Дело №2-282/2025 (2-1868/2024)

УИД 33RS0019-01-2024-002677-64

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 августа 2025 года г.Суздаль 

Суздальский районный суд Владимирской области в составе: 

председательствующего судьи Сопневой Я.В., 

при секретаре Богдановой Ю.А.,

с участием представителя истца ФИО2 по доверенности – ФИО4, помощника Суздальского межрайонного прокурора Мурманцевой П.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Суздале Владимирской области гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО5 о возмещении имущественного и морального вреда, причиненного преступлением, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГПК РФ, судебных расходов. В обоснование иска указала, что в производстве СЧ по РОПД СУ УМВД России по Владимирской области находится уголовное дело, объединенное в одно производство под ###, по результатам возбуждения 12.01.2022 и 15.01.2022 уголовных дел в отношении ФИО5 и неустановленных лиц по признакам преступлений, предусмотренных 

<

данные изъяты> УК РФ. Потерпевшей по настоящему уголовному делу признана истец. Как установлено следствием, в период времени с января 2018 по 14.01.2022 обвиняемый ФИО6 похитил у истца путем обмана денежные средства в размере 2 340 000, что является особо крупным размером. В результате психотравмирующей ситуации, созданной преступными поведением ФИО6 и нарушившей блага, указанные в ст. 150 ГК РФ, длительное время истец находилась в депрессивном состоянии, ей были причинены нравственные страдания, выразившиеся в ощущении чувства страха и тревоги за свое имущество, утрате возможности проживания в благоустроенной квартире. Состояние непрерывного стресса повлекло и более серьезные для здоровья последствия в виде развития 

<

данные изъяты>, которое привело к необходимости длительного лечения и хирургического вмешательства (

<

данные изъяты>), что подтверждается медицинским документами. Истец также указала, что в ходе предварительного следствия, в связи с тем, что не обладает познаниями в области юриспруденции, обратилась за правовой помощью к адвокату Шаронову В.Ф., который был привлечен к участию в деле в качестве защитника по соглашению. В результате истцом произведена оплата юридических услуг адвокату в размере 63 000 рублей, что подтверждается квитанцией к соглашению ### от *** ###. На основании вышеизложенного, истец просит взыскать с ответчика ФИО5 материальный ущерб в размере 2 340 000, 00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 04.10.2017 по 02.03.2025 в размере 1 552 153,23 руб., проценты за пользования чужими денежными средствами по ключевой ставке Банка России действующей в соответствующий период, начиная с 03 марта 2025 года по день фактического исполнения обязательства полностью, либо в части; компенсацию морального вреда в размере 1 500 000,00 руб., расходы по оплате юридических услуг адвоката в размере 63 000,00 руб.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, была уведомлена о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, об отложении дела не ходатайствовала.

Представитель истца ФИО2 по доверенности – ФИО4, исковые требования поддержала, просила взыскать с ответчика ФИО5 материальный ущерб в размере 2 340 000, 00 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 04.10.2017 по 02.03.2025 в размере 1 552 153,23 руб., согласно представленному расчету, проценты за пользования чужими денежными средствами по ключевой ставке Банка России, начиная с 03.03.2025 по день фактического исполнения обязательства; компенсацию морального вреда в размере 1 500 000,00 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 63 000,00 руб. 

В ранее состоявшемся судебном заседании представитель истца по доверенности – ФИО7, дополнительно пояснил, что преступные действия вызвали у ФИО2 состояние непрерывного стресса от совершенного преступления, этому также способствовал долгий процесс возбуждения и расследования уголовного дела, ФИО2 в результате преступления потеряла практически все накопленные ею за очень продолжительное время денежные средства. Все это повлекло и более серьезные для здоровья истца последствия в виде развития 

<

данные изъяты>, и иных диагнозов. Так, согласно выписке из истории болезни ### ГБУЗ ВО «###» ФИО2 перенесла 

<

данные изъяты>, согласно выписному эпикризу, с 23.09.2023 года она страдает 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>. Согласно выпискам и эпикризам указанный диагноз прогрессирует, проявляются различные осложнения, в том числе требуют приема большого количества препаратов и лечебных процедур. ФИО5 воспользовался возрастом и доверием ФИО2 фактичекски лишил ее практически всех накоплений. ФИО2 до сих пор находится в сильнейшем стрессе. ФИО2 присвоена третья группа инвалидности. Причиненный моральный вред ФИО2 оценивает в 1 500 000 рублей.

Ответчик ФИО5, уведомленный о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности – адвокат Зайцева Д.В., в ранее состоявшихся судебных заседаниях против удовлетворения иска возражала, указала, что с требованиями о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, ФИО5 согласен только в части, просила о снижении суммы имущественного вреда, причиненного преступлением на 250 000 руб., поскольку в данной сумме вред возмещен, что подтверждается переводом, сделанным ФИО5 на расчетный счет ФИО2, а также приговором суда. Указала, что с требованием о возмещении процентов за пользование чужими денежными средствами ФИО5 не согласен, так как истцом нарушен срок исковой давности для предъявления требований о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ, который составляет 3 года. Кроме того, факт неисполнения ФИО5 задолженности по договорным обязательствам, исходя из которых ФИО2 рассчитывает проценты по ст. 395 ГК РФ, установлен только приговором Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024, в связи с чем, начисление процентов возможно только с даты вступления приговора Октябрьского районного суда г. Владимира в законную силу, с 17.10.2024. Однако, ФИО5, согласно приговору и с момента его провозглашения 20.09.2024, был взят под стражу в зале суда. Несмотря на его добровольное частичное возмещение ущерба и желание, возместить ущерб в полном объеме, в настоящий момент он не может, ввиду независящих от него обстоятельств, поскольку невозможно возмещать ущерб, находясь в местах лишения свободы. Кроме того, согласно медицинским документам, ФИО5 имеет инвалидность, ряд заболеваний, в силу которых он не может быть трудоустроен и возмещать ущерб. С требованием о возмещении морального вреда ФИО1 не согласен. Полагает, что сумма в размере 1 500 000 руб. в качестве морального вреда крайне завышена, потерпевшей не доказана причинно-следственная связь между заболеванием и причиненным преступлением вредом. С требованием о взыскании расходов по оплате услуг представителя адвоката в размере 63 000 рублей сторона ответчика не согласна, так как потерпевшей не предоставлены доказательства несения данных расходов, которые были запрошены ответчиком. Сторона ответчика просила суд учесть наличие тяжелых заболеваний ФИО5 (

<

данные изъяты>) которыми он страдал еще с 2017 года и по настоящее время.

Третье лицо – ГБУСОВО «Оргтрудовский дом-интернат для престарелых и инвалидов», в судебное заседание явку представителя не обеспечило, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещалось надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовало.

Суд, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных участников процесса.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителя истца, заключение прокурора, полагавшего необходимым исковые требования о взыскании морального вреда удовлетворить с учетом требований разумности и справедливости и всех заслуживающих внимания обстоятельств дела, суд приходит к следующим выводам.

Под убытками в соответствии с п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как следует из статьи 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из положений статьи 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

По смыслу ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, изложенных в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Положения ст. 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 №N 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст. 13 ГПК РФ во взаимосвязи с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Право на жилище - одно из важнейших социально-экономических прав граждан России. Данное право реализуется посредством возможности иметь жилище, пользоваться им, а также распоряжаться им в установленных законом случаях и порядке и закреплено в ст. 40 Конституции РФ. Согласно ст. 17 Конституции РФ право на жилище принадлежит каждому от рождения. Основаниями возникновения жилищных прав являются договоры и иные сделки: договоры купли-продажи, дарения, мены, ренты, социального найма, договор поднайма, обмена жилыми помещениями, управления общим имуществом в многоквартирном доме, коммерческого найма, аренды, а также приватизации.

В соответствии со ст. 2 ЖК РФ право граждан на жилище обеспечивается в том числе посредством содействия развитию рынка недвижимости в жилищной сфере, использования бюджетных средств и иных не запрещенных законом источников денежных средств для улучшения жилищных условий граждан, предоставления гражданам жилых помещений по договорам социального найма или договорам найма жилых помещений государственного или муниципального жилищного фонда, стимулирования жилищного строительства, обеспечения контроля за использованием и сохранностью жилищного фонда и государственного жилищного надзора.

Конституцией РФ предусмотрено, что органы государственной власти и местного самоуправления поощряют жилищное строительство, создают условия для осуществления права на жилище (ч. 2 ст. 40). Это может выражаться в предоставлении малоимущим гражданам жилых помещений в пользование; расширении государственного и муниципального жилищных фондов, содействии развитию частного фонда и других форм обеспечения граждан жилищем и др.

Однако действующим законодательством РФ не предусмотрена обязанность государства обеспечивать жильем всех граждан. Граждане за свой счет или с привлечением государственных субсидий вправе покупать, менять, арендовать, строить своими силами или с привлечением подрядных организаций жилье. При этом необходимо отметить, что малоимущим и иным категориям граждан, нуждающимся в жилище, жилье может быть предоставлено бесплатно в соответствии с установленными нормами жилищного законодательства субъектов РФ.

Гарантией права на жилище является недопустимость произвольного лишения жилища. 

Способы защиты жилищных прав предусмотрены ст. 11 ЖК РФ., при этом, данный перечень не является исчерпывающим.

Приговором Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024, вступившим в законную силу 17.10.2024, установлено, что ФИО5 совершил преступление, предусмотренное ч

<

данные изъяты> УК РФ при следующих обстоятельствах. Общество с ограниченной ответственностью «Строймир 21 век» (далее ООО «Строймир 21 век») зарегистрировано в налоговом органе 03 ноября 2017 года за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) ### с присвоением индивидуального номера налогоплательщика (ИНН) ###. Адрес месторасположения Общества: 

<

...>, помещение 1. С момента учреждения Общества его директором назначена ФИО8, которая приказом ### от 04 ноября 2017 года предоставила ФИО5 право подписи документов от имени указанного Общества за директора (то есть за нее ФИО8). ООО «ТК Строймир 21 век» ОГРН ###, ИНН ###, зарегистрировано налоговым органом 16 мая 2016 года по адресу: 

<

...>, помещение 1. Директором указанного Общества назначена ФИО9 При этом ФИО5 являлся фактическим руководителем ООО «Строймир 21 век» и ООО «ТК Строймир 21 век» осуществляя деятельность от имени указанных организаций, руководителями в которых являлись аффилированные ему лица супруга ФИО8 и знакомая ФИО9 Осенью 2017 года, но не позднее 04 октября 2017 года у ФИО5 находящегося на территории города Владимира возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, путем обмана и злоупотребления доверием, под предлогом передачи прав требования на 

<

...> расположенную в 

<

...> по проспекту Строителей 

<

...>, посредством заключения договоров займа. При этом руководители ООО «Строймир 21 век» и ООО «ТК Строймир 21 век», а также сам ФИО5 не имели на это намерений и возможности, по причине отсутствия заключенных договоров на приобретение прав на данную квартиры. Во исполнение своего преступного умысла, осенью 2017 года, не позднее 04 октября 2017 года ФИО5 посредством третьих лиц, не осведомленных о преступных намерениях последнего, приискал ФИО2 желающую приобрести право на указанную квартиру и договорился с ней о личной встрече. Осенью 2017 года, но не позднее 04 октября 2017 года при неустановленных следствием обстоятельствах для успешной реализации преступного умысла ФИО5 был получен пакет документов, включающий в себя: проект договора участия в долевом строительстве ### между ООО «Владавторесурс» и ООО «ТК Строймир 21 век», приложение к данному договору в виде план–схемы 

<

...> расположенной в 

<

...> по проспекту 

<

...>. Осенью 2017 года, но не позднее 04 октября 2017 года в дневное время (более точная дата следствием не установлена) ФИО5 находясь в офисном помещении по адресу: 

<

...>, действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, заведомо не намереваясь и не имя возможности исполнять свои обещания, продемонстрировал ФИО2 план-схему 

<

...> по проспекту 

<

...> и проект договора участия в долевом строительстве ### между ООО «Владавторесурс» и ООО «ТК Строймир 21 век» не заключенный и не зарегистрированный в установленном законом порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Владимирской области, и тем самым ввел в заблуждение ФИО2 относительно своих истинных намерений, убедив тем самым последнюю передать ему наличные денежные средства в сумме 2 340 000 рублей в счет оплаты передачи прав требования на указанную квартиру посредством заключения договоров займа. ФИО2 введенная в заблуждение ФИО5, заверенная последним, что после передачи ею всей суммы денежных средств по договорам займов она получит по окончанию строительства многоквартирного дома обещанную квартиру, доверяя последнему, согласилась на данное предложение. В период с 04 октября 2017 года по 19 сентября 2018 года во исполнение преступного умысла, направленного на хищение денежных средств ФИО2, путем обмана и злоупотребления доверием последней, действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, не имея намерений и реальной возможности выполнять свое обещание по передаче прав требования на 

<

...> расположенную в 

<

...> по 

<

...>, ФИО5 как лично так и посредством третьих лиц получил от ФИО2 денежные средства в общей сумме 2 340 000 рублей под видом заключения с ней договоров займа, а именно: 04 октября 2017 года ФИО5, выступая от имени ООО «ТК Строймир 21 век», находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: 

<

...>, посредством аффилированного директора указанного Общества ФИО9, не осведомленной о преступных намерениях ФИО5 и фактически выполнявшей функции бухгалтера в данной организации, заключил договор займа ### с ФИО2 на сумму 1 340 000 рублей, под 0,1% годовых, при этом умышленно не указав срок возврата займа по договору. В тот же день и в том же месте в исполнение условий договора ФИО2 введенная в заблуждение ФИО5 передала наличные денежные средства в сумме 1 340 000 рублей ФИО9, получив от последней квитанцию к приходному кассовому ордеру ### от 04 октября 2017 года, подтверждающую внесение денежных средств. Непосредственно после этого 04 октября 2017 года, находясь там же по адресу: 

<

...> "а" ФИО5 получил от ФИО9, не осведомленной о его преступных намерениях, переданные ей ФИО2 денежные средства в сумме 1 340 000 рублей. Далее, 12 января 2018 года с целью снижения бдительности ФИО2 ФИО5 выступая от имени ООО «ТК Строймир 21 век», находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: г 

<

...> посредством аффилированного директора указанного Общества ФИО9, не осведомленной о преступных намерениях ФИО5 и фактически выполнявшей функции бухгалтера в данной организации, заключил договор уступки прав требования (цессии) с ФИО2, в соответствии с которым последней передается право требования долга к ООО «Строймир 21 век» по договору займа ### от 04 октября 2017 года на сумму 1 340 000 рублей. При этом, заведомо для ФИО5 указанный договор не соответствовал требованиям ГК РФ. 

Затем продолжая реализовывать свой преступный умысел, 12 января 2018 года ФИО5 выступая от имени ООО «Строймир 21 век», находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: 

<

...>, посредством аффилированного директора указанного Общества ФИО8, не осведомленной о преступных намерениях ФИО5 заключил очередной договор займа с ФИО2 ### на сумму 170 000 рублей под 0,1% годовых, при этом умышленно не указав срок возврата займа по договору. В тот же день и в том же месте в исполнение условий договора ФИО2 передала наличные денежные средства в сумме 170 000 рублей ФИО8, получив от последней квитанцию к приходному кассовому ордеру ### от 12 января 2018 года, подтверждающую внесение денежных средств. Непосредственно после этого 12 января 2018 года, находясь там же по адресу: 

<

...> "а" ФИО5 получил от ФИО8, не осведомленной о его преступных намерениях, переданные ей ФИО2 денежные средства в сумме 170 000 рублей. 12 февраля 2018 года ФИО5 инициировал заключение между ООО «Владавторесурс» и ООО «Строймир 21 век» договора ### на участие в долевом строительстве объекта недвижимости, согласно которого застройщик (ООО «Владавторесурс») принимает участника долевого строительства (ООО «Строймир 21 век») в долевое строительство многоквартирного жилого дома на земельном участке по адресу: 

<

...>, с правом дальнейшего выкупа квартиры в указанном доме с проектным номером ### 16 апреля 2018 года ФИО5 выступая от имени ООО «Строймир 21 век», находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: 

<

...>, посредством аффилированного директора указанного Общества ФИО8, не осведомленной о преступных намерениях ФИО5 заключил очередной договор займа с ФИО2 ### на сумму 170 000 рублей в устной форме (без оформления письменного договора). В тот же день и в том же месте в исполнение условий договора ФИО16 передала наличные денежные средства в сумме 170 000 рублей ФИО17, получив от последней квитанцию к приходному кассовому ордеру № ### от 16 апреля 2018 года, подтверждающую внесение денежных средств. Непосредственно после этого 16 апреля 2018 года, находясь там же по адресу: 

<

...> "а" ФИО5 получил от ФИО8, не осведомленной о его преступных намерениях, переданные ей ФИО2 денежные средства в сумме 170 000 рублей. 13 июля 2018 года ФИО5 выступая от имени ООО «Строймир 21 век», находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: 

<

...>, посредством аффилированного директора указанного Общества ФИО8, не осведомленной о преступных намерениях ФИО5 заключил очередной договор займа с ФИО2 ### на сумму 170 000 рублей под 0,1% годовых, при этом умышленно не указав срок возврата займа и процентов по договору. В тот же день и в том же месте в исполнение условий договора ФИО2 передала наличные денежные средства в сумме 170 000 рублей ФИО8, получив от последней квитанцию к приходному кассовому ордеру № ### от 13 июля 2018 года, подтверждающую внесение денежных средств. Непосредственно после этого 13 июля 2018 года, находясь там же по адресу: 

<

...> "а" ФИО5 получил от ФИО8, не осведомленной о его преступных намерениях, переданные ей ФИО2 денежные средства в сумме 170 000 рублей. 19 сентября 2018 года ФИО5, являясь директором ООО «Строймир 21 век» находясь в дневное рабочее время в офисном помещении по адресу: 

<

...>, заключил очередной договор займа с ФИО2 ### на сумму 490 000 рублей под 0,1% годовых, при этом умышленно не указав срок возврата займа и процентов по договору. В тот же день (19 сентября 2018 года) и в том же месте (

<

...>) в исполнение условий договора ФИО2 передала наличные денежные средства в сумме 490 000 рублей ФИО5, получив от последнего квитанцию к приходному кассовому ордеру № ### от 19 сентября 2018 года. После получения денежных средств от ФИО2, ФИО5 имея при этом реальную возможность исполнить обязательства по договору долевого участия ### от 12 февраля 2018 года, заключенного между ООО «Владавторесурс» и ООО «Строймир 21 век», своих обязательств умышленно не исполнил. В результате 23 сентября 2019 года договор долевого участия ### от 12 февраля 2018 года расторгнут. Тем самым, в период с 04 октября 2017 года по 19 сентября 2018 года, ФИО5, реализуя свой корыстный преступный умысел, получив от ФИО2 денежные средства в общей сумме 2 340 000 рублей, данные ей обещания о передаче в установленном законом порядке прав на указанную квартиру не выполнил, денежные средства не возвратил и распорядился ими по своему усмотрению. Таким образом, в период с 04 октября 2017 года по 19 сентября 2018 года ФИО5 путем обмана и злоупотребления доверием ФИО2 похитил принадлежащие ей денежные средства в сумме 2 340 000 рублей, причинив тем самым последней значительный материальный ущерб в особо крупном размере.

В соответствии с примечанием к статье 158 УК РФ действия ФИО5 суд с приговоре от 20.09.2024 квалифицировал, как совершенные в особо крупном размере, поскольку стоимость похищенного имущества, превышает один миллион рублей.

Как усматривается из приговора от 20.09.2024, в ходе судебного заседания по уголовному делу подсудимый (гражданский ответчик) ФИО5 в полном объеме признал свою вину по всем инкриминируемым ему преступлениям, при обстоятельствах, подробно изложенных в обвинительном заключении, в содеянном раскаялся, публично принес свои извинения, при этом указал, что выплатил потерпевшей ФИО2 в счет возмещения ущерба от преступления денежные средства в размере 250 000,00 рублей. В связи с чем, исковые требования признает частично. Готов выплачивать оставшуюся сумму ущерба, вместе с тем, с требованием о взыскании с него морального вреда, не согласен, считая его чрезмерно завышенным, согласен выплатить сумму, связанную с оказанием юридических услуг по представлению интересов потерпевшей. 

По преступлению, предусмотренному ч.4 ст.159 УК РФ суд признал смягчающими наказание обстоятельствами: частичное добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления потерпевшей ФИО2, мнение потерпевшей, не настаивающей на строгом наказании для подсудимого. По каждому из преступлений, совершенных ФИО5, суд признал полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений, состояние здоровья ФИО5, его жены и сына, положительные характеристики, выразившиеся, в том числе, в получении благодарственных писем от различных муниципальных организаций, депутата Государственной думы, активная социальная жизненная позиция, оказание благотворительной и спонсорской помощи. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО5, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено. 

Учитывая данные о личности подсудимого, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенных им умышленных преступлений, суд приговорил признать ФИО5 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б» ч.2 ст.172 УК РФ, ч.2 ст.187 УК РФ, ч.4 ст.159 УК РФ и окончательно, по совокупности приговоров, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом 200 000 рублей.

Также в приговоре от 20.09.2024 суд признал за потерпевшей ФИО2 право на удовлетворение гражданского иска о взыскании материального ущерба и морального вреда и передал вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Производство по гражданскому иску ФИО2 о взыскании расходов на услуги представителя прекращено, поскольку требования в части взыскания расходов на услуги представителя не подлежат рассмотрению в рамках гражданского иска, а рассматриваются в ином судебном порядке, предусмотренном УПК РФ, в соответствии со ст. 131 УПК РФ, поскольку данные расходы являются процессуальными издержками (Т.1, л.д. 76-149). 

Разрешая заявленные истцом ФИО2 исковые требования о взыскании с ответчика ФИО5 причиненного преступлением материального ущерба в сумме 2 340 000,00 руб., суд отмечает, что сторона ответчика в судебном заседании с требованиями о возмещении имущественного ущерба согласилась в части, просила о снижении указанной суммы на 250 000 руб., поскольку в данной части вред возмещен, что подтверждается переводом, сделанным ФИО5 на расчетный счет ФИО2, в обоснование представила документы, подтверждающие денежные переводы: от 29.08.2024 в сумме 150 000,00 руб., и от 06.09.2024 в сумме 100 000,00 руб.

Сторона истца, не оспаривая получение денежных средств в размере 250 000,00 руб. в ходе рассмотрения уголовного дела, тем не менее, настаивала на взыскании с ответчика суммы ущерба в полном объеме, полагая не доказанным тот факт, что переводы на сумму 250 000,00 руб. непосредственно связаны с возмещением ущерба, причиненного мошенничеством.

Оценивая приведенные выше обстоятельства и доказательства, поскольку вступившим в законную силу приговором суда установлена вина ответчика в совершении мошеннических действий, повлекших причинение истцу материального ущерба на сумму 2 340 000,00 руб., учитывая, что документы, подтверждающие перечисление ответчиком ФИО5 истцу ФИО2 денежных средств в сумме 250 000,00 руб. до вынесения приговора суда от 20.09.2024 приобщены к материалам гражданского дела, кроме того, данные обстоятельства установлены вступившим в силу приговором Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024, где возмещение ущерба, причиненного преступлением, учтено судом, как смягчающее обстоятельство, суд полагает необходимым удовлетворить заявленные ФИО2 исковые требования о взыскании с ФИО5 материального ущерба в размере 2 340 000,00 руб., частично, исключив из этой суммы возмещенный при рассмотрении уголовного дела ущерб в размере 250 000,00 руб., взыскав с ответчика в пользу истца 2 090 000,00 руб. (2 340 000,00 – 250 000,00 = 2 090 000,00).

Разрешая исковые требования ФИО2 о взыскании с ФИО5 компенсации причиненного преступлением морального вреда, связанного с причинением физических и нравственных страданий, в сумме 1 500 000,00 руб., суд исходит из следующего.

В судебном заседании представитель истца указал, что ФИО5 воспользовался возрастом и доверием ФИО2 фактически лишил ее практически всех накоплений. ФИО2 до сих пор находится в сильнейшем стрессе. Всю жизни истец проживала в маленькой комнате в общежитии, много лет копила на собственное жилье, во многом себе отказывала. После потери денег накопить сумму в два миллиона рублей истец уже никогда сможет, тем более, что в настоящее время она подорвала здоровье. ФИО2 хотела купить квартиру в строящемся доме, но из-за того, что ФИО10 обманул ее, и подобные квартиры стоят в настоящее время около 6 000 000,00 рублей, он фактически лишил ФИО2 возможности приобретения жилья. До совершения ответчиком мошенничества истец была практически здорова, к врачам не обращалась, здоровье истца было подорвано новостью о совершении преступления, впоследствии истец не сразу официально обратилась за медицинской помощью, поскольку работала медсестрой и получала консультации у врачей неофициально. Тем не менее, действия ответчика вызвали у истца развитие 

<

данные изъяты>, вследствие чего последняя испытала моральные страдания. В 2021 году у ФИО2, в том числе на фоне стресса, развилась 

<

данные изъяты>. ФИО2 присвоена 

<

данные изъяты> инвалидности. Причиненный моральный вред ФИО2 оценивает в 1 500 000 рублей. В подтверждение своей позиции стороной истца представлена справка об инвалидности, копии медицинских документов ФИО2 

Ходатайства о назначении судебно-медицинской экспертизы стороной истца не заявлялось, в то же время, суд ставил данный вопрос на обсуждение сторон.

Как пояснила в судебном заседании свидетель Свидетель №1 – дочь истца, в 2017 году ее мать ФИО2 решила улучшить жилищные условия, ранее ФИО2 постоянно проживала в общежитии, копила на отдельную квартиру всю жизнь, мечтала о ней, во всем себе отказывала. Свидетель №1 и ее супруг – Свидетель №2, обратились к руководителю ООО «Строймир XXI век» ФИО5 по поводу покупки квартиры для матери, его рекомендовал один из родственников как надежного человека. ФИО5 сообщил, что у него есть квартира, которую он получил от застройщика, и он готов ее продать, если они передадут указанной им организации 2 340 000,00 руб. наличными. Он показал документы, убедив покупателей в серьезности своих намерений. ФИО2 была очень рада, что, наконец, сможет пожить в отдельной квартире. Денежные средства в сумме 2 340 000,00 руб. были внесены, но, как только нужная сумма была передана, ФИО5 и его сотрудники перестали выходить на связь. Свидетель Свидетель №1 пояснила, что когда она и ее муж поняли, что в отношении ФИО2 совершено мошенничество, они долго не решались ей сказать, боясь, что это сильно подействует на психику. Когда ФИО2, наконец, узнала о случившемся, то испытала сильнейший стресс, у нее начались проблемы со здоровьем, головные боли, бессонница, она очень долго плакала, переживала по поводу потерянных денег, на фоне данного стресса у нее случился 

<

данные изъяты>. К ней нескольку раз вызывался в частном порядке психолог. В тяжелом эмоциональном состоянии истец пребывала и на протяжении проведения расследования по уголовному делу, рассмотрения дела судом, не успокоилась и в настоящее время. С 2023 года ФИО2 живет в интернате в 

<

...>, купить ей квартиру не представляется возможным, поскольку деньги ФИО5 не возвращены, а цены за эти году очень возросли.

Данные обстоятельства подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 – зять истца.

Как указывалось выше, приговором Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024, вступившим в законную силу 17.10.2024, установлено, что ФИО5 совершил преступление, предусмотренное ч.4 ст.159 УК РФ, в период с 04 октября 2017 года по 19 сентября 2018 года, ФИО5, реализуя свой корыстный преступный умысел, получив от ФИО2 денежные средства в общей сумме 2 340 000 рублей, данные ей обещания о передаче в установленном законом порядке прав на указанную квартиру не выполнил, денежные средства не возвратил и распорядился ими по своему усмотрению. Таким образом, в период с 04 октября 2017 года по 19 сентября 2018 года ФИО5 путем обмана и злоупотребления доверием ФИО2 похитил принадлежащие ей денежные средства в сумме 2 340 000 рублей, причинив тем самым последней значительный материальный ущерб в особо крупном размере.

Как следует из показаний потерпевшей ФИО2, изложенных в приговоре от 20.09.2024, «..по выходу на пенсию в 2004 году она решила накопить денежные средства на приобретение двухкомнатной квартиры. ФИО15 познакомил их с дочерью с ФИО5, руководителем ООО «Строймир XXI век». В конце сентября 2017 года ФИО2, ее дочь и зять, встретились с ФИО5 в офисе, расположенном по ул.Лакина г.Владимира. ФИО5 сообщил, что он принимает участие в долевом строительстве жилого 

<

...> по 

<

...>. Квартиру по данному адресу он готов продать ей. ФИО5 показал подтверждающие документы и предоставил светокопии данных документов. Он пояснил, что готов переоформить 

<

...> на нее, как только она будет полностью оплачена из расчета 36 тысяч рублей за квадратный метр. Общая стоимость квартиры для них составит 2 миллиона 340 тысяч рублей. Как только он получает денежные средства, сразу же передаст в собственность двухкомнатную квартиру, документы на которую он показывал. При этом особо отметил, что денежные средства необходимо передать только в наличной форме. ФИО5 пояснил, что у него заключен договор с застройщиком на поставку строительных материалов, а в счет оплаты, ему застройщик передаст указанную квартиру. Он показал им план-схему данной квартиры, что им очень понравилось, и тем самым утвердил в них уверенность, что он серьезный человек и обманывать не будет. После этого они у застройщика ООО «Владавторесурс» узнали, действительно ли ООО «Строймир XXI век» принимает участие в долевом строительстве. Застройщик им данную информацию подтвердил. Они согласились на предложение ФИО5 Она сняла в банке свои денежные накопления. Денежные средства передавались ФИО5 по договорам займа. ФИО5 это объяснял тем, что квартиру они сразу не смогут переоформить на нее, поэтому якобы берут взаймы денежные средства, а долг уже будут отдавать квартирой. На этот факт они не стали обращать внимание, поскольку доверяли ФИО5 После того, как все денежные средства были переданы, и они стали требовать оформления квартиры, они каждый день стали им обещать, что скоро все будет сделано, и квартира будет у них в собственности. Это продолжается на протяжении нескольких лет и до настоящего времени квартиру им не передали и денежные средства не вернули. На фоне всех этих переживаний, в октябре 2019 года у нее развился 

<

данные изъяты>. Основной причиной стало то, что от дочери она узнала о том, что ФИО5 заявил ей, что они никогда не получат ни квартиры, ни денег. Они тут же обратились к ФИО5 с претензией, на что получили ответ, что сотрудники, получавшие от них деньги, в его организации не работают. После этого они с дочерью решили обратиться в прокуратуру г. Владимира». 

Из показаний свидетеля ФИО23., изложенных в приговоре, следует, что «ФИО5 является его знакомым. В одном из разговоров ФИО5 сообщил, что мог бы продать ему квартиру в районе 

<

...>», где строится жилой дом. Также он указал, что данную квартиру ему предоставят по взаиморасчету. Он поставляет им строительные материалы, а они расплачиваются с ним квартирой. В начале 2017 года он позвонил Свидетель №2 и сообщил, что его знакомый может продать квартиру дешевле рыночной цены. Они согласились, приехали в офис к ФИО5 по адресу: 

<

...>. ФИО5 и ФИО8 сказали ФИО9, чтобы она показала на компьютере квартиры. Он и ФИО3 посмотрели квартиры. Ему было известно со слов Свидетель №2, что ими был заключен договор, и они выплачивают взносы. Примерно через год ему стало известно, что ФИО3 все деньги выплатил, но П-вы квартиру им не передают и скрываются, не отвечают на телефонные звонки. Свидетель №2 сходил к застройщику, где он узнал, что квартира никогда ФИО5 не принадлежала, и он не имел права ее продавать. Тогда он понял, что ФИО5 обманул его родственников. С того момента ФИО5 перестал выходить с ним на связь. Также он перестал отвечать на звонки ФИО22».

Как усматривается из приговора от 20.09.2024, в ходе судебного заседания по уголовному делу подсудимый (гражданский ответчик) ФИО5 в полном объеме признал свою вину по всем инкриминируемым ему преступлениям, при обстоятельствах, подробно изложенных в обвинительном заключении, в содеянном раскаялся, публично принес свои извинения, при этом указал, что выплатил потерпевшей ФИО2 в счет возмещения ущерба от преступления денежные средства в размере 250000 рублей. В связи с чем, исковые требования признает частично. Готов выплачивать оставшуюся сумму ущерба, вместе с тем, с требованием о взыскании с него морального вреда, не согласен, считая его чрезмерно завышенным, согласен выплатить сумму, связанную с оказанием юридических услуг по представлению интересов потерпевшей. 

По преступлению, предусмотренному ч.4 ст.159 УК РФ суд признал смягчающими наказание обстоятельствами: частичное добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления потерпевшей ФИО2, мнение потерпевшей, не настаивающей на строгом наказании для подсудимого. По каждому из преступлений, совершенных ФИО5, суд признал полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений, состояние здоровья ФИО5, его жены и сына, положительные характеристики, выразившиеся, в том числе, в получении благодарственных писем от различных муниципальных организаций, депутата Государственной думы, активная социальная жизненная позиция, оказание благотворительной и спонсорской помощи. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО5, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено. 

Согласно данным ЕГРН, на момент совершения преступных действий (с 04.10.2017 по 19.09.2018) в собственности истца ФИО2 находились объекты недвижимости – с 20.04.2020 жилое помещение площадью 32,1 кв.м., по адресу: 

<

...>-а, 

<

...>, право собственности прекращено 21.04.2021; с 18.11.2013 года жилое помещение площадью 16,5 кв.м., по адресу: 

<

...> – право собственности прекращено 22.09.2021. Иного имущества на праве собственности ФИО2 не принадлежит и не принадлежало (Т.2, л.д. 77-78).

Таким образом, с 2021 года и до настоящего времени жилых помещений в собственности истец не имела, не приобретала, в то же время суд отмечает, что в момент совершения преступления – в 2017 – 2018 годах, у нее имелась комната в общежитии площадью 16,5 кв.м., которая ей принадлежала с 2013 года.

Согласно данным МВД России, ФИО2 с 06.12.2023 по 20.04.2021 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

...>-а, 

<

...>; с 20.04.2021 по 29.07.2024 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

...>; с 29.07.2024 по настоящее время зарегистрирована по адресу: 

<

...> (ГБУ СО ВО «

<

данные изъяты>»).

Отсюда следует, что с момента совершения в отношении нее преступных действий (с 04.10.2017 по 19.09.2018) и до настоящего времени истец имеет постоянную регистрацию по месту жительства, в связи с чем, могла осуществлять гражданские права и обязанности, получать пенсию, меры социальной поддержки, предусмотренные законодательством.

ФИО2 не работает, доходов, кроме пенсии по инвалидности, не имеет, с 29.07.2024 до настоящего времени проживает в ГБУ СО ВО «Оргтрудовский дом-интернат для престарелых и инвалидов», где является получателем услуг, находится на полном государственном обеспечении. 

Согласно справкам ФКУ «ГБ СМЭ по Владимирской области» №###, 1115258 ФИО2 с 01.10.2024 по 01.10.2025 является инвалидом 

<

данные изъяты> по общему заболеванию (Т.1, л.д. 215-216).

Приговором Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024 вина ФИО5 в совершении преступлений против жизни и здоровья ФИО2 не установлена.

По запросу суда о предоставлении сведений об обращениях истца ФИО2 за медицинской помощью в учреждения государственной системы здравоохранения за период с 04.10.2017 по 19.09.2018 (период совершения преступления, установленный приговором от 20.09.2024), а также с 20.09.2024 по настоящее время, представлена медицинская карта пациента ФИО2, заведенная 18.07.2022 в поликлинике по месту жительства – 

<

данные изъяты>», из документов которой следует, что впервые истец проходила лечение по линии 

<

данные изъяты>. Согласно выписке из истории болезни ### ГБУЗ ВО «

<

данные изъяты>» истец находилась на стационарном лечении с 23.09.2023 по 13.10.2023 в 

<

данные изъяты> (Т.2 л.д. 23-52). 

Согласно выписного эпикриза ГБУЗ ВО «

<

данные изъяты>», истец проходила стационарное лечение с 16.05.2024 по 26.06.2024, с 23.09.2023 страдает от 

<

данные изъяты> (Т.1, л.д. 217).

Как следует из информации 

<

данные изъяты>», подготовленной на основании заключения терапевта ФИО12, по состоянию на *** диагноз ФИО2: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>). 

<

данные изъяты>

Сведений об обращении ФИО2 за медицинской помощью в связи с жалобами на стрессовое состояние в медицинской карте в поликлинике по месту жительства и иных представленных в дело медицинских документах не содержится.

Доказательств обращений истца за медицинской помощью непосредственно после того, как она узнала о совершении в отношении нее преступления (2017 – 2018 годы), суду не представлено, согласно имеющимся у суда документам, впервые истец проходила лечение (

<

данные изъяты>) не ранее 05.07.2021 - по прошествии двух лет после совершения в отношении нее мошеннических действий (Т.2 л.д. 28).

Анализируя довод представителя истца о том, что заболевания «

<

данные изъяты>, возникли у ФИО2 в 2017-2018 годах, в связи с совершением преступления, однако, она обратилась к врачу позднее, поскольку в тот период работала медсестрой и могла получать консультации врачей неофициально, суд не может принять во внимание по следующим основаниям.

Согласно представленной медицинской документации, с жалобами на стресс истец не обращалась к врачу ни разу, ее обращений к психологу, психиатру не имеется, таким образом, факт диагностирования у истца стресса медицинскими документами не подтверждается вовсе. 

Такие заболевания, как «

<

данные изъяты>», диагностированные у истца, согласно представленным медицинским документам не ранее 2021 года, по своей природе требуют своевременного и официального обращения за квалифицированной медицинской помощью, их лечение предполагает применение специальных познаний врача по соответствующему профилю, сдачу анализов, и не может проводиться в неофициальном порядке, иное свидетельствовало бы о нарушении медицинскими работниками требований действующего законодательства. В данной связи, возникновение указанных заболеваний после совершения преступления и причинно-следственная связь данных заболеваний с незаконными действиями ответчика не могут быть доказаны исключительно заявлениями истца и свидетельскими показаниями его родственников, не имеющих медицинского образования по соответствующему профилю.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО24., представившая диплом врача-педиатра, удостоверение о прохождении обучения по специальности «психиатрия» (Т.2 л.д. 18-20), подтвердившая жалобы истца на ухудшение состояния здоровья, в том числе на получение 

<

данные изъяты> после совершения в отношении нее мошеннических действий с квартирой, сообщила, что оказывала истцу медицинские услуги по медицинской реабилитации не ранее 2021 года, то есть, спустя нескольку лет после совершения мошеннических действий, в связи с чем, данные показания суд также не может принять, как доказательство получения истцом в период совершения преступления какого-либо заболевания и причинно-следственной связи между указанным заболеванием и незаконными действиями ответчика.

Иными доказательствами причинения преступными действиями ответчика вреда здоровью истца суд не располагает.

Анализируя таким образом вопрос о доказанности факта причинения действиями ответчика ФИО5 вреда здоровью истца ФИО2, выразившегося в развитии 

<

данные изъяты>, вследствие чего последняя испытала моральные страдания, принимая во внимание, что доказательств причинения вреда здоровью в период спорных правоотношений, степени тяжести вреда здоровью, причинно-следственной связи между полученным вредом и действиями ответчика, не представлено, суд не находит достаточных оснований для вывода о том, что приведенные заболевания, а равно иные заболевания, отраженные в медицинской документации и диагностированные у истца после 2021 года, возникли как следствие незаконных преступных действий ответчика ФИО5, имевших место в 2017-2018 годах, и для взыскания с ответчика в данной связи компенсации морального вреда.

Наряду с этим суд отмечает, что Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, закрепляя процессуальный статус потерпевшего и признавая таковым, в частности, физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, наделил потерпевшего правами стороны в уголовном судопроизводстве (пункт 47 статьи 5, часть первая статьи 42). Признание лица потерпевшим от преступления против собственности предполагает, что такого рода преступление, нарушая в первую очередь имущественные права потерпевшего, одновременно посягает и на такое важнейшее нематериальное благо, как достоинство личности, а также может посягать и на иные нематериальные блага либо нарушать личные неимущественные права и тем самым - при определенных обстоятельствах - может порождать у этого лица физические или нравственные страдания. Их причинение потерпевшему должно влечь - наряду с возмещением причиненного ему в результате преступления имущественного ущерба - и возникновение у него права на компенсацию морального вреда в рамках предусмотренных законом процедур.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12), что - в свете предписаний статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации - позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.

Закрепляя в части первой статьи 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (Постановление от 8 июня 2015 года N 14-П; определения от 16 октября 2001 года N 252-О, от 3 июля 2008 года N 734-О-П, от 4 июня 2009 года N 1005-О-О, от 24 января 2013 года N 125-О, от 27 октября 2015 года N 2506-О и др.).

Соответственно, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2016 года N 1171-О, от 11 октября 2016 года N 2164-О и от 24 декабря 2020 года N 3039-О).

Приведенная выше часть первая статьи 151 ГК РФ, предусматривая возможность взыскания в судебном порядке денежной компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий), причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, как таковая не исключает компенсацию морального вреда в случае совершения в отношении гражданина любого преступления против собственности, которое нарушает не только имущественные права данного лица, но и его личные неимущественные права или посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (включая достоинство личности), если при этом такое преступление причиняет лицу физические или нравственные страдания.

Оценивая в данном контексте влияние совершенных ответчиком ФИО5 в отношении истца ФИО2 преступных действий на душевное состояние истца, суд, проанализировав обстоятельства совершения мошеннических действий, установленные в приговоре от 20.09.2024, отмечает следующее.

Из приговора усматривается, что похищенные ответчиком мошенническим путем денежные средства истец планировала использовать на улучшение жилищных условий, копила деньги с 2004 года, после выхода на пенсию.

На момент совершения преступления ФИО2 находилась в немолодом возрасте, имела невысокий размер ежемесячного дохода, при этом, причиненный ей ущерб признан особо крупным.

С 2017 года до настоящего времени ущерб в большей части не возмещен, как следует из приговора, «при наличии финансовой возможности, договоренность исполнять ответчик не намеревался».

Суд особо отмечает показания свидетеля Свидетель №1, отраженные в приговоре суда от 20.09.2024, и которым не имеет оснований не доверять, согласно которым, «..как только они передали всю необходимую сумму, ФИО5, ФИО8 и ФИО9 перестали отвечать на все телефонные звонки. В октябре 2019 года она, в центре г

<

...> встретила ФИО5, который ответил, что никогда не собирался передавать им никакую квартиру, что он просто дожидался, когда они передадут ему всю оговоренную сумму, и что только на таких «идиотах» как они делают деньги..», отмечая здесь особый цинизм, с которым ФИО5, лично видевший ФИО2, относится к совершенному преступлению и вопросу потери истцом квартиры и денежных средств.

С 2013 года до момента совершения преступления истец проживала в комнате площадью 16,5 кв.м. в общежитии, долгое время копила на отдельную благоустроенную квартиру. 

В настоящее время истец не имеет в собственности жилого помещения, с 2023 года зарегистрирована и проживает в государственном учреждении для инвалидов и престарелых, не может работать по состоянию здоровья.

Данные обстоятельства подтверждают также показания свидетелей ФИО14 и Свидетель №1, ФИО13, пояснивших, что ФИО2 всю жизнь жила в комнате в общежитии, копила на квартиру, а известие о потере денежных средств из-за преступных действий ФИО5 и невозможности получить жилье нанесло ей серьезную психологическую травму, повлекло страх, бессонницу, повышение давления, головные боли.

По мнению суда, указанные обстоятельства, подтвержденные доказательствами и показаниями свидетелей, в совокупности указывают на то, что преступными действиями ФИО5, совершенными с прямым умыслом, из корыстных побуждений, нарушены и до настоящего времени не восстановлены не только имущественные права ФИО2, но и ее личные неимущественные права, связанные с невозможностью длительное время реализовать право на улучшение жилищных условий - приобретение благоустроенного жилья взамен комнаты в общежитии, в связи с чем, преступление ответчика безусловно причинило истцу нравственные страдания. 

Отвечая на вопрос, какие конкретно действия или бездействие ответчика привели к причинению моральных страданий, суд, обращаясь к обстоятельствам, установленным обвинительным приговором, считает необходимым отметить следующее.

Так, квалифицируя действия подсудимого ФИО5 по мошенничеству в отношении потерпевшей ФИО2, суд в приговоре от 20.09.2024 указал, что «ФИО5, действуя с корыстным преступным умыслом, направленным на хищение денежных средств, путем обмана и злоупотребления доверием потерпевшей ФИО2, под предлогом передачи прав требования на 

<

...>, достиг договоренности с потерпевшей ФИО2 о передаче наличных денежных средств в размере 2 340 000 рублей посредством заключения договоров займа. Потерпевшая ФИО2, введенная в заблуждение ФИО5 относительно его истинных намерений, доверяя ему, передала последнему денежные средства в размере указанном выше. При этом часть денежных средств в размере 1 340 000 рублей она передала в офисе ФИО5, в его присутствие ФИО9, о чем последняя по указанию ФИО5 выписала квитанцию к приходно-кассовому ордеру о получении денежных средств и составила договор займа. Далее, ФИО2 при аналогичных обстоятельствах передала в присутствии ФИО5 денежные средства в размере 170000 руб. ФИО8, о чем также была выдана квитанция к приходно-кассовому ордеру. Третий и четвертый взносы потерпевшая ФИО2 осуществила при тех же обстоятельствах, в присутствии ФИО5 в его офисе, денежные средства по указанию последнего были переданы ФИО8 Последний взнос в размере 490000 руб. ФИО2 осуществила также в офисе ФИО5 наличными денежными средствами, которые передала лично ФИО5, который выписал ей квитанцию о получении денежных средств». 

В приговоре от 20.09.2024 имеется ссылка на то, что «на неоднократные требования Свидетель №1, являющейся дочерью потерпевшей, о передаче в собственность квартиры, вышеуказанной ранее, в соответствии с достигнутыми договоренностями, ФИО5, имея реальную возможность исполнить обязательства по договору долевого участия в строительстве многоквартирного дома, с целью сокрытия факта хищения денежных средств давал ФИО2 мнимые обещания о передаче квартиры в собственность, однако при наличии финансовой возможности, договоренность исполнять не намеревался».

Как указал суд в обозначенном приговоре, «об умысле ФИО5 на хищение денежных средств потерпевшей свидетельствуют его последовательные с корыстной целью действия, направленные на завладение деньгами потерпевшей. На основании показаний потерпевшей, свидетелей и исследованных материалов дела, суд приходит к выводу, что ФИО5 действовал с прямым умыслом, осознавая характер своих действий».

В данной связи в настоящем гражданском деле суд считает обоснованными доводы стороны истца о том, что, нравственные страдания ФИО2 связаны, в том числе с осознанием нарушения ее имущественных и неимущественных прав умышленными преступными действиями, из корыстных побуждений, незаконность которых установлена вступившим в законную силу обвинительным приговором суда.

При этом, суд полагает, что нравственные страдания истцу причинили не только обозначенные преступные действия ответчика, совершенные в 2017 – 2018 годах, но и его дальнейшее поведение, поскольку, последствия мошеннических действий, связанных с нарушением неимущественных жилищных прав, имеют длящийся характер. Так, ппреступление совершено в период с 2017-го по 2018 год, ответчик сразу же после совершения преступления ущерб не возместил, хотя имел такую возможность, на что указано в приговоре, уголовное дело возбуждено в 2022 году, а приговор суда вступил в законную силу лишь 17.10.2024, при этом, истец, лишившись денежных средств, не могла не испытывать нравственные страдания, в том числе волнение, беспокойство, страх на протяжении всего периода с момента совершения преступления до вступления приговора, которым признано ее право на возмещение ущерба, в законную силу.

Не установив, как указывалось выше, причинно-следственной связи между преступными действиями ответчика и диагностированными у истца спустя несколько лет заболеваниями, инвалидностью, суд, вместе с тем, констатирует, что ряд указанных истцом заболеваний, том числе, 

<

данные изъяты> диагностированы в период проведения следственных действий и рассмотрения судом уголовном дела по обвинению ответчика, в этот же период истец признана 

<

данные изъяты>. Здесь суд полагает, что наличие у истца в период проведения следственных действий, в том числе, допросов, очных ставок, рассмотрения уголовного дела судом указанных заболеваний и инвалидности усугубляло ее нравственные страдания, и в данной связи находит обоснованными утверждения стороны истца о том, что ФИО2, потеряв накопленные деньги в связи с преступными действиями ответчика, понимая, что он не возвращает их уже несколько лет, с учетом резко ухудшившегося состояния здоровья и инвалидности, осознавала, что уже не успеет накопить на новую квартиру, а ущерб ей до в настоящее времени практически не возмещен, от чего испытывала и до настоящего времени испытывает бессилие, душевную боль, обиду.

Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав и нематериальных благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их, по общему правилу, от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

Оценив представленные сторонами доказательства, руководствуясь требованиями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, а также принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, суд приходит к выводу о необходимости существенного снижения заявленной истцом сумму компенсации морального вреда, руководствуясь при это следующим.

Так, определяя размер компенсации морального вреда, суд в обязательном порядке учитывает наступившие для ФИО2 негативные последствия, связанные с передачей ответчику особо крупной сумму денежных средств, которые она копила долгое время, с целью улучшения жилищных условий, совершением в отношении нее ответчиком мошенничества при покупке нового жилья и невозможностью в течение нескольких лет реализовать право на жилище с учетом невозмещения ответчиком ущерба в полном объеме, в связи с чем, истец испытывала нравственные страдания, выразившиеся в чувстве незащищенности, беспомощности, унижении, неустроенности, постоянном волнении, страхе и неопределенности по поводу наличия возможности в будущем вернуть похищенные мошенническим путем денежные средства, осознанием факта невозможности вновь накопить такие большие деньги или заработать их, принимая во внимание ухудшение состояния здоровья. 

До настоящего времени ущерб в полном объеме ответчиком не возмещен, доказательств невозможности возместить истцу материальный ущерб, причиненный преступление в полном объеме в досудебном порядке стороной ответчика не представлено. Таким образом, период претерпевания истцом нравственных страданий в виде лишения права на свободу выбора места пребывания и места жительства является длительным, продолжаясь с момента совершения преступления – в 2017-2018 годах, до настоящего времени.

Преступление совершено ответчиком умышлено, в связи с чем, суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения в порядке п.3 ст. 1083 ГК РФ. 

Наряду с этим, суду не представлено достаточных доказательств причинения преступными действиями ответчика ФИО5 вреда здоровью ФИО2, вследствие чего суд не установил оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в данной связи. 

Суд отмечает, что тяжелое состояние истца в настоящее время обусловлено, прежде всего, наличием у нее онкологического заболевания и иных диагнозов, причинно-следственная связь которых с преступными действиями ФИО5 в ходе настоящего дела не установлена.

Материалами дела подтверждено и не оспаривается участниками процесса, что ФИО2 непосредственно после совершения преступления обратилась в органы прокуратуры и полиции, и в отношении ФИО5 было возбуждено уголовное дело, ответчик не скрывался от органов следствия, признал вину, не оспаривал размер ущерба, частично его возместил, принес извинения. 

В настоящем гражданском деле ФИО5 также признал материальные требования, с учетом ранее возмещенной суммы в размере 250 000,00 руб., наряду с этим, ФИО2 реализовала право на взыскание в ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, в связи с чем, суд полагает разумным и справедливым оценить перенесенные истцом от осознания невозможности улучшить жилищные условия в связи с потерей накопленных на квартиру денежных средств нравственные страдания с учетом частичного возмещения ущерба, а также реализованного в настоящем деле права на получение компенсации причиненного преступлением материального ущерба в полном объеме и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд также учитывает доводы стороны ответчика о том, что последний имеет диагнозы: 

<

данные изъяты>, согласно справке ###, инвалидность установлена бессрочно, не имеет доходов и транспортных средств, денежных средств на счетах (Т. 1, л.д. 259-267, 277; Т.2, л.д. 89-113).

Постановлением Петушинского районного суда Владимирской области от 20.05.2025 ФИО5 освобожден от отбывания основанного наказания в виде лишения свободы а основании ч.2 ст. 81 УК РФ, в связи с тяжелой болезнью (Т.2, л.д. 85-87).

В качестве смягчающих наказание ФИО5 обстоятельств суд в приговоре от 20.09.2024 признал «активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в изобличении себя в преступлениях, подробно рассказал обстоятельства совершения и мотивы своего поведения, активно участвовал в процессуальных действиях по установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию в связи с предъявленным обвинением, обращение начальника УЭБиПК УМВД России по Владимирской области об активном сотрудничестве ФИО5 по выявлению и раскрытию преступлений экономической направленности, а также позиция о нестрогом наказании». 

Суд учитывает указание в приговоре на то, что ответчик признал вину и оказал содействие следствию, также и в той мере, в какой эти действия способствовали скорейшему установлению и доказыванию размера причиненного истцу ущерба, раскрытию преступления, направлению уголовного дела в суд, тем самым, не создав препятствий для обращения истца в суд в иском о возмещении причиненного преступлением имущественного и морального вреда, процентов за пользование чужими денежным средствами. 

О том, что ФИО2 в какой-то период времени после совершения ответчиком преступления было негде жить, стороной истца не заявлялось, напротив, в ходе судебного заседания установлено и подтверждено документами, что без регистрации по месту жительства истец в обозначенный период не оставалась, а с 2023 года истец живет в социальном учреждении, где зарегистрирована по месту жительства, в связи с чем, нарушение неимущественных жилищных прав истца преступными действиями ответчика связано ни с лишением жилья вообще, но с лишением возможности приобрести собственное благоустроенное жилое помещение при отсутствии достаточных средств для его приобретения по вине ответчика, с вынужденным проживанием не в своей квартире, а у родственников или в социальном учреждении.

Определяя таким образом существо и значимость тех прав и нематериальных благ ответчика ФИО2, которым причинен вред, оценивая в совокупности изложенные обстоятельства и выводы, подтвержденные доказательствами, определяя характер незаконных действий ответчика, тяжесть причиненных потерпевшей нравственных страданий и индивидуальные особенности её личности, состояние здоровья, обстановку в семье, образ жизни и возможность осуществления трудовой деятельности, поведение ответчика, поведение истца и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, суд полагает, что с учетом требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, следует снизить заявленный истцом размер компенсации морального вреда с 1500 000,00 руб. до 20 000,00 руб., в связи с чем, исковые требования о взыскании морального вреда удовлетворить частично, взыскав с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 20 000,00 руб.

Рассматривая заявленные ФИО2 требования о взыскании с ФИО5 процентов за пользования чужими денежными средствами за период с 04.10.2017 года по 02.03.2025 года в размере 1 552 153,23 руб.; процентов за пользования чужими денежными средствами по ключевой ставке Банка России действующей в соответствующий период, начиная с 03.03.2025 по день фактического исполнения обязательства полностью, либо в части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями ст. 395 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в п.п. 48, 57 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. 

Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. 

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником. 

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

По разъяснениям, содержащимся в пунктах 37, 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ). Отсутствие у должника денежных средств не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение денежного обязательства и начисления процентов, установленных статьей 395 ГК РФ (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В данной связи суд не может принять во внимание доводы стороны ответчика о том, что после постановления приговора ФИО5 был взят под стражу и не имел возможности возмещать ущерб по независящим от него причинам.

Как говорилось выше, противоправность совершенного ответчиком деяния и факт причинения ущерба истцу данным деянием установлены обвинительным приговором суда, который вступил в законную силу 17.10.2024, и именно с этого момента у ответчика возникла обязанность возместить истцу ущерб, причиненный ему в результате преступления. В связи с этим, принимая во внимание отсутствие между истцом и ответчиком договорных отношений, проценты, предусмотренные ст. 395 ГПК РФ, подлежат взысканию с момента вступления приговора суда в законную силу.

Анализируя изложенное, суд отказывает в удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 552 153,23 руб. за период с 04.10.2017 по 02.03.2025; взыскании процентов, начиная с 03.03.2025 по день фактического исполнения обязательства, в то же время суд считает возможным, исходя из положений ст. 395 ГК РФ, с учетом частичного возмещения ущерба в размере 250 000,00 руб., взыскать с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.10.2024 (день, следующим за днем вступления приговора в законную силу) по 15.08.2025 (день принятия по гражданскому делу), в размере 355 686,58 руб., исходя из расчета: сумма долга: 2 090 000,00 руб., период начисления процентов: с 18.10.2024 по 15.08.2025 (302 дн.), с 18.10.2024 – 27.10.2024, 10 дней 366 дней в году 19 % ставка =10 849,73 руб.; 28.10.2024 – 31.12.2024, 65 дней 366 дней в году 21 % ставка =77 946,72 руб.; 01.01.2025 – 08.06.2025, 159 дней 365 дней в году 21 % ставка =191 192,05 руб.; 09.06.2025 – 27.07.2025, 49 дней 365 дней в году 20 % ставка =56 115,07 руб.; 28.07.2025 – 15.08.2025, 19 дней 365 дней в году 18 % ставка =19 583,01 руб.

Кроме того, в случае неисполнения решения суда, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами с момента вступления в законную силу решения суда, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, и по день фактического исполнения обязательства по уплате основной суммы долга.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках» предусмотрено, что в соответствии с пунктом 13 части 1 статьи 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о процессуальных издержках подлежит разрешению в приговоре, где указывается, на кого и в каком размере они должны быть возложены.

В случае, когда вопрос о процессуальных издержках не был решен при вынесении приговора, он по ходатайству заинтересованных лиц разрешается этим же судом как до вступления в законную силу приговора, так и в период его исполнения.

Таким образом, уголовно-процессуальным законом предусмотрена специальная процедура взыскания судебных издержек, понесенных участником уголовного судопроизводства в рамках расследования уголовного дела и его рассмотрения в суде после поступления с обвинительным заключением (актом, постановлением), к которым относятся заявленные истцом расходы на оплату услуг адвоката в связи с участием в уголовном деле в качестве потерпевшего и подачей гражданского иска в уголовном деле, на этапе постановления приговора или, если это не сделано судом, на этапе исполнения приговора суда в соответствии с главой 47 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассматривая в данной связи исковые требования ФИО2 о взыскании судебных расходов по оплате правовой помощи адвоката Шаронова В.Ф., который был привлечен к участию в уголовном деле в качестве защитника по соглашению, в результате чего истцом была произведена оплата юридических услуг адвокату в размере 63 000,00 руб., что подтверждается квитанцией к соглашению ### от *** ###, суд отмечает следующее.

Данные расходы являются издержками по уголовному делу, вопрос о взыскании которых в соответствии со ст. ст. 131, 132 УПК РФ подлежит рассмотрению судом в рамках уголовного судопроизводства по правилам, установленным уголовно-процессуальным законодательством.

В приговоре Октябрьского районного суда г. Владимира от 20.09.2024 также указано, что заявленные потерпевшей требования в части взыскания расходов на услуги представителя не подлежат рассмотрению в рамках гражданского иска, а рассматриваются в ином судебном порядке, предусмотренном УПК РФ, в соответствии со ст. 131 УПК РФ, поскольку данные расходы являются процессуальными издержками. В связи с этим, производство по гражданскому иску в части взыскания расходов на услуги представителя подлежит прекращению на основании ст. 220 ГПК РФ. 

Таким образом, обозначенные требования ФИО2 рассмотрению в рамках гражданского судопроизводства не подлежат, поскольку подлежат рассмотрению и разрешению в суде в порядке уголовного судопроизводства, в связи с чем, в соответствии со ст. 220, п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, в связи с чем, суд приходит к выводу о прекращении производства по гражданскому делу в указанной части. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО2, *** года рождения (паспорт ###), заявленные к ФИО5, *** года рождения (паспорт ###), о взыскании причиненного преступлением материального ущерба и морального вреда, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст. 395 ГПК РФ, судебных издержек, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2: 

материальный ущерб в размере 2 090 000 (два миллиона девяносто тысяч) руб. 00 коп.;

компенсацию морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) руб. 00 коп.;

проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.10.2024 по 15.08.2025 в размере 355 686 (триста пятьдесят пять тысяч шестьсот восемьдесят шесть) руб. 00 коп.

В случае неисполнения решения суда взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму долга, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, с момента вступления решения суда в законную силу до момента фактического исполнения обязательства.

Производство по делу в части исковых требований о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО2 судебных расходов по оплате юридических услуг адвоката Шаронова В.Ф. в размере 63 000,00 руб. прекратить.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Суздальский районный суд Владимирской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Я.В. Сопнева 

Мотивированное решение составлено 29 августа 2025 года.