Судья: Гадисов Г.М. Дело № 22-1486/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

22 июля 2025 г. г. Махачкала 

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: 

председательствующего судьи Курбанова Р.Д.,

при секретаре судебного заседания Омаровой М.А., 

с участием прокурора Алиева З.А., 

защитника-адвоката Абдуллаева М.Р.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Кировского района г. Махачкалы Республики Дагестан Гаджиевой З.М. на приговор Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 23 апреля 2025 г. в отношении ФИО1. 

Заслушав доклад судьи Курбанова Р.Д., изложившего содержание обжалуемого судебного решения, доводы апелляционного представления, выступления прокурора Алиева З.А. по доводам представления просившего удовлетворить, мнение защитника-адвоката Абдуллаева М.Р. полагавшего приговор суда подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

по приговору Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 23 апреля 2025 г. 

ФИО1, родившаяся 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданка Российской Федерации, несудимая, 

признана невиновной по ч. 1 ст. 171.3 УК РФ и оправдана на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления;

за оправданной ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке ст. 133-138 УПК РФ разъяснив ей, что вопрос о возмещении имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, разрешается судом, в соответствии с нормами, указанными в ч. 2 ст. 135 УПК РФ и в порядке ст. 399 УПК РФ, а вопрос о компенсации морального вреда – в порядке гражданского судопроизводства;

разрешены вопросы о мере пресечения и вещественных доказательствах. 

Помощником прокурора Кировского района г. Махачкалы Республики Дагестан Гаджиевой З.М. на приговор принесено апелляционное представление, в котором выражается несогласие с вынесенным оправдательным приговором, указывая, что при его постановлении допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Отмечает, что ФИО1 в результате своей преступной деятельности в период времени с октября 2018 г. по 21 май 2023 г. закупила у официальных поставщиков алкогольную продукцию с целью реализации потенциальным клиентам и излечения незаконной материальной выгоды, не имея на то соответствующей лицензии. 

21 мая 2023 г. сотрудниками УЭБ и ПК МВД по РД в рамках операции «Алкоголь» были проведены оперативно-розыскные мероприятия «Проверочная-закупка» и «Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств» в ходе которых выявили в магазине 

<

.> алкогольную продукцию различных наименований в магазине с целью ее последующей розничной продажи на общую сумму 

<

.> рублей.

Указывает, что описание деяния, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотиве, цели и об иных данных, позволяющих судить о событиях преступлений, причастности к ним ФИО1 и ее виновности, а также обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

В ходе следствия ФИО1 давала признательные показания, в которых признавала вину, в содеянном раскаивалась, при этом, в ходе судебного заседания вину отрицала.

В приговоре судом не дана оценка никаким элементам события преступления, вмененного подсудимой, вместе с тем, суд посчитал, что юридический адрес при незаконной реализации алкогольной продукции имеет большее значение, чем материалы ОРД и все исследованные материалы дела. Так, на л. 16 приговора судом установлен факт, что подсудимой было известно, что адрес в ее лицензии неверный, но реализацию спиртосодержащей продукции она продолжала и в уполномоченный орган для устранения несоответствия в официальном документе не обращалась.

Отмечает, что несмотря на непризнание вины подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления в судебном заседании ее вина подтверждается показаниями свидетелей, а также письменными доказательствами.

Автор представления обращает внимание, что судом проигнорированы требования федерального законодательства, которые определяют основания, порядок участия субъектов в обороте алкогольной и спиртосодержащей продукции, что также предопределяет неверные вывод суда о невиновности ФИО1 и якобы отсутствия состава преступления.

Неверен вывод суда о правомерности действий подсудимой ввиду наличия у нее с 15.10.2018 лицензии № 

<

.> руководителем которого она является. В данной лицензии указаны 47 объектов по реализации алкогольной продукции на территории Республики Дагестан, среди которых значится объект по адресу: РД, 

<

адрес>. Таким образом, лицензия на реализацию продукции по 

<

адрес> не может быть принята никаким уполномоченным органом и судом в качестве доказательства права на продажу алкогольной продукции по иному адресу, кроме как 

<

адрес>. А как показал владелец коммерческого объекта, расположенного по адресу, указанному в лицензии ФИО1, а именно по 

<

адрес>, оправданная не осуществляла в его помещении продажу алкогольной продукции.

Утверждает, что судом дана неправильная оценка показаниям свидетеля защиты ФИО21, которому именно со слов оправданной известно, что ею в Министерство сельского хозяйства и продовольствия РД представлялся договор, и его продлили в Комитете по виноградству и алкогольному регулированию РД и якобы объект, расположенный по данному адресу посещала с выездом на место соответствующая комиссия, составившая акт проверки торгового объекта. 

Подтверждением указанного вывода обвинения является и то, что лицензия от 15.10.2018 содержала адрес: 

<

адрес> и при этом деятельности по реализации алкоголя ФИО1 по этому адресу не осуществляла.

В связи с этим исследованный в суде договор субаренды недвижимого имущества от 23 июня 2018 г., расположенного по адресу: 

<

адрес> сроком на 10 лет, за арендную плату в размере 1 000 рублей в месяц, по мнению автора представления является ничтожной сделкой и никак не может быть принят в качестве юридического документа. Сам договор никем не заверен и составлен в простой письменной форме, что не позволяет определить время его реального составления, следовательно, подлинность. Более того, суду не представлены документы, подтверждающие право ФИО22, с которым заключен договор на указанное в вышеприведенном договоре недвижимое имущество.

Представленное в качестве доказательств защиты копия заявления о постановке на учет организации в качестве налогоплательщика единого налога на временный доход для отдельных видов деятельности от 03.08.2018 также не может быть принято во внимание, поскольку в нем указан адрес места осуществления предпринимательской деятельности: 

<

адрес>, без указания иных данных, позволяющих идентифицировать данный объект недвижимости.

Копия налоговой декларации по единому налогу на вмененный доход для отдельных видов деятельности 

<

.> за отчетный период 2018 год содержит адресу: 

<

адрес>, однако, оба этих приведенных документов являются простыми копиями и никем не заверены, в частности, налоговым органом, из чего суду не может быть ясен источник их происхождения.

Более того, судом не дана вовсе оценка противоречиям в доказательствах, представленных защитой. Так, в т. 1 л.д. 30-35 находится исследованная в суде копия лицензии № от 15 октября 2018 г., в пункте 33 приложения № 4 указан торговый объект - магазин по адресу: 

<

адрес>, срок действия до 15 октября 2023 г., тогда как защитой в качестве доказательств представлена копия лицензии за № №, но от 14 июля 2022 г. и с тем же сроком действия до 15 октября 2023 г., но данный объект по адресу: 

<

адрес> указан в ней уже под номером 21.

В т. 1 л.д. 99-101 содержится копия лицензии № № от 28 сентября 2022 г., согласно которой она выдана в целях осуществления розничной продажи алкогольной продукции 

<

.> и № 3 объект недвижимости: фирменный магазин 

<

.> расположенный по адресу: 

<

адрес>.

Судом не дана соответствующая оценка представленному стороной защиты в качестве доказательства ответу Комитета по виноградству и алкогольному регулированию РД (т. 1 л.д. 39) указывающему на то, что торговой точке 

<

.> расположенной по адресу: 

<

адрес> лицензия на розничную продажу алкогольной продукции не выдавалась, что согласуется с материалами дела.

Таким образом, судом упущено, что обвинение предъявлено не по причине отсутствия у 

<

.> вообще лицензии на розничную продажу алкогольной продукции, а по причине отсутствия конкретного адреса торгового объекта, осуществляющего реализацию алкоголя, в том числе адресу: 

<

адрес>.

Именно по этой причине сторона защиты указывает на якобы смену адресов будто бы 

<

адрес> города Махачкалы имел иную нумерацию - №.

Согласно заключению кадастрового инженера от 7 марта 2025 г., местоположение магазина 

<

.> не соответствует местоположению объектов, указанных лицензиях (трех) на право продажи алкогольной продукции по координатам: широта и долота.

По адресу: 

<

адрес> расположен другой объект недвижимости - сеть фирменных магазинов 

<

.> в котором также реализуется алкогольная продукция и организована автомойка, и какого-либо отношения к 

<

.> и ФИО1 данный объект не имеет.

В настоящее время, как следует из заключения, адрес 

<

адрес> расположен другой объект по замене автомобильных масел, а адрес - 

<

адрес> согласно адресному классификатору и адресному реестру, в Махачкале отсутствует.

Кроме того, установлено, что магазин 

<

.> расположен на земельном участке с кадастровым номером № и актуальным является его адрес: 

<

адрес>.

Таким образом, указанный магазин не расположен по адресам: 

<

адрес> или же 

<

адрес> 

<

адрес>

Однако, суд в нарушение уголовно-процессуального законодательства в основу оправдания подсудимой принял позицию защиту и представленные стороной защиты сведения, не оценив их достоверность. В частности, суду не представлены соответствующие сведения из органа местного самоуправления ГОсВД «город Махачкала» о том проводилось ли изменение нумерации по 

<

адрес>, кто является собственником помещения и законность их использования.

Вместе с тем указанное по мнению автора апелляционного представления не является основанием для оправдания ФИО1 в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, так как по адресам: 

<

адрес> объекты недвижимости расположены отдельно и являются разными объектами и не имеют наложения границ земельных участков, соответственно факт закупки, хранения и реализации алкогольной и спиртосодержащей продукции ФИО1 без соответствующей лицензии установлен.

На основании изложенного просит указанный приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Изучив уголовное дело и проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. 

Исходя из ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случаях, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. 

Согласно ч. 2 ст. 305 УПК РФ при постановлении оправдательного приговора в его описательно-мотивировочной части указывается существо предъявленного обвинения; излагаются обстоятельства дела, установленные судом; приводятся основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие. Кроме того, в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора должны быть приведены мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения. 

Требования уголовно-процессуального закона к условиям постановления и содержанию оправдательного приговора, изложенные в ст. ст. 302, 305, 306 УПК РФ, судом были соблюдены. 

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено в условиях состязательности и равноправия сторон, с соблюдением ст.ст. 15 и 244 УПК РФ.

Права государственного обвинителя, предусмотренные ч. 3 ст. 37, чч. 4-8 ст. 246 УПК РФ, в том числе на представление доказательств и участие в их исследовании, заявление ходатайств, изложение суду своего мнения по существу обвинения и его доказанности, о мере наказания, а также по другим вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, судом не ограничивались.

Все ходатайства сторон разрешены судом в установленном порядке.

Представленные стороной обвинения доказательства непосредственно исследованы в судебном заседании, тщательно проверены и оценены по правилам ст.ст. 14, 17, 75, 87-89 УПК РФ, не отвергнуты судом как недопустимые.

В приговоре со ссылкой на ст. 73 УК РФ указаны мотивы, по которым представленные стороной обвинения доказательства признаны не подтверждающими наличие в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.3 УК РФ.

При этом дана мотивированная оценка достоверности представленных стороной защиты доказательств, с учетом которых и на основании положений ст. 14 УПК РФ о презумпции невиновности суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления.

Так, ФИО1 было предъявлено обвинение в том, что она, являясь директором 

<

.> не имея соответствующей лицензии на реализацию алкогольной продукции в магазине 

<

.>», расположенного по адресу: 

<

адрес> осуществила закупку, хранение и реализацию алкогольной и спиртосодержащей продукции. 

В частности, исследовав представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу, что они не доказывают совершение ФИО1 действий по закупке, хранению и розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии, вследствие чего в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.3 УК РФ. 

Были исследованы все представленные сторонами доказательства: показания подсудимой ФИО1, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №10, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, ФИО23, ФИО24 и ФИО25, протоколы осмотра места происшествия, осмотра предметов и документов, места происшествия, заключения экспертов и другие доказательства. 

Исследованные непосредственно в судебном заседании доказательства получили в приговоре надлежащую оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, как того требует статья 88 УПК РФ. 

Приведенные стороной обвинения доводы сводятся, по существу к переоценке доказательств, которые после тщательного и всестороннего исследования, получили надлежащую оценку в приговоре суда. В приговоре суда отражены и проанализированы как в отдельности, так и в своей совокупности все доказательства. 

Суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства, в обоснование вывода об отсутствии в действиях ФИО1 указанного состава преступления, правильно сослался на тот факт, что у ФИО1 имелась лицензия на реализацию алкогольной продукции, однако адрес расположения указанного объекта торговли в лицензии указан был неверно. 

Так, Министерством сельского хозяйства и продовольствия Республики Дагестан 15 октября 2018 г. организации возглавляемой ФИО1 выдана лицензия на розничную продажу алкогольной продукции в различных обособленных подразделениях на территории Республики Дагестан (более 40 объектов), в том числе и в магазине, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в котором предприятием организован магазин 

<

.>

Возбуждая в отношении ФИО1 уголовное дело и предъявляя ей обвинение следствие исходило из того, что помещение, в котором она организовала магазин и осуществляла реализацию алкогольной продукции не расположен по указанному в лицензии адресу, а расположено было по другому адресу: 

<

адрес> и как следствие этому орган предварительного расследования пришел к выводу о том, что она не имела лицензию. 

Как следует из показания ФИО1, получая лицензию в лицензирующем органе она указала адрес 

<

адрес>, поскольку таковой содержался в договоре субаренды помещения, который был ею заключен с ФИО26 и указанные показания в этой части согласуются с самим договором субаренды, содержащий этот же адрес помещения 

<

адрес> а также с показаниями свидетеля ФИО27, подтвердившего передачу ФИО1 помещения по указанному адресу.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 171.3 УК РФ, с субъективной стороны характеризуется виной в виде прямого умысла, при котором лицо осознает общественную опасность своих действий (бездействия), предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления. 

Однако, неверное указание в лицензии адреса объекта торговли не свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 вины в форме прямого умысла на незаконный оборот алкогольной продукции без лицензии, так как, получая лицензию и осуществляя деятельность по розничной продаже алкогольной продукции она исходила из актуально указанного адреса объекта, в котором организовала магазин, и не знала о недостоверности его адреса, в этой связи судом первой инстанции обоснованно был сделан вывод об отсутствии доказательств умысла на приобретение, хранение и розничную продажу алкогольной продукции без лицензии. 

В пользу указанных выводов об отсутствии у ФИО1 умысла на незаконный оборот алкогольной продукции без лицензии свидетельствует еще и то обстоятельство, что в указанный период времени она производила оплату налоговых платежей с указанием в налоговых декларациях того же адреса, который был указан в договоре субаренды, а в последующем в период рассмотрения уголовного дела, полагая, что юридическим адресом является 

<

адрес> поскольку следствие пришло к такому выводу, получила лицензию и по этому адресу тоже. 

Все имеющиеся противоречия в материалах дела, касающиеся установления адреса нахождения объекта, где осуществлялась реализация алкогольной продукции, которая к тому же согласно заключению экспертов не представляла угрозу жизни и здоровью граждан, а также соответствовала требования ГОСТа, были истолкованы судом в соответствии с требованиями закона. 

Суд, установив, что действия ФИО1 по реализации алкогольной продукции по неверно указанному в лицензии адресу объекта торговли, достаточно обосновал оправдание на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Установленные в приговоре фактические обстоятельства соответствуют предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ правовому основанию оправдания ФИО1.

Доводы представления о том, что суд не дал должной оценки показаниям ФИО1 в период предварительного расследования, где она якобы в полном объеме признавал вину, то они не свидетельствуют о незаконности принятого судом решения. Оправданная, как в период предварительного расследования, так и в судебном заседании не отрицала того обстоятельства, что она занимается реализаций алкогольной продукции, при этом лицензия у нее имеется, ошибочно полагая, что выданная лицензия на 

<

адрес>, соответствует фактическому нахождению магазина, поскольку об этом ей сообщил лицо у которого она арендовала это помещение. 

Несостоятельными также является доводы представления о ничтожности договора субаренды помещения, в котором адресом помещения указано: 

<

адрес>, заключенного между ФИО28 и ФИО1 и, представляя который в лицензирующий орган оправданная по этому адресу получила лицензию, поскольку в установленном законом порядке судом он недействительным не признавался, по форме и содержанию соответствует требованиям закона, в период его действия сторонами не оспаривался.

На законность принятого решения также не влияет то обстоятельство, что в имеющихся материалах дела копиях лицензий № от 15.10.2018 и от 14.07.2022 объекты которым они выданы указаны под разными номерами (в одном случае под номером 33, а во втором 21), на что обращено внимание в представлении, поскольку сам факт выдачи лицензии никем под сомнение не ставился, а расположение объектов под различными номерами никак не влияет на законность самой лицензии. 

Вопреки доводам представления о заинтересованности свидетеля ФИО29 в даче показаний в пользу ФИО1, с указанием о наличии между ними родственных отношений, показания указанного свидетеля согласуются не только с показаниями самой оправданной но и объективно с письменными материалами дела, в частности с содержанием договора субаренды, где в качестве адреса помещения передаваемого в субаренду указан: 

<

адрес>. 

При этом отсутствие в материалах дела документов подтверждающих право самого ФИО30 на указанное помещение, на что обращено внимание в представлении, не свидетельствует об отсутствие у него такового, поскольку на протяжении длительного времени, в период пользования помещения на условиях договора субаренды к ней никто с притязаниями относительно неправомерности пользования помещением не обращался. 

Указание в представлении на отсутствие подлинников налоговых деклараций, поскольку приобщенные к материалам уголовного дела копии документов не заверены, не могут быть приняты во внимание, поскольку по обстоятельствам их составления и предъявления в налоговый орган поясняла ФИО1 и сомнений в их действительности у суда не имелось, при том, что доказательств в опровержение представленных налоговых деклараций обвинением представлено не было. 

При таких обстоятельствах утверждения государственного обвинителя о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.3 УК РФ не соответствует действительности. 

Доводы представления о несоответствии оспариваемого решения требованиям уголовно-процессуального закона, являются несостоятельными и не основаны на законе.

Остальные доводы представления сводятся к оспариванию выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела посредством переоценки доказательств, которым суд дал надлежащую оценку.

Суд первой инстанции мотивированно отверг доводы обвинения, не оставил без внимания и оценки доказательства, которые могли бы изменить исход дела в отношении ФИО1.

Оправдательный приговор в отношении ФИО1 отвечает требованиям ст. 297, чч. 2, 3 ст. 302, ст.ст. 305 и 306 УПК РФ, постановлен с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в постановлении от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», содержит решения о признании ФИО1 невиновной по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.3 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в ее деянии состава преступления, а также о признании права на реабилитацию и отмене меры пресечения, как предписано для таких случаев уголовно-процессуальным законом.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого приговора, по делу не допущено. 

Таким образом, постановленный в отношении ФИО1 приговор является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

п о с т а н о в и л :

приговор Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 23 апреля 2025 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. При этом оправданная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: