дело №2-822/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2018 года город Буденновск

Буденновский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего Пронькина В.А.

при секретаре судебного заседания Лапиной Е.Г.

с участием представителя истца ФИО1 - адвоката Зыбаревой Н.М., действующей на основании ордера и доверенности, ответчиков Шадунцевым Р.А. и ФИО2 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Шадунцевым Р.А. и ФИО2 о признании недействительным договоров купли-продажи домовладения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Буденновский городской суд с исковым заявлением к Шадунцеву Р.А. и ФИО2, в котором указал следующее. 

16.10.2017года года между ним и Шадунцевым Р.А. был заключен договор купли-продажи, согласно которому он продал, а Шадунцев Р.А. купил недвижимое имущество, находящееся по адресу: 

<

адрес>, состоящее из земельного участка из земель населенных пунктов, площадью 500 кв.м., с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, и расположенного на нем жилого дома общей площадью 85.3 кв.м., кадастровый №.

Согласно п. 3 указанного договора жилой дом продан за 

<

данные изъяты>, а земельный участок за 

<

данные изъяты> рублей, т.е. всего за 

<

данные изъяты> рублей, которые "покупатель" выплатит "продавцу" полностью до подписания настоящего договора.

26 октября 2017 года произведена регистрация права собственности на жилой дом и земельный участок Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по СК.

Договор купли-продажи спорного домовладения от 16.10.2017 года, заключенный между ФИО1 и Шадунцевым Р.А. является мнимым, так как у участников сделки отсутствовали намерения создать соответствующие договору купли-продажи правовые последствия.

Сделка купли-продажи от 16.10.2017 года была совершена ими для вида с целью обеспечения возврата ФИО1 Шадунцеву Р. А. долга сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей за жилой дом и земельный участок Шадунцевым Р.А. (покупателем) ФИО1 (продавцу), не передавались, а также ФИО1 (продавцом), не передавался Шадунцеву Р.А. (покупателю) спорный жилой дом и земельный участок.

Кроме того у ФИО1 и Шадунцева Р.А. не было намерения производить отчуждение и приобретение имущества.

Кроме подписания акта приема-передачи недвижимого имущества Шадунцевым Р.А. не предпринято никаких действий по фактическому приему недвижимого имущества.

После заключения 26.10.2017 года договора купли-продажи, жилой дом и земельный участок оставались и остаются в распоряжении ФИО1 и членов его семьи. В домовладении зарегистрированы: ПСИ, ФИО1, ЗСА, ЗЕС и фактически проживают ФИО1, ПСИ, ЗСА и оплачивают коммунальные платежи, что подтверждается квитанциями об оплате.

Таким образом, действительные намерения ФИО1 и Шадунцева Р.А. при подписании 26.10.2017года договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, не были направлены на возникновение прав и обязанностей по данной сделке, ФИО1 не намеревался отчуждать принадлежащее ему жилое помещение за плату, а Шадунцев Р.А. не намеревался приобретать его в собственность, соответствующие правовые последствия, присущие договору купли-продажи не возникли, целью Шадунцева Р.А. при заключения сделки явилось получение от ФИО1 суммы долга 

<

данные изъяты> рублей, соответственно, договор купли-продажи от 16.10.2017 является мнимой сделкой и его следует признать ничтожным.

В настоящее время собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес> является ФИО2, на основании договора купли-продажи от 15.02.2018 года, что подтверждается выписками из ЕГРН на земельный участок и жилой дом.

Целью заключения договора купли - продажи между Шадунцевым Р.А. и ФИО2 явилось получение суммы долга 

<

данные изъяты> рублей от ФИО1 Заключая сделку купли-продажи спорного домовладения, ФИО2 передал Шадунцеву Р.А. 

<

данные изъяты> рублей в качестве погашения долга ФИО1

Таким образом, у Шадунцева Р.А. также отсутствовали намерения отчуждать спорное домовладение ФИО2 за плату, поскольку он получил деньги в сумме 

<

данные изъяты> рублей в счет погашения долга ФИО1

ФИО2 в свою очередь также не намеревался приобретать спорное домовладение за плату у Шадунцева Р.А., так как деньги в сумме 

<

данные изъяты> рублей были ФИО1 в долг, а не внесены в качестве оплаты за приобретенное имущество у Шадунцева Р. А. При этом от ФИО1 отобрана расписка о денежном займе у ФИО2 на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Кроме того, никакие соответствующие правовые последствия после заключения сделки купли-продажи не возникли. В спорном домовладении после регистрации сделки и до настоящего времени продолжают проживать члены семьи ФИО1

Никаких попыток вселения в спорное домовладение не было предпринято ни со стороны Шадунцева Р.А. в период нахождения спорного домовладения в его собственности, ни со стороны ФИО2 с момента заключения сделки (15.02.2018г) и по настоящее время, что также свидетельствует о мнимости сделки.

Таким образом данная сделка также как и предыдущая является мнимой и ее следует признать ничтожной.

Тот факт, что ФИО1 не возвратил сначала Шадунцеву Р.А., а затем ФИО2 денежные средства не свидетельствует о добросовестности приобретения Шадунцевым Р.А., а в последствии ФИО2 спорного домовладения, а лишь является основанием для предъявления требований ФИО2 к ФИО1 о возврате заемных денежных средств.

В соответствии с п.1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст. 10 ЕК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.1 и п.2 ст. 168 ЕК РФ).

В п. 74 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. Они признаются ничтожными, поскольку не отвечают признакам сделки, установленным ст. 153 ГК РФ.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, сделки представляют собой действия, соответствующие требованиям законодательства, и направленные на достижение определенного правового результата.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ одном из способов защиты гражданских прав, является восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

На основании изложенного истец просит суд:

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества: жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес> заключенный 16 октября 2017 года между ФИО1 и Шадунцевым Р.А.;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества: жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенный 15.02.2018года между Шадунцевым Р.А. и ФИО2;

- применить последствия признания сделки недействительной: исключить запись из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним на объект недвижимого имущества на жилой дом(кадастровый №) и земельный участок (кадастровый №), расположенные по адресу 

<

адрес> за ФИО2;

- обязать ФИО2 возвратить ФИО1 недвижимое имущество: жилой дом (кадастровый №) и земельный участок (кадастровый №), расположенные по адресу 

<

адрес>.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 - Зыбарева Н.М. пояснила, что истец извещен надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, но принимать участия в нем не будет.

Интересы истца будет представлять она на основании доверенности. 

Требования истца она поддержала полностью, просила их удовлетворить, уточнив, что в иске допущена описка в указании даты заключения договора между Шадунцевым Р.А. ми ФИО2 - 15.02.2018г., сделка была совершена 07.02.2018г.

Также представитель истца пояснила, что ФИО1 в 2017г. обратился к Шадунцеву Р.А. с просьбой о займе денег в сумме 

<

данные изъяты> руб. под проценты, последний согласился, но в качестве гарантии под залог жилого дома с земельным участком с оформлением договора купли-продажи. ФИО1 согласился, сделка купли-продажи была заключена, но она была мнимой, поскольку Шадунцев Р.А. не предавал ему деньги по сделке, а ФИО1 не передавал Шадунцеву Р.А. жилой дом и земельный участок. ФИО1 первоначально уплачивал проценты, но потом не смог, долг составил 

<

данные изъяты> руб., тогда Шадунцев Р.А. нашел ФИО2, который ему выплатил долг за ФИО1, а Шадунцев Р.А. оформил с ФИО2 мнимую сделку купли-продажи жилого дома и земельного участка. 

Ответчик Шадунцев Р.А. требования истца ФИО1 не признал, представив суду письменные возражения, которые поддержал.

Из возражений ответчика Шадунцева Р.А. следует, что доводы истца, положенные в обоснование иска, несостоятельными и недостоверными.

Истец описывает события, которых в действительности не было, а именно, ему от совместных знакомых стало известно, что ФИО1 продает домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, за 

<

данные изъяты> рублей. Он совместно с ФИО1 приехал и осмотрел домовладение и решил его приобрести в свою собственность. После чего между ним и Петровским был заключен договор купли-продажи вышеуказанного домовладения. Данный договор составлял ФИО1 с помощью неизвестного ему юриста. К договору купли-продажи был составлен акт приема-передачи имущества, который также был составлен ФИО1 После чего 16.10.2017г. он совместно с ФИО1 поехали в МФЦ г. Буденновска, где расписавшись в договорах и актах сдали документы на регистрацию. Перед подачей документов в МФЦ он передал лично ФИО1 денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей за покупку дома. Претензий по поводу заключенной сделки купли-продажи со стороны ФИО1 не было.

Также никаких долговых обязательств между ним и ФИО1 не было. Домовладение он приобрел для личного пользования. ФИО1 попросил его некоторое время остаться проживать совместно со своим племянником в данном доме, и он сам будет оплачивать коммунальные платежи за дом. Он согласился и разрешил ему там жить, с условием оплаты коммунальных платежей. В последующем ему срочно понадобились денежные средства, и он решил продать вышеуказанное домовладение также за 

<

данные изъяты> рублей, и 15.02.2018г. я продал по договору купли-продажи данное домовладение ФИО2, который передал ему денежные средства за приобретенный дом. Данную сделку купли-продажи они также оформили в МФЦ г. Буденновска. Более месяца в данном домовладении уже проживает семья ФИО2, и насколько ему известно, там зарегистрирован и проживает родной брат ФИО2

Ни ФИО1, ни члены его семьи в данном домовладении в настоящее время не проживают.

Кроме того отмечает тот факт, что истец в исковом заявлении путается и указывает разные несуществующие суммы вымышленного долга, а именно то 

<

данные изъяты> рублей, то 

<

данные изъяты> рублей.

Кроме того, сами исковые требования истца несостоятельны, поскольку он просит признать сделку купли-продажи домовладения между ними, а также между им и ФИО2 недействительной, при этом, не приведя ни одного письменного доказательства признания сделки не действительной.

Таким образом, считает, что договоры купли-продажи между ими и ФИО1, и между ним и ФИО2 законными, заключенными в рамках действующего законодательства, и оснований для удовлетворения настоящего иска не имеется. Просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Ответчик ФИО2 требования ФИО1 не признал, пояснив, что он является жителем 

<

адрес>, узнал от своих знакомых, что ране ему неизвестный адвокат Шадунцев Р.А. продает жилой дом по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Это находится недалеко от места его жительства, поэтому он встретился с Шадунцевым Р.А., тот подтвердил, что продает дом за 

<

данные изъяты> руб., цена его устроила. они заключили договор, он уплатил Шадунцеву Р.А. 

<

данные изъяты> руб. Шадунцев Р.А. ему сообщил, что там проживают бывший племянник бывшего собственника ФИО1 по имени Серафим. Он связался с ФИО1 и сказал, ему, чтобы дом освободили. Потом он уехал на полтора месяца за пределы 

<

адрес>, когда вернулся, то в купленном им доме продолжал проживать Серафим, которого он попросил выехать. Серафим вместе со своим отцом на автомобиле вывез свои вещи и освободил дом. В настоящее время в доме зарегистрирован его брат.

Он отрицает доводы ФИО1, что уплатил деньги за него Шадунцеву Р.А. в счет долга. Дом он приобретал для себя, а также с целью помочь своему брату, у которого большая семья. Просит суд, отказать в удовлетворении требований истца.

Представитель третьего лица Межмуниципального отдела по Буденновскому району и Новоселицкому району Управления Росреестра по Ставропольскому краю в судебное заседание не явился, просил суд о рассмотрении дела без их участия.

Суд счел возможным рассмотрение дела в отсутствие третьего лица, против чего не возражали стороны.

Суд, выслушав стороны, исследовав материал дела, приходит к следующему.

ФИО1 оспаривает две сделки купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, первая из которых была заключена 16.10.2017 года между ним, как продавцом, и ответчиком Шадунцевым Р.А., как покупателем; вторая сделка по поводу этих же объектов недвижимого имущества была заключена 07.02.2018г. между Шадунцевым Р.А., как продавцом и ФИО3, как покупателем.

В качестве основания признания указанных сделок недействительными, истец указал на нормы ст. 170 ГК РФ о мнимой и притворной сделке.

Согласно ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Представитель истца утверждает, что между истцом и ответчиком Шадунцевым Р.А. имел место договор займа в сумме 

<

данные изъяты> руб. под проценты, а заключение сделка купли-продажи жилого дома и земельного участка от 16.10.2017г. была фактически обеспечением указанного договора займа.

Согласно ст. 808 ГК РФ, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. 

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Истец не представил суду письменных доказательств, подтверждающих заключение между ним и Шадунцевым Р.А. договора займа в сумме 

<

данные изъяты> руб. на условиях, изложенных его представителем в суде.

Свидетели со стороны истца - МАГ и ВСВ в судебном заседании пояснили, что им ничего не известно об обстоятельствах заключения договоров, взаимоотношениях истца с ответчиками. Они помогали на дому в оказании медицинской помощи больной матери истца и не видели, чтобы в дом приходили Шадунцев Р.А. и ФИО2 

Свидетель ЗСА в судебном заседании пояснил, что со слов ответчика ФИО2, когда тот потребовал его выселения из жилого дома в мае 2018г., ему стало известно, о долге дяди (истца ФИО1) в сумме 

<

данные изъяты> руб. Только тогда ему стало известно о том, что дом продан. До этого он не видел, чтобы в дом приходили Шадунцев Р.А. и ФИО2 

Ответчик Шадунцев Р.А. отрицает наличие между ними и ФИО1 договора займа в суме 

<

данные изъяты> руб. и долге истца перед ним в сумме с процентами - 

<

данные изъяты>.

Ответчик ФИО2 отверг показания свидетеля ЗСА, что ФИО1 имеет передними долг в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Суд, оценивая доказательства, представленные стороной истца, приходит к выводу, что они не подтверждают доводы истца о том, что между ним и ответчиком Шадунцевым Р.А. был заключен договор займа в суме 

<

данные изъяты> руб., по которому долг ФИО1 с процентами составлял сумму 

<

данные изъяты>.

В этой связи суд признает недоказанным истцом того обстоятельства, что договор купли-продажи от 16.10.2017г. был притворной сделкой, то есть, прикрывал другую сделку - договор займа, а также был мнимой сделкой.

В опровержении доводов истца, ответчик Шадунцев Р.А. сослался на текст договора от 16.10.2017г., подписанного истцом, по которому ФИО1 продал ему жилой дом и земельный участок за 

<

данные изъяты> руб., которые получил от покупателя, объекты недвижимого имущества были переданы продавцом покупателю согласно акту от 16.10.2017г., сделка была зарегистрирована через МФЦ Буденновского района в установленном порядке.

Доводы стороны истца о том, что в доме после заключения сделки с Шадунцевым Р.А. остались проживать он и ЗСА, которые проживали до её заключения, и оплачивали коммунальные услуги, что свидетельствует, по мнению истца, об отсутствии со стороны Шадунцева Р.А. желания наступления правовых последствий этой сделки, суд оценивает как необоснованные.

В договоре от 16.10.2017г. (п. 6) прямо указано, ФИО1 и ЗСА будут проживать в жилом доме после его отчуждения.

Как пояснил ответчик Шадунцев Р.А. он согласился на это по просьбе ФИО1, при этом последний обязался оплачивать коммунальные услуги.

Представленные истцом квитанции об оплате коммунальных услуг, после заключения сделки от 16.10.2017г., подтверждают исполнение сторонами сделки ФИО1 и Шадунцевым Р.А. условий п. 6 договора, которые закону не противоречат. 

Указанные обстоятельства не свидетельствуют о том, что Шадунцев Р.А. не желал наступления правовых последствий этой сделки, напротив они свидетельствуют, что он, как собственник, распоряжался принадлежащим ему имуществом, разрешив проживание в жилом доме прежнему собственнику.

Далее, касаясь второй оспариваемой сделки, стороной истца не представлено суду доказательств того, что ФИО3 уплатил Шадунцеву Р.А. в счет долга ФИО1 

<

данные изъяты> руб., а Шадунцев Р.А. заключил мнимую и притворную сделку с ФИО2 купли-продажи жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, что у последнего не было желания наступления правовых последствий этой сделки.

Ответчик ФИО2 отверг доводы истца об уплате за него долга Шадунцеву Р.А. в сумме 

<

данные изъяты> руб., заявив, что жилой дом он приобрел у Шадунцева Р.А. за 

<

данные изъяты> руб. для себя, а также с целью помочь своему брату, у которого большая семья. 

Как усматривается из текста договора от 07.02.2018г., заключенного между продавцом Шадунцевым Р.А. и покупателем ФИО2, первый продал второму жилой дом и земельный участок за 500000 руб., которые получил от покупателя, объекты недвижимого имущества были переданы продавцом покупателю согласно акту от 07.02.2017г., сделка была зарегистрирована через МФЦ 

<

адрес> в установленном законом порядке.

Доводы стороны истца о том, что в доме после заключения сделки между Шадунцевым Р.А. и ФИО2 остались проживать истце ФИО1 и ЗСА, которые проживали до её заключения, которые оплачивали коммунальные услуги, что свидетельствует, по мнению истца, об отсутствии со стороны ФИО2 желания наступления правовых последствий этой сделки, суд оценивает как необоснованные.

Действия ФИО2 напортив свидетельствуют о его желании использовать жилой дом по своему усмотрению, а именно он попросил ФИО1 и ЗСА освободить дом, что и было сделано в мае 2018г. (через 2 месяца после заключения сделки).

Это обстоятельство в судебном заседании подтвердил свидетель со стороны истца ЗСА, который пояснил, что по требованию ФИО2 он в мае 2018г. выехал из жилого дома, а ФИО1 (истец) к тому времени уже не проживал в жилом доме.

18.05.2018г., согласно копии домовой книги, в жилом доме по адресу: 

<

адрес> зарегистрирован брат ответчика ФИО2 - СВА 

При этом суд в соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ не входит в обсуждение и не дает оценки соблюдению ответчиком ФИО2 положений п. 6 договор купли-продажи от 07.02.2018г., заключенного между ним и Шадунцевым Р.А., о праве проживания в жилом деле ФИО1 и ЗСА, поскольку это не входит в предмет судебного разбирательства. 

На оценку суда с точки зрения разрешения требований истца по настоящему делу о недействительности сделок, указанное обстоятельство не влияет.

Уплата истцом коммунальных услуг после заключения сделки купли-продажи жилого дома между Шадунцевым Р.А. и ФИО2 от 07.02.2018г. и до мая 2018г., что подтверждается квитанциями, оценивается судом как соблюдение истцом договоренности о проживании и пользовании жилым домом им и ЗСА с Шадунцевым Р.А. до момента, когда собственник дома ФИО2 не потребовал в мае 2018г. освобождения жилого дома. В этой связи, указанное обстоятельство не оценивается судом как доказательство, подтверждающее доводы истца о недействительности сделок.

Доводы стороны истца, что на момент заключения оспариваемых договоров от 16.10.2017г. и от 07.02.2018г. купли-продажи жилого дома, в доме были зарегистрированы иные лица, кроме ФИО1 и ЗАС, а именно: ПСИ и ЗЕС, не свидетельствует о недействительности сделок по основаниям ст. 170 ГК РФ, указанным истцом в иске.

Согласно п. 2 ст. 292 ГК РФ, переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Стороной истца не представлено суду доказательств, что законом установлено иное.

Более того, в п. 6 оспариваемых договоров от 16.10.2017г. и от 07.02.2018г. купли-продажи жилого дома, указано, что, кроме ФИО1 и ЗСА. лиц, сохраняющих право проживания и пользования указанным недвижимым имуществом в соответствии с п. 1 ст. 558 ГК РФ, не имеется.

Доводы истца, что оплата по оспариваемым им договорам от 16.10.2017г. и от 07.02.2018г. купли-продажи жилого дома и земельного участка не производилась, в частности, что он не получал от Шадунцева Р.А. деньги в сумме 

<

данные изъяты> руб., а Шадунцев Р.А. не получала деньги в сумме 

<

данные изъяты> руб. от ФИО2, не могут приняты судом в качестве доказательства недействительности (ничтожности) сделок на основании ст. 170 ГК РФ, поскольку само по себе, утверждение истца о неуплате покупной цены за приобретаемое имущество влечет за собой иные правовые последствия, регулируемые статьями 450, 453, 486 ГК РФ, которые не содержат нормы, позволяющие признать договор купли-продажи ничтожной сделкой по основаниям отсутствия доказательств оплаты товара.

Кроме того, в текстах указанных договоров прямо указано о том, что каждый продавец по сделке, в том числе и ФИО1, получил от покупателя цену по сделке в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Вопреки доводам истца, ответчик Шадунцев Р.А. подтвердил получение от ФИО2 цену по сделке в сумме 

<

данные изъяты> руб.

Показания свидетелей МАГ, ВСВ и ЗСА, что они не видели Шадунцева Р.А. и ФИО2 в жилом доме по 

<

адрес>, суд не принимает в качестве допустимых доказательств доводов истца, что предмет спорных сделок (жилой дом и земельный участок) не передавались от ФИО1 Шадунцеву Р.А. и от него ФИО2, поскольку факт передачи подтвержден документально - актами приема передачи от 16.10.2017г., который подписан сторонами сделки, в том числе, и самим истцом, и от 07.02.2018г., который также пописан сторонами сделки, что опровергает показания свидетелей со стороны истца. 

Оценивая в целом совокупность доказательств, представленных сторонами, суд приходит к выводу, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что оспариваемые им договоры от 16.10.2017г. и от 07.02.2018г. купли-продажи жилого дома и земельного участка, являются недействительными (ничтожными) сделками на основании ст. 170 ГК РФ в виду их мнимости и притворности.

С учетом этого, суд отказывает в удовлетворении требований истца в полном объеме.

Истцом в иске была указана его цена - 

<

данные изъяты> руб., исходя из этого, им была уплачен госпошлина в общей сумме 

<

данные изъяты> руб.

Между тем, цена иска составляет 

<

данные изъяты> руб., исходя из стоимости оспариваемого имущества по каждой из двух сделок по 

<

данные изъяты> руб.

С учетом этого, на основании ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, размер госпошлины составляет сумме 

<

данные изъяты> руб.

На основании ст. 98 ГПК РФ с истца подлежит взысканию госпошлина доход в доход Буденновского муниципального района в сумме 

<

данные изъяты>).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении требований ФИО1 к Шадунцевым Р.А. и ФИО2:

- о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества: жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенного 16 октября 2017 года между ФИО1 и Шадунцевым Р.А.;

- о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества: жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенного 07.02.2018 года между Шадунцевым Р.А. и ФИО2;

- о применении последствий признания сделки недействительной: исключении запись из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним на объект недвижимого имущества на жилой дом (кадастровый №) и земельный участок (кадастровый №), расположенные по адресу 

<

адрес> за ФИО2;

- об обязании ФИО2 возвратить ФИО1 недвижимое имущество: жилой дом (кадастровый №) и земельный участок (кадастровый №), расположенные по адресу 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО1 госпошлину в доход Буденновского муниципального района в счет госпошлины 2544 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Буденновский городской суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Пронькин В.А.