Дело № 2-7/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Далматово Курганской области 18 апреля 2019 года

Далматовский районный суд Курганской области в составе: председательствующего судьи Карелина А.В.,

при секретаре Алиевой Г.Ф., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» и ФИО2 о взыскании страхового возмещения, ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ», ФИО2 о взыскании страхового возмещения, ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием (далее – ДТП). В обосновании иска указывала, что 08.03.2018 в районе дома №23 по ул.Рукманиса в г.Далматово произошло ДТП, в результате которого был поврежден принадлежащий ей на праве собственности автомобиль №*, г/н №*. Виновником ДТП является ФИО2, управлявший автомобилем №*, г/н №*. Автогражданская ответственность истца застрахована ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ». Указывает, что в соответствии с экспертным заключением №0908/18, составленным экспертом-техником ФИО3, сумма причиненного истцу ущерба составляет 458921 руб. ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» выплатило истцу страховое возмещение в размере 148706 руб. 71 коп. Просит взыскать с ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» сумму не возмещенного ущерба в пределах лимита ответственности страховщика в размере 251293 руб. 29 коп. (400000-148706,71), взыскать с ФИО2 разницу в суммах ущерба с учетом износа и без учета износа в размере 237652 руб. (631652+6000-400000), госпошлину, уплаченную при обращении в суд в размере 5576 руб. 52 коп. Также просит взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб. 

Определением Далматовского районного суда от 30.10.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены – ФИО4, ФИО5 

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о месте, дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, обеспечила участие в деле представителя. 

Представитель истца ФИО6, действующий на основании ордера, в судебных заседаниях исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что в момент ДТП автомобилем истца управляла ФИО5, факт управления автомобилем ФИО5 в состоянии алкогольного опьянения, не имеющей прав на управление транспортными средствами, не находится в прямой причинной связи с ДТП, виновным в ДТП является ответчик ФИО2, который в нарушение правил дорожного движения выехал на полосу встречного движения. ФИО5 управляла автомобилем с согласия собственника. Не согласен с доводами заключения автотехнической экспертизы, указывает, что заключение эксперта не содержит технического обоснования сделанных выводов, в заключении имеются существенные противоречия.

Представитель ответчика ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в представленном отзыве ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, обеспечил участие в деле представителя, ранее в судебных заседаниях ответчик ФИО2 и представитель ответчика ФИО7 исковые требования не признали, дали пояснения, аналогичные письменным возражениям на иск, в котором представитель ответчика считает, что виновной в ДТП является водитель автомобиля №* ФИО5, которая нарушила п.1.3, 1.4, 2.7, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения. Считает, что водитель автомобиля №* ФИО5, находившаяся в состоянии алкогольного опьянения, двигаясь со скоростью не менее 60 км/ч, потеряла контроль за движением транспортного средства, выехала на встречную полосу движения, создав тем самым опасность для движения, на расстоянии, которое технически не позволяло избежать столкновение путем применения торможения. Выражает несогласие с представленным истцом экспертным заключением, так как в расчет стоимости ремонта включены повреждения правой задней части кузова автомобиля, тогда как столкновение произошло передней частью автомобиля. 

Третье лицо - ФИО5 в судебных заседаниях не оспаривала, что управляла автомобилем №* в состоянии алкогольного опьянения и не имеющая права на управления транспортными средствами. Пояснила, что ехала по своей полосе движения, на полосу встречного движения не выезжала, ответчик неожиданно для нее выехал на ее полосу движения.

Третье лицо - ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ранее в судебных заседаниях возражал против удовлетворения иска, считал виновной в ДТП ФИО5 Пояснял, что являлся собственником автомобиля №*, г/н №*, автогражданская ответственность была застрахована в ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» без ограничения лиц, допущенных к управлению транспортным средством, ФИО2 управлял автомобилем на законном основании. В настоящее время автомобиль им продан. 

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК Российской Федерации рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела установлено, что 08.03.2018 около 20 часов 05 минут в районе дома №23 по ул.Рукманиса в г.Далматово Курганской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля №*, г/н №*, под управлением ФИО5, принадлежащего на праве собственности ФИО1, и автомобиля №*, г/н №*, под управлением ФИО2, принадлежащего на праве собственности ФИО4

В результате дорожно-транспортного происшествия указанные автомобили получили механические повреждения, что подтверждается справкой о дорожно-транспортном происшествии от 08.03.2018.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 09.03.2018, вынесенным инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Далматовскому району, водитель ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.15 КоАП РФ, в связи с нарушением последним п.9.1 ПДД. Решением Далматовского районного суда от 27.03.2018 данное постановление отменено, дело направлено на новое рассмотрение в ОГИБДД ОМВД России по Далматовскому району.

29.06.2018 определением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Далматовскому району в возбуждении дела об административном правонарушении отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава административного правонарушения.

Постановлением мирового судьи судебного участка №5 Далматовского судебного района Курганской области от 21.03.2018, вступившим в законную силу 03.04.2018, ФИО5 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.8 КоАП РФ, и подвергнута наказанию в виде административного штрафа в размере 20000 руб. Данным постановлением установлено, что в момент вышеуказанного ДТП ФИО5 управляла автомобилем №*, г/н №*, в состоянии алкогольного опьянения, не имея права на управления транспортными средствами.

В судебном заседании из показаний сторон установлено, что водитель ФИО5 и водитель ФИО2 управляли транспортными средствами с согласия собственников автомобилей. 

Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусмотрено обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами.

Гражданская ответственность владельцев транспортных средств №*, г/н №*, и №*, г/н №*, на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована по договору ОСАГО в АО «СК ЮЖУРАЛ-АСКО» (в настоящее время ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Страховой случай в силу пункта 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» представляет собой совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда жизни или здоровью потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков. Заявление потерпевшего, содержащее требование о страховом возмещении или прямом возмещении убытков в связи с причинением вреда его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, направляется страховщику по месту нахождения страховщика или представителя страховщика, уполномоченного страховщиком на рассмотрение указанных требований потерпевшего и осуществление страхового возмещения или прямого возмещения убытков.

В силу подпункта «б» статьи 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Согласно абз. 4 п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение.

В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абз. 4 п. 22 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Из копии выплатных дел следует, что 09.04.2018 ФИО8 обратилась в ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» с заявлением о выплате страхового возмещения, 18.04.2018 с аналогичным заявлением в страховую компанию обратился ФИО4 

31.07.2018 ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» выплатило ФИО1 страховое возмещение в размере 148706 руб. 71 коп., ФИО4 страховой компанией выплачено страховое возмещение в размере 61368 руб. 76 коп. 

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, 29.08.2018 ФИО1 направила в адрес ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» претензию, в удовлетворении которой 05.09.2018 было отказано.

При определении вины участников ДТП суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо установление противоправности поведения причинителя вреда, факта наступления вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом, вины причинителя вреда. Отсутствие вины доказывает причинитель вреда.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Как следует из схемы ДТП, материалов административного дела столкновение автомобилей произошло на полосе движения автомобиля №*, следы торможения автомобилей отсутствуют, схема подписана всеми участниками ДТП без замечаний, из представленных фотографий с места ДТП усматривается дугообразный след, идущий к расположению левого заднего колеса автомобиля №* с полосы встречного движения. 

Из схемы ДТП, схемы дислокации дорожных знаков г.Далматово следует, что участок улицы Рукманиса в г.Далматово является прямым, ширина проезжей части составляет 8,5 м. 

В ходе рассмотрения дела определением Далматовского районного суда от 30.11.2018 г. по ходатайству представителя истца судом назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО ЭТЦ «Авто-Тест».

Согласно заключению экспертовООО ЭТЦ «Авто-Тест»№04-03/2019от 07.032019 с учетом писем об исправлении технической ошибки №10-суд от 10.04.2019 и №11-суд от 17.04.2019:

- Экспертами определен механизм ДТП: 08.03.2018г. в темное время суток автомобиль №* выехал с ул. Элеваторная с левым поворотом и, набирая скорость, двигался по ул. Рукманиса в восточном направлении. Автомобиль №* выехал с обочины у дома №12 по ул. Рукманиса с левым разворотом и, частично выехав на противоположную обочину, развернулся и, увеличивая скорость, двигался навстречу автомобилю №*. В момент выравнивания автомобиля №* после разворота, дистанция между автомобилями №* и №* составляла 154 м. В процессе движения автомобиль №* выехал (полностью или частично) на полосу встречного движения. Когда дистанция между автомобилями сократилась до 30 м, автомобиль №* резко повернул влево, в сторону левой обочины. Автомобиль №* практически одновременно повернул вправо, оставляя на дорожном покрытии дугообразный след колес. Скорости движения автомобилей в этот момент составляли около 42 (№*) и 31 (№*) км/ч. Через 1.6с после начала поворота №* произошло столкновение автомобилей. Первоначально произошел удар передней правой частью автомобиля №* в переднюю правую часть №*. Расположение места столкновения - на расстоянии около 1 м от правого (для №*) края проезжей части и около 17.5 м от угла дома №23. Затем, в процессе разворота автомобилей - удар передней правой частью №* в переднюю нижнюю часть передней правой двери №*. В процессе дальнейшего движения произошел удар правым задним углом автомобиля №* в правую заднюю дверь автомобиля №*. В процессе движение после первоначального столкновения автомобиль №*, пробив снежный вал, переместился в сугробе вперед-влево на 4.2 м, развернувшись против часовой стрелки на угол 42°. Автомобиль №* переместился вперед-право на 3м, развернувшись по часовой стрелки на угол 105°. 

- Объяснения ФИО5 и ФИО2, данные им в рамках дела об административном правонарушении и судебных заседаниях, не содержат критических противоречий с установленным наиболее вероятным механизмом ДТП, в части характера и параметров движения транспортных средств, установленных путем исследования объективных данных, предоставленных в распоряжение эксперта. 

- При встречном движении по одной полосе, поскольку встречное транспортное средство (№*) не было заторможено, снижение скорости и даже остановка автомобиля №* не исключали возможности столкновения. Поэтому вопрос о наличии у водителя автомобиля №* технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет технического смысла.

- Вопрос о том, располагал ли водитель автомобиля №* ФИО5 в данной дорожной ситуации (далее – ДТС) технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем №*, не имеет технического смысла, поскольку опасность для движения была создана действиями водителя автомобиля №* (выезд на полосу встречного движения). Для предотвращения ДТП водителю автомобиля №* достаточно было не выезжать на полосу встречного движения. 

-В действиях водителя автомобиля №* несоответствий требованиям ПДД РФ экспертными методами не установлено. В данной ДТС действия водителя автомобиля №* ФИО5, допустившей выезд на полосу встречного движения и не уступившей дорогу автомобилю №*, не соответствовали техническим требованиям п. 8.1.ПДД РФ. 

- Повреждения автомобиля №*, регистрационный номерной знак 

№*, приведенные в Акте осмотра транспортного средства №09 08 от 8 августа 2018г, за исключением царапин задней правой двери, царапин заднего бампера, царапины заднего правого крыла образовались в результате данного дорожно-транспортного происшествия.

- Стоимость ремонтно-восстановительных работ автомобиля №*, регистрационный номерной знак №*, в связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 08.03.2018, с учетом износа составляет 405 600 руб., без учета износа составляет 628 900 руб.

Экспертами также при проведении экспертизы установлено, что вещно-следовая обстановка и характер повреждений автомобилей свидетельствуют о том, что перед поворотом вправо автомобиль №* не тормозил, полностью или частично находился на полосе движения автомобиля №*. Момент наступления опасности для движения в данной ДТС не может быть установлен экспертными методами. В соответствии с экспертными методиками, при встречном движении по одной полосе в случаях, когда встречное транспортное средство до момента столкновения не было заторможено, вопрос о наличии у водителя данного транспортного средства технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет смысла, так как снижение скорости и даже остановка транспортного средства не исключают возможности происшествия. Поскольку водитель автомобиля №* не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем №* торможением, в его действиях причинно-связанных несоответствий требованиям п. 10.1 (абзац 2) ПДД РФ нет. Требования п. 8.1 ПДД РФ относятся к таким видам маневров ТС, как начало движения, перестроение, поворот, разворот. В данной ситуации водитель автомобиля №* начало движения, поворот и разворот не осуществлял, не осуществлял и перестроение - изменения полосы движения для дальнейшего следования по ней. Требования к такому маневру не регламентированы конкретным пунктом ПДД РФ. В действиях водителя автомобиля №* несоответствий требованиям ПДД РФ экспертными методами не установлено. В данной ДТС водитель автомобиля №*, двигаясь по своей полосе движения, в силу п. 1.4. ПДД (на дорогах установлено правостороннее движение) обладал приоритетом по отношению к автомобилю №*. В данной ДТС действия водителя автомобиля №* ФИО5, допустившей выезд на полосу встречного движения и не уступившей дорогу автомобилю №*, не соответствовали техническим требованиям п.8.1 ПДД. В данной ДТС к столкновению автомобилей привел ряд последовательных действий водителей: 1.выезд автомобиля №* на полосу встречного движения и возникновение аварийной обстановки; 2.отворот автомобиля №* влево; 3. поворот автомобиля Тойота вправо. Действия водителей п.п. 2 и 3 выполнены в условиях аварийной обстановки и правилами дорожного движения не регламентируются. 

Суд принимает указанное заключение экспертов №04-03/2019от 07.03.2019 в качестве доказательства по делу в соответствии со ст.ст. 86, 187 ГПК РФ, так как оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Эксперт непосредственно осматривал место ДТП с водителями транспортных средств. В заключении приведены ссылки на используемую литературу. Эксперт предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ). Сомнений в независимости эксперта и объективности его выводов у суда не имеется. 

Несогласие представителя истца ФИО1 и истца ФИО6 с результатами автотехнической экспертизы является несостоятельным, поскольку каких-либо объективных доказательств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности заключения предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющего соответствующее образование и квалификацию судебного эксперта ФИО9, не представлено.

Оценивая заключение судебного эксперта, анализируя соблюдение процессуального порядка проведения экспертного исследования, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством по делу.

Выводы, изложенные в заключении, эксперт ФИО9 подтвердил в представленному суду письменном ответе на вопросы представителя истца ФИО6 (№10-суд от 10.04.2019), согласно которого: невозможность образования следа без столкновения автомобиля, оставившего след, с жестким и массивным препятствием или без глубокого заезда автомобиля на снежный бруствер на обочине, небольшой промежуток времени между образованием следа и его фотофиксацией, соответствие характера следа характеру движения автомобиля №* в процессе ДТП позволили эксперту полагать, что указанный след оставлен автомобилем №*, дугообразный след, идущий к расположению левого заднего колеса автомобиля №* (фото 2) образован в результат качения колеса с боковым проскальзыванием при повороте автомобиля вправо. Из расчетов следует, что на удалении от места столкновения в 16 - 17.7 м автомобиль №* частично находился на полосе встречного движения. При расчете скорость движения №* на этом участке принята равной 37...42 км/ч. На большем расстоянии от места столкновения автомобиль №* мог находиться на полосе встречного движения полностью. Отсутствие зафиксированных следов автомобиля на большом удалении от места столкновения не позволяют точно установить положение автомобиля относительно границ проезжей части в этой фазе ДТП экспертными методами. В процессе осмотра можно было только приблизительно установить область расположения места столкновения по осыпи крупных осколков, комков снега (фото1-2), в процессе исследования было установлено, из какого положения при столкновении ТС автомобили могут переместиться в конечные положения при установленном характере столкновения, различие в расположении места столкновения в 0,95 м. свидетельствует об отсутствии грубых ошибок при определении места столкновения по осыпи на месте происшествия. На рисунках 3-5 экспертного заключения в правой нижней части приведена масштабная шкала, рисунки являются масштабными изображениями, рисунок 11 имеет другой характер, шкала на нем отсутствует. Исследования выполнялись с использованием специализированой экспертной компьютерной программы анализа столкновений и перемещений автомобилей PC-CRASH, версия 10.2. Данная программа рекомедована РФЦ СЭ Министерства юстиции РФ и ЭКЦ МВД РФ к использованию в экспертной практике. Алгоритм расчетов с использованием указанной программы приведен в руководстве пользователя PC-CRASH Simulation Program for Vehicle Assidents. Operating Manual. Version 10.2. Dr. Stefan Datentechnik, Linz, Austria, 2015, встроенном в указанную программу в справочном разделе. При расчете скорости столкновения пользователь выбирает типовую расчетную модель столкновения, вводит исходные данные, в алгоритм расчета не вмешивается и только оценивает его результаты. При опредлении скорости автомобилей в момент столкновения использовалась классическая модель столкновения.

Также эксперт ФИО9 подтвердил свои выводы, изложенные в заключении, и в представленном суду письменном ответе (№11-суд от 17.04.2019), согласно которого: В соответствии с действующими нормативными документами и методическими рекомендациями («Транспортно-трасологическая экспертиза по делам о дорожно-транспортных происшествиях (диагностические исследования), выпуск 2, М., ВНИИ СЭ, 1988. Методическое пособие для экспертов, следователей и судей», установление места столкновения входит в компетенцию транспортно-трасологической экспертизы и определяется на основе анализа объективных данных - следов, вещной обстановки, характера движения транспортных средств. Крестик на схеме ДТП к следам и характеристикам вещной обстановки не относится. Мнение участников осмотра не относится к объективным данным. Рисунки в тексте являются копиями рабочего окна программы, изображения на котором выполнены с сохранением пропорций, поэтому относятся к масштабным изображениям. Рисунки не являются масштабным планом с указанным масштабом. Надписи типа «Масштаб: 4мм -1м» на них отсутствуют. Поэтому измерения, произведенные представителем истца, на рисунках недопустимы, тем более - измерения на копиях неизвестного качества. Первичными являются цифровые данные (исходные данные, результаты расчетов), а графическое представление позволяет их иллюстрировать. При необходимости данные, которыми оперирует программа и значения которых необходимы эксперту для анализа, выводятся в цифровом виде на экран. Результаты «элементарных замеров», выполненных истцом, не сходятся с фактическими значениями, принятыми в расчетах. Сомнения истца в точности размеров, используемых при исследовании, не имеют под собой оснований. На разрешение эксперта вопрос о расстоянии, на которое автомобиль №* выехал на полосу встречного движения, не ставился. Для оценки соответствия действий водителя №* требованиям п.8.1. ПДД РФ, выезд автомобиля №* на полосу встречного движение более чем на половину ширины корпуса автомобиля вполне достаточно. Вывод эксперта об отсутствии технического смысла основан на методических рекомендациях, приведенных в источнике «Судебная автотехническая экспертиза. Часть вторая. Пособие для экспертов-автотехников, следователей и судей. М.: ВНИИ СЭ, 1980». В соответствии с методикой, в случаях, когда встречное транспортное средство (№*) не было заторможено, вопрос о наличии у водителя данного транспортного средства (№*) технической возможности предотвратить происшествие путем торможения не имеет смысла, так как даже остановка транспортного средства (№*) не исключают столкновения автомобилей. В ответе на вопрос №5 эксперт исходил из (а не установил) из того, что торможение и даже остановка автомобиля №* не исключает столкновение. Возможно, следовало применить формулировку «не имел возможности». Экспертом в ответе приведены рисунки с обозначениями и данными, используемыми при проведении экспертизы. 

Следовательно, в ходе судебного разбирательства судом были получены необходимые разъяснения и дополнительные обоснования выводов эксперта.

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, либо доказательств, опровергающих выводы судебного эксперта, в материалах дела не имеется. Представленные в распоряжение эксперта судом материалы, данные полученные экспертом при осмотре места ДТП с участие водителей являлись достаточными для проведения исследования по поставленным судом на разрешение эксперта вопросам, довод представителя истца о неполноте экспертного исследования не может быть признан обоснованным.

Согласно п. 1.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (ПДД РФ), утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, на дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств.

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с п. 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учётом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширении проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно п.10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Пунктом 2.7 Правил дорожного движения водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Исходя из вышеизложенного, с учетом представленных по делу доказательств, схемы ДТП, фотографий, заключения экспертов №04-03/2019 от 07.03.2019, суд приходит к выводу, что данное ДТП стало возможным из-за виновных действий водителя ФИО5, нарушившей пункт 8.1, 2.7, 2.1.1, 1.4, 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Осуществив на участке дороги выезд наполосувстречного движения, не убедившись в безопасности совершаемого маневра, не уступив дорогу автомобилю №*, обладающему преимущественным правом движения, управляя транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, не имеющей права на управления транспортными средствами,ФИО5 создала опасность для движения транспортных средств, что и спровоцировало создание аварийной ситуации в целом и ДТП в частности. Для предотвращения ДТП ФИО5 достаточно было не выезжать на полосу встречного движения. Данные обстоятельства подтверждаются схемой ДТП, фотографиями с изображением следа автомобиля Тойота, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, пояснивших, что автомобиль №* выехал и двигался по полосе движения автомобиля №*, также вышеуказанные обстоятельства подтверждаются и заключением экспертовООО ЭТЦ «Авто-Тест»№04-03/2019от 07.032019.

Судом не установлено обстоятельств, объективно препятствующих водителю ФИО5 в данной дорожной ситуации четко соблюдать предписания, установленные правилами дорожного движения РФ, что позволило бы избежать столкновение транспортных средств в данной дорожной ситуации.

В связи с вышеизложенным суд не усматривает нарушений Правил дорожного движения РФ, состоящих в прямой причинно-следственной связи с произошедшей аварией, в действиях второго участника ДТП - водителя ФИО2, который двигался по своей полосе движения, обладая приоритетом по отношению к автомобилю №*. ФИО2 не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем №* торможением, так как было установлено в частности и экспертным путем, что водитель автомобиля №* не тормозила, в связи с чем, снижение скорости и даже остановка автомобиля №* не исключала возможности столкновения, поэтому в его действиях причинно-связанных несоответствий требованиям п. 10.1 ПДД РФ нет. Нет в действиях ФИО2 и нарушения п.8.1 ПДД, так как он в возникшей дорожно-транспортной ситуации не осуществлял начало движения, перестроение, поворот или разворот. Его действия по отвороту автомобиля влево выполнены в условиях аварийной обстановки, созданной исключительно водителем автомобиля №*.

Поскольку в действия водителя ФИО2 не усматривается противоправных действий (нарушения Правил), соответственно отсутствует и вина в причинении вреда имуществу истца ФИО1 и соответственно основания для возмещения материального ущерба.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований к ФИО2 и ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, страховой выплаты.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований издержки, понесенные истцом ФИО1 по оплате государственной пошлины и оплате услуг представителя, взысканию также не подлежат.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «АСКО-СТРАХОВАНИЕ» и ФИО2 о взыскании страхового возмещения, ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, уплаченной государственной пошлины, расходов на оплату услуг представителя отказать.

Мотивированное решение изготовлено 19 апреля 2019 г.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца, начиная с 20 апреля 2019 года, путем принесения апелляционной жалобы через Далматовский районный суд. 

Судья А.В. Карелин