у.д. 1-114/2018 (следственный № 11801950024000203)

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

с. Шира 15 ноября 2018 г. 

Ширинский районный суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Маркова Е.А.,

при секретаре Суворовой О.П.,

с участием:

государственного обвинителя – и.о. прокурора Ширинского района Республики Хакасия Ильченко Д.А., 

защитника подсудимого ФИО6 – адвоката Тюньдешева А.Г., представившего удостоверение № 19/318 и ордер № 007541 от 23 июля 2018 г., 

защитника подсудимого ФИО7 – адвоката Саргсяна В.С., представившего удостоверение № 19/206 и ордер № 104110 от 26 июля 2018 г.,

подсудимых ФИО6 и ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: 

ФИО6, 

<

данные изъяты>, несудимого, -

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, -

ФИО7, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 02 октября 2015 г. мировым судьёй судебного участка № 1 Ширинского района Республики Хакасия по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 200 часов, с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев. Наказание в виде обязательных работ отбыто 12 января 2016 г., срок дополнительного наказания окончен 12 апреля 2018 г., - 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, -

У С Т А Н О В И Л:

ФИО6 и ФИО7, действуя группой лиц по предварительному сговору, тайно похитили чужое имущество, принадлежащее гражданину "Потерпевший ФИО1"

Данное преступление совершено ими в п. Жемчужный Ширинского района Республики Хакасия при следующих обстоятельствах.

16 июня 2018 г. около 14 часов ФИО6 и ФИО7, находясь в доме базы отдыха, расположенной по адресу: Республика Хакасия, 

<

...>, вступили в преступный сговор между собой на тайное хищение чужого имущества, а именно бесствольного пистолета ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА и патронов к нему, не осознавая при этом о принадлежности названных предметов к категории огнестрельного оружия и боеприпасов.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества с целью его безвозмездного и противоправного изъятия и обращения в свою пользу, действуя из корыстных побуждений совместно и согласованно друг с другом, ФИО6 и ФИО7, находясь в доме базы отдыха, расположенной по адресу: Республика Хакасия, 

<

...>, 16 июня 2018 г. около 14 часов тайно похитили чужое имущество, принадлежащее гражданину "Потерпевший ФИО1":

- бесствольный пистолет ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА, стоимостью 12 000 рублей;

- патроны травматические, калибр 18х45, стоимостью одного патрона 210 рублей, в количестве семи штук, общей стоимостью 1 470 рублей.

С похищенным имуществом ФИО6 и ФИО7 скрылись с места совершения преступления, причинив своими противоправными и безвозмездными действиями имущественный вред гражданину "Потерпевший ФИО1" на общую сумму 13 470 рублей.

Органом предварительного следствия действия подсудимых ФИО6 и ФИО7 квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, как хищение огнестрельного оружия и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору. 

Выражая в судебном заседании свое отношение к предъявленному обвинению, каждый из подсудимых свою вину по предъявленному обвинению не признал.

Подсудимый ФИО7 пояснил, что в сговор с ФИО6 не вступал, а взял переданный последним ему пакет, не зная о его содержимом. При этом не был поставлен в известность о том, что ФИО6 совершил хищение имущества, содержащегося в пакете, а также не знал о содержимом пакета.

Подсудимый ФИО6 пояснил, что не знал о том, что похищенный им пистолет является огнестрельным, считал, что это стартовый спортивный пистолет. О своем намерении похитить пистолет ФИО7 в известность не ставил. 

Будучи допрошенный в судебном заседании, подсудимый ФИО7 показал, что с 16 июня 2018 г. он и ФИО6 на одной из баз отдыха п. Жемчужный выполняли ремонтно-строительные работы. Во время кратковременного отдыха находились в одном из домиков базы. Вечером 16 июня 2018 г. он (ФИО7) зашел в домик когда там уже находился ФИО6 Последний передал ему пакет. Содержимое данного пакета он (ФИО7) не смотрел. Взяв пакет положил его в карман куртки ФИО6 По приезду по месту их жительства, ФИО6 показал ему (ФИО7) содержимое пакета: бесствольный пистолет, патроны и налобный фонарик. В дальнейшем он (ФИО7) узнал, что пистолет принадлежит одному из отдыхающих на базе. 18 июня 2018 г. отдыхающие стали разыскивать данный пистолет, сообщив ему (ФИО7) и ФИО6 о хищении пистолета. Он (ФИО7) обменялся номерами телефонов с одним из отдыхающих и в тот же день в вечернее время позвонил ему, сообщив, что обнаружил пистолет, который желает вернуть потерпевшему. Договорились о встречи в с. Шира. На встречу вместо потерпевшего приехали сотрудники полиции, которым он (ФИО7) и ФИО6 выдали пистолет, патроны и налобный фонарик. 

Подсудимый ФИО6, будучи допрошенный в судебном заседании, показал, что находясь на территории базы, в отсутствии ФИО7, он (ФИО6) осмотрел содержимое рюкзака, обнаружил пакет с пистолетом и похитил данный пистолет. При этом не знал, что пистолет является огнестрельным оружием. На следующий день показал ФИО7 похищенный пистолет. Последний предложил вернуть данный пистолет потерпевшему. На место предполагаемой встречи с потерпевшим, явились сотрудники полиции. 

Доводы подсудимых об отсутствии между ними предварительного сговора на хищение чужого имущества опровергнуты представленными в судебном заседании стороной обвинения доказательствами.

Так, по ходатайству государственного обвинителя в связи с существенными противоречиями в показаниях каждого из подсудимых, изложенными выше, с показаниями, данными ими в ходе предварительного следствия, в судебном заседании были оглашены последние из них.

В частности, протокол допроса подозреваемого ФИО7 от 26 июля 2018 г., из содержания которого следует, что во время работы на базе отдыха около 14 часов 16 июня 2018 г. он и ФИО6 зашли в один из домиков. Справа от входа в домике находился рюкзак. Он (ФИО7) вышел на улицу, а когда вернулся, то ФИО6 сообщил, что в рюкзаке находится пистолет с патронами и налобный фонарик и предложил похитить данные предметы. Он (ФИО7) согласился, не предполагая о том, что пистолет является огнестрельным оружием. ФИО6 извлек из рюкзака пакет, в котором находился пистолет и патроны. Также ФИО6 извлек из рюкзака налобный фонарик, который положил в этот же пакет. Он (ФИО7) положил пакет в вещи ФИО6, находившиеся в соседней комнате. Закончив работу около 20 часов 30 минут, уехали по месту своего жительства, забрав с собой похищенное имущество. На следующий день из вышеуказанного пистолета он (ФИО7) произвел два выстрела. 

19 июня 2018 г. во время нахождения на базе отдыха к нему (ФИО7) и ФИО6 обратились двое мужчин, сообщив о хищении у них пистолета. На следующий день он (ФИО7) решил вернуть похищенное и созвонился с вышеуказанными мужчинами, сообщив им, что нашел пистолет. Договорились о встрече в с. Шира, однако на встречу явились сотрудники полиции (л.д. 160-163 том № 1).

После оглашения названных показаний подсудимый ФИО7 уточнил, что ФИО6 сообщил ему о наличии в рюкзаке пистолета и патронов. Он (ФИО7) сказал ФИО6 положить обнаруженное на прежнее место, а сам вышел из домика. Когда вернулся, то ФИО6 передал ему пакет, который он (ФИО7) положил в карман куртки ФИО6, не выясняя у последнего о том, что находится в пакете. Протокол допроса подозреваемого им был подписан без ознакомления с ним.

Из содержания протокола допроса подозреваемого ФИО6 от 23 июля 2018 г. следует, что 16 июня 2018 г. около 14 часов, находясь в одном из домиков базы отдыха п. Жемчужный, он (ФИО6) осмотрел содержимое рюкзака, находившегося в данном домике, и обнаружил травматический пистолет и патроны в количестве 16 штук в трех коробках, а также фонарь. Он (ФИО6) предполагал, что пистолет является огнестрельным оружием. У него возник умысел на хищение оружия и боеприпасов. ФИО7 он сообщил об обнаружении пистолета и патронов и предложил ему похитить их. ФИО7 согласился. Из рюкзака он (ФИО6) извлек пакет, в котором находились патроны и пистолет. В этот же пакет положил фонарь, находившийся в рюкзаке. ФИО7 наблюдал о появлении посторонних лиц. Пакет с вышеуказанными предметами ФИО7 положил в принадлежащую ему (ФИО6) куртку, находившуюся в другой комнате домика. В тот же день, закончив на базе отдыха работу, уехали по месту своего жительства, забрав с собой похищенное имущество. На следующий день ФИО7 произвел два выстрела из пистолета (л.д. 133-136 том № 1).

После оглашения названных показаний подсудимый ФИО6 опроверг их достоверность, указав, что следователю он говорил, что не предполагал о принадлежности пистолета к огнестрельному оружию. С ФИО7 в сговор не вступал, хищение совершил самостоятельно. 

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании был оглашен протокол допроса обвиняемого ФИО6 от 18 августа 2018 г., из содержания которого следует, что он по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, вину не признает. При допросе в качестве подозреваемого следователю сообщил о том, что не предполагал о принадлежности пистолета к огнестрельному оружию. Однако в показаниях пропущен союз «не». При ознакомлении с протоколом допроса, не обратил на это внимание (л.д. 149-151 том № 1).

После оглашения названных показаний подсудимый ФИО6 подтвердил их достоверность.

Также в судебном заседании были оглашены протоколы явок с повинной ФИО7 и ФИО6 от 20 июня 2018 г., из содержания которых следует, что каждый из них добровольно сообщил о совершенном ими совместно 16 июня 2018 г. около 14 часов в п. Жемчужный хищении травматического пистолета, патронов и фонарика (л.д. 24-26, 33-34 том № 1).

После оглашения протоколов явок с повинной подсудимые пояснили, что под диктовку оперативного сотрудника каждый из них собственноручно заполнил названные протоколы. 

Показания подсудимых, данные каждым из них как в судебном заседании, так и в ходе предварительного следствия, суд полагает необходимым оценить с точки зрения достоверности и допустимости в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. 

В частности, из содержания оглашенных в судебном заседании показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1", полученных в ходе предварительного следствия, следует, что с 15 июня 2018 г. он вместе с "ФИО1" отдыхали на одной из баз отдыха п. Жемчужный. В рюкзаке среди его вещей находились следующие принадлежащие ему предметы:

- огнестрельное оружие ограниченного поражения, бесствольный пистолет ПБ-4-1МЛ «Оса», заводской номер №, калибр 18х45, стоимостью 12 000 рублей;

- патроны сигнальные в количестве 9 штук, стоимостью 50 рублей за один патрон;

- патроны травматические в количестве 7 штук, стоимостью 210 рублей за один патрон;

- налобный фонарик, ценности не представляет.

Рюкзак им был оставлен в домике на территории базы. Дверь домика запорными устройствами оборудована не была. На базе производились строительно-ремонтные работы. 

18 июня 2018 г. он ("Потерпевший ФИО1") обнаружил, что из рюкзака похищены вышеперечисленные предметы и обратился с заявлением в полицию. Полагает, что хищение принадлежащего ему имущества могли совершить рабочие-строители, которые имели доступ в помещение дома, выполняя работы. В результате хищения ему причинен ущерб на сумму 13 470 рублей, который значительным для него не является (л.д. 56-59 том № 1).

Факт хищения у потерпевшего травматического пистолета, патронов и налобного фонарика подтверждается его заявлением в правоохранительные органы от 20 июня 2018 г. (л.д. 15 том № 1). Указанное письменное доказательство объективно подтверждает правдивость показаний потерпевшего относительно обстоятельств хищения принадлежащего ему имущества. 

Кроме того, в судебном заседании с согласия участников процесса были оглашены показания свидетелей, допрошенных в ходе предварительного следствия. 

Так, из содержания протокола допроса свидетеля "ФИО1" следует, что с 15 июня 2018 г. он совместно с "Потерпевший ФИО1" находился в п. Жемчужный на одной из баз отдыха, расположенной по ул. Санаторная, 7. На базе в это время производились строительные ремонтные работы. Со строителями он ("ФИО1") и "Потерпевший ФИО1" не общались. Свои вещи оставили в одном из домиков базы. Дверь домика не запиралась. 18 июня 2018 г. "Потерпевший ФИО1" обнаружил, что у него из рюкзака похищен пистолет «Оса», патроны к нему и налобный фонарик. "Потерпевший ФИО1" обратился с заявлением в полицию. В дальнейшем от сотрудников полиции ему ("ФИО1") стало известно, что хищение имущества "Потерпевший ФИО1" совершили строители, работавшие на территории базы отдыха (л.д. 78-80 том № 1).

Согласно показаний свидетеля "ФИО2" установлено, что его родной брат "ФИО3" в июне 2018 г. осуществлял строительные работы на одной из баз отдыха п. Жемчужный Ширинского района. Работы выполняли ФИО6 и ФИО7 В настоящее время "ФИО3" выехал в Республику Азербайджан (л.д. 63-65 том № 1).

Старший оперуполномоченный уголовного розыска ОМВД России по Ширинскому району "ФИО4", допрошенный в качестве свидетеля, показал, что в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий по заявлению гражданина "Потерпевший ФИО1" о хищении у последнего пистолета «Оса», патронов к нему и налобного фонарика, были установлены ФИО6 и ФИО7 Последние подтвердили факт совершения ими хищения вышеназванного имущества. У ФИО7 им ("ФИО4") была получена явка с повинной, а также изъяты пистолет ПБ-4-1МЛ «Оса Лазер», калибр 18х45, №, и коробка с травматическими патронами в количестве 5 штук калибра 18х45, две коробки с сигнальными патронами в количестве 9 штук, которые были им сданы на хранение (л.д. 66-68 том № 1).

Оперуполномоченный уголовного розыска ОМВД России по Ширинскому району "ФИО5", допрошенный в качестве свидетеля, показал, что им у ФИО6 была получена явка с повинной, по содержанию которой он изложил сведения об обстоятельствах хищения пистолета, боеприпасов и налобного фонарика. Кроме того ФИО6 ему ("ФИО5") был выдан налобный фонарик (л.д. 69-71 том № 1).

Оценивая вышеприведенные показания потерпевшего и свидетелей, допрошенных в ходе предварительного следствия, суд отмечает, что они последовательны, логичны, и в совокупности с показаниями подсудимых, устанавливают одни и те же факты, согласующиеся между собой. Как видно из протоколов допроса, показания потерпевшего и свидетелей получены с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением им прав, обязанностей и ответственности в полном объеме. С протоколом допроса каждый из допрашиваемых лиц был ознакомлен и собственноручно удостоверил правильность изложения в нем своих показаний. Данные показания не оспариваются подсудимыми и их защитниками. Сопоставляя показания потерпевшего, свидетелей и подсудимых, суд учитывает, что они совпадают относительно места и времени событий, рассматриваемых в судебном заседании. Таким образом, суд признает показания потерпевшего "Потерпевший ФИО1", свидетелей "ФИО1", "ФИО2", "ФИО4" и "ФИО5" допустимыми и достоверными.

Судом были приняты достаточные меры для вызова потерпевшего "Потерпевший ФИО1" в зал судебного заседания. При этом установлено, что последний осуществляет трудовую деятельность вахтовым методом в труднодоступном месте и его явка в судебное заседание возможна не ранее последних чисел декабря 2018 г. Учитывая названное обстоятельство в совокупности с требованиями ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства, судом было принято решение об оглашении показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1" в силу чрезвычайных обстоятельств, которые не могут соотноситься исключительно только с силами природы. При этом судом было учтено, что будучи ознакомлены с материалами уголовного дела, подсудимые и их защитники не заявляли каких-либо ходатайств, касающихся оспаривания показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1" Таким образом, оглашение показаний потерпевшего "Потерпевший ФИО1", полученных на досудебной стадии производства по уголовному делу, несмотря на возражение стороны защиты, имело место в соответствии с требованиями п. 4 ч. 2, ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ.

Кроме того, в судебном заседании в порядке, предусмотренном ст. 285 УПК РФ, были исследованы письменные доказательства.

Так, на основании протокола осмотра места происшествия от 20 июня 2018 г. установлен юридический адрес места нахождения базы отдыха: Республика Хакасия, 

<

...>. В ходе осмотра из комнаты жилого дома изъят рюкзак (л.д. 16-19 том № 1). Сведения, полученные при осмотре места происшествия, отражены на приобщенной к протоколу фототаблице (л.д. 20 том № 1).

Согласно протоколу выемки от 06 августа 2018 г. свидетелем "ФИО5" органу следствия был выдан налобный фонарик, изъятый им у ФИО6 (л.д. 73-76, 36-37 том № 1). 

По уголовному делу органом следствия была назначена баллистическая судебная экспертиза, в распоряжение эксперта предоставлены пистолет и 14 патронов, изъятые у ФИО7 (л.д. 84, 29-30 том № 1). 

Согласно заключению эксперта № 144 от 19 июля 2018 г. баллистической судебной экспертизы, представленный пистолет является огнестрельным оружием ограниченного поражения, а именно оружием самообороны – бесствольным пистолетом ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА с заводским номером «...» под патроны 18х45 мм, изготовленным заводским способом. Пистолет пригоден для производства выстрелов и стрельбы. Представленные пять патронов являются пистолетными травматическими патронами калибра 18х45 мм, относящиеся к категории боеприпасов к огнестрельному оружию ограниченного поражения с электоровоспламенителем калибра 18х45 мм (штатными к пистолету ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА). Девять патронов являются пистолетными сигнальными патронами калибра 18х45 мм к огнестрельному оружию ограниченного поражения с электоровоспламенителем калибра 18х45 мм (штатными к пистолету ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА), которые не относятся к категории боеприпасов. Патроны пригодны для производства выстрелов (л.д. 89-91 том № 1).

Пистолет, гильзы патронов (патроны отстреляны при производстве экспертизы) с тремя коробками, налобный фонарик и рюкзак были осмотрены, признаны и приобщены по делу в качестве вещественных доказательств (л.д. 97-99, 100-101, 103).

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при собирании в ходе предварительного расследования письменных доказательств, исследованных судом, не установлено. Приведенные выше доказательства собраны с соблюдением требований УПК РФ, поэтому суд признает их допустимыми для доказывания обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, достоверными, поскольку они не противоречат друг другу, и относимыми, поскольку как отдельно, так и в совокупности друг с другом, они имеют отношение к предмету доказывания, а сведения, содержащиеся в них имеют отношение к рассматриваемому делу. 

Осмотр места происшествия, осмотр предметов и их изъятие выполнены органом следствия в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, относятся к предмету исследования по делу, и в совокупности с другими доказательствами имеют значение для правильного разрешения дела. Суд признает каждый из указанных протоколов следственных действий допустимым, относимым и достоверным доказательством. 

Заключение эксперта также является допустимым и достоверным доказательством, поскольку эксперт обладает необходимыми знаниями и образованием в соответствующей области исследования; объекты исследования имеют отношение к рассматриваемому преступлению; исследование проведено в соответствии с действующим законодательством; заключение эксперта оформлено надлежащим образом, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, содержит необходимую информацию; выводы эксперта по всем поставленным вопросам мотивированны; доказательств, опровергающих данное заключение в судебном заседании представлено не было.

Суд полагает, что приведенных доказательств по делу исследовано достаточно и, оценив их в совокупности, а также с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности для разрешения уголовного дела, приходит к выводу, что установленные в судебном разбирательстве обстоятельства дают полные основания для вывода о юридической оценке действий подсудимых ФИО6 и ФИО7 в инкриминируемом им деянии.

Показания подсудимых, данные каждым из них в судебном заседании, суд признает достоверными лишь в той части, в которой они подтверждены иными исследованными доказательствами. В частности, суд признает достоверными показания подсудимых об обстоятельствах изъятия ими чужого имущества и его обращения в свою пользу, а также изъятия данного имущества у подсудимых сотрудниками правоохранительных органов. Вместе с тем, довод подсудимых о том, что они не вступали в сговор, направленный на хищение чужого имущества и, соответственно, подсудимый ФИО7 не был уведомлен о противоправных действиях подсудимого ФИО6, суд признает несостоятельным и расценивает как реализованное право на защиту каждого подсудимого от предъявленного обвинения. 

При этом суд учитывает показания каждого из подсудимых, которые были ими даны на досудебной стадии производства по уголовному делу и были исследованы в судебном заседании. Из содержания показаний подозреваемых ФИО6 и ФИО7 следует, что непосредственно перед изъятием чужого имущества они вступили в преступный сговор между собой и, действуя совместно и согласованно друг с другом, совершили хищение чужого имущества. Как видно из протоколов допроса подозреваемых ФИО6 и ФИО7, показания каждого из них были получены при их допросах с участием защитников, с надлежащим соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением им прав в полном объеме. Показания в этой части ФИО6 и ФИО7 не оспаривали при допросе в качестве обвиняемых, которые также были получены в присутствии их защитников. При этом, как подсудимые, так и их защитники, ознакомились с содержанием протоколов следственных действий и удостоверили правильность изложения в них своих показаний. Таким образом, суд признает достоверными и допустимыми показания подсудимых, данные ими в ходе допроса в качестве подозреваемых, относительно сговора между ними на хищение чужого имущества.

Равным образом о совместном хищении чужого имущества подсудимые добровольно сообщили при оформлении явок с повинной у каждого из них. 

При оформлении протоколов явок с повинной все процессуальные права, в том числе на присутствие защитника, были разъяснены ФИО6 и ФИО7 Также суд учитывает, что в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона (ст. 142 УПК РФ) заявление о явке с повинной - это добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, в связи с чем отсутствие или присутствие защитника при изложении явки не влияет на оценку допустимости соответствующего протокола, как доказательства. Явки с повинной были оформлены сотрудниками правоохранительных органов до возбуждения уголовного дела. Тем самым, отсутствие защитников при оформлении протоколов явок с повинной ФИО6 и ФИО7, не влияет на допустимость изложенных ими сведений о времени, месте и обстоятельствах совершения преступления, которые подтверждены совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств. С учётом изложенного, суд признает протоколы явок с повинной ФИО6 и ФИО7 в качестве допустимых доказательств и относит их к иным документам. 

Таким образом, квалифицирующий признак хищения «группой лиц по предварительному сговору» обоснованно вменен органом предварительного следствия при описании действий подсудимых ФИО6 и ФИО7

В тоже время, в соответствии со спецификой предметов преступного посягательства подсудимых органом следствия вменен каждому из них специальный состав хищения, предусмотренный п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, а именно хищение огнестрельного оружия и боеприпасов группой лиц по предварительному сговору.

У суда не возникает сомнений в том, что предметом преступного посягательства по настоящему делу являются огнестрельное оружие и боеприпасы к нему. 

В тоже время суд учитывает, что объективная сторона данного преступления предусматривает наличие у виновного лица прямого умысла. 

Действующее уголовное законодательство содержит нормы о недопустимости объективного вменения (ч. 2 ст. 5 УК РФ), а основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ (ст. 8 УК РФ).

О наличии умысла на хищение огнестрельного оружия и боеприпасов свидетельствуют лишь показания подсудимого ФИО6, данные им при допросе в качестве подозреваемого. Вместе с тем, в основу приговора могут быть положены лишь те показания подсудимого, которые были подтверждены совокупностью иных доказательств. Однако показания подозреваемого ФИО6 о том, что он предполагал о принадлежности предмета хищения к огнестрельному оружию, не подтверждены совокупностью иных исследованных в судебном заседании доказательств. При этом суд учитывает, что данный допрос ФИО6 был произведен в связи с подозрением его в совершении тайного хищения чужого имущества и его действия были квалифицированы органом следствия в тот период времени по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Показания в этой части были опровергнуты ФИО6 при допросе в качестве обвиняемого в совершении иного преступления, а именно по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ. При изложенных обстоятельствах, показания подозреваемого ФИО6 в этой части, несмотря на то, что они получены с участием защитника, не могут быть признаны допустимыми.

Тот факт, что в протоколах явок с повинной подсудимых ими указаны сведения о хищении травматического оружия, также не может быть принято во внимание при квалификации действий каждого из них по специальной норме, поскольку, как установлено в судебном заседании, к этому времени подсудимые произвели выстрелы из похищенного ими пистолета. В тоже время довод подсудимых, что при изъятия данного пистолета, не обладая специальными познаниями, они полагали, что пистолет является стартовым либо ракетницей, не был опровергнут в ходе судебного следствия. 

Таким образом, оценивая в порядке, предусмотренном ст. 17 УПК РФ, в своей совокупности исследованные в судебном заседании доказательства, которые признаны судом допустимыми и достоверными, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимых ФИО6 и ФИО7 в хищении имущества гражданина "Потерпевший ФИО1" и квалифицирует их действия по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору. 

При этом суд учитывает, что действия подсудимых, квалифицируемые по иной статье УК РФ, которая вменялась им органом предварительного следствия, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимых и не нарушает их права на защиту, а потому не препятствует вынесению судом правосудного решения.

Исследованными по делу доказательствами, подтвержден также факт хищения подсудимыми ФИО6 и ФИО7 у потерпевшего "Потерпевший ФИО1" девяти сигнальных патронов общей стоимостью 450 рублей и налобного фонарика, не представляющего материальной ценности. Несмотря на то, что умысел подсудимых был направлен в том числе на хищение этих же предметов, они не могут быть указаны при описании их преступного деяния, поскольку с учетом квалификации их действий органом следствия данные предметы не вменялись. К тому же суд учитывает, что по смыслу уголовного закона, вещи, не представляющие материальной ценности, не могут быть предметом хищения.

Таким образом, предметом преступных действий подсудимых ФИО6 и ФИО7 суд признает имущество гражданина "Потерпевший ФИО1" на общую сумму 13 470 рублей, а именно бесствольный пистолет ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА, стоимостью 12 000 рублей; патроны травматические, калибр 18х45, стоимостью одного патрона 210 рублей, в количестве семи штук, общей стоимостью 1 470 рублей.

Определяя вид и меру наказания каждому из подсудимых, суд в соответствии со ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о их личности, их семейное положение, возраст, состояние здоровья, влияние наказания на исправление осужденных и на условия их жизни и жизни их семей, а также обстоятельства, смягчающие наказание.

Подсудимый ФИО6 ранее не судим (л.д. 187 том № 1).

По месту жительства администрацией сельсовета и участковым уполномоченным полиции характеризуется с удовлетворительной стороны (л.д. 231, 203 том № 1), соседями с положительной стороны.

На учете у врачей нарколога, психиатра, фтизиатра не состоит (л.д. 192, 193, 195 том № 1).

Получателем пенсии не является (л.д. 197 том № 1).

В качестве безработного не зарегистрирован (л.д. 199 том № 1).

Регистрации по месту жительства не имеет (л.д. 182 том № 1).

Холост, иждивенцев не имеет.

Согласно заключению комиссии экспертов № 834 от 07 августа 2018 г. амбулаторной судебной психиатрической экспертизы, ФИО6 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает в настоящее время. Во время инкриминируемого ему деяния у ФИО6 не наблюдалось признаков временного психического расстройства в виде бредовых и галлюцинаторных переживаний, сумеречного расстройства сознания с искаженным восприятием окружающей обстановки и дезоринтированностью, его действия носили целенаправленный и последовательный характер. Поэтому во время инкриминируемого ему деяния ФИО6 мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, давать объективные показания на следствии и в суде. В мерах принудительного медицинского характера не нуждается (л.д. 111-112 том № 1). 

Подсудимый ФИО7 ранее судим за совершение умышленного преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта, относящегося к категории небольшой тяжести (л.д. 224-225 том № 1). 

Получателем пенсии не является (л.д. 241 том № 1).

В качестве безработного не зарегистрирован (л.д. 239 том № 1).

Женат (л.д. 207 том № 1), имеет на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и троих малолетних детей, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р., ДД.ММ.ГГГГ г.р. 

По месту жительства администрацией сельсовета и участковым уполномоченным полиции характеризуется в целом с удовлетворительной стороны (л.д. 201, 233 том № 1).

На учете у врачей психиатра, нарколога, фтизиатра не состоит (л.д. 226, 227, 229 том № 1).

Ограничено годен к военной службе по причине психического расстройства: 

<

данные изъяты> (л.д. 237 том № 1). 

Согласно заключению комиссии экспертов № 863 от 23 июля 2018 г. амбулаторной судебной психиатрической экспертизы, у ФИО7 обнаруживаются признаки 

<

данные изъяты>, которые не столь выражены, не сопровождаются психотической симптоматикой, нарушением критических способностей и не лишают его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Во время инкриминируемого ему деяния у ФИО7 не наблюдалось признаков какого-либо временного болезненного расстройства в виде бредовых и галлюцинаторных переживаний, патологически измененного сознания с искаженным восприятием окружающей обстановки и дезориентированностью, он правильно ориентировался в окружающей обстановке и собственной личности, не проявлял бреда и галлюцинаций, действовал последовательно и целенаправленно. Поэтому во время инкриминируемого ему деяния ФИО7 мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО7 также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, давать объективные показания на следствии и в суде. В мерах принудительного медицинского характера не нуждается (л.д. 120-121 том № 1). 

Научность и обоснованность выводов компетентных врачей психиатров, непосредственно исследовавших личность ФИО6 и ФИО7, а также материалы дела в полном объеме, сомнений у суда не вызывают. Оснований для назначения по делу дополнительных либо повторных судебно-психиатрических экспертных исследований личности подсудимых, не имеется. В судебном заседании подсудимые ведут себя адекватно, дают логически выдержанные пояснения. У суда не возникло сомнения в выводах экспертов относительно психического состояния подсудимых. С учетом изложенного, суд признает подсудимых ФИО6 и ФИО7 (каждого из них) вменяемыми. 

К обстоятельствам, смягчающим наказание каждого из подсудимых, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд относит признание своей вины и активное способствование раскрытию и расследованию преступления путем дачи признательных показаний в ходе предварительного расследования в соответствии с избранной линией защиты; явку с повинной; добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, выразившего в выдачи похищенного имущества; раскаяние в содеянном, а также удовлетворительную характеристику личности.

Кроме того, к обстоятельству, смягчающему наказание подсудимого ФИО7, суд относит наличие у него одного несовершеннолетнего ребенка и троих малолетних детей; подсудимого ФИО6 – положительную характеристику его личности соседями с места жительства. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых ФИО6 и ФИО7 в соответствии со ст. 63 УК РФ судом не установлено. 

При назначении наказания подсудимым суд учитывает положения ст. 6 УК РФ о том, что одним из принципов уголовного закона является соответствие наказания характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности каждого из них. 

С учетом данных о личности каждого из подсудимых, совокупности смягчающих и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на исправление каждого из них, характера совершенного преступления и степени его общественной опасности, суд приходит к выводу о том, что исправление подсудимых возможно без изоляции от общества и назначении каждому из них наказания в виде исправительных работ, которое является справедливым наказанием и в наибольшей степени обеспечит достижение его целей, указанных в ст. 43 УК РФ.

Ограничений, препятствующих исполнению указанного вида наказания, в отношении подсудимых ФИО6 и ФИО7 по материалам дела и в судебном заседании установлено не было. 

Поскольку суд пришел к выводу о назначении подсудимым наказания в виде исправительных работ, не являющегося наиболее строгим видом наказания, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК РФ, то положение ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которой срок и размер наказания, назначенного подсудимому, не может превышать две трети максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление соответствующей статьёй Особенной части УК РФ, применению не подлежит.

Суд учитывает наличие смягчающих обстоятельств, однако исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением подсудимых во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, в судебном заседании не установлено. Следовательно, оснований для изменения категории преступления, относящихся к категории средней тяжести, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также применения в данном случае положений ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

При определении размера наказания в виде исправительных работ, а также размера удержания в доход государства, суд учитывает смягчающие наказание обстоятельства, требование об индивидуальном подходе при назначении наказания и сведения о личности каждого из подсудимых, включая их семейное положение.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения, в отношении каждого подсудимого суд не усматривает, поскольку выполнение подсудимыми трудовых функций в наибольшей степени поспособствует исправлению каждого из них и предупреждению совершения ими новых преступлений.

Назначение подсудимым иных альтернативных видов наказания, предусмотренных санкцией ч. 2 ст. 158 УК РФ, по мнению суда не будет отвечать принципам справедливости и гуманизма.

Таким образом, наказание в виде исправительных работ каждому из подсудимых является справедливым и обеспечит достижение его целей, указанных в ст. 43 УК РФ. 

Гражданский иск потерпевшим не заявлен.

Вопрос о разрешении судьбы вещественных доказательств по делу подлежит рассмотрению в соответствии с требованиями ст. ст. 81-82 УПК РФ. При этом, предметы преступного посягательства, а равно рюкзак, хранящиеся у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", подлежат оставлению у последнего со снятием ограничения в их использовании и распоряжении.

Рассматривая вопрос о взыскании с подсудимых процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитникам за участие последних при рассмотрении уголовного дела по назначению, суд приходит к выводу об освобождении ФИО6 и ФИО7 от взыскания процессуальных издержек. 

Настоящее уголовное дело было рассмотрено в общем порядке, а обязательным условием для освобождения осужденного от взыскания процессуальных издержек может служить в данном случае лишь рассмотрение уголовного дела в особом порядке. Вместе с тем, суд принимает во внимание, что подсудимые оспаривали правильность квалификации их действий, подтверждая факт совершения ими кражи. При согласии подсудимых с обвинением, по которому квалифицированы их действия судом, настоящее дело могло быть рассмотрено в особом порядке без исследования доказательств. В связи с чем, суд не находит оснований для взыскания с подсудимых ФИО6 и ФИО7 процессуальных издержек.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд, -

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО6 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием из заработной платы в доход государства 15% ежемесячно.

ФИО7 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок 1 год 4 месяца с удержанием из заработной платы в доход государства 10% ежемесячно.

Меру процессуального принуждения – обязательство о явке в отношении ФИО6 и ФИО7 отменить по вступлении приговора в законную силу.

В соответствии с требованиями ст.ст. 81-82 УПК РФ вещественные доказательства: бесствольный пистолет ПБ-4-1МЛ в комплексе ОСА, гильзы в количестве 14 штук, три коробки из-под патронов, фонарик «Эра», рюкзак, хранящиеся у потерпевшего "Потерпевший ФИО1", оставить у последнего со снятием ограничения в их использовании и распоряжении по вступлению приговора в законную силу. 

Освободить осужденных от уплаты процессуальных издержек, обратив их за счёт средств федерального бюджета РФ. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия через Ширинский районный суд Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать в сроки и в порядке, предусмотренном ст. 389.4 УПК РФ, о своем участии и участии защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Марков Е.А.