Судья Трофимова Е.А. Дело 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Московского областного суда в составе председательствующего судьи Сеурко М.В., с участием прокурора отдела Московской областной прокуратуры Бастрыкиной Н.В., адвокатов Сенкевич К.И., Уса А.В., при помощнике судьи Россинской Я.А.

рассмотрел в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Василенковой В.В. на постановление Люберецкого городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, которым уголовное дело в отношении

ЗУРКАНАЕВА АХМЕДА И.ЧА, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, ранее не судимого,

АСХАБОВА УМАРА Х.ЧА, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, гражданина РФ, ранее не судимого,

обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п

<

данные изъяты>, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в порядке ст. 237 УПК РФ.

Доложив материалы дела, заслушав прокурора Бастрыкину Н.В., просившую отменить постановление суда по доводам апелляционного представления, выступление адвокатов Сенкевич К.И., Уса А.В., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

<

данные изъяты> обвинительное заключение по данному уголовному делу утверждено заместителем Люберецкого городского прокурора, 

<

данные изъяты> уголовное дело получено Люберецким городским судом для рассмотрения по существу.

Постановлением Люберецкого городского суда от 

<

данные изъяты> уголовное дело в отношении ФИО1 и ФИО2 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в порядке ст. 237 УПК РФ в связи с неустранимыми противоречиями в обвинительном заключении, которое составлено с нарушениями ст. 220 УПК РФ.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Василенкова В.В. не согласна с постановлением суда, указывает, что требования закона по составлению обвинительного заключения по настоящему уголовному делу следователем выполнены. В постановлении суд указал на отсутствие в обвинительном заключении и предъявленном обвинении по 

<

данные изъяты> предмета преступного посягательства и размера причиненного ущерба. Однако в обвинительном заключении однозначно и недвусмысленно определен предмет преступного посягательства и сумма причиненного потерпевшему ущерба – 

<

данные изъяты>, соответствующая показаниям потерпевшего ФИО3 и протоколу проверки его показаний на месте. Также вывод суда о том, что квалифицирующий признак «требование передачи права на чужое имущество» не раскрыт, противоречит показаниям потерпевшего ФИО3 о том, что находясь в кафе «

<

данные изъяты>», ФИО2 заполнил договор купли-продажи автомобиля 

<

данные изъяты>, потерпевший данный договор не подписывал, никаких действий подсудимыми, направленными на перерегистрацию собственника автомобиля в ГИБДД, не совершалось. Кроме того, ФИО2 и ФИО1 также обвиняются в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, по которому предметом преступного посягательства выступает транспортное средство «Шкода Октавиа», принадлежащее ФИО3, стоимость которого составляет 

<

данные изъяты> рублей, которым завладели подсудимые, переместив его от 

<

данные изъяты> г

<

данные изъяты> к 

<

данные изъяты>. Из оглашенных показаний потерпевшего ФИО3 следует, что приехав на 

<

данные изъяты>, ФИО1 забрал ключи от автомобиля, вытащив их из ключа зажигания, то есть фактически завладев указанным автомобилем в момент разбоя и обратил его в свою пользу и пользу ФИО2 Таким образом, суд не отрицая в постановлении факт того, что завладение автомобилем «Шкода Октавиа» произошло в момент совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, допустил возможность двойного вменения в вину подсудимым завладение правом на то же самое имущество при совершении вымогательства, что противоречит базовому принципу уголовного закона, в соответствии с которым никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же деяние, а также не учел установленные в судебном заседании обстоятельства дела, в соответствии с которыми квалифицирующий признак вымогательства «Требование передачи права на чужое имущество», инкриминируемый ФИО2 и ФИО1, не нашел своего подтверждения. Поскольку вышеуказанное уточнение обстоятельств совершения преступления не ухудшает положения подсудимых, не выходит за пределы предъявленного обвинения и не нарушает прав подсудимых знать в чем они обвиняются, а равно их право на защиту, данное уточнение может быть возможным в рамках судебного разбирательства и не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ по причине необходимости квалификации действий указанных лиц, как более тяжкого преступления. В качестве довода, послужившего основанием для возвращения уголовного дела прокурору, суд также привел отсутствие оценки совершенных неизвестных лицом угроз в отношении потерпевшего ФИО3 в неизвестном ему помещении во взаимосвязи с действиями подсудимых. Вместе с тем, из настоящего уголовного дела в отдельное производство выделены материалы, содержащие признаки состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, в отношении неустановленных лиц. Иных данных, свидетельствующих о нахождении указанных неустановленных лиц в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с ФИО2 и ФИО1, суду не представлено, в связи с чем, вывод суда о возможной осведомленности неустановленных лиц о совершенных в отношении ФИО3 действий со стороны подсудимых не соответствует исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела. Прокурор считает, что отсутствуют основания для возвращения уголовного дела прокурору, основания, приведенные в постановлении суда, влекут за собой возложение на органы предварительного следствия обязанности по осуществлению необоснованного дополнительного расследования, а также нарушает принцип разумного срока уголовного судопроизводства. Просит отменить постановление суда, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст. 389.15, 389.17 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем несоблюдения его процедуры или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Положениями ч. 4 ст. 7 УПК РФ установлено, что постановление суда должны быть законным, обоснованным и мотивированным.

Статья 237 УПК РФ определяет порядок и основания возвращения уголовного дела прокурору по ходатайству стороны или по собственной инициативе для устранения препятствий его рассмотрения судом.

По смыслу ч. 1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи со ст. 220, 221 УПК РФ, возвращение уголовного дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>-О, возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

В соответствии с п. 2 Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления (далее также - обвинительный документ) нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

Как следует из материалов уголовного дела и составленного следователем обвинительного заключения, ФИО2, ФИО1 обвиняются в совершении вымогательства, то есть требования передачи чужого имущества и права на чужое имущество под угрозой применения насилия, группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, в крупном размере, при изложенных обстоятельствах.

В ходе реализации совместного преступного умысла, направленного на похищение ФИО3, ФИО4 и вымогательства денежных средств, в период времени с 19 часов 00 минут по 21 час 00 минут 

<

данные изъяты>, более точное время следствием не установлено, ФИО1 и ФИО2, управляя транспортным средством «Мерседес» с г.р.з. 

<

данные изъяты>, прибыли к 

<

данные изъяты> г.о. 

<

данные изъяты> под предлогом покупки транспортного средства «

<

данные изъяты>» с г.р.з. 

<

данные изъяты> у ФИО3, где, действуя группой лиц по предварительному сговору, ФИО2 совместно с ФИО1 применили насилие путем нанесения ударов потерпевшему ФИО3 руками в область туловища, тем самым подавив волю последнего к сопротивлению, схватили ФИО3 и ФИО4, угрожая им оружием, которое согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> является пистолем №

<

данные изъяты>, относящимся к категории огнестрельного оружия ограниченного поражения, а также согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> пистолетом Р.А. 

<

данные изъяты>, относящимся к категории огнестрельного оружия ограниченного поражения, и поместили против их воли в автомобиль марки «Шкода Октавия» с г.р.з. 

<

данные изъяты>, при этом, усадив ФИО3 на заднее пассажирское сиденье, а ФИО4 на переднее пассажирское сиденье. После чего, завладев вышеуказанным транспортным средством, ФИО2 и ФИО1 переместили ФИО3 и ФИО4 на указанном автомобиле к станции 

<

данные изъяты>», где выдвинули требование ФИО3 о передаче им денежных средств в размере 250 000 рублей и свидетельства о регистрации автомобиля «Шкода Октавия» с г.р.з. 

<

данные изъяты>. Далее, реализуя преступный умысел, в период времени с 19 часов 00 минут по 23 часа 30 минут 

<

данные изъяты>, более точное время следствием не установлено, ФИО1, согласно отведенной ему преступной роли, управляя транспортным средством «Шкода Октавия» с г.р.з. 

<

данные изъяты> вернулся совместно с ФИО2, потерпевшими ФИО3, ФИО4 к 

<

данные изъяты> г.о. 

<

данные изъяты>, где, находясь в вышеуказанном транспортном средстве, ФИО1, согласно отведенной ему роли, действуя группой лиц по предварительному сговору, угрожая применением насилия опасного для жизни и здоровья, и вышеуказанным оружием, потребовал у ФИО4 передать ему (ФИО1) паспорт, принадлежащий ФИО4, кошелек, в котором находились миграционная карта, патент, в качестве гарантии последующей передачи ФИО2 и ФИО1 денежных средств в размере 250 000 рублей от ФИО3, ФИО4, ввиду того, что опасался за свою жизнь и здоровье, передал указанные документы ФИО1, после чего, завладев документами ФИО4, ФИО2 и ФИО1 добровольно освободили его (ФИО4), а ФИО3 согласно отведенной ФИО2 роли, последний поместил на переднее пассажирское сиденье в автомобиль «Мерседес» с г.р.з. 

<

данные изъяты>, при этом заблокировав дверь с целью недопущения побега ФИО3, после чего ФИО1, управляя транспортным средством «Шкода Октавия» г.р.з. 

<

данные изъяты>, ФИО2, управляя транспортным средством «Мерседес» с г.р.з. 

<

данные изъяты> переместили автомобиль «Шкода Октавия» г.р.з. 

<

данные изъяты> и потерпевшего ФИО3 к 

<

данные изъяты>, где, оставив автомобиль «Шкода Октавия» г.р.з. 

<

данные изъяты>, ФИО2 и ФИО1 переместили ФИО3 в помещение, расположенное по координатам 

<

данные изъяты> и, угрожая вышеуказанными пистолетами, потребовали ФИО3 передать паспорт, мобильный телефон «Tecno», водительское удостоверение, паспорт транспортного средства 

<

данные изъяты> на автомобиль «Шкода Октавия» с г.р.з. 

<

данные изъяты>, а также находящиеся при нем денежные средства в размере 3000 рублей, ФИО3, опасаясь за свою жизнь и здоровье, под угрозой применения в отношении него насилия, передал ФИО2 и ФИО1 вышеуказанные документы. После чего, реализуя совместный преступный умысел, в период времени с 21 часа 00 минут 

<

данные изъяты> по 16 часов 00 минут 

<

данные изъяты>, более точное время следствием не установлено ФИО2 и ФИО1, взяв ФИО3 под руки, угрожая вышеуказанными пистолетами, тем самым подавив волю потерпевшего к сопротивлению, переместили ФИО3 на автомобиле марки «Мерседес» с г.р.з. 

<

данные изъяты> в кафе «Чайхона-Зилола» по адресу: 

<

данные изъяты>А, где ФИО2, согласно отведенной ему преступной роли, заполнил договор купли-продажи автомобиля «Шкода Октавия» г.р.з. 

<

данные изъяты>, датированный 

<

данные изъяты>. После чего, действуя группой лиц по предварительному сговору ФИО1 и ФИО2 переместили ФИО3 в 

<

данные изъяты>. 13 по 

<

данные изъяты>, где, угрожая потерпевшему применением насилия опасного для жизни и здоровья, и вышеуказанным оружием, продолжили выдвигать требования о передаче денежных средств в размере 250 000 рублей. Продолжая реализацию своего преступного умысла, ФИО2, ФИО1 совместно с ФИО3 с целью получения денежных средств в размере 250 000 рублей, в период времени с 13 часов 00 минут по 16 часов 00 минут 

<

данные изъяты>, более точное время следствием не установлено, вышли из подъезда 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, где ФИО3 был освобожден сотрудниками 

<

данные изъяты>», а противоправные действия ФИО1 и ФИО2 пресечены. В случае получения ФИО2 и ФИО1 требуемой суммы денежных средств от ФИО3 последнему был бы причинен имущественный ущерб на сумму 250 000 рублей, что является крупным размером.

В качестве оснований для возвращения уголовного дела прокурору суд указал, что в обвинительном заключении при квалификации действия ФИО2, ФИО1 по п.п. «а, в, г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, вменен, в том числе, квалифицирующий признак «требование передачи права на чужое имущество», однако не указано какое конкретно имущество и в чем конкретно данное требование выражается, в чем заключалось данное требование, кроме того, общий ущерб по данному эпизоду вменен только 250 000 руб., оценка «требования передачи права на чужое имущество» не указана, как и общий ущерб в связи с этим.

Вместе с тем, как усматривается из материалов уголовного дела, постановления о привлечении ФИО2 и ФИО1 в качестве обвиняемых и обвинительное заключение содержат указание на все обстоятельства, подлежащие доказыванию, и не исключают постановления приговора. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, в нем указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способ, мотив, цель и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, в частности, указано о формировании умысла на совершение вымогательства, место совершения преступления, время окончания преступления, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение и доказательств, на которые ссылается сторона защиты.

Фактические обстоятельства преступления и способ его совершения ФИО2 и ФИО1 изложены в обвинительном заключении с достаточной полнотой. Обстоятельства, на которые ссылается суд первой инстанции, в рамках описания инкриминированного деяния установлены органом предварительного расследования, отражены в обвинительном заключении со ссылкой на анализ добытых доказательств в их совокупности, подлежащих проверке в ходе судебного разбирательства, и не свидетельствуют о невозможности вынесения судом окончательного решения по делу.

Отсутствие в обвинительном заключении указания на то, какое конкретно имущество и в чем конкретно данное требование выражается, в чем заключалось данное требование, как и иные указанные судом обстоятельства не исключали возможность постановления судом приговора, который может быть как обвинительным, так и оправдательным, или вынесения иного решения на основе данного заключения, что свидетельствует об отсутствии предусмотренных ст. 237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Что касается довода об отсутствии оценки органом следствия показаний потерпевшего ФИО3 и совершенных в отношении него угроз неизвестным лицом в неизвестном помещении во взаимосвязи с действиями подсудимых, то по данному факту из настоящего уголовного дела выделены в отдельное производство материалы, содержащие признаки преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, в отношении неустановленных лиц. И, как правильно указано в апелляционном представлении, данных, свидетельствующих о нахождении указанных неустановленных лиц в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с ФИО1 и ФИО2, суду не представлено, в связи с чем, вывод суда о возможной осведомленности неустановленных лиц о совершенных в отношении ФИО3 действий со стороны подсудимых не соответствует исследованным в судебном заседании материалам уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления прокурора, полагает, что у суда отсутствовали основания для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренные ст. 237 УПК РФ. Указанные в постановлении суда обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения дела судом и принятия по нему законного и обоснованного решения. Суду надлежало рассмотреть уголовное дело и вынести по нему итоговое решение с учетом установленных фактических обстоятельств дела.

При указанных обстоятельствах постановление суда в части решения о возвращении дела прокурору подлежит отмене, а дело - передаче в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

Мера пресечения ФИО1 и ФИО2 в виде содержания под стражей соответствует характеру общественной опасности, тяжести предъявленного обвинения и данным об их личностях, является соразмерной, справедливой и необходимой для обеспечения рассмотрения судом первой инстанции уголовного дела по существу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Люберецкого городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> о возвращении уголовного дела в отношении АСХАБОВА УМАРА Х.ЧА и ЗУРКАНАЕВА АХМЕДА И.ЧА прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ отменить, материалы уголовного дела направить в Люберецкий городской суд на новое судебное разбирательство, в ином составе, апелляционное представление – удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: