Судья Шершнева М.А. Дело № 33-2446/2025

УИД 44RS0001-01-2024-011240-80

№ дела в суде 1 инстанции 2-1098/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Кострома 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:

председательствующего Ильиной И.Н.

судей Зиновьевой Г.Н., Королевой Ю.П.

при секретаре Агафоновой М.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании действий по подключению к программе добровольного страхования незаконными, взыскании стоимости услуги, компенсации морального вреда

с апелляционной жалобой ФИО1 на решение Свердловского районного суда г.Костромы от 16 мая 2025 года, которым исковые требования оставлены без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Ильиной И.Н., выслушав истца ФИО1, поддержавшего апелляционную жалобу, представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, полагавших решение суда законным и обоснованным судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, указав, что 13 октября 2023 г. между ним и ПАО Сбербанк (далее также Банк) в лице филиала - Дополнительного офиса № ПАО Сбербанк по адресу: 

<

адрес> был заключен кредитный договор №. При оформлении кредитного договора истцу навязали Программу страхования №1 «Защиты жизни заемщика», размер платы за участие в которой составлял 29318,18 руб. При этом сотрудник банка Л. не разъяснила условия участия в данной программе, а также размер платы. Позже выяснилось, что после подписания договора истцу были обязаны выдать Памятку, в которой указаны особенности и риски страховой услуги, условия и сроки возврата денежных средств. Однако полная и достоверная информация об услуге, как то предусмотрено ст.10 Закона РФ «О защите прав потребителей», не была сообщена истцу, а его многочисленные обращения в ПАО Сбербанк результата не дали. Также истцом поданы обращения в отделение ПАО Сбербанк, прокуратуру Костромской области, Центральный Банк РФ и Генеральную прокуратуру РФ. Неправомерными действиями дополнительного офиса № ПАО Сбербанк истцу был причинен моральный вред. 30 июля 2024 г. истец направил жалобу на ПАО Сбербанк в Службу обеспечения деятельности финансового уполномоченного, на которую 09 августа 2024 г. получен ответ о том, что содержащиеся в обращении вопросы не относятся к компетенции финансового уполномоченного, и оно перенаправлено в Центральный Банк РФ. 27 августа 2024 г. Службой по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг в адрес истца направлен ответ с разъяснением права на обращение в суд.

На основании изложенного истец просит признать действия дополнительного офиса № ПАО Сбербанк по адресу: 

<

адрес> по навязыванию ему Программы страхования № 1 «Защита жизни заемщика» незаконными; взыскать с ПАО Сбербанк в лице дополнительного офиса № ПАО Сбербанк денежные средства в размере 29 318,18 руб. и компенсацию морального вреда 15000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица судом привлечено ООО СК «Сбербанк страхование жизни».

Решением Свердловского районного суда г.Костромы от 16 мая 2025 года исковые требования ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании действий незаконными, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить. Выражая несогласие с решением суда, настаивает на том, что услуга по подключению к Программе страхования жизни была ему навязана при подписании кредитного договора, при этом документы предоставлялись для подписания электронной подписью, соответствующие объяснения и разъяснения не давались, Памятка выдана не была, списание с него суммы 29318,18 руб. является необоснованным.

В возражениях относительно апелляционной жалобы представитель ПАО Сбербанк ФИО3 просит решение суда оставить без изменения.

Судом апелляционной инстанции дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица ООО СК «Сбербанк страхование жизни», извещенного о месте и времени слушания дела.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно неё, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 13 октября 2023 г. ФИО1, 

<

данные изъяты> года рождения, обратился в дополнительный офис ПАО Сбербанк №, находящийся в 

<

адрес>, для решения вопроса о погашении имеющейся у него задолженности по договору на получение кредитной карты от ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на 13 октября 2023 г. общая задолженность по карте составляла СУММА.

В офисе он взаимодействовал с сотрудником Банка, на устройстве которого (сотрудника банка) 13 октября 2023 г. в 10 часов 16 минут 38 секунд подписал простой электронной подписью (цифровым кодом, поступающими на мобильный телефон истца) заявление-анкету на получение потребительского кредита, который желал направить на погашение задолженности по договору от ДД.ММ.ГГГГ.

Данный документ содержал в себе две страницы текста 10 шрифтом с интервалом 0,7 см, был подписан простой электронной подписью спустя 11 минут после начала обслуживания истца и 42 секунды после поступления кода на телефон ФИО1 В этом заявлении, помимо внесенных сотрудникам банка со слов истца его персональных данных, в числе прочих условий, согласий и уведомлений, в последнем абзаце на второй странице содержится типовое разъяснение, что «заявитель проинформирован о возможности принять участие в добровольных программах страхования, и такое участие не является обязательным условием для получения кредита. Заявитель подтверждает, что им была получена исчерпывающая информация об условиях программ, необходимая для принятия добровольного решения об участии/неучастии в Программах, и уведомлен о том, что для участия в Программе необходимо оформить и подписать соответствующее заявление» (л.д.34 оборот).

После этого в 10 часов 17 минут 15 секунд на телефон истца поступило смс-сообщение «Вам одобрен кредит ФИО4 р. Получить его можно до 12.11.23 в Сбербанк Онлайн».

В 10 часов 21 минута 11 секунд, то есть спустя 4 минуты после подписания анкеты, на номер телефона истца поступило смс-сообщение следующего содержания: «Получение кредита на сумму ФИО4. Срок 60 мес., ставка 

<

данные изъяты>% годовых, счет зачисления 

<

данные изъяты>, самостоятельная услуга программа защиты жизни заемщика - 29318,18р. Введите код 

<

данные изъяты> на устройстве сотрудника. Никому не сообщайте».

Данный код был введен истцом в 10 часов 23 минуты 01 секунду, после чего обслуживание клиента было завершено.

В связи с введением этого кода одномоментно были подписаны простой электронной подписью истца три документа:

- Индивидуальные условия кредитного договора № (л.д.35 с об.) на двух страницах 10 шрифтом с приложенными к ним Общими условиями кредитования (л.д. 36- 41) на 11 страницах 10 шрифтом, по условиям которого заемщику предоставлен потребительский кредит на сумму ФИО4 руб. под 

<

данные изъяты>% годовых, срок действия кредитного договора – до полного выполнения сторонами своих обязательств по договору, срок возврата кредита – по истечении 60 месяцев с даты предоставления кредита (пункты 1-3 Индивидуальных условий);

- заявление на участие в Программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика» (л.д.84-85) на 3 страницах 10 шрифтом, в котором ФИО1 выразил согласие быть застрахованным в ООО Страховая компания «Сбербанк страхование жизни» и просил ПАО Сбербанк заключить в отношении него Договор страхования по Программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика» в соответствии с условиями, изложенным в настоящем заявлении и Условиях участия в Программе страхования № 1,

- поручение (л.д.86) о перечислении с его счета № на счет получателя ПАО Сбербанк комиссии Банка за участие в программе страхования (включая НДС) и компенсация расходов Банка на оплату страховой премии страховщику в размере 29318,18 руб.

Электронные подписи истца в этих трех документах проставлены в одно и то же время, имеют один код авторизации и номер операции.

ФИО1 17 октября 2023 г. частично погасил кредит, внеся 

<

данные изъяты> руб., в связи с чем изменился срок погашения – он был укорочен до 15 февраля 2026 г. (л.д.52).

Между ООО СК «Сбербанк страхование жизни» и ПАО Сбербанк (страхователь) 17 ноября 2020 г. заключено Соглашение об условиях и порядке страхования № (л.д.61, 94), в рамках которого заключаются договоры личного страхования в отношении заемщиков ПАО Сбербанк на основании письменных заявлений заемщиков, которые они подают непосредственно в Банк. ФИО1 (в рамках кредитного договора № от 13 октября 2023 г.) является застрахованным лицом в рамках Программы страхования жизни 

<

данные изъяты>, срок действия страхования с 13 октября 2023 г. по 12 октября 2028 г. Страховая премия в полном объеме перечислена страхователем на расчетный счет ООО СК «Сбербанк страхование жизни». Страховая сумма составляет ФИО4 руб.

Из материалов дела усматривается, что 29 января 2024 г. ФИО1 обратился в ПАО Сбербанк с заявлением на досрочное прекращение договора страхования от 13 октября 2023 г., в качестве причины возврата денежных средств указал, что «страховка навязана» (л.д.113). Заявление подписано простой электронной подписью.

Ответ на заявление был дан 01 февраля 2024 г. (л.д.114), в нем банк указал, что согласно условиям программы добровольного страхования жизни и здоровья заемщика возврат средств предусмотрен в течение 14 календарных дней с даты отплаты. Заявление подано по истечении 14 дней с даты оплаты, в связи с чем средства не могут быть возвращены, договор страхования является действующим, и при наступлении страхового случая будет получена выплата в соответствии с условиями программы. Также указано, что отключиться от программы страхования без возврата средств можно в офисе банка.

Не согласившись с отказом и полагая, что услуга страхования ему навязана банком, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в иске, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО1 подтвердил свое согласие на заключение договора в соответствии с Условиями участия в Программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика», в связи с чем банк перечислил страховщику страховую премию, и договор страхования был заключен, заключение кредитного договора не было обусловлено заключением договора страхования, истец мог отказаться от участия в Программе страхования, но надлежащим образом (путем направления соответствующего заявления на адрес ответчика, указанный в Ключевом информационном документе) этого не сделал.

Также суд, руководствуясь положениями ст.ст.151, 1101 ГК РФ, ст.15 Закона РФ от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), не нашел оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда, указав на отсутствие достоверных и допустимых доказательств нарушения ответчиком прав истца, причинения нравственных и физических страданий.

Между тем коллегия находит выводы суда о том, что услуга по договору личного страхования не была навязана истцу и до подписания заявления о присоединении к программе страхования до него была доведена вся необходимая для правильного выбора услуги информация, не основанными на установленных по делу обстоятельствах.

Согласно ст.934 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

В ст. 940 ГК РФ установлено, что договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования (статья 969). Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. Договор страхования может быть также заключен путем составления одного электронного документа, подписанного сторонами, или обмена электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Из разъяснений пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

Если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков (пункт 1 статьи 12 Закона о защите прав потребителей).

При этом информация об услуге должна быть предоставлена таким образом, чтобы потребитель осознавал наличие права выбора и отказа от услуги, имел возможность реализовать данное право.

Из пункта 4 статьи 12 Закона о защите прав потребителя следует, что при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги).

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» содержатся разъяснения о том, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Согласно пункту 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны. Если включение в договор условий, ущемляющих права потребителя, повлекло причинение убытков потребителю, они подлежат возмещению продавцом (изготовителем, исполнителем, импортером, владельцем агрегатора) в полном объеме в соответствии со статьей 13 настоящего Закона.

В силу пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей к недопустимым условиям договора, ущемляющим права потребителя, относятся:

условия, которые устанавливают для потребителя штрафные санкции или иные обязанности, препятствующие свободной реализации права, установленного статьей 32 этого закона (подпункт 3);

условия, которые обусловливают приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг), в том числе предусматривают обязательное заключение иных договоров, если иное не предусмотрено законом (подпункт 5);

условия, которые содержат основания досрочного расторжения договора по требованию продавца (исполнителя, владельца агрегатора), не предусмотренные законом или иным нормативным правовым актом Российской Федерации (подпункт 8);

иные условия, нарушающие правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей (подпункт 15).

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», статья 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из установленных по делу обстоятельств через 20 минут после начала обслуживания истцу на мобильное устройство поступило смс-сообщение, содержащие в себе код для подписания одной электронной подписью пакета документов о предоставлении ему, как оказалось впоследствии, не взаимосвязанных между собой двух финансовых услуг: кредитного договора и договора личного страхования.

До этого момента доказательств обсуждения с истцом возможности заключения договора страхования в деле не имеется. Указание в заявлении-анкете на получение потребительского кредита о том, что ФИО1 проинформирован о возможности принять участие в добровольных программах страхования, не означает его согласие на подключение к этим программам и не подтверждает факт доведения до него условий всех возможных программ добровольного страхования.

Также, ответчиком в материалы дела не представлено доказательств того, что перед введением полученной электронной подписи истцу было разъяснено, что путем введения одного кода он одновременно с кредитным договором подпишет заявление о присоединении к программе личного страхования и оплатит услугу по присоединению к договору страхования; не была предоставлена возможность проставления потребителем отметки рядом с каждым документом, подписываемым путем введения полученного на мобильное устройство кода, о согласия или несогласии с каждым подписываемым документом в отдельности; не была предоставлена возможность отказаться от услуги по страхованию жизни при оформлении кредита; не разъяснено, что данная услуга не является дополнительной по отношении к кредитному договору, и что в течение 14 дней можно отказаться от договора страхования,

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика не смогли пояснить, как технически ФИО1, получив один код для подписания пакета документов, мог, введя его, подписать лишь один кредитный договор, не подписывая заявление на подключение к программе страхования жизни и поручение об оплате услуг банка по подключению к программе страхования.

Доводы ответчика о том, что 20 минут истцу, достигшему к момент заключения договоров 70 лет, было достаточно, чтобы детально ознакомиться с пакетом документов, состоящих как минимум из 31 страницы, и уяснить для себя все значимые нюансы не только кредитного договора, но и договора страхования: о праве на отказ от услуги страхования, о самостоятельном характере договора страхования и невозможности его расторжения при досрочном погашении кредита, о наличии права отказаться от договора страхования в течение 14 дней, об алгоритме действий при желании отказаться от услуги, коллегия находит явно несостоятельными.

Предположение представителей Банка о том, что сотрудник Банка разъяснил потребителю право не подписывать договор страхования, а также выдал представленный в суд «Ключевой информационный документ об условиях добровольного страхования», ничем не подтверждено.

Видеозапись обслуживания ФИО1 суду не представлена, при этом коллегия отмечает, что свои претензии относительно навязывания ему услуги ФИО1 стал предъявлять в течение трех месяцев со дня заключения договора, и поэтому основания для сохранения этой видеозаписи у ответчика имелись.

Также коллегия обращает внимание и на то обстоятельство, что согласие заемщика на предоставление ему дополнительных услуг не включено в заявление-анкету на предоставление кредита, поля (графы), в которых заемщик мог бы выразить согласие или отказ от оказания ему таких дополнительных услуг, отсутствуют.

Заемщику не предоставлена возможность и иным образом выразить согласие либо несогласие на присоединение к договору страхования жизни.

При таких обстоятельствах коллегия приходит к выводу о том, что ФИО1 была навязана услуга по подключению к программе страхования, вся необходимая информация о данной услуге до подписания заявления на участия в программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика» до истца доведена не была. При этом сам по себе факт подписания одной простой электронной подписью всего пакета документов о соблюдении страховщиком прав потребителя свидетельствовать не может.

Этот вывод подтверждается также и тем обстоятельством, что самостоятельной потребительской ценности для ФИО1 заключение договора страхования на страховую сумму, полностью совпадающую с размером кредита, на срок кредитования, но не взаимосвязанной с этим кредитом, который истец погашает досрочно, не имело.

При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене, а требования истца о признании незаконным подключения его к программе добровольного страхования и взыскании уплаченного Банку за эту услугу вознаграждения – удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу потребителя в соответствии со ст. 15 Закона о защите прав потребителей, коллегия исходит из требований разумности, и полагает возможным взыскать в пользу ФИО1 10 000 руб.

Также, в соответствии с ч.6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей в пользу истца подлежит взысканию штраф за отказ в добровольном удовлетворении его требований в размере 19659,09 руб. ((29318,18 руб.+10000 руб.)х50%).

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В связи с этим с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 7000 рублей (4000 рублей имущественной требование + 3000 рублей требование о взыскании компенсации морального вреда).

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Свердловского районного суда г.Костромы от 16 мая 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании действий по его подключению к Программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика», взыскании денежных средств, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным подключение ФИО1 к программе страхования № 1 «Защита жизни заемщика» 13 октября 2023 года, взыскать с ПАО Сбербанк (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) 29318 руб. 18 коп., 10000 рублей компенсацию морального вреда, 19659 руб. 09 коп. штраф, а всего 58977 (пятьдесят восемь тысяч девятьсот семьдесят семь) руб. 27 коп.

Взыскать с ПАО Сбербанк госпошлину в доход бюджета муниципального образования городской округ город Кострома в размере 7000 рублей.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через Свердловский районный суд г.Костромы в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 декабря 2025 года