мотивированное 

решение

 составлено 29.05.2017

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

24.05.2017 г. Екатеринбург 

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Патрушевой М. Е., при секретаре Поляковой Ю.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной клинически психоневрологический госпиталь для ветеранов войн» о признании приказа о переводе на другую работу незаконным, восстановлении в должности, взыскании недополученного заработка, восстановлении всех выплат компенсационного и стимулирующего характера, дополнительных дней оплачиваемого отпуска, компенсации морального вреда

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором с учетом изменения исковых требований, принятых к производству суда протокольным определением от 24.05.2017, просит:

решить положительно вопрос о восстановлении истца в должности согласно штатному расписанию, утвержденному приказом Минздрава СССР от 04.11.1975 №977 «О развитии гипербарической оксигенации в стране» Приложение №6 «Положения об инженере отделения гипербарической оксигенации лечебно-профилактического учреждения», Приказа МЗ МП РФ от 18.01.1996 №16 «О введении штатных расписаний учреждения здравоохранения;

отменить приказ от ДД.ММ.ГГГГ № л/с о переводе истца в ОТДЕЛ, восстановив в прежней должности ДОЛЖНОСТЬ подразделения 

<

иные данные> (далее ГБО) с внесением соответствующих записей в кадровые документы, в том числе в трудовую книжку;

восстановить все выплаты стимулирующего и компенсационного характера, гарантированные законами Российской Федерации;

восстановить дополнительный оплачиваемый отпуск в соответствии со ст.117 Трудового кодекса Российской Федерации;

взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере СУММА руб.; 

взыскать компенсацию морального вреда и материальный вред в общей сумме СУММА руб. (л.д.74,229 т.1).

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 работал в Госпитале с ДД.ММ.ГГГГ ДОЛЖНОСТЬ, с ДД.ММ.ГГГГ переведен ДОЛЖНОСТЬ в ГБО, с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность ДОЛЖНОСТЬ в ОТДЕЛ. Считает, что администрация Госпиталя в нарушение требований трудового законодательства, сначала в 2004 году лишила истца права на получение дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда, затем в 2010 году незаконно перевела его на другую работу с целю лишить всех гарантий и компенсаций, а в 2015 году, превысив свои полномочия, провела структурную реорганизацию в учреждении (ГБО вошло в состав физиотерапевтического отделения, при неизменности рабочего места и функциональных обязанностей) с целью скрыть от контроля Ростехнадзора опасный производственный объект (барокамеры). Все эти действия привели к понижению размера оклада, лишению компенсационных и стимулирующих выплат, в результате чего недополученная заработная плата за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила СУММА руб. (л.д.223 т.1). Согласно схеме-расчету недополученной заработной платы, структура заработной платы истца должна состоять из должностного оклада в соответствии с пятым квалификационным уровнем ПКГ в размере СУММА руб.; выплат компенсационного характера (за работу в психоневрологическом учреждении – 25% к окладу, за работу с барокамерами – 15% к окладу, за работу в госпитале ветеранов войн – 10% к окладу, за расширенную зону обслуживания - 50%); выплат стимулирующего характера (за непрерывный стаж работы в здравоохранении - 30% к окладу, за должность -30% к окладу, категория – 10% к окладу, премии), районного уральского коэффициента на все начисленную сумму заработной платы. Таким образом, недоплата заработной платы за время введения новой системы оплаты труда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила СУММА руб., недоплата за увеличенный объем работы (расширение зоны обслуживания) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере СУММА руб., всего СУММА руб. (л.д.1,2- т.2). В письменных пояснениях истец указал, что срок обращения в суд им не пропущен, так как нарушение трудовых прав носит длящийся характер до момента прекращения трудовых отношений.

Истец и его представители ФИО2, ФИО3, действующие по устному ходатайству, в судебном заседании требования поддержали, просили их удовлетворить по доводам, изложенным в иске, письменных пояснениях.

Представители ответчика ФИО4, ФИО5, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали как по существу, так и по причине пропуска истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Поддержали доводы, изложенные в письменных возражениях на иск (л.д.104-106 т.1, л.д.41 т.2). 

Заслушав сторон, исследовав доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной клинически психоневрологический госпиталь для ветеранов войн» (далее по тексту Госпиталь) ДОЛЖНОСТЬ в 

<

иные данные> (л.д.107 т.1); с ДД.ММ.ГГГГ истец переведен на должность ДОЛЖНОСТЬ в ГБО (л.д.109 т.1).

На основании приказа начальника Госпиталя № л/с от ДД.ММ.ГГГГ истец с ДД.ММ.ГГГГ переведен из отделения ГБО в технический отдел на должность ДОЛЖНОСТЬ; истцу установлена оплата труда состоящая из: оклада в размере СУММА руб. и надбавок: за работу в госпитале в размере 0,1; коэффициент за квалификационную категорию – 0,1; за опасность – 0,25;с выбором максимального процента - 0,3. Сведений об ознакомлении истца в приказе не имеется (л.д.126 т.1).

Истцом заявлено два требования: решить положительно вопрос о восстановлении истца в должности согласно штатному расписанию, утвержденному приказом Минздрава СССР от 04.11.1975 №977 «О развитии гипербарической оксигенации в стране» Приложение №6 «Положения об инженере отделения гипербарической оксигенации лечебно-профилактического учреждения», Приказа МЗ МП РФ от 18.01.1996 №16 «О введении штатных расписаний учреждения здравоохранения; отменить приказ от ДД.ММ.ГГГГ № л/с о переводе истца в ОТДЕЛ отдел, восстановив в прежней должности ДОЛЖНОСТЬ ГБО с внесением соответствующих записей в кадровые документы, в том числе в трудовую книжку. Суд, учитывая объяснения истца и его представителей, расценивает эти требования как требование о призвании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с о переводе истца в ОТДЕЛ отдел незаконным, а требования о восстановлении в прежней должности, то есть в должности до перевода истца в другое структурное подразделение Госпиталя, осуществленного на основании оспариваемого приказа, внесение соответствующих записей в кадровые документы, самостоятельными требованиями не являются, так как по своей сути являются способом исполнения решения суда в случае признания оспариваемого приказа незаконным. 

Оснований для удовлетворения требования о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с о переводе истца в ОТДЕЛ отдел не имеется в связи с тем, что срок для обращения в суд, предусмотренный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (три месяца) пропущен с учетом обращения истца в суд ДД.ММ.ГГГГ, о чем заявлено ответчиком в ходе рассмотрения гражданского дела (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, возражения на иск). Обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению истца в суд за разрешением индивидуального трудового спора, из материалов дела не усматривается, равно как обстоятельств, указанных п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», подтверждающих уважительность причины пропуска срока. 

Само по себе отсутствие подписи истца об ознакомлении в оспариваемом приказе не свидетельствует о том, что срок обращения в суд не пропущен.

Исходя из положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, применительно к настоящему спору, начальным моментом течения срока обращения в суд является момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении трудовых прав.

Выражение «должен был узнать» означает, что работник в силу его обычных знаний, в том числе правовых, и жизненного опыта мог и должен был узнать о нарушении его трудовых прав. При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного (не мог и не должен был) возлагается на работника. 

Согласно личной карточке (унифицированной формы Т2) в разделе «прием на работу и переводы на другую работу» кадровым работником внесена запись о переводе истца в ОТДЕЛ отдел на основании приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, где в графе «личная подпись владельца трудовой книжки» стоить подпись истца. Следовательно, истец своевременно был ознакомлен с оспариваемым приказом. Кроме того, из представленных заявлений истца о произведении доплат за расширение зон обслуживания в 2011-2013 годах усматривается, что истец сам указывает свою должность и отделение как ДОЛЖНОСТЬ ОТДЕЛ отдела, следовательно, о состоявшемся переводе и издании оспариваемого приказа истцу было достоверно известно ДД.ММ.ГГГГ.

Далее судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ истец был ознакомлен с уведомлением об изменении условий трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.202 т.1), согласно которому истец был уведомлен об изменении условий оплаты труда в связи с изменением структуры формирования заработной платы, перераспределении части выплат компенсационного и стимулирующего характера и увеличения должностного оклада, при этом трудовая функция остается неизменной.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и Госпиталем заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому текст трудового договора изложен в новой редакции, в частности, стороны согласовали, что: работодатель предоставляет работнику работу по должности ДОЛЖНОСТЬ (п.1) в структурном подразделении Госпиталя в техническом отделе (п.3); работнику устанавливаются допустимые условия труда (класс вредности 2) (п.8); за выполнение трудовой функции работнику устанавливается: должностной оклад по профессиональной квалификационной группе (ПКГ) – СУММА руб., выплаты компенсационного характера (за работу в районе с неблагоприятными климатическим условиями в размере 0,15; за совмещение должностей, расширение зон обслуживания или увеличение объема выполняемой работы, а также за выполнение наряду со своей работой, обязанностей временно отсутствующего работника на основании приказа начальника госпиталя), выплаты стимулирующего характера (ежемесячная стимулирующая выплат на основании положения о порядке и условиях распределения ежемесячной стимулирующей выплаты работникам госпиталя, премии) (п.13); предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней (п.19), дополнительного оплачиваемого отпуска нет (п.20) (л.д.127-129 т.1).

Изменение условий трудового договора по правилам ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации осуществляется путем заключения работником и работодателем соглашения в письменной форме (ст. 72 названного Кодекса). 

Изменение условий трудового договора по правилам ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации осуществляется в порядке, определенном ст. 74 названного кодекса: о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 названного Кодекса. При этом нормы ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации не предусматривают подписание сторонами соглашения об изменении ранее определенных условий трудового договора. 

Подписание истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ дополнительного соглашения к трудовому договору с соответствующими условиями является реализацией работниками и работодателями положений ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Доказательства, отвечающие критериям относимости и допустимости, свидетельствующие о том, что подписание дополнительного соглашения к трудовому договору ДД.ММ.ГГГГ носило для истца вынужденный характер, было осуществлено под влиянием угрозы потери работы и заблуждения, без выражения воли на принятие условий, суду не представлены (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Напротив, как усматривается из материалов гражданского дела, истец был уведомлен ответчиком ДД.ММ.ГГГГ о предстоящем изменении определенных условий трудового договора, подписал ДД.ММ.ГГГГ дополнительное соглашение к трудовому договору, осознавая правовые последствия такого подписания, фактически продолжив трудовые отношения в новых условиях. 

Заключенное сторонами ДД.ММ.ГГГГ дополнительное соглашение соответствует требованиям ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами, один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. 

В силу ст. 61 указанного Кодекса трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Истцом не оспаривалось, что после подписания дополнительного соглашения ДД.ММ.ГГГГ она фактически приступила к работе у ответчика в измененных условиях.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений наряду с установленными данной нормой источниками трудового права осуществляется также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ч. 2 ст. 5, ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

При этом, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 144 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что системы оплаты труда (в том числе тарифные системы оплаты труда) работников государственных и муниципальных учреждений устанавливаются в федеральных государственных учреждениях - коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а также соответствующая обязанность работодателя выплачивать заработную плату в полном размере и обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности закреплены в ст. ст. 21, 22, 132 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно представленным ответчиком доказательствам (карточкам-справкам по начисленной и выплаченной заработной плате за 2015-2017 год (л.д.133-142 т.1) таблице выплат заработной платы за 2012-2017 годы (л.д.42-48 т.2), контр расчета исковых требований (л.д.41 т.2), суд приходит к выводу, что ответчиком истцу заработная плата начислялась и выплачивалась в соответствии индивидуально определенными условиями по оплате труда, изложенными в дополнительном соглашении от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору с учетом Положения об оплате труда работников госпиталя от ДД.ММ.ГГГГ в редакции дополнительного соглашения № к Коллективному договору на 2014-2017, в связи с чем, оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по предложенному истцом варианту начисления заработной платы, не имеется, так как такой порядок начисления заработной платы не согласован между сторонами. 

По этим же основаниям требование истца о восстановлении выплат компенсационного и стимулирующего характера, начислении заработной платы исходя из пятого квалификационного уровня, также не подлежат удовлетворению. Более того истцом доказательств, подтверждающих работу ДОЛЖНОСТЬ или главного ДОЛЖНОСТЬ, которым устанавливается пятый квалификационный уровень, не представлено (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Кроме того, учитывая, что размер должностного оклада зависит от квалификационного уровня, определенного в соответствии с Положением об оплате труда работников госпиталя от ДД.ММ.ГГГГ, в редакции дополнительного соглашения № к Коллективному договору на 2014-2017 (л.д.159-180 т.1), и согласованного между сторонами в дополнительном соглашении от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору, указанное требование также не подлежит удовлетворению в связи пропуском трехмесячного срока обращения в суд, о котором заявлено ответчиком.

Разрешая требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, образовавшейся в связи с занятием нижеоплачиваемой должности (в уточненном иске сумма определена в размере СУММА руб.), недоплаты за увеличение объема работ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере СУММА руб. (л.д.2 т.2), суд считает, что эти требования удовлетворению не подлежат, в связи с пропуском истцом срока обращения в суд по данным требованиям, о применении которого заявлено ответчиком. Истцу о предполагаемом нарушении его прав на оплату за труд было известно в день получения заработной платы за отработанный месяц (окончательный расчет за отработанный месяц производится пятого числа следующего за отработанным месяцем, при этом работнику выдается расчетный листок). Материалами дела (в том числе объяснениями истца) подтверждается тот факт, что истец в спорный период мог знать и знал о причитающейся ему заработной плате и о ее составных частях. Более того, из карточки-справки по начисленной и выплаченной заработной плате за 2014 год усматривается, что истцу выплачивалась надбавка за увеличение объема работ (строка 60) в размере СУММА руб. (л.д.142-144 т.1). При этом за все время работы уральский коэффициент начислялся работодателем на общую сумму начисленной заработной платы.

Доводы истца о том, что срок обращения в суд по всем требованиям им не пропущен, поскольку нарушения носят длящийся характер до даты прекращения трудовых отношений (которые прекращены ДД.ММ.ГГГГ после обращения истца в суд), суд отклоняет. Спорные суммы начисленной заработной платой не являлись, поэтому оснований для применения разъяснений п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" и для вывода о длящемся характере нарушения, сохранении у работодателя обязанности по выплате до расторжения трудового договора не имеется. Истец неверно толкует норму ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, полагая, что срок надлежит исчислять с даты увольнения. В таком порядке начальный срок определяется лишь по спорам об увольнении, что следует из буквального толкования названной нормы.

Разрешая требования истца о восстановлении дополнительного оплачиваемого отпуска в соответствии со ст.117 Трудового кодекса Российской Федерации, которого он был лишен в 2004 году, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей в 2004 году, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неустранимым неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов.

Из личной карточки истца формы Т-2 усматривается, что истцу предоставлялись дополнительные оплачиваемые отпуска в 1994-1996 годах; с 1998 года истцу предоставлялись ежегодные основные оплачиваемые отпуска продолжительностью 36 календарных дней, с 2004 года – продолжительностью 28 календарных дней. Отпуска предоставлялись на основании приказов начальника Госпиталя (л.д.93-94 т.2). Сведений о предоставлении истцу дополнительного отпуска за работу во вредных условиях до 2004 года материалы дела не содержат, истцом таких доказательств не представлено (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Таким образом, суд не усматривает оснований для удовлетворения указанного требования, а также считает, что истцом пропущен срок для обращения в суд с настоящим требованием, о котором заявлено ответчиком (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ).

Иные доводы истца при установленных фактических обстоятельствах и с учетом заявленных исковых требований, правового значения не имеют.

Поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено нарушений работодателем прав работника, не могут быть удовлетворены и требования истца о взыскании компенсации морального вреда (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации). Также не подлежит удовлетворению требование истца о взыскании материального ущерба, сумма которого так истцом и не определена, доказательства не представлены.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной клинически психоневрологический госпиталь для ветеранов войн» о признании приказа о переводе на другую работу незаконным, восстановлении в должности, взыскании недополученного заработка, восстановлении всех выплат компенсационного и стимулирующего характера, дополнительных дней оплачиваемого отпуска, компенсации морального вреда, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья М. Е. Патрушева