном правонарушении, не имеется.

При этом, фиксация отказа ФИО1 от подписей в протоколе должностным лицом, составившим протокол, не противоречит требованиям ч.5 ст.28.2 КоАП РФ.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений материалы дела не содержат, а наличие в деле незаполненного бланка строгой отчетности -протокола АП №... таковыми не является, поскольку каких-либо сведений, относящихся к обстоятельствам настоящего дела в нем не содержится. 

Само по себе наличие в протоколе об административном правонарушении ходатайства ФИО1 о нуждаемости в юридической помощи конкретного защитника, не свидетельствует о нарушении права ФИО1 на защиту, так как обеспечение административным органом явки защитника в стадии составления протокола об административном правонарушении положениями КоАП РФ не предусмотрено.

В судебное заседание, согласно материалам дела, ни ФИО1, ни его защитник не явились.

В ходе рассмотрения настоящего дела судьей Петроградского районного суда Санкт-Петербурга были исследованы представленные по делу доказательства, оценка которых произведена в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ, а также положения закона, регулирующие проведение публичного мероприятия, и обоснованно установлены фактические обстоятельства правонарушения и виновность ФИО1 в его совершении.

В соответствии с ч.5 ст.20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных ч.6 настоящей статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п. 1 ст. 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст. 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия и процедуру согласования, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

Частью 1 ст.6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ установлено, что участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны выполнять, в том числе, все законные требования сотрудников органов внутренних дел (ч. 3 ст. 6 Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ).

Из установленных по делу обстоятельств следует, что ФИО1 в составе группы лиц принял участие в публичном мероприятии, не согласованном с исполнительным органом государственной власти, о чем он был уведомлен сотрудниками полиции, при этом не прекратил свое участие в публичном мероприятии, тем самым нарушил установленный порядок его проведения и возложенные на него Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ обязанности участника публичного мероприятия.

Факт несогласованности публичного мероприятия подтверждается ответом Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности Правительства Санкт-Петербурга, куда и было направлено уведомление о проведении шествия. Участие ФИО1 в несогласованном публичном мероприятии, в том числе после уведомления его об этом сотрудниками полиции, исполнявшими обязанности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также после высказанных ими требований о прекращении такового подтверждается рапортами и объяснениями сотрудников полиции Ш. и Б. 

При этом в момент задержания ФИО1 сотрудники полиции находились при исполнении служебных обязанностей, в исходе дела они не заинтересованы, оснований для оговора должностными лицами ФИО1 не установлено. Кроме того, в ходе рассмотрения жалобы на постановление ФИО1 не оспаривал факта своей осведомленности о проведении несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 в совершении вмененного правонарушения, а его действия как участника не согласованного с органами исполнительной власти публичного мероприятия, нарушившего установленный порядок его проведения, правильно были квалифицированы по ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ.

Административное наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного правонарушения, данных о его личности, в пределах, предусмотренных санкцией закона.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

Постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 12 мая 2017 года в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ, - оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Е.А. Широкова