УИД 16RS0041-01-2023-001132-62

Дело №2-851/2023

2.189г

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2023 года г. Лениногорск Республика Татарстан

Лениногорский городской суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи А.Е. Борисовой,

при секретаре судебного заседания А.А. Панариной, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску М.А.П. к исполнительному комитету муниципального образования «Лениногорский муниципальный район» Республики Татарстан о признании права собственности на жилой дом, 

УСТАНОВИЛ:

М.А.П. обратилась в суд с иском к исполнительному комитету муниципального образования «Лениногорский муниципальный район» Республики Татарстан о признании права собственности на жилой дом (пристрой).

В обоснование заявленных требований истец указала, что ей на праве собственности принадлежит земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства (приусадебные участки), общая площадь 

<

данные изъяты> кв.м. и расположенный на нем жилой дом, назначение: жилое, 1-этажный, общая площадь 

<

данные изъяты> кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она произвела реконструкцию дома путем пристроя к нему жилого помещения и частичной перепланировки дома. При проведении кадастровых работ было установлено, что жилой дом расположен в зоне с особыми условиями использования территории с № – зона минимальных расстояний до линейного сооружения Магистрального этанопровода «Оренбург - Казань». Возведенный пристрой к жилому дому соответствует целевому назначению земельного участка. На момент его строительства сведений о нахождении земельного участка в зоне минимальных расстояний от сельских поселений до этанопровода «Оренбург - Казань» не имелись. Указанные сведения были внесены в ЕГРН только в ДД.ММ.ГГГГ. 

По изложенным основаниям истец просит суд признать за ней право собственности на жилой дом, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>.

В судебное заседание истец М.А.П. не явилась, ее представитель – ФИО в письменном заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

Представитель ответчика исполнительного комитета муниципального образования «Лениногорский муниципальный район» Республики Татарстан в судебное заседание не явился, в представленном суду письменном ходатайстве просит рассмотреть дело в их отсутствие, принять решение в соответствии с действующим законодательством.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Газпром трансгаз Казань», в судебное заседание не явился, в представленном суду письменном отзыве, указал, что на земельном участке с кадастровым №, нарушений охранной зоны и зоны минимальных расстояний распределительного и магистрального газопровода, не обнаружено.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Газпром добыча Оренбург» - ФИО в судебное заседание не явилась, в представленном суду письменном отзыве просила отказать в удовлетворении исковых требований, сославшись на то, что указанный жилой дом расположен в зоне минимально допустимых расстояний этанопровода «Оренбург-Казань».

Суд, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежаще уведомленных о времени и месте слушания данного дела.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности. 

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 названного Кодекса. 

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации признание права является одним из способов защиты права.

В соответствии ч. 1 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением законов и иных правовых норм, приобретается этим лицом.

В соответствии со ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ, М.А.П. зарегистрировала право собственности на жилой дом, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ, М.А.П. зарегистрировала право собственности на земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м., находящегося по адресу: 

<

адрес>.

Истец обратился в суд с настоящим иском, указывая на то, что площадь жилого дома увеличилась, но ранее в площадь дома, данные сведения не были внесены и для дальнейшей регистрации права в установленном законном порядке ей необходимо установить право собственности на дом. 

Как усматривается из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, возведенный объект, жилой дом индивидуальной жилой застройки, площадью на земельном участке с кадастровым № по адресу: 

<

адрес>, соответствует противопожарным, строительным нормам и правилам и по своему назначению и конструктивным особенностям не угрожает жизни и здоровью граждан. 

Доводы представителя третьего лица ООО «Газпром добыча Оренбург» о том, что за истцом не может быть признано право собственности на вышеуказанный жилой дом, поскольку он расположен в зоне минимально допустимых расстояний от этанопровода, составляющей 2000 метров, признаются судом необоснованными в силу следующего.

Так, запрет на строительство зданий, сооружений в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения (необходимость получения соответствующего разрешения) был предусмотрен Правилами охраны магистральных газопроводов, утвержденными постановлением Совета Министров СССР от ДД.ММ.ГГГГ № (пункт 23), Положением о землях транспорта, утвержденным постановлением Совета Министров СССР от ДД.ММ.ГГГГ № (пункт 11), СНиП II-45-75 «Магистральные трубопроводы. Нормы проектирования» (таблица 5), а затем – Земельным кодексом Российской Федерации (пункт 6 статьи 90) и Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (статья 28).

Статьей 32 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» установлено, что организация-собственник системы газоснабжения, кроме мер, предусмотренных законодательством Российской Федерации в области промышленной безопасности, обязана обеспечить на стадиях проектирования, строительства и эксплуатации объектов системы газоснабжения осуществление комплекса специальных мер по безопасному функционированию таких объектов, локализации и уменьшению последствий аварий, катастроф (часть первая).

Органы исполнительной власти и должностные лица, граждане, виновные в нарушении ограничений использования земельных участков, осуществления хозяйственной деятельности в границах охранных зон газопроводов, зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов или в умышленном блокировании объектов систем газоснабжения либо их повреждении, иных нарушающих бесперебойную и безопасную работу объектов систем газоснабжения незаконных действиях, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 3).

В соответствии с п. 1 ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка.

Самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (абзац 3 пункт 2).

На основании статьи 4 (пункт 1) Гражданского кодекса Российской Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Согласно пункту 1.4 Правил охраны магистральных газопроводов, утвержденных постановлением Федерального горного и промышленного надзора России от ДД.ММ.ГГГГ №, предприятия трубопроводного транспорта должны передать материалы фактического положения трубопровода (исполнительная съемка) с привязкой охранных зон, входящих в его состав коммуникаций и объектов, в соответствующие местные органы власти и управления для нанесения их на районные карты землепользователей. Аналогичные нормы содержались в Правилах охраны магистральных трубопроводов, утвержденных постановлением Совета Министров СССР от ДД.ММ.ГГГГ № (пункт 6).

В соответствии с пунктом 1.13 Правил технической эксплуатации магистральных газопроводов, утвержденных Министерством газовой промышленности СССР ДД.ММ.ГГГГ, после приема газопровода в эксплуатацию эксплуатирующая организация должна проконтролировать, чтобы в месячный срок фактическое положение газопровода было нанесено на карты землепользователей в исполнительных комитетах районных (городских) Советов народных депутатов.

Таким образом, указанные подзаконные акты устанавливали обязанность организации газовой промышленности по информированию заинтересованных лиц о месте расположения газопровода в целях недопущения причинения вреда при возможных аварийных ситуациях.

Между тем, как следует из материалов дела, строительство спорного жилого дома было осуществлено ранее установления законодательного урегулирования запретов на строительство в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения – в ДД.ММ.ГГГГ.

В своем постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П в пункте 4.2 Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что Основы земельного законодательства Союза ССР и союзных республик 1969 года и Земельный кодекс РСФСР 1970 года предусматривали, в статьях 46 и 118 соответственно, ведение уполномоченными государственными органами государственного земельного кадастра, содержащего совокупность достоверных и необходимых сведений о природном, хозяйственном и правовом положении земель. Вместе с тем, согласно пункту 6 Правил охраны магистральных газопроводов и пункту 26 Положения о землях транспорта материалы о фактическом положении трубопроводов (исполнительная съемка) передавались исполнительным комитетам районных, городских, районных в городах Советов народных депутатов для нанесения трасс трубопроводов (но не охранных зон и минимальных расстояний) на районные карты землепользований. При этом не обеспечивались публичность и общедоступный характер сведений о местонахождении трубопроводов, об ограничениях в использовании земельного участка в связи с наличием в непосредственной близости газопровода как опасного производственного объекта.

В федеральных законах от ДД.ММ.ГГГГ № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» и от ДД.ММ.ГГГГ № 28-ФЗ «О государственном земельном кадастре» был провозглашен принцип открытости сведений, содержащихся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним и в государственном земельном кадастре, но и в этих нормативных правовых актах отсутствовало прямое указание на публичность сведений о границах минимальных расстояний до трубопроводов, в пределах которых запрещено строительство, и включении соответствующей информации в государственный земельный кадастр.

Лишь с принятием Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» можно связать введение комплексной регламентации зон с особыми условиями использования территорий, включая обеспечение публичности сведений о таких зонах (абз. 2, 3, 4).

Следовательно, действующее законодательство содержит необходимые правовые механизмы, обеспечивающие информирование собственников и иных владельцев соответствующих земельных участков о наличии ограничений в пользовании ими. Однако в полном объеме такие механизмы начали функционировать лишь с момента вступления в силу указанных положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ, что подтверждает их ранее существовавшую недостаточность.

Кроме того, в пункте 6 вышеназванного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации отражено, что возведение гражданами построек в зоне минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов осуществлялось на определенном историческом этапе в условиях неразвитости нормативно-правового регулирования деятельности местных органов власти по предотвращению такого строительства, а также недостаточности законодательно установленных мер по обеспечению публичной доступности в земельных правоотношениях сведений об ограничениях на возведение построек в привязке к конкретным земельным участкам.

Как следует из материалов дела, в течение нескольких десятилетий ни организация газовой промышленности, ни исполком районного Совета народных депутатов, а также созданный позднее орган местного самоуправления 

<

адрес> требований о сносе спорного дома как самовольной постройки к его собственнику не предъявляли, тем самым были созданы предпосылки для возведения спорного объекта и осуществления перехода права собственности на спорное строение.

Поскольку из материалов дела следует, что в течение значительного периода времени со стороны органа местного самоуправления (районного Совета народных депутатов) не предпринималось достаточных мер, способных предотвратить возведение спорного строения в пределах минимальных расстояний от оси газопровода, а организация газовой промышленности в течение непозволительно длительного периода времени с соответствующими требованиями в суд не обращалась, суд приходит к выводу о том, что истец, не может быть лишен права на приобретение спорного жилого дома.

Также необходимо отметить, что согласно представленным суду копиям писем, направленных главным инженером УЭСП ООО «Газпром добыча Оренбург» – ФИО в адрес руководителя МО ФИО1 ЛМР 

<

адрес>, на землях Лениногорского муниципального района Республики Татарстан, в том числе Федотовского сельского поселения, расположен магистральный трубопровод: этанопровод «Оренбург-Казань» Dy300мм, Ру10,0МПа, по которому транспортируется этановая фракция в сверхкритическом состоянии. При этом, со ссылкой на положения таблицы № СП 36.13330.2012 «Магистральные трубопроводы» Актуализированная редакция СНиП ДД.ММ.ГГГГ-85*», в письмах указывается, что зона минимальных расстояний от этанопровода «Оренбург-Казань» до сельского поселения составляет 2000 метров. Спорный жилой дом входит в эту зону минимальных расстояний, поскольку находится на расстоянии 1331 метров от него.

Ссылка представителя ООО «Газпром добыча Оренбург» на то, что протяженность зоны минимально допустимых расстояний от этанопровода «Казань-Оренбург» в данном случае составляет 2000 метров, является несостоятельной, поскольку таблица № СП 36.13330.2012, на которую они ссылаются в своих письмах и отзыве на исковое заявление, находится в разделе 16 СП 36.13330.2012 «Проектирование трубопроводов сжиженных углеводородных газов».

Между тем в разделе 7 СП 36.13330.2012 «Основные требования к трассе трубопровода» находится таблица №, в которой приведены иные значения минимально допустимых расстояний от оси газопровода до населенного пункта.

Таким образом, поскольку законодатель разделяет эксплуатацию и проектирование трубопроводов, устанавливая для них различные значения зоны минимально допустимых расстояний, что связано с предполагаемым развитием и ростом населенных пунктов, то после введения трубопровода в эксплуатацию, при определении зоны минимально допустимых расстояний от трубопровода, необходимо руководствоваться таблицей №.

При таких обстоятельствах, учитывая, что представленные по делу доказательства в их системной связи и наличие положительного заключения, суд полагает, что требования истца о признании права собственности на дом являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования М.А.П. к исполнительному комитету муниципального образования «Лениногорский муниципальный район» Республики Татарстан о признании права собственности на жилой дом - удовлетворить.

Признать за М.А.П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право собственности на жилой дом, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Лениногорский городской суд Республики Татарстан.

Судья Лениногорского городского суда

Республики Татарстан подпись А.Е. Борисова 

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Копия верна. Судья А.Е. Борисова

Решение вступило в законную силу «___»_____________ 2023 года.

Судья_____________________________

Подлинник данного документа подшит в деле №, хранящемся в Лениногорском городском суде Республики Татарстан.