Решение

 в окончательной форме изготовлено 20 января 2020 года 

УИД: 51RS0003-01-2019-003012-56

№ 2-9/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мурманск 13 января 2020 года 

Ленинский районный суд города Мурманска в составе: 

председательствующего судьи Засыпкиной В.А.,

при секретаре Халовой С.С.,

с участием: представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Мебелария» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мебелария» (далее ООО «Мебелария», Общество), о защите прав потребителя.

В обоснование заявленных требований указал, что 18 ноября 2018 года между ним и ответчиком ООО «Мебелария» заключен договор на изготовление мебели №, в соответствии с пунктом 1.1 которого ответчик выполняет работы по изготовлению мебели для заказчика в соответствии со спецификацией и техническим заданием, являющимися его неотъемлемой частью, а заказчик обязан принять и оплатить выполнение работы в сроки и на условиях, установленных настоящим договором. Доставка и установка мебели на основании приложения № 1 к договору включены в состав услуг по договору. В соответствии с условиями договора заказчик вносит (перечисляет) в кассу (на расчетный счет) подрядчика предоплату за исполнение работ не позднее двух рабочих дней с момента подписания договора в размере 297 000 рублей, что равняется не менее 50% от суммы, указанной в пункте 2.3 договора. Общая стоимость работ по договору согласно техническому заданию составляется 364 600 рублей. Согласно условиям договора срок исполнения работа составляет 45 рабочих дней с момента внесения (перечисления) заказчиком предоплаты в размере суммы указанной в пункте 2.2. договора. Предоплата по договору, в соответствии с пунктом 2.2, в размере 297 000 рублей была осуществлена при участии третьего лица ФИО4, в день подписания договора, 18 ноября 2018 года, а именно между АО «Альфа-Банк» и ФИО4 на основании анкеты-заявления на предоставление карты 

<

данные изъяты> №, был заключен договор потребительского кредита с лимитом кредитования 297 000 рублей, открыт текущий кредитный счет №. В соответствии с заявлением от 18 ноября 2018 года ФИО4 поручил АО «Альфа-Банк» составить от его имени платежный документ и осуществить перевод денежных средств со счета карты 

<

данные изъяты> на имя ООО «Мебелария». Таким образом, со стороны истца, при участии третьего лица ФИО4, была исполнена обязанность по внесению предоплаты в размере 297 000 рублей по договору на изготовление мебели №. Ответчик в срок, предусмотренный договором, взятые на себя обязательства не исполнил. Только в июне 2019 года договор со стороны ответчика был исполнен, акт выполненных работ истцом не подписывался. Кроме того, изготовленная и установленная в квартире истца мебель имеет существенные недостатки, отраженные в акте осмотра. Указал, что в связи с выявленными в ходе обычной эксплуатации мебели существенными недостатками, а также учитывая нарушение ответчиком срока исполнения договора, истец вправе со своей стороны отказаться от исполнения договора и потребовать его расторжения. Ссылаясь на положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителя», просил суд расторгнуть договор № на изготовление мебели от 18 ноября 2018 года заключенный между ФИО3 и ООО «Мебелария»; взыскать с ответчика неустойку в сумме 364 600 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей, штраф в размере 50% от взысканной суммы; расторгнуть договор потребительского кредита по карте 

<

данные изъяты> №, заключенный между АО «Альфа-Банк» и ФИО4; взыскать с ООО «Мебелария» в пользу ФИО4 127 587 рублей.

Определением суда от 14 ноября 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «Альфа-Банк».

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, воспользовался своим правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца ФИО1 в ходе судебного разбирательства, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить в полном объеме. Полагала, что выявленные недостатки носят существенный характер, поскольку они были выявлены истцом сразу после поставки и установки мебели, являются невосполнимыми и не могут быть устранены, в связи с чем договор подлежит расторжению.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, полагал, что все недостатки мебели, указанные истцом не являются существенными, могут быть легко устранены, однако истец за их устранением к ответчику не обращался. Кроме того, по мнению представителя ответчика, все имеющиеся недостатки могли возникнуть лишь в ходе неправильной эксплуатации товара, и выявлены истцом по прошествии нескольких месяцев после установки кухни. Полагал, что акт составленный оценщиками не является допустимым доказательством, поскольку недостатки товара могут быть выявлены лишь специалистом в области мебельного производства либо товароведом, а оценщики вправе только оценивать рыночную стоимость того или иного товара. Также обратил внимание суда, что на сегодняшний день акт приема-передачи товара со стороны истца подписан. Сторона ответчика после изготовления мебели неоднократно пыталась дозвониться до истца, сначала целью согласования сроков установки кухонной мебели, так как сам заказчик препятствовал доступу в помещение, потом с целью подписать акт приема-передачи. Таким образом, ответчик свои обязательства по договору выполнил своевременно, а именно изготовил мебель в течение 45 рабочих дней, доступ в квартиру истца для установки мебели после долгих переговоров, был осуществлен только 26 марта 2019 года, в тот день произведена установка мебели, поставка товара была осуществлена еще раньше - 10 февраля 2019 года, о чем сторонами подписан акт приема-передачи. Обратил внимание суда, что существенные недостатки мебели были выявлены истцом лишь по истечении более полугода пользования мебелью. Просил отказать в удовлетворении исковых требований. В случае удовлетворения исковых требований просил применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представитель ответчика АО «Альфа-Банк» в судебное заседание не явился, о дате времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил письменные возражения на исковое заявление, в которых указал, что требование о расторжении договора на изготовление мебели, для оплаты которого ФИО4 был заключен кредитный договор не является основанием для расторжения кредитного договора, просил в удовлетворении требований к АО «Альфа-Банк» отказать.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих деле, специалиста, исследовав материалы дела, материалы дела № 2-2815/2019 о вынесении судебного приказа, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 4 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В соответствии со ст. 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

При этом, в соответствии с вышеуказанным Законом существенный недостаток товара (работы, услуги) - неустранимый недостаток или недостаток, который не может быть устранен без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляется неоднократно, или проявляется вновь после его устранения, или другие подобные недостатки.

Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе.

Судом установлено, что 18 ноября 2018 года между истцом ФИО3 (заказчик) и ответчиком ООО «Мебелария» (подрядчик) заключен договор на изготовление мебели №, по условиям которого подрядчик выполняет работы по изготовлению мебели для заказчика в соответствии со спецификацией и техническим заданием, являющимся его неотъемлемой частью, а заказчик обязан принять и оплатить выполнение работы в сроки и на условиях, установленных настоящим договором (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 2.3 договора № от 18 ноября 2018 года общая стоимость работ по договору согласно техническому заданию составляет 364 600 рублей.

Заказчик вносит (перечисляет) в кассу (на расчетный счет) подрядчика предоплату за исполнение работ не позднее двух рабочих дней с момента подписания договора в размере 297 000 рублей, что равняется не менее 50% от суммы, указанной в пункте 2.3 договора (пункт 2.2 договора).

В силу пункта 3.2 указанного договора срок исполнения работ согласно договору составляет 45 рабочих дней с момента внесения (перечисления) заказчиком предоплаты в размере суммы указанной в пункте 2.2. договора.

Из спецификации, являющейся приложением № 1 к договору №, следует, что истцом заказана кухонная мебель согласно техническому заданию (л.д. 14, 15), материалы и фурнитура для выполнения работ по изготовлению кухни перечислены в спецификации (л.д. 13). Также согласно спецификации в общую стоимость услуги по изготовлению мебели включена доставка изделия на адрес заказчика, сборка и установка изделия.

В ходе рассмотрения дела стороны подтвердили, что данная спецификация ими подписана при заключении договора.

Как следует из материалов дела 18 ноября 2018 года между АО «Альфа-Банк» и ФИО4 на основании анкеты-заявления на предоставление карты 

<

данные изъяты> №, был заключен договор потребительского кредита с лимитом кредитования 297 000 рублей, открыт текущий кредитный счет №. В соответствии с заявлением от 18 ноября 2018 года ФИО4 поручил АО «Альфа-Банк» составить от его имени платежный документ и осуществить перевод денежных средств со счета карты 

<

данные изъяты> на имя ООО «Мебелария» (л.д. 16-27).

Во исполнение условий договора № от 18 марта 2018 года на счет ответчика был переведен платеж в размере 297 000 рублей на имя ООО «Мебелария» (л.д. 92). 

Таким образом, со стороны истца, при участии третьего лица ФИО4, была исполнена обязанность по внесению предоплаты в размере 297 000 рублей по договору на изготовление мебели №.

Факт получения ответчиком денежных средств во исполнение условий договора об оплате работы подтвержден документально, ответчиком не оспаривался.

Согласно пункту 9.1 договора № от 18 ноября 2018 года подрядчик предоставляет заказчику гарантию на изготовленную мебель в течение 12 месяцев с момента полного монтажа изделия, оговоренного в спецификации. Гарантия предоставляемся при условии соблюдения потребителем правил эксплуатации мебели.

Как следует из искового заявления в ходе обычной эксплуатации мебели, в период гарантийного срока, истцом были выявлены дефекты кухонной мебели.

Согласно акту осмотра мебели (кухни) от 30 июля 2019 года, составленного оценщиками ООО «Независимая экспертиза «ЭкспертГарант», при осмотре установлены существенные недостатки мебели (кухни), возникшие ввиду ненадлежащего качества выполненных работ по изготовлению и сборке (установке) мебели (кухни). Столешница (в районе мойки) имеет разбухание и вздутие L=5 см; шкаф (сушилка для посуды) имеет разбухание и коробление задней стенки; шкаф (для хранения посуды) имеет деформацию нижней полки; выдвижные ящики (в нижнее части кухни) установлены с большим зазором между вертикальной стенкой мебели L ? 2 см, направляющие выдвижных ящиков установлены не симметрично, в результате чего фасадные панели ящиков не параллельны друг другу; облицовочная панель отделки оконного проема (внутри оконного проема) имеет зазор ? 2 мм, в правой части оконного проема L=5см; ящик кухонный (в нижней части кухни) – не работает механизм доводчика; облицовочная панель стены (стена в левой части оконного проема) имеет зазор ? 3 мм, в левой части стены L=10 см; облицовочная панель (внутренняя сторона входной арки) имеет зазор ? 3 мм, в левой части стены L=10 см (л.д. 28).

03 сентября 2019 года, то есть в срок установленный статьей 19 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», истцом в адрес ответчика направлена претензия, в которой истец указал на выявленные недостатки и просрочку поставки товара, просил расторгнуть договор № на изготовление мебели от 18 ноября 2018 года заключенный между ФИО3 и ООО «Мебелария»; выплатить неустойку в сумме 364 600 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей; расторгнуть договор потребительского кредита по карте 

<

данные изъяты> №, заключенный между АО «Альфа-Банк» и ФИО4; ООО «Мебелария» выплатить ФИО4 127 587 рублей (л.д. 46-48). Требований относительно устранения выявленных недостатков и сроков их устранения претензия не содержит.

Вместе с тем, из представленного стороной истца в материалы дела акта осмотра мебели (кухни) от 30 июля 2019 года следует, что он содержит только сведения о выявленных недостатках кухонной мебели, но не указаны причины их образования. При этом суд полагает необходимым обратить внимание, что данный акт составлен специалистами-оценщиками, имеющими специализацию по оценке стоимости, а не специальное образование, позволяющее определить причины возникновения заявленных стороной истца недостатков в товаре. 

Из представленного в материалы дела заключения специалиста в области исследования изготовленной мебели по индивидуальным размерам от 01 ноября 2019 года следует, что все выявленные недостатки кухонной мебели носят эксплуатационный характер и не превышают допустимых отклонений согласно ГОСТ (том 1 л.д. 225-243).

Из пояснений указанного специалиста в судебном заседании следует, что столешница кухни и мойка были соединены при помощи технологии «еврозапил», которая имеет существенный недостаток, а именно со столешницы всегда необходимо убирать воду, иначе вода, может проникнуть в шов, несмотря на то, что при использовании технологи «еврозапил» также используют стяжку между столешницами, в виде силикона или специального клея. Именно воздействие воды и влаги явилось следствием разбухания столешницы и стенки шкафа (сушилки для посуды). Относительно иных указанных истцом недостатков кухонного гарнитура специалист дать пояснения о причинах их появления не смог. 

Согласно пункту 9.2 договора № от 18 ноября 2018 года эксплуатация мебели признается неправильной, если имеются достаточные основания утверждать, что мебель или её отдельные поверхности были подвергнуты механическим, термическим воздействиям, воздействию воды (кроме столешниц) или пара, воздействию агрессивных средств и красителей и др., в результате чего в местах воздействия появились повреждения.

Из содержания пункта 9.3 указанного договора следует, что гарантийные обязательства не распространяются на стыки столешниц без использования алюминиевой стыковочной планки (например, стык-еврозапил). При попадании влаги на стык-еврозапил возможно вздутие стыка. Вздутие стыка-еврозапил является результатом нарушения правил эксплуатации изделия, что исключает гарантийное обслуживание.

Из пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что истцу при установке мебели, истцу вручалась инструкция по использованию и уходу за мебелью, в которой указано, что мебель должна храниться в сухом пространстве, и о том, что мебель является влагостойкой, а не водостойкой, все разбухания, которые имеются на мебели истца, возникли из-за скопления воды, которая своевременно не была убрана с элемента кухонного гарнитура.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ООО «Мебелария» передало истцу товар, качество которого соответствовало условиям договора. Истец, до покупки товара, имел возможность ознакомиться со всеми потребительскими свойствами товара, в том числе с качеством материала, из которого он был изготовлен. В процессе эксплуатации мебели возникли недостатки. Вместе с тем, в ходе рассмотрения гражданского дела сторонами не было представлено доказательств того, по какой причине возникли указанные истцом недостатки в мебели, от проведения судебной экспертизы стороны уклонились. Из анализа, представленных в ходе рассмотрения дела доказательства, полученных пояснений сторон и специалиста следует, что выявленные недостатки возникли не вследствие того, что покупателю был передан товар ненадлежащего качества, а в результате того, что истец не обеспечил условия, при которых данные недостатки не возникли бы, например своевременное устранение воды и влаги с поверхности мебели.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что заявленные стороной истца недостатки кухонной мебели носят эксплуатационный характер, вследствие нарушения истцом правил пользования товаром, в связи с чем у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований о расторжении договора № на изготовление мебели от 18 ноября 2018 года заключенный между ФИО3 и ООО «Мебелария».

Поскольку в удовлетворении указанной части требований истцу отказано не подлежат удовлетворению и требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО4 о расторжении договора потребительского кредита по карте 

<

данные изъяты> №, заключенного между АО «Альфа-Банк» и ФИО4 и взыскании с ООО «Мебелария» в его пользу денежных средств в размере 127 587 рублей.

Разрешая требование истца о взыскании неустойки в сумме 364 600 рублей, суд приходит к следующему.

Статьей 27 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон) предусмотрено, что исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

Срок выполнения работы (оказания услуги) может определяться датой (периодом), к которой должно быть закончено выполнение работы (оказание услуги) или (и) датой (периодом), к которой исполнитель должен приступить к выполнению работы (оказанию услуги).

В силу статьи 28 вышеназванного Закона если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) - сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе: назначить исполнителю новый срок; поручить выполнение работы (оказание услуги) третьим лицам за разумную цену или выполнить ее своими силами и потребовать от исполнителя возмещения понесенных расходов; потребовать уменьшения цены за выполнение работы (оказание услуги); отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги).

В случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Неустойка (пеня) за нарушение сроков окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или предъявления потребителем требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

Требования потребителя, установленные пунктом 1 настоящей статьи, не подлежат удовлетворению, если исполнитель докажет, что нарушение сроков выполнения работы (оказания услуги) произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя.

Согласно условиям договора № от 18 ноября 2018 года срок исполнения работ составляет 45 рабочих дней с момента внесения (перечисления) заказчиком предоплаты в размере суммы указанной в пункте 2.2. договора.

Как ранее установлено судом, предоплата по договору была осуществлена18 ноября 2018 года, то есть последним днем исполнения договора со стороны ответчика является 28 января 2019 года.

Как следует из материалов дела и пояснений представителя истца в судебном заседании поставка готового кухонного гарнитура, и его установка была осуществлена в июне 2019 года. 

Вместе с тем, из имеющего в материалах дела № 2-2815/2019, акта приема работ по изготовлению мебели № следует, что доставка, сборка и установка мебели подрядчиком осуществлена в полном объеме, изготовленная мебель передана для нужд бытового пользования. Указанный акт датирован 10 февраля 2019 года и подписан ФИО3

Таким образом, судом достоверно установлено, что в срок, согласованный сторонами, ООО «Мебелария» не был установлен истцу кухонный гарнитур. Доказательств обратного стороной ответчика, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представлено не было. Равно как и не представлено стороной ответчика доказательств того, что между истцом и ответчиком заключались дополнительные соглашения к договору, которым срок установки мебели продлевался.

Кроме того, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на продавце, что также подлежит применению к требованиям потребителя о взыскании неустойки в случае, если работа (услуга) не была выполнена в установленный договором срок. Ответчик не представил доказательств, освобождающих его от ответственности за неисполнение обязательства по своевременной установке кухонного гарнитура, каких-либо уважительных причин, свидетельствующих о невозможности установить мебель в срок, установленный в договоре, не привел.

При этом, суд полагает несостоятельным довод стороны ответчика о том, что договор № от 18 ноября 2018 года заключен только на изготовление мебели и именно в течение 45 рабочих дней должно быть осуществлено изготовление, а не поставка и установка, по следующим основаниям. 

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422) (пункт 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В договоре № от 18 ноября 2018 года на изготовление мебели, сторонами определены условия договора, согласно спецификации материалов и фурнитуры для выполнения работ по изготовлению кухни, являющейся неотъемлемой частью договора, доставка изделия на адрес заказчика, сборка и установка изделия включены в стоимость услуги по изготовлению мебели (л.д. 13). Таким образом, исходя из условий заключенного договора, истец при его заключении рассчитывал получить результат в виде изготовленного, доставленного и установленного кухонного гарнитура, в срок, определенный договором от 18 ноября 2018 года. 

При указанных обстоятельствах, суд полагает установленным факт несвоевременного исполнения ответчиком возложенных на него в соответствии с условиями заключенного договора обязательств по поставке мебели, в связи с чем исковые требования ФИО3 о взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока выполнения работы являются обоснованными и подлежащим удовлетворению.

При указанных обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка, исходя из следующего расчета 364 600 рублей (цена договора) х 3% х 14 дней (период просрочки исполнения обязательства с 28 января 2019 года по 10 февраля 2019 года) = 153 132 рубля.

Вместе с тем, представителем ответчика заявлено о несоразмерности суммы подлежащей взысканию неустойки последствиям нарушенных обязательств и о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая указанное ходатайство представителя ответчика, суд приходит к следующему. 

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика.

В силу ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

При этом из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14 марта 2001 года № 80-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО5, ФИО6 и ФИО7 на нарушение их конституционных прав статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. Не ограничивая сумму устанавливаемых договором неустоек, Гражданский кодекс Российской Федерации вместе с тем управомочивает суд устанавливать соразмерные основному долгу их пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре. Это является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Возложение законодателем на суды общей юрисдикции решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

При указанных обстоятельствах, учитывая период просрочки, степень нарушения прав истца и степень вины ответчика, последствия нарушения ответчиком своих обязательств с учетом того, что умышленных действий, направленных на причинение истцу убытков со стороны ответчика не установлено, принимая во внимание, что неустойка не может служить источником обогащения, а также, что суду не были представлены доказательства, подтверждающие, что просрочка исполнения обязательств причинила истцу ущерб, который соответствует истребуемой им сумме неустойки, суд приходит к выводу, что взыскание с ответчика неустойки в размере 153 132 рубля будет несоразмерным последствиям нарушенного им обязательства, в связи с чем, полагает возможным применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер взыскиваемой неустойки до 38500 рублей. 

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в размере 38500 рублей.

Указанная сумма неустойки соответствует последствиям нарушенных обязательств. 

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

В силу ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Таким образом, по смыслу Закона «О защите прав потребителей» сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

Принимая во внимание, что судом установлен факт нарушения ответчиком прав истца как потребителя на получение неустойки в добровольном порядке, учитывая принцип разумности и справедливости, отсутствие доказательств, свидетельствующих о характере нравственных страданий, конкретные обстоятельства дела, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, полагая данную сумму разумной и справедливой.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» и разъяснениями, содержащимися в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Данная норма предусматривает обязанность суда взыскивать штраф с продавца (изготовителя) от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Соответственно, и размер штрафа, и обязательность его характера установлены федеральным законодательством, а уменьшение данного размера возможно лишь в исключительных случаях по мотивированному заявлению ответчика.

Принимая во внимание, что истец обращался к ответчику с требованием о выплате неустойки, которое в добровольном порядке ответчиком удовлетворено не было, с ответчика подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, размер которого составит 19750 рублей (38500 рублей + 1000 рублей)* 50 %). 

При этом суд считает, что каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих применить правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено и каких-либо действий, направленных на урегулирование спора с потребителем после подачи иска в суд, позволивших бы суду учесть степень выполнения ответчиком своих обязательств, не совершалось. 

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание характер спора и установленные действующим законодательством требования соразмерности, справедливости и соблюдения баланса интересов сторон, суд считает, что подлежащий уплате штраф соразмерен последствиям нарушенного обязательства, в связи с чем оснований для его снижения у суда не имеется.

В соответствии со статьёй 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён при подаче искового заявления.

С ответчика в бюджет муниципального образования город Мурманск подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 1655 рублей (1355 рублей за требования имущественного характера о взыскании неустойки, 300 рублей – за требования неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда)

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Мебелария» о защите прав потребителя – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мебелария» в пользу ФИО3 неустойку в размере 38500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, штраф в размере 19750 рублей, а всего – 59250 рублей.

В удовлетворении исковых требований о расторжении договора на изготовление мебели № от 18.11.2018, взыскании неустойки в размере, превышающем 38500 рублей, компенсации морального вреда в размере, превышающем 1000 рублей, ФИО3 – отказать.

В удовлетворении требований третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4 о расторжении договора потребительского кредита № № от 18.11.2018, заключенного с акционерным обществом «Альфа-Банк», взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Мебелария» денежных средств в размере 127 587 рублей – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мебелария» в бюджет муниципального образования город Мурманск государственную пошлину в размере 1655 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья В.А. Засыпкина