УИД 31RS0016-01-2024-000587-44 дело 2-113/2025 (2-4318/2024)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 января 2025 года г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Бригадиной Л.Б.,

при секретаре Дятченко В.А., 

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2 (по ордеру), ответчика ФИО3, его представителя ФИО4 (по ордеру),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО3, в котором просил взыскать в свою пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Свои требования истец мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 14:30 истец находился дома по адресу 

<

адрес>. В это время его отец ФИО5 монтировал видеокамеру на углу их дома. Затем отец зайдя домой сообщил, что его в очередной раз нецензурно оскорбил сосед (ответчик) ФИО3, проживающий по адресу 

<

адрес> Ввиду чего, истец взяв с собой телефон, и выходя во внутренний двор дома, включил на нем видео-запись. Выходя из калитки на придомовую территорию, он увидел, как ответчик ФИО3 направляется с лопатой к углу дома Береславец. Подойдя к которому, ответчик стал наносить удары лопатой по монтируемой видеокамере на углу дома истца, тем самым вывел её из строя. Повернувшись и двигаясь обратно с лопатой в руках к своему дому, ответчик ФИО3 нецензурно оскорбил ФИО1 и его отца, унизив честь и достоинство истца. Он в грубой и нецензурной форме обозвал истца и его отца лицами пассивной нетрадиционной ориентации и сравнил с животным козлом. Всё происходило на улице, на придомовой территории. Данный факт был зафиксирован на видео-записи, а также оскорбления слышал ФИО5 В этот же день по данному факту истцом было написано заявление в отдел полиции N3 по г. Белгороду (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ).

Ввиду указанного события, ответчик ФИО3 унизил честь и достоинство истца, и причинил длительные нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, чувстве беспомощности от того, что истец не мог предпринять никаких действий и ничего сделать с ответчиком и прекратить оскорбления в свой адрес, т.к. в руках у ответчика была лопата и он был агрессивно настроен. Более того, на почве сформировавшегося конфликта у истца развивались головные боли, ухудшалось самочувствие из-за того, что всё происходило на улице. Оскорбления, высказанные ответчиком в его адрес, и сам инцидент, могли слышать и видеть соседи.

Истец ФИО1 и его представитель поддержали заявленные исковые требования.

Ответчик ФИО3 и его представитель возражали против удовлетворения исковых требований.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, материал №, с учетом допроса эксперта, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова.

Вместе с тем осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации). 

Частью 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени. 

В силу ч. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. 

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом. 

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам. 

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации). 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. 

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" указано, что в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. 

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением. 

По смыслу приведенных норм закона и актов их толкования, сведения, являющиеся оценочным суждением в условиях отсутствия оскорбительной формы выражения, по общему правилу, не подлежат судебной защите в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, законом предусмотрена возможность возложения компенсации морального вреда в случае высказывания субъективного мнения, оценочного суждения в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство и деловую репутацию истца. 

При этом наличие в каком-либо высказывании субъективной оценки само по себе не исключает присутствие в нем утверждений о факте. Так, выражение негативного отношения к нарушению другим лицом закона, к совершению им нечестного поступка, к нарушению деловой этики и т.д. может не исключать, а напротив, содержать утверждение о том факте, по отношению к которому высказывается мнение.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 3) обращено внимание судов на то, что право граждан на защиту чести, достоинства и деловой репутации является их конституционным правом, а деловая репутация юридических лиц - одним из условий их успешной деятельности.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой.

Таким образом, реализация гражданином права на свободу слова, свободу выражения мнений и свободу массовой информации не должна нарушать права других граждан на защиту чести, достоинства, доброго имени и деловой репутации.

Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем в силу ст. 10 ГК РФ не допускаются.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ около 14:30 ответчик ФИО3 подойдя к дому истца, расположенному по адресу: 

<

адрес>, стал наносить удары лопатой по монтируемой видеокамере на углу дома истца. Повернувшись и двигаясь обратно с лопатой в руках к своему дому, ответчик ФИО3 высказал, повернувшись к ФИО1 и его отцу нецензурные оскорбительные слова, по смыслу означающими лиц пассивной нетрадиционной ориентации и сравнил с животным козлом. Всё происходило на улице, на придомовой территории.

Проанализировав заключение комплексной судебной экспертизы ООО «Комитет судебных экспертов» № СЭ от ДД.ММ.ГГГГ, суд соглашается с выводом эксперта о негативном характере фраз, исходя из их контекста, смысловой нагрузки, сложившихся в обществе понятиях о достойном и недостойном поведении, оскорбительного характера фраз, высказанными ФИО3

В силу положений ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

С учетом этого, и на основании всей имеющейся совокупности доказательств суд приходит к выводу о том, что общий контекст, характер первого высказывания ФИО3, смысловая нагрузка позволяют определить вышеуказанную информацию, как порочащую и негативную, выраженную в утвердительной форме, в адрес в том числе истца.

Поскольку судебный эксперт ФИО6 в судебном заседании при ответе на вопрос №3 уточнила, что нельзя сделать однозначно вывод, что первая фраза на видеозаписи высказана ФИО3 в единственном или множественном числе, в виду плохого качества записи и похожего звучания букв в окончании второго слова первой фразы - «й» и «ие». Подтвердив при этом, что ФИО3, произносит негативные высказывания, повернувшись лицом к ФИО1, снимавшим его на камеру телефона, и его отцу ФИО5, стоявшем в калитке, что также прослеживается из исследуемой видеозаписи в судебном заседании.

Иных лиц, в адрес которых мог произносить оскорбительные фразы ответчик, в судебном заседании с учетом пояснений сторон, исследуемых доказательств не установлено.

Ссылка представителя ответчика на конфликт между ФИО3 и отцом истца ФИО5, до данной видеосъёмки, что позволяет утверждать, что фразы ответчиком взысканы только в адрес отца истца, на основании вышеизложенного неубедительны и опровергаются в том числе заявлением в ОП-3 УМВД России по 

<

адрес> (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) самого ФИО5 по факту произошедшего ДД.ММ.ГГГГ конфликта между ним и ФИО3, где отец истца указывает: «Несмотря на присутствие сына, сосед ударами лопатой по видеокамерам сломал их. Затем сосед направился к себе домой по пути оскорбил сына и меня нецензурными словами, унизив мою честь и достоинство. Он обозвал меня и моего сына лицами пассивной нетрадиционной ориентации. Всё происходило на улице, на нашей придомовой территории».

Что также следует из приобщенной и исследованной в ходе судебного заседания видеозаписи, по результатам судебной экспертизы ООО «Комитет судебных экспертов» № СЭ от ДД.ММ.ГГГГ которая была признана идентичной записи на телефоне истца, и не содержавшей следов видеомонтажа или привнесенных изменений.

В связи с чем, оснований считать вышеуказанную видеозапись, представленную в материалы дела, подложным доказательством, о чем указывал в возражениях ответчик, у суда не имеется.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что высказанная первая фраза ответчиком «п*** е***» направлена в том числе в адрес истца и носит очевидно порочащий характер, нарушает право истца на защиту чести, достоинства и деловой репутации.

При этом суд, учитывает, что оскорбительная фраза в адрес истца была выказана ответчиком на улице.

Вторую фразу «козел е***», высказанную в единичном числе, при присутствии двух лиц, с учетом имевшего места конфликта ответчика с отцом истца, суд полагает нельзя однозначно отнести как высказанную в адрес истца.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзц. 6 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. ст. 150 ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

В п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Исходя из совокупности доказательств, представленных в материалы дела, суд приходит к выводу о доказанности факта оскорбления в адрес истца со стороны ответчика, унижающего его честь и достоинство, выраженных в нецензурной форме.

При таком положении суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку истцу были причинены нравственные страдания и переживания, связанные с негативными высказываниями в его адрес, так как оскорбление представляет собой разновидность психического насилия, которое наносит ущерб самоуважению потерпевшего и заключается в действиях, унижающих честь и достоинство определенного лица в неприличной форме (циничной, противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали).

Суд также учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Определяя размер компенсации, учитывая, что таковой зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в конкретном случае, с учетом фактических обстоятельств по делу, с учетом требований разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца 20 000 руб. 

В силу ст. 98 ГПК РФ, с ответчика надлежит взыскать расходы истца на оплату госпошлины в размере 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №), в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья Л.Б. Бригадина

Мотивированный текст решения составлен 24 января 2025 года.

Судья Л.Б. Бригадина