Дело №2-367/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

3 августа 2017 года г.Инза, суд

Судья Инзенского районного суда Ульяновской области Гельвер Е.В. 

при секретаре Зудилиной М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому ФИО1 к МО МВД России «Инзенский», Управлению Министерства внутренних дел РФ, Министерству финансов РФ о возмещении компенсации морального вреда причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

у с т а н о в и л а:

ФИО1, отбывающий наказание по приговору Инзенского районного суда Ульяновской области от *** в виде 14 лет лишения свободы, обратился в суд с исковым заявлением к МО МВД России «Инзенский», Управлению Министерства внутренних дел РФ, Министерству финансов РФ о возмещении компенсации морального вреда причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование искового заявления указал, что МО МВД России «Инзенский» *** в отношении него было возбуждено уголовное дело *** по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ, а также *** возбуждено уголовное дело *** по признакам двух преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 119 УК РФ. Приговором Инзенского районного суда Ульяновской области от *** он был оправдан на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ – за отсутствием в деянии состава преступления.

Таким образом эти обстоятельства показывают, что на протяжении 10 месяцев в отношении него велось уголовное преследование несмотря на то что в ходе следствия было возможно прекратить данное преследование на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. В ходе расследования по данным эпизодам преступления ему пришлось претерпеть ряд следственных действий, допросы и т.д., что причинило ему как ряд психических и нравственных страданий, выразившиеся в переживаниях, волнениях, страхе и т.д. Вместе с этим необходимость отстаивания прав и законных интересов повлекло потерю личного времени. Не имея юридического образования пришлось изучать уголовное и гражданское право, оформлять исковое заявление, что также повлекло потерю нервов в связи с перенесением всей трудности и сложности этих подготовительных действий , поскольку поручить это ему некому, воспользоваться услугами адвоката не мог в силу материальных трудностей. В результате незаконных необоснованных действий ответчика, ему был причинен более высокий уровень страданий, чем тот уровень страданий который не избежен в результате содержания под стражей. Просит суд взыскать с ответчиков в счет возмещения морального вреда 300000 рублей. 

Поскольку ФИО1, является лицом, осужденным к лишению свободы, действующим гражданско-процессуальным законодательством не предусмотрена возможность этапирования таких лиц в суд на рассмотрение гражданского дела. С учетом указанных обстоятельств и характера заявленных требований, суд пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствии истца. 

Судом в качестве соответчика по делу привлечено Управление федерального казначейства по Ульяновской области, в качестве третьего лица – Прокуратура Ульяновской области.

Представитель ответчика – Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Ульяновской области в судебное заседание не явился, просит суд рассмотреть дело в его отсутствие. Представил возражения, в которых указал, что согласно п.1 ст.1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьями 133 - 139, 397 и 399). Согласно пункту 1 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор. Как видно из представленных документов оправдательный приговор в отношении заявителя отсутствует, ФИО1 фактически является лицом, осужденным к реальному лишению свободы. По смыслу закона право на реабилитацию, включающее в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, имеют лишь лица, полностью оправданные по предъявленному им обвинению и не осужденные по другому обвинению. Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 29.11.2011 № 17 обратил внимание судов на то, что к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его. Таким образом, исключение из обвинения лишь нескольких эпизодов преступных действий ФИО1, не дает заявителю права на реабилитацию. Исходя из смысла статьи 151 ГК РФ, истец должен представить доказательства причинения морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Исходя из материалов, имеющихся по делу, истец в нарушение статей 56, 151 ГК РФ не представил доказательств, подтверждающих причинение ему оспариваемыми действиями, физических и нравственных страданий, наступления для него каких либо неблагоприятных последствий в связи обвинением его по исключенным впоследствии эпизодам преступления. Учитывая, что по смыслу законодательства само по себе наличие постановления об освобождении от уголовной ответственности по части обвинения не является безусловным основанием для компенсации морального вреда, а допустимые и достоверные доказательства, подтверждающие факт реального причинения заявителю морального вреда (физических и нравственных страданий) незаконным уголовным преследованием в указанной части, не представлены, Минфин России считает, что правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют. На основании изложенного, Минфин России просит суд в удовлетворении требований заявителя - отказать.

Представитель ответчика – МО МВД России «Инзенский» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась и пояснила, что приговором Инзенского районного суда Ульяновской области от ***, вступившим в законную силу, истец признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 111 ч.4, ст. 167 ч.2, ст. 158 ч.З п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 30 ч. 3, ст. 158 ч. 3 п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 158 ч.З п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 116 ч.1 УК РФ и по совокупности преступлений ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 14 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей с *** по *** включительно. В соответствии со статьей 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры. Ни к одной из перечисленных категорий ФИО1 не относится. В соответствии со статьей 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. Таким образом, надлежащим ответчиком по данному гражданскому делу является Министерство финансов Российской Федерации. Исходя из смысла статьи 1070 ГК РФ необходимыми условиями наступления ответственности является наличие четырех элементов: вина, незаконность действий причинителя вреда, вред, причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и вредом. Отсутствие хотя бы одного из перечисленных элементов является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Истец полагает, что якобы незаконными действиями сотрудников МО МВД России «Инзенский» ему причинен моральный вред. Кроме того, истец не представляет суду достаточных допустимых доказательств своих физических и нравственных страданий. Сумма в 300000 рублей ничем не обоснована. На основании вышеизложенного просила суд отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 

Представитель ответчиков МВД России, УМВД России по Ульяновской области в судебное заседание не явился, просит рассмотреть дело в их отсутствие.

Из представленного отзыва следует, что в отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок возмещения ущерба определён Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст.ст. 133-139, 397 и 399). Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причинённого незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения). Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. Вред, согласно ГК или другим законам, содержащим указание о компенсации вреда за счет казны, возмещается из средств трех соответствующих бюджетов - казны РФ, казны субъекта РФ и казны муниципального образования. От их имени выступают соответствующие финансовые органы. Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующий финансовый или иной уполномоченный орган. При удовлетворении иска взыскание денежных сумм производится за счет средств соответствующего бюджета, а при отсутствии денежных средств - за счет иного имущества, составляющего соответствующую казну. Таким образом, надлежащим ответчиком по данному гражданскому делу является Министерство финансов Российской Федерации. Полагают, что истцом не представлено доказательств незаконности действий сотрудников СО МО МВД России «Инзенский», не указаны конкретно сотрудники, чьими действиями, по мнению истца, ему был причинен моральный вред, то есть какие-либо физические и нравственные страдания. Считают, что сотрудники органов внутренних дел в отношении истца действовали правомерно, в рамках статьи 38 УПК Российской Федерации и предоставленных им Федеральным законом от 7 февраля 2011 года № З-ФЗ «О полиции» прав и обязанностей. *** уголовные дела *** и *** переданы по подследственности в Карсунский межрайонный СО СУ СК России по Ульяновской области. Таким образом, надлежащим третьим лицом по данному гражданскому делу является Карсунский межрайонный СО СУ СК России по Ульяновской области. Приговором Инзенского районного суда Ульяновской области от ***, вступившим в законную силу, истец признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 111 ч.4, ст. 167 ч.2, ст. 158 ч.З п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 30 ч. 3, ст. 158 ч. 3 п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 158 ч.3 п. «а», ст. 167 ч.2, ст. 116 ч. 1 УК РФ. Уголовное преследование в отношении истца, предусмотренного п. а ч. 3 ст. 158 и ч. 1 ст. 119 УК РФ, прекращено на основании п.2 ч.2 ст. 302 УПК РФ и п.З ч. 2 ст. 302 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления и за отсутствием в деянии состава преступления соответственно, за истцом признано право на реабилитацию, мера пресечения в виде содержание под стражей оставлена без изменения. Обязанность доказать факт причинения вреда и его объем возложена на истца. Истцом не представлено суду доказательств причиненного ему морального вреда, не обоснован размер денежной компенсации такого вреда в заявленной истцом сумме в 300 000 рублей. Вышеуказанным обвинительным приговором истец был признан виновным и осужден за совершение вышеуказанных преступлений, а производство по уголовному делу в отношении него было прекращено только по двум эпизодам в связи с непричастностью к совершению преступления и отсутствием в деянии состава преступления, то есть имеет место уменьшение объема обвинения. При предъявлении обвинения истцу и избрании меры пресечения в виде содержания под стражей учитывались преступления, за которые он был осужден к реальному сроку лишения свободы, в связи с переквалификацией содеянного мера пресечения в виде содержания под стражей не была отменена. Таким образом, положение истца как лица арестованного и обвиняемого в совершении преступлений, связано с совершением им преступлений, по которым его вина доказана вступившим в законную силу приговором суда. В рассматриваемом случае правовых оснований для компенсации истцу морального вреда не имеется. Учитывая вышеизложенное, просят суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица – Прокуратуры Ульяновской области ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился и пояснил, что ФИО1 обратился в суд с иском о компенсации морального вреда причиненного в результате незаконного уголовного преследования. Приговором Инзенского районного суда от *** ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 111 ч. 4, 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 30 ч.3, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 116 ч.1 УК РФ, на основании ст.ст. 69 ч.3, 71 УК РФ окончательно ему назначено наказание в виде 14 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Этим же приговором прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 158 ч.3 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении М.О.А.), на основании п.2 ч.2 ст. 302 УПК РФ - за непричастностью к совершению преступления и по ст. 119 ч.1 УК РФ на основании п. 3 ч.2 ст. 302 УПК РФ – за отсутствием в деянии состава преступления. Кроме того, вышеуказанным приговором ФИО1 признано право на реабилитацию. Прекращение уголовного преследования в отношении ФИО1 не является основанием для компенсации морального вреда, поскольку он был признан виновным в совершении 8 преступлений, из которых 1 являлось особо тяжким, 2 тяжких и 4 средней тяжести, 1 небольшой тяжести и покушение на тяжкое преступление, за совершение которых ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 14 лет. Уменьшение объема обвинения не повлияло на вид и размер наказания и не повлекло нарушение прав истца. Факт причинения ФИО1 морального вреда в связи с уголовным преследованием не установлен и не подтвержден доказательствами. Считает, что ничем его права не нарушены и просит в иске отказать.

Представитель третьего лица – Карсунского межрайонного следственного отдела СК РФ по Ульяновской области ФИО4, действующий на основании доверенности просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать. 

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителя ответчика, представителя третьего лица, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что *** Карсунским МСО СУ СК РФ Ульяновской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ. *** по подозрению в совершении данного преступления в порядке ст. 91, 92 УПК РФ задержан ФИО1 *** ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ. Уголовное дело ФИО4 принято к своему производству.

*** в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении указанного преступления, предусмотренного ч. 4 ст.111 УК РФ, Инзенским районным судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу ст.171 УПК РФ при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого.

ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 111 ч.4, 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 30 ч.3 -158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 119 ч.1, 116 ч.1, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2 УК РФ

*** уголовное дело поступило на рассмотрение в Инзенский районный суд.

Приговором Инзенского районного суда от *** ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 111 ч.4, 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 30 ч.3, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 116 ч.1 УК РФ и назначено наказание на основании ст. 69 ч.3, 71 УК РФ по совокупности преступлений в виде лишения свободы сроком на 14 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 158 ч.3 п. «а» УК РФ ( по эпизоду кражи у М.О.А.) по основанию указанному в п. 2 ч.2 ст. 302 УПК ФИО1 оправдан за непричастностью к совершению преступления.

По ст. 119 ч.1 УК РФ ФИО1 на основании п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ оправдан за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления. 

В связи с оправданием ФИО1 по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ ( по эпизоду в отношении М.О.А.), ч.1 ст. 119 УК РФ признано за ним право на реабилитацию. 

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с п. п. 34, 35 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием.

Право граждан на реабилитацию и порядок его реализации предусмотрены в нормах главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1, 4, 5 и 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении, может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу.

Таким образом, по смыслу закона, суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении частично реабилитированному лицу вреда, если такой был причинен в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывал на то, что он испытывал переживания в связи с незаконным обвинением его в совершении кражи имущества у М.О.А., а также по обвинению в совершении угрозы убийством в отношении С.Х.С. В ходе расследования по данным эпизодам преступления ему пришлось претерпеть ряд следственных действий, допросы и т.д., что причинило ему как ряд психических и нравственных страданий, выразившиеся в переживаниях, волнениях, страхе.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на ФИО1 возложено бремя доказывания обстоятельств, на которых он основывал свои исковые требования.

Между тем, истцом не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих заявленные исковые требования.

Кроме того, само по себе то обстоятельство, что истец был оправдан в совершении преступлений по ст. 158 ч.3 п. «а» УК РФ ( по эпизоду в отношении М.О.А. ), по ст. 119 ч.1 УК РФ не свидетельствует о бесспорности требований истца о взыскании компенсации морального вреда, поскольку одновременно ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 111 ч.4, 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 30 ч.3, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 158 ч.3 п. «а», 167 ч.2, 116 ч.1 УК РФ.

Таким образом, поскольку в отношении истца не было допущено факта незаконного применения к нему меры пресечения, или действий, посягающих на его неимущественные права либо на другие нематериальные блага, то оснований для компенсации вреда в результате только факта предъявления обвинения в совершении преступлений, в части которых он был оправдан, в пределах заявленных требований, не имеется.

Задержание истца в порядке ст.91 УПК РФ и избрание в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу было обусловлено обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.111 УК РФ, по которому он признан виновным и ему назначено наказание в виде лишения свободы (в срок отбытия которого зачтено время содержания под стражей в ходе предварительного и судебного следствия).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о необоснованности искового заявления ФИО1 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.56, 194-198 ГПК РФ, судья

р е ш и л а:

Исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Инзенский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Е.В. Гельвер 

Решение изготовлено в окончательной

форме 07.08.2017