УИД 38RS0019-01-2024-003928-66

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 сентября 2025 года г. Братск 

Падунский районный суд города Братска Иркутской области в составе

председательствующего судьи Шевченко Ю.А., 

при секретаре судебного заседания Кугаевской О.Д., 

с участием представителя истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-139/2025 по исковому заявлению ФИО4 к ФИО5, ФИО6 об установлении степени вины водителей в дорожно-транспортном происшествии, взыскании солидарно суммы ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов по оплате государственной пошлины, оплате экспертиз, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6, в котором, с учетом уточненных, в порядке ст. 39 ГПК РФ, требований, просит установить вину ФИО6, управлявшего автомобилем Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), принадлежащем ФИО5, в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, 13 июля 2024 года в 22 часа 20 минут на автодороге (адрес), с участием автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, под управлением водителя ФИО7 и автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), под управлением водителя;

взыскать с ответчиков ФИО6 и ФИО5 солидарно в пользу истца ФИО4 ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 364 198 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 605 руб., по уплате независимой досудебной экспертизы в размере 7 000 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 70 000 рублей. 

В обоснование иска указано, что 13 июля 2024 года в 22 часа 20 минут на автодороге (адрес) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, под управлением водителя ФИО7 и автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), под управлением водителя ФИО6

Собственником транспортного средства Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), является ФИО5 ФИО8, подтверждающих передачу транспортного средства водителю ФИО6 на законном основании, не имеется. Автогражданская ответственность водителей застрахована не была. Собственником транспортного средства Тойота Корона Премио является ФИО4 В соответствии с выводами проведенной по делу экспертизы, с технической точки зрения, причиной ДТП, является нарушение водителем ТС КАМАЗ п. 19.3, 7.1, 7.2 ПДД РФ. 

Рыночная стоимость автомобиля Тойота Корона Премио на дату проведения экспертизы – 411 730 рублей, стоимость годных остатков – 47 532 рубля, реальная стоимость ущерба – 364 198 рублей, который истец просит суд взыскать с ответчика. 

Истец ФИО4 не явилась в судебное заседание, о дне, месте и времени его проведения была извещена надлежащим образом.

Представитель истца на основании доверенности ФИО1 в судебном заседании исковые требования, по доводам иска, полностью поддержала, дополнительно пояснила, что собственником машины Тойота Корона Премио являлась ФИО4 на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО9, ФИО7 управлял машиной по поручению собственника ФИО4, перегонял машину после ее приобретения из (адрес) в (адрес) по месту жительства истца, поэтому истец не успела поставить машину на регистрационный учет в ГИБДД по месту своего жительства, застраховать гражданскую ответственность и получить регистрационные знаки на машину. Считает, что законным владельцем автомашины КАМАЗ является ФИО5, поскольку доказательств фактического исполнения договора аренды ответчиком не представлено. 

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, о дне, месте и времени его проведения извещен надлежащим образом, ранее исковые требования не признал, по обстоятельствам дела пояснил, что 13 июля 2024 года он двигался на автомашине (данные изъяты) по автодороге (адрес) заметил, что двигатель в машине «закипел». Он прижался к обочине, вышел из машины, поднял кабину и в этот момент услышал сильный удар в заднюю часть своего автомобиля. Не успел выставить знак аварийной остановки и включить габаритные огни. На улице в этот момент уже было темно. Полагает, что водитель машины Тойота Корона Премио имел реальную возможность избежать столкновения, объехать его транспортное средство, но поскольку водитель Тойота Корона Премио двигался со значительной скоростью, он не смог избежать столкновения. Между ним и собственником ФИО5 был заключен договор аренды автомобиля с правом его выкупа, автогражданская ответственность застрахована не была, так как срок договора страхования истек. 

Ответчик ФИО5 не явилась в судебное заседание, о дне, месте и времени проведения судебного заседания извещена надлежащим образом.

Представители ответчика ФИО3, ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признали, указали, что не согласны с заключением проведенной по делу экспертизы, полагают, что виновным в произошедшем ДТП является водитель автомобиля Тойота Корона Премио - ФИО7, который, в нарушение требований п. 10.1 ПДД РФ, управлял транспортным средством со скоростью, с превышением установленного ограничения, без учета интенсивности движения, дорожных условий и видимости в направлении движения, поэтому он утратил возможность постоянного контроля за транспортным средством, что привело к столкновению и причинению ущерба. Водитель автомобиля КАМАЗ действовал в соответствии с правилами дорожного движения, с его стороны никаких нарушений не было. Кроме того полагают, что истец ФИО4 не подтвердила принадлежность ей транспортного средства Тойота Корона Премио на праве собственности, поскольку в телефонном разговоре продавец по договору купли-продажи ФИО9 отрицал факт продажи автомобиля ФИО4, ссылался на то, что его подпись в договоре сфальсифицирована, в материалы дела представлены два договора купли-продажи, которые отличаются по своему оформлению. ФИО9 сообщил, что машину продал три года назад неустановленному лицу. 

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явился, о дне, месте и времени проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, ранее поддержал исковые требования, по обстоятельствам дела пояснил, что 13 июля 2024 года около 23-00 часов в темное время суток он двигался на автомобиле Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, собственником которой являлась ФИО4, по автодороге (адрес), со скоростью примерно около 80 км/ч, на его машине горел ближний свет фар. Он перегонял машину по поручению ее собственника ФИО4 сразу после ее приобретения 13 июля 2024 года, поэтому у него не было страховки, а также на машине не было номерных знаков. Дорога в том месте имела затяжной поворот налево и далее подьём. Он ехал из (адрес) в (адрес). После деревни (адрес) его ослепил свет фар от большегрузной машины, движущейся во встречном направлении, в связи с чем он снизил скорость с 80 км/ч до 60 км/ч и немного прижался вправо, после этого примерно за 70-100 метров увидел на дороге сначала темное пятно, подъезжая ближе, понял, что это автомобиль КАМАЗ после чего стал резко тормозить, на видео на дороге виден тормозной путь. Автомобиль КАМАЗ в большей степени стоял на проезжей части, до края полосы движения в его направлении оставалось около полутора, двух метров, знаки аварийной остановки водитель КАМАЗ не выставил, задние габаритные огни на машине не горели, поэтому он не имел возможности его увидеть и избежать столкновения. Им производилась видеозапись сразу после столкновения транспортных средств, которая приобщена к материалам дела, сотрудники ГИБДД на место происшествия выезжать не стали, на следующий день они обратились в ГИБДД и оформили происшествие, к административной ответственности он не привлекался. 

Суд, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, видеозапись, допросив эксперта, приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

При этом освобождение от ответственности за причиненный вред допускается лишь при умысле потерпевшего (пункт 1 статьи 1083 ГК РФ) либо отсутствии вины в причинении вреда.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 названного кодекса).

В силу положений статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, при обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждый из причинивших вред владельцев транспортных средств должен доказать отсутствие своей вины в ДТП, и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны.

В связи с изложенным факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Суд именно в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников дорожно-транспортного происшествия при рассмотрении дела о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. При этом в случае наличия вины обоих участников ДТП суд обязан указать по каждому водителю, какие пункты Правил дорожного движения были нарушены, сделать выводы о причинной связи между нарушением и дорожно-транспортным происшествием, определить степень вины каждого водителя, причастного к ДТП.

Судом был исследован административный материал № по факту ДТП с участием водителя ФИО6, ФИО7, из которого установлено, что в соответствии с определением об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 26.07.2024, вынесенным командиром ДПС ОДПС ОГИБДД МО МВО России «Усть-Кутский», в возбуждении дела об административном правонарушении отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

Как следует из установочной части данного постановления, 13.07.2024 около 22 часов 20 минут водитель ФИО7, (дата) года рождения, управлял автомобилем Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков. Собственником которого, согласно договору купли-продажи от 13.07.2024, является ФИО4, (дата) года рождения. Адрес регистрации владельца: (адрес). Двигался по автодороге (адрес) со стороны (адрес).

Со слов водителя ФИО7, во время движения вне населенного пункта в темное время суток в районе (адрес) километра, по прямой дороге в сторону (адрес), допустил наезд на стоящий впереди в попутном направлении автомобиль Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), в его заднюю часть, водитель которого не включил габаритные огни, в темное время суток в условиях недостаточной видимости.

Со слов второго водителя ФИО6, который управлял автомобилем КАМАЗ, государственный регистрационный знак (данные изъяты), во время движения по автодороге (адрес) километра по прямой дороге в сторону (адрес), он обнаружил неисправность в работе двигателя автомобиля (высокая температура). Он применил торможение, прижался вправо и остановился. Далее вышел из машины и начал поднимать кабину автомобиля для осмотра, после чего почувствовал удар в заднюю часть автомобиля КАМАЗ, увидел автомашину Тойота Корона Премио, которая совершила столкновение в его машину. 

Данное происшествие стало возможным по причине несоблюдения ПДД обоими водителями: 

- водитель ФИО7 не выполнил требования п. 10.1 ПДД, во время движения не выбрал скорость, обеспечивающую постоянный контроль за движением транспортного средства;

- водитель ФИО6 не выполнил требования п. 19.3 ПДД РФ, осуществил остановку (стоянку) транспортного средства в условиях недостаточной видимости (в темное время суток на неосвещенном участке дороги) без включенных габаритных огней, п. 2.1.1. ПДД РФ нарушил обязанности по страхованию гражданской ответственности ОСАГО. 

В материале имеется сообщение КУСП № от 13.07.2024, зарегистрированное в 22 часа 25 минут, согласно которому в МО МВД России «Усть-Кутский» поступило сообщение о том, что в КАМАЗ въехала легковая машина, указаны координаты происшествия, населенный пункт (адрес)». 

В материале имеется схема места правонарушения, в которой имеется подпись водителя ФИО7, а также сведения о водителях: ФИО7, автомобиль Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, ФИО6 Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты).

ФИО7 было дано объяснение от 16.07.2024, согласно которому он указал, что двигался по автодороге со стороны (адрес) в направлении (адрес), примерно на 15 км от населенного пункта Каймоново произошло столкновение в заднюю часть автомобиля КАМАЗ, у которого не были выставлены знаки аварийной остановки, не включены задние габаритные огни, а также не были выставлены какие-либо предупредительные знаки. ФИО7 ехал с включенным ближним светом фар, автомобиль КАМА был замечен в тот момент, когда до столкновения оставалось примерно 100 метров, не смог избежать столкновения.

Как следует из объяснения ФИО6, 13 июля 2024 года в вечернее время он управлял автомобилем КАМАЗ-(данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), двигался на автодороге (адрес). Во время движения на панели приборов заметил, что температура в двигателе выше нормы, поэтому решил остановиться для устранения неисправности в двигателе. Вышел из автомобиля, поднял кабину и услышал удар в заднюю часть автомобиля КАМАЗ, далее увидел, что автомашина Тойота Корона Премио совершила столкновение в заднюю часть его машины. Водитель машины Тойота Корона Премио пояснил, что во время движения на спуске не увидел его машину и совершил столкновение. В момент остановки автомобиля КАМАЗ, он не включил габаритные огни в темное время суток в условиях недостаточной видимости, срок действия страхового полиса истек. В ДТП виновным себя не считает. 

Согласно представленным карточкам учета транспортных средств, судом установлено, что собственником автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), является ФИО5, что также подтверждается свидетельством о регистрации ТС от 21.06.2022 серии (данные изъяты).

Право собственности истца ФИО4 на транспортное средство Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, подтверждается представленным в материалы дела договором купли-продажи автомобиля от 13.07.2024, согласно которому продавец ФИО9 продал, а покупатель ФИО4 купила автомобиль Тойота Корона, (данные изъяты) года выпуска, белого цвета. За проданный автомобиль продавец ФИО9 получил денежные средства в сумме 450 000 рублей в полном объеме.

Ранее ФИО9 являлся собственником транспортного средства Тойота Корона, (данные изъяты) года выпуска, что подтверждается представленными в дело копией паспорта транспортного средства серии (данные изъяты), выданного 21.09.2010 и свидетельства о регистрации ТС серии (данные изъяты) от 22.03.2013 на его имя. 

При этом согласно истребованной судом карточке учета транспортных средств от 22.12.2024, регистрация транспортного средства за собственником ФИО9 была прекращена 21.06.2024 по заявлению владельца ТС. 

Судом установлено, что автогражданская ответственность водителей транспортных средств Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была. 

В соответствии с экспертным заключением Усть-Кутского городского отделения общероссийской общественной организации «Всероссийское общество автомобилистов» № от 09.08.2024, рыночная стоимость транспортного средства Тойота Корона Премио, номер кузова №, на дату ДТП составляет 443 000 руб.; стоимость годных остатков – 46 000 руб.; реальная стоимость ущерба, причиненного ТС составляет 397 000 руб. 

Для разрешения возникшего спора, с целью установления степени вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия, определения стоимости ущерба, судом по делу была назначена судебная автотехническая, оценочная экспертиза, проведение которой по ходатайству истца поручено экспертам ООО «Импульс». 

Согласно заключению судебной экспертизы № эксперта ООО «Импульс» ФИО10, исследование показало, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водители ТС должны были руководствоваться следующими пунктами ПДД:

водитель ФИО7, управляя ТС Тойота, должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД; водитель ФИО6, управляя ТС КАМАЗ, должен был руководствоваться п. 19.3, 7.1., 7.2. ПДД РФ. 

С технической точки зрения причиной дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 13 июля 2024 года в 22 часа 20 минут с участием автомобилей Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, под управлением ФИО7, и автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), является нарушение водителем ТС КАМАЗ п. 19.3, 7.1, 7.2 ПДД РФ. 

При этом водитель ТС Тойота при движении с разрешенной скоростью (90 км/ч) в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, согласно п. 10.1 ПДД РФ, не имел технической возможности избежать ДТП. Определить скорость движения водителя ФИО7 по материалам дела, а также расчетным путем не представляется возможным, так как отсутствуют исходные данные, а именно длина тормозного следа.

По характеру и направлению следообразования, повреждения, имеющиеся на автомобиле Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, могли образоваться в результате ДТП, произошедшего 13 июля 2024 года в 22 часа 20 минут на автодороге (адрес) километра (адрес) с участием автомобилей Тойота Корона Премио и Автобетоносмеситель (данные изъяты). 

Рыночная стоимость автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, на дату проведения автотехнической экспертизы, составляет 411 730 рублей; стоимость годных остатков – 47 532 руб.; стоимость восстановительного ремонта на дату проведения автотехнической экспертизы – без учета износа – 1 390 407 руб., с учетом износа – 465 694 руб. 

Давая оценку заключению судебной экспертизы, суд учитывает, что оно содержит подробное описание проведенных исследований, а сделанные в результате их выводы содержат ответы на все поставленные судом вопросы с подробным обоснованием, то есть соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ. Выводы эксперта основаны на фактических обстоятельствах, произошедшего дорожно-транспортного происшествия, в том числе основаны на исследовании, произведенном по результатам осмотра места дорожно-транспортного происшествия.

Судебный эксперт при даче заключения был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, внесен в госреестр экспертов- техников, его квалификация и опыт не вызывает у суда сомнений.

В судебном заседании, в соответствии с ч. 1 ст. 85 ГПК РФ, допрошен эксперт ФИО10, который полностью подтвердил данное им заключение, указал, что автомобиль КАМАЗ-(данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), стоял на обочине без габаритных огней, знак аварийной остановки водителем выставлен не был. Делая вывод о том, что явилось причиной дорожно-транспортного происшествия эксперт руководствовался параметрами относительно зоны видимости фар, включенных во время движения на автомобиле Тойота Корона Премио, который двигался в попутном направлении, по ходу движения которого на дороге стоял автомобиль КАМАЗ. При включенном ближнем свете фар на автомобиле Тойота Корона Премио зона видимости водителя при темном времени суток составляет 60 метров, исходя из этого параметра, эксперт пришел к выводу, что на данном расстоянии водитель Тойота Корона Премио, с учетом скорости движения 90 км/ч, не мог избежать столкновения, поскольку остановочный пусть автомобиля составил бы 93 метра, а удаление ТС Тойота Корона Премио от места столкновения 60 метров. На видео с места ДТП виден тормозной след, но его протяженность не установлена, поэтому экспертом не было взято в расчет наличие тормозного следа на месте ДТП. 

В заключении имеется информация об оцениваемом транспортном средстве Тойота Корона, с указанием года выпуска (данные изъяты), поскольку на автомашине произведена замена кузова на (данные изъяты) год выпуск, данный автомобиль является конструктором, при этом кузов автомобиля (данные изъяты), соответствует данным, указанным в документах на автомобиль, экспертом исследовался автомобиль, который принимал участие в дорожно-транспортном происшествии. Данные обстоятельства на определение рыночной стоимости автомобиля, его годных остатков, стоимости восстановительного ремонта, не влияют. 

На основании вышеизложенного, суд считает, что заключение судебной экспертизы в совокупности с материалами дела, в соответствии с частью 1 статьи 71 ГПК РФ является допустимым доказательством при решении вопроса о степени вины участников ДТП для разрешения требований истца о возмещении причиненного ущерба. 

При этом вопросы наличия и формы вины участников спора, наличия или отсутствия юридически значимой причинно-следственной связи между правонарушением и причиненными убытками относятся к сфере правовой квалификации тех или иных обстоятельств, что является исключительной прерогативой суда.

Для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом степени вины каждого, а при отсутствии вины обоих владельцев во взаимном причинении вреда ни один из них не имеет права на возмещение вреда за счет другого.

Следовательно, для привлечения к имущественной ответственности необходимо установить факт причинения вреда, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения этого лица и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 2.3.1 Правил дорожного движения перед выездом водитель обязан проверить и в пути обеспечить исправное техническое состояние транспортного средства в соответствии с Основными положениями по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностями должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.

Остановка и стоянка транспортных средств разрешаются, если иное прямо не предусмотрено Правилами дорожного движения, на правой стороне дороги на обочине, а при ее отсутствии - на проезжей части у ее края и в случаях, установленных пунктом 12.2 данных Правил, - на тротуаре (пункт 12.1 Правил дорожного движения).

Пунктом 7.1 Правил дорожного движения предусмотрено, что аварийная световая сигнализация должна быть включена: при дорожно-транспортном происшествии; при вынужденной остановке в местах, где остановка запрещена; при ослеплении водителя светом фар; при буксировке (на буксируемом механическом транспортном средстве); при посадке детей в транспортное средство, имеющее опознавательные знаки "Перевозка детей", и высадке из него. Водитель должен включать аварийную световую сигнализацию и в других случаях для предупреждения участников движения об опасности, которую может создать транспортное средство.

Из содержания пункта 7.2 Правил дорожного движения следует, что при остановке транспортного средства и включении аварийной световой сигнализации, а также при ее неисправности или отсутствии знак аварийной остановки должен быть незамедлительно выставлен: при дорожно-транспортном происшествии; при вынужденной остановке в местах, где она запрещена, и там, где с учетом условий видимости транспортное средство не может быть своевременно замечено другими водителями.

Этот знак устанавливается на расстоянии, обеспечивающем в конкретной обстановке своевременное предупреждение других водителей об опасности. Однако это расстояние должно быть не менее 15 м от транспортного средства в населенных пунктах и 30 м - вне населенных пунктов.

В соответствии с пунктом 19.3 Правил, при остановке и стоянке в темное время суток на неосвещенных участках дорог, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве должны быть включены габаритные огни. В условиях недостаточной видимости дополнительно к габаритным огням могут быть включены фары ближнего света, противотуманные фары и задние противотуманные фонари.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что дорожно-транспортное происшествие произошло, в том числе по вине водителя автомашины КАМАЗ-(данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), ФИО6, который при остановке транспортного средства вне населенного пункта на автодороге (адрес), в нарушение требований пунктов 7.1, 7.2, 19.3 ПДД РФ, при вынужденной остановке транспортного средства не включил аварийную световую сигнализацию, не выставил знак аварийной остановки, а также в условиях недостаточной видимости на транспортном средстве не включил габаритные огни, задние противотуманные фонари. 

При этом суд учитывает, что как следует из экспертного заключения и никем по делу не оспаривается, ТС КАМАЗ в момент столкновения правыми колесами находится на обочине, левыми на проезжей части, с учетом ширины полосы движения (3,1 м) и ширины автомобиля (2,550 м) установлено расстояние от автомобиля до разделительной полосы – 1,4 метра, 2/3 части автомобиля расположено на проезжей части. ФИО11 Тойота составляет 1,695 м, следовательно, у водителя ТС Тойота не было возможности проезда по своей полосе движения, без выезда на встречную полосу. 

ФИО6, осуществляя стоянку транспортного средства на правой стороне дороги на обочине, при этом 2/3 части автомобиля располагалось на проезжей части, обязан был в темное время суток в условиях недостаточной видимости обозначить свое транспортное средство путем включения габаритных огней, фар ближнего света, противотуманных фар и задних противотуманных фонарей, аварийной сигнализации, а при ее неисправности или отсутствии, знаком аварийной остановки для предупреждения участников движения об опасности, которую может создать транспортное средство. 

Поскольку доказательств исполнения этой обязанности ФИО6 суду не представлено, а, напротив, в деле имеется его объяснение, данное им сотрудникам МО МВД «Усть-Кутский», в котором ФИО6 не отрицал указанные обстоятельства, также судом была исследована видеозапись, сделанная водителем ФИО7 сразу после дорожно-транспортного происшествия, на которой ФИО6 также подтверждает, что не смог включить аварийную сигнализацию из-за севшего аккумулятора, действия ответчика ФИО6 в спорном случае, безусловно, содействовали возникновению дорожно-транспортного происшествия, а потому суд приходит к выводу, что степень вины ФИО6 в происшествии составляет 70%.

Установка знака аварийной остановки и включение фонарей аварийной сигнализации водителем ФИО6 уменьшили бы риск возникновения аварийной ситуации, поскольку позволили бы другим водителям заблаговременно обнаружить препятствие в виде неподвижного ТС в условиях недостаточной видимости.

Определение конкретной степени вины каждого из участников ДТП является проявлением дискреционных полномочий суда, осуществляемых на основе всестороннего и объективного исследования фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств.

В соответствии с п. 9.4 ПДД РФ, вне населенных пунктов, а также в населенных пунктах на дорогах, обозначенных знаком 5.1 или 5.3 или где разрешено движение со скоростью более 80 км/ч, водители транспортных средств должны вести их по возможности ближе к правому краю проезжей части. Запрещается занимать левые полосы движения при свободных правых.

Из положения п. 10.1 ПДД РФ следует, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Оценивая действия водителя ФИО7 в сложившейся дорожной обстановке на предмет соответствия их требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, судом были исследованы его пояснения, данные им при опросе в отделе ГИБДД МО МВО России «Усть-Кутский», а также в судебном заседании, где он неоднократно указывал, что препятствие на дороге по ходу своего движения он обнаружил примерно на расстоянии около 100 метров, столкновение произошло после того как после деревни Каймоново его ослепил свет фар от большегрузной машины, движущейся во встречном направлении, в связи с чем он снизил скорость с 80 км/ч до 60 км/ч и прижался вправо. 

Как следует из заключения эксперта, удаление ТС от места столкновения, составляет 60 метров. Момент возникновения опасности в данной дорожно-транспортной ситуации связан с формированием ситуации, когда ТС КАМАЗ попадает в зону видимости водителя ТС Тойота, в область света фар. Согласно диаграмме освещенности данное расстояние составляет 60 метров, в то время как полный остановочный путь составляет 93 метра. Экспертом был сделан вывод о том, что данное обстоятельство свидетельствует о том, что водитель ТС Тойота при движении с разрешенной скоростью (90 км/ч) не имел технической возможности избежать ДТП.

Судом также исследована фототаблица, имеющаяся в административном материале, в также видеоматериал, представленный стороной истца, на которых видно, что после столкновения транспортных средств, автомобиль Тойота полностью всей передней частью автомобиля столкнулся со стоящим на дороге автомобилем КАМАЗ. Данные обстоятельства подтверждаются также перечисленными в заключении эксперта техническими повреждениями транспортного средства Тойота Корона, которые определены на основании анализа фотографий, представленных в материалы дела, согласно которому на автомобиле повреждены бампер передний верхняя и нижняя части, капот, крыло переднее левой и правое, фары левая и правая и т.д. 

Как установлено пунктом 19.1 Правил, в темное время суток и в условиях недостаточной видимости независимо от освещения дороги, а также в тоннелях на движущемся транспортном средстве должны быть включены следующие световые приборы: на всех механических транспортных средствах - фары дальнего или ближнего света, на велосипедах и средствах индивидуальной мобильности - фары или фонари, на гужевых повозках - фонари (при их наличии).

Согласно пункту 19.4. Правил дорожного движения противотуманные фары могут использоваться: в условиях недостаточной видимости с ближним или дальним светом фар; в темное время суток на неосвещенных участках дорог совместно с ближним или дальним светом фар; вместо ближнего света фар в соответствии с пунктом 19.5 Правил.

Из системного толкования указанных положений Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что, управляя транспортным средством в темное время суток, в условиях недостаточной видимости, водитель должен избрать такой скоростной режим, который в условиях ограниченной видимости, дальности видимости при движении с включенным светом фар, обеспечивал бы постоянный контроль за движением транспортного средства, позволяющий заблаговременно обнаружить возникновение опасности и избежать столкновения.

Таким образом, суд, с учетом пояснений третьего лица ФИО7, механизма столкновения транспортных средств, при котором произошло фронтальное (лобовое) столкновение автомобиля Тойота Корона со стоящим автомобилем КАМАЗ, освещение водителя ФИО7 фарами от автомобиля, движущегося во встречном направлении, суд приходит к выводу, что столкновение автомобилей стало, в том числе, следствием и того, что в названной дорожной ситуации водитель ФИО7 избрал скорость движения автомобиля, которая не позволяла ему обеспечивать возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, а при возникновении опасности для движения, в том числе освещение его светом фар от автомобиля, движущегося во встречном направлении, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. 

При этом наличие тормозного пути на месте дорожно-транспортного происшествия, движение с разрешенной скоростью, не имеет определяющего значения при определении причин происшествия, с учетом механизма столкновения транспортных средств, поскольку в силу освещения встречным светом фар, не имея возможности достоверно убедиться в том, что полоса, предназначенная для его движения, свободна, и движение с избранной им скоростью, не приведет к аварийной ситуации, ФИО7 данное обстоятельство не оценил, соответствующих дорожной обстановке и видимости в направлении своего движения действий не предпринял, в нарушение требований п. 10.1 п. 2 ПДД РФ, не предпринял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. 

С учетом избранной им скорости движения, а также применения мер к остановке транспортного средства путем торможения, тем не менее, допустил лобовое столкновение с автомобилем КАМАЗ, в результате чего автомобилю Тойота Корона Премио были причинены такие повреждения, что согласно выводам проведенной по делу судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта превышает его доаварийную стоимость, ремонт транспортного средства нецелесообразен, результате ДТП произошла полная (конструктивная) гибель автомобиля истца и возмещение ущерба должно производиться исходя из рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП за вычетом стоимости годных остатков. Таким образом, суд приходит к выводу, что степень вины водителя ФИО7 в произошедшем дорожно-транспортном происшествии составляет 30%. 

В связи с указанным суд не принимает во внимание выводы эксперта относительно того, что причиной дорожно-транспортного происшествия с технической точки зрения является нарушение водителем ТС КАМАЗ п. 19.3, 7.1, 7.2 ПДД РФ. Исходя из обстоятельств дела и оценки доказательств, определена вина в процентном соотношении водителей ФИО6 - 70%, ФИО7 - 30%.

Факт отсутствия постановления административного органа, устанавливающего административную ответственность лиц, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии, не исключают право суда дать оценку имеющимся в деле доказательствам о наличии вины лица в причинении ущерба в результате взаимодействия источников повышенной опасности, определить степень вины участников дорожно-транспортного происшествия.

При определении лиц, на которых возлагается обязанность по возмещению причинённого ущерба истцу, суд исходит из следующего.

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам, а вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064) (пункт 3 статьи 1079 ГК РФ).

Понятие владельца транспортного средства приведено в статье 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).

Представители ответчика ФИО5, возражая против заявленного иска, ссылались на то, что она, являясь собственником автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), заключила с ФИО6 договор аренды данного автомобиля с правом последующего выкупа № от 06 июля 2024 года, по условиям которого арендодатель по настоящему договору передает в аренду (во временное владение и пользование) арендатору указанное транспортное средство для перевозки бетона (п. 1.1), поэтому именно ФИО6 являлся его законным владельцем на момент дорожно-транспортного происшествия.

Согласно договору аренды данного автомобиля с правом последующего выкупа № от 06 июля 2024 года, настоящий договор считается заключенным с момента фактической передачи арендатору транспортного средства по акту приема-передачи (Приложение №), являющемуся неотъемлемой частью настоящего договора и действует до момента исполнения обязательств сторонами по настоящему договору (п. 1.3).

Срок аренды ТС составляет 7 месяцев и устанавливается с 6 июля 2024 года по 31 декабря 2024 года (п. 1.4). 

Арендная плата вносится ежемесячно согласно договоренности сторон. По истечении срока аренды, при условии оплаты всех арендных платежей, в сумме 800 000 рублей, в течение действия настоящего договора, ТС будет считаться выкупленным арендатором, а стороны обязаны будут подписать соответствующее дополнительное соглашение к настоящему договору, определяющее порядок перехода права собственности, в течение 5 рабочих дней с момента получения арендодателем указанных денежных средств в полном обьеме (п. 1.5).

Оценивая доводы представителя истца о недействительности данного договора аренды, суд находит их заслуживающими внимания.

Из административного материала № по факту ДТП с участием водителей ФИО6, ФИО7 следует, что 13 июля 2024 года поступило сообщение по факту столкновения двух автомобилей по адресу: (адрес). 

Как следует из представленных сведений о собственнике транспортного средства Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), его собственником является ФИО5, что подтверждается карточкой учета транспортных средств, свидетельством о регистрации транспортного средства. Автогражданская ответственность водителя указанного транспортного средства на момент ДТП застрахована не была. 

При даче объяснения сотрудникам ОДПС ОГИБДД МО МВД России «Усть-Кутское» от 24.07.2024, ФИО6 не указывал на то, что управлял автомобилем КАМАЗ-(данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), на основании договора аренды автомобиля с правом последующего выкупа № от 6 июля 2024 года. 

Сведения о том, что автомобиль был передан ФИО6 по договору аренды, возникли лишь в ходе рассмотрения настоящего дела после проведенной по делу судебной автотехнической, оценочной экспертизы. 

Указанные обстоятельства, по мнению суда, дают достаточные основания для вывода о том, что договор аренды автомобиля с правом последующего выкупа № от 06 июля 2024 года на момент ДТП от 13.07.2024 не существовал, то есть является мнимым, а законным владельцем транспортного средства на момент происшествия являлась его собственник ФИО5 

Подтверждением данному выводу является и то, что ответчиками ФИО5, ФИО6 не представлено доказательств оплаты ФИО6 арендной платы по договору аренды данного автомобиля с правом последующего выкупа № от 06 июля 2024 года, не представлен акт приема-передачи транспортного средства, а также доказательства возмещения ФИО6 собственнику ФИО5 причиненного вреда в результате повреждения автомобиля, взятого в аренду.

Оценивая совокупность представленных доказательств по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что законным владельцем автомобиля Автобетоносмеситель (данные изъяты), государственный регистрационный знак (данные изъяты), в результате использования которого причинен вред истцу, является его собственник ФИО5 

Доказательств, убедительно свидетельствующих о том, что автомобиль был передан на законном основании ФИО6, который использовал его в своих целях и по своему усмотрению, то есть что именно ФИО6 является законным владельцем транспортного средства, ответчиком не представлено. Автогражданская ответственность владельца транспортного средства ФИО5 застрахована в установленном законом порядке не была. Оснований для взыскания размера причиненного материального ущерба, с ответчиков ФИО5, ФИО6 солидарно, у суда не имеется. 

Также суд не принимает во внимание доводы стороны ответчика относительно того, что ФИО4 не является собственником автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков. 

Пунктом 2 статьи 218 ГК РФ установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 указанного выше кодекса по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2).

Государственной регистрации в силу пункта 1 статьи 131 данного кодекса подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Пунктом 2 статьи 130 этого же кодекса установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Из приведенных выше положений закона следует, что транспортные средства не отнесены к объектам недвижимости, в связи с чем являются движимым имуществом, а, следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило о моменте возникновения права собственности у приобретателя - с момента передачи транспортного средства.

Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

Данная позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 г.

ФИО4 в подтверждение права собственности на автомобиль был представлен договор купли-продажи автомобиля от 13 июля 2024 года, по которому покупатель ФИО4 приобретает автомобиль Тойота Корона Премио по цене 450 000 рублей у продавца ФИО9 Продавец обязуется передать автомобиль, указанный в настоящем договоре. Как следует из пояснений представителя истца, что также было подтверждено и третьим лицом ФИО7, он по поручению ФИО4 перегонял автомобиль из (адрес) в (адрес) по месту жительства истца. 

Данные обстоятельства согласуются с представленной карточкой учета транспортного средства на автомобиль Тойота Корона Премио, (данные изъяты) года выпуска, согласно которой ранее указанный автомобиль состоял на учете в РЭО ГИБДД МО МВД России «Усть-Кутский», 21.06.2024 зарегистрировано прекращение регистрации транспортного средства по заявлению владельца ТС ФИО9, в то время как договор купли-продажи между продавцом ФИО9 и покупателем ФИО4 заключен 13.07.2024. При этом судом установлено, что при оформлении дорожно-транспортного происшествия в органах ГИБДД ФИО7 был представлен договор купли-продажи от 13.07.2024, согласно которому собственником транспортного средства являлась ФИО4 Как следует из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 26.07.2024, сотрудниками ОГИБДД МО МВД России «Усть-Кутский» также было установлено, что собственником автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, на основании указанного договора купли-продажи является ФИО4

То обстоятельство, что в материалах гражданского дела имеется договор купли-продажи от 13.07.2024, а также в административном материалы также представлен договор купли-продажи от 13.07.2024, которые могут по оформлению отличаться друг от друга, не влияет на установление факта того, что ФИО4 является собственником транспортного средства Тойота Корона Премио. Согласно указанным договорам, в качестве предмета продажи в них указаны транспортное средство: Тойота Корона, категории ТС – В, идентификационный номер – отсутствует, год выпуска (данные изъяты), № двигателя №, кузов №, цвет – белый, цена договоров определена в сумме 450 000 рублей, договоры содержат подписи продавца и покупателя. Сам по себе факт телефонного разговора с лицом, со слов представителя ответчика, продавцом автомашины ФИО9, который отрицал факт продажи автомашины ФИО4, безусловно, не свидетельствует о недействительности заключенной сделки, поскольку опровергается письменными материалами гражданского дела и установленными по делу обстоятельствами. 

Также не состоятельны доводы представителей ответчика в части того, что имеются разночтения в указании наименования транспортного средства Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, в экспертном заключении - Тойота Корона Премио и Тойота Корона, поскольку иные идентификационные признаки транспортного средства, а именно № кузов №, полностью совпадает с данными карточки учета транспортного средства, представленного органами ГИБДД, а также сведениями, указанными в договоре купли-продажи. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 указал, что в заключении имеется информация об оцениваемом транспортном средстве Тойота Корона, с указанием года выпуска (данные изъяты), поскольку на автомашине произведена замена кузова на (данные изъяты) год выпуск, данный автомобиль является конструктором, при этом кузов автомобиля №, соответствует данным, указанным в документах на автомобиль, экспертом исследовался автомобиль, который принимал участие в дорожно-транспортном происшествии. Данные обстоятельства на определение рыночной стоимости автомобиля, его годных остатков, стоимости восстановительного ремонта, не влияют. 

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате обоюдной вины участников дорожно-транспортного происшествия, размер вины водителя ФИО6 судом установлен в размере 70%, водителя ФИО7 - в размере 30%. 

Согласно заключению проведенной по делу экспертизы, рыночная стоимость автомобиля Тойота Корона Премио, без государственных регистрационных знаков, на дату проведения автотехнической экспертизы, составляет 411 730 рублей; стоимость годных остатков – 47 532 руб.; стоимость восстановительного ремонта на дату проведения автотехнической экспертизы – без учета износа – 1 390 407 руб., с учетом износа – 465 694 руб. 

Указанные выводы судебной экспертизы согласуются также с экспертным заключением № Усть-Кутского городского отделения общероссийской общественной организации «Всероссийское общество автомобилистов», согласно которому реальная стоимость ущерба, причиненного автомобилю исчислена исходя из разницы между его рыночной стоимостью за минусом годных остатков, и составляет 397 000 рублей. 

Таким образом, согласно заключению судебной экспертизы, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота Корона Премио превышает его доаварийную стоимость, следовательно, ремонт транспортного средства нецелесообразен. Поскольку в результате ДТП произошла полная (конструктивная) гибель автомобиля истца и возмещение ущерба должно производиться исходя из рыночной стоимости автомобиля на момент ДТП за вычетом стоимости годных остатков, размер причиненного истцу ущерба, составляет 364 198 рублей, исходя из расчета: 411 730 рублей - 47 532 руб. = 364 198 рублей.

При таких обстоятельствах, с учетом степени вины ответчика ФИО6 в дорожно-транспортном происшествии (70%), с ответчика ФИО5 в пользу ФИО4 подлежит взысканию денежная сумма в счет возмещения причиненного ущерба в размере 254 938,6 рублей. Оснований для взыскания суммы ущерба, в большем размере, суд не усматривает. 

Разрешая требования иска об определении степени вины в дорожно-транспортном происшествии, суд полагает, что они не являются самостоятельным требованием, требующим разрешения и вынесения отдельного самостоятельного суждения в резолютивной части решения суда, а является обстоятельством, подлежащим доказыванию при разрешении спора о возмещении ущерба, в связи с чем в удовлетворении иска ФИО4 в указанной части также следует отказать. 

Согласно статье 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы (статья 94 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам (статья 94 названного кодекса).

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1 статьи 98 ГПК РФ).

Представленными квитанциями к приходным кассовым ордерам от 31.07.2024, 09.08.2024 подтверждается, что ФИО4 произведена оплата за составление экспертного заключения Усть-Кутского городского отделения общероссийской общественной организации «Всероссийское общество автомобилистов» № от 09.08.2024 перед обращением в суд в общей сумме 7000 рублей. 

Поскольку суд пришел к выводу об обоснованности иска в части требований, предъявленных к ответчику ФИО5, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате за составление экспертного заключения Усть-Кутское ГО ООО ВОА в сумме 4900 рублей, пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, исходя из расчета: 254 938,6х7000/364 198 = 4900 руб.

Согласно чеку по операциям ПАО Сбербанк от 05.11.2024, истцом при подаче иска в суд оплачена государственная пошлина в сумме 12 425 руб. В дальнейшем истец уточнила свои исковые требования, которые были приняты судом к рассмотрению, как окончательная редакция заявленных требований, истец просила суд взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлоины в размере 11 605 руб., исходя из цены иска. 

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении иска частично, с ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО4 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 8 123,50 руб., исходя из расчета: 254 938,6х11 605/364 198 = 8 123,50 руб.

Согласно счету ООО «Импульс» б/н от 26.03.2025, стоимость судебной автотехнической экспертизы по гражданскому делу №, составляет 70 000 рублей. 

В деле имеются платежные поручения № от 26.03.2025, № от 30.04.2025, а также чеки по операциям ПАО Сбербанк от 30.04.2025, 26.03.2024, согласно которым ФИО12 была произведена оплата за проведение судебной автотехнической экспертизы по гражданскому делу № в общем размере 70 000 рублей.

Согласно представленным распискам от 26.03.2024, 30.04.2024 ФИО4 передала ФИО12 денежные средства в общем размере 70 000 рублей для оплаты судебной экспертизы. 

Определением Падунского районного суда г. Братска от 30.04.2025, оплата расходов за проведенную по делу № судебную автотехническую, оценочную экспертизу в ООО «Импульс», была возложена на истца ФИО4 

Заключение автотехнической, оценочной экспертизы ООО «Импульс» принято судом в качестве доказательства, подтверждающего доводы истца об определении степени вины участников дорожно-транспортного происшествия, механизма произошедшего происшествия, а также стоимости причиненного ущерба. Расходы на оплату судебной экспертизы понесла истец ФИО4 в общем размере 70 000 рублей, в подтверждение чего ею в материалы дела представлены платежные документы и расписки в передаче денежных средств. 

При таких обстоятельствах, в соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, с ответчика ФИО5 в пользу ФИО4 подлежат взысканию расходы на проведение на проведение судебной автотехнической, оценочной экспертизы в ООО «Импульс» пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований в размере 49 000 руб., исходя из расчета: 254 938,6 руб. х 70 000 руб./364 198 руб. = 49 000 руб. 

Оснований для взыскания судебных расходов в большем размере суд не усматривает. При таких обстоятельствах, заявленные исковые требования ФИО4 подлежат удовлетворению частично. 

Руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 (ИНН (данные изъяты)) в пользу ФИО4 (ИНН (данные изъяты)) сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 254 938,6 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 123,50 рублей, по оплате независимой досудебной экспертизы 4 900 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в размере 49 000 рублей, итого взыскать 316 962,10 рублей. 

В остальной части исковых требований ФИО4, в том числе в части требований, предъявленных к ответчику ФИО6, в удовлетворении исковых требований - отказать. 

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Иркутский областной суд через Падунский районный суд г. Братска Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 24 сентября 2025 года.

Судья Ю.А. Шевченко