№ 2 -31/20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Лесозаводск 11 ноября 2020 г.

Лесозаводский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Галаюда С.С.,

при секретаре Архиповой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ГСИ к СХПК «Лесозаводский» о взыскании задолженности по заработной плате, 

УСТАНОВИЛ:

Истец (ГСИ.) обратилась в суд с иском к СХПК «Лесозаводский» о взыскании задолженности по заработной плате за февраль 2019, разницы в окладах, индексации заработной платы, компенсации за задержку выплаты окончательного расчета при увольнении, компенсации морального вреда. 

В обоснование иска указала, что с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх работала в СХПК «Лесозаводский» в должности главного бухгалтера по бессрочному трудовому договору. хх.хх.хххх была уволена из штата предприятия в связи с уходом на пенсию, уволена во время нахождения на лечении, о чем свидетельствует листок временной нетрудоспособности. О том, что уволили хх.хх.хххх, узнала только хх.хх.хххх, когда после окончания болезни принесла в бухгалтерию листок временной нетрудоспособности. Из штата предприятия она была уволена с нарушением трудового законодательства, когда находилась на лечении во время болезни. Заявление на увольнение ею было написано хх.хх.хххх, уволили хх.хх.хххх, по истечении 16 дней после подачи заявления, в нарушение ст.80 ТК РФ, согласно которой при увольнении по инициативе работника в связи с выходом на пенсию работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника, т.е. хх.хх.хххх.

хх.хх.хххх, после приема у врача, она предупредила администрацию СХПК «Лесозаводский» о том, что ей запретили работать и выписали больничный лист и просила уволить её после окончания временной нетрудоспособности, но уже хх.хх.хххх председатель сменил замки на дверях в конторе, запретил ей появляться в конторе, хх.хх.хххх она пришла в контору для передачи кассы, он вызвал её в кабинет, пригласил рядовых сотрудников, и в их присутствии начал оскорблять и унижать. Её, ветерана труда Приморского края, отправили на пенсию при общем стаже работы в сельском хозяйстве 38 лет, на данном предприятии в должности главного бухгалтера 24 года.

При увольнении из штата предприятия ей неправильно был начислен окончательный расчет и этот расчет своевременно выплачен не был, в нарушение ст.134 ТК РФ. Только после предписания Лесозаводской межрайонной прокуратуры хх.хх.хххх часть расчета была перечислена на её банковскую карту. Невыплата расчета при увольнении - это нарушение процедуры увольнения, что также является нарушением трудового законодательства.

Так, согласно выданного ей расчетного листка по заработной плате за февраль 2019 начисленная сумма составила 47 255, 66 рубля, из которой должен быть удержан налог на доходы 13 % в сумме 6 143 рублей. Сумма к выплате составила 41 112, 66 рубля. хх.хх.хххх ей на карту было перечислено 21 822,79 рубля, остальная сумма в размере 19 289,87 рубля до сих пор не перечислена, что существенным образом нарушает её права, предусмотренные как Конституцией РФ, так и нормами трудового законодательства.

Согласно трудового договора её должностной оклад составлял 33 900 рублей. Последняя индексация её оклада в связи с ростом инфляции была проведена по состоянию на хх.хх.хххх. По состоянию на хх.хх.хххх, хх.хх.хххх, хх.хх.хххх индексация её заработной платы не производилась, несмотря на то, что другим работникам индексация заработной платы производилась ежегодно и на хх.хх.хххх, и на хх.хх.хххх, и на хх.хх.хххх. Согласно трудового законодательства организация обязана ежегодно индексировать заработную плату в связи с ростом потребительских цен. Сумма невыплаченной зарплаты из-за отсутствия индексации составила 62 545, 83 рубля.

На протяжении 2018 директор не только не проиндексировал зарплату, но и постоянно уменьшал ее, говорил, что когда уберут сою, он заплатит все деньги и еще тринадцатую зарплату, но она вынуждена была по состоянию здоровья и неприязненных отношений со стороны руководителя ДВИ уволиться на пенсию. Окончательный расчет с ней произведен не был, фактически ей платили значительно ниже установленного трудовым договором оклада 

(33 900 руб.), в результате сумма недоплаты из-за разницы в окладе составила 65 477,98 рубля.

В связи с тем, что окончательный расчет по зарплате с нею не произведен в срок хх.хх.хххх (она - пенсионер, заявление написано хх.хх.хххх и уволить должны были хх.хх.хххх с выплатой расчета при увольнении) и до настоящего времени не выплачен. Денежная компенсация за невыплату окончательного расчета в срок составляет 18 291,12 рубля.

Ответчик не только незаконно её уволил, нарушив процедуру увольнения и выплаты окончательного расчета при увольнении, но и до сих пор не выплатил положенные ей денежные средства. В период временной нетрудоспособности (обострение гипертонической болезни и сахарного диабета) постоянно слал ей угрожающие письма, звонил, обзывал, доводил до нервного стресса, что негативно отразилось на её физическом и моральном здоровье. Она испытывала нравственные страдания, ведь она отработала на предприятии длительный срок не только главным бухгалтером, но и совмещала другие обязанности без доплаты к основному заработку - кассир, паспортист, заправка с/х техники в поле, комендант по жилью, дежурство на току, мастер по ж/д перевозкам, ответственный по безопасности дорожного движения, представитель в судах и в других государственных учреждениях, выполняла все работы, которые он приказывал, доработала до пенсии, работала бы еще, ведь у неё на руках сын - инвалид детства, и в её возрасте сложно найти работу, а отсутствие средств, которые, согласно закона, ответчик не желает ей выплатить, лишает её возможности материально содержать свою семью.

Таким образом, в соответствии с действующим законодательством, она имеет право на компенсацию морального вреда, который в данном случае оценивает в сумме 33 900 рублей.

Просит взыскать с СХПК «Лесозаводский» в её пользу компенсацию морального вреда в сумме 33 900 рублей, сумму заработной платы согласно расчетного листка за февраль 2019 в размере 19 289,87 рубля, а также разницу в окладах 65 477, 98 рубля (всего в общей сумме 84 767, 85 рубля), индексацию зарплаты в сумме 62 545,83 рубля, компенсацию за задержку выплаты окончательного расчета при увольнении в сумме 18 291,12 рубля.

В судебном заседании истец ГСИ уточнила исковые требования, просит взыскать с СХПК «Лесозаводский» в её пользу компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рубле, а также разницу в окладах в сумме 65 477, 98 рубля (за период с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх), компенсацию за задержку выплаты окончательного расчета при увольнении в сумме 18 291,12 рубля (за период с хх.хх.хххх по день подачи заявления хх.хх.хххх). Дополнила, что просит восстановить пропущенный срок исковой давности с хх.хх.хххх, с этой даты у неё проблемы с заработной платой. Изначально она подала заявление в прокуратору, но они только занимались невыплаченной зарплатой, а с этим вопросом сказали обращаться в суд. За 2017 был приказ и некоторым работникам была произведена индексация, ей индексации не было. О том, что она не вошла в приказ по индексации, она узнала за январь месяц в январе, за февраль месяц за феврале и так далее. В январе 2017 она не обратилась в суд, так как это было чревато, ей бы пришлось увольняться с работы. Каждый год директор обещал выплатить компенсацию, но не сделал это, а она надеялась и ждала. Она думала, что в декабре 2017 директор произведет компенсацию, но этого он не сделал. Он обещал убрать сою и расплатится, но так и не выплатил. На следующий год он опять кормил её обещаниями, но так и не произвел оплату компенсации. Она была вынуждена уволиться с работы, так как не могла терпеть унижения директора. Она уволилась в феврале. Приказ 2016 имеется, а ответчик говорит, что его нет, он его уничтожил или они его не нашли. В приказе указана сумма её оклада. Её зарплата составляет 33 900 рублей. Приказы заносятся в книгу и нумеруются. Заявляя моральный вред, исходит из того, что до сих пор не получила с ответчика заявленных денег с февраля 2019 по настоящее время. Она действительно испытала нравственные страдания. Заявляя сумму разницы в окладе, исходит из того, что за февраль ей была начислена одна заработная плата, потом появляется другой приказ, ее приказ убрали и якобы неправильно был подсчитан расчет, но и новый расчет, она считает, неверный. Зарплата за январь 2018 по сентябрь 2018, по ее расчетам составляет 65 477,98 рубля. Индексация заработной платы за период с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх, заявлена в связи с тем, что приказ на работников был, а её в него не включили. Данная индексация произведена всем работникам, кроме неё. Компенсация за задержку выплат с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх в размере 18 291, 12 рубля предусмотрена 

ст.236 ТК РФ. Она уволена хх.хх.хххх, а хх.хх.хххх - день подачи заявления в суд. Данный расчет она делала по периодам по расчетным листкам, по ставке рефинансирования, так как она менялась. На спорное время она вела табель учета рабочего времени, табель находится на предприятии, но его скрывают. Табель ведется ежемесячно. За февраль - апрель 2018 она работала полное рабочее время, а ответчик так не считает. Табель за 2018 подписывал председатель. Табеля учета рабочего времени находятся в бухгалтерии. Она 

6 - го числа ушла на больничный, 7-го числа пришла на работу, но ответчик сменил замки и она не смогла зайти на работу. Передачи документов не было, ее не пустили на работу. Она передала денежные средства в кассе, а документы не передавала. Зарплата начислялась на основании табеля и наряда. С запиской расчета была ознакомлена хх.хх.хххх. С суммой выплат за 2018 согласна. Средний заработок исчислен неправильно, ей уменьшались дни, в связи с этим и зарплата уменьшилась наполовину. С приказом об увольнении № хх от хх.хх.хххх она ознакомлена. Ее ознакомили с одной суммой, а затем её изменили. Налоговая инспекция проверяла штатное расписание и в нём указан её оклад в размере 33 900 рублей. Ответчик утверждает, что у неё был оклад 33 000 рублей, а в штатном расписании значится 33 900 рублей. Она два дня отсутствовала на работе по болезни, это можно посмотреть по документам, она вела кассу, выписывала приходные ордера, механик каждый день получал деньги от неё. Она оспаривает то, что неправильно ей установлены рабочие дни, они занижены. Почти половину проработанных дней ей не учли.

Представители ответчика - ШОВ., ЗКА., действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали, просят применить срок исковой давности. Дополнили, что законом дан один год для обращения в суд по взысканию заработной платы, истец не воспользовался своим правом. Некоторые суммы к выплате истцом заявлены за 2017, 2018, считают, что истец пропустила срок исковой давности и не может заявлять данные требования. Истица сказала, что были неприязненные отношения с директором предприятия ДВИ если это так, то тогда бы он не предоставил ей ссуду, а он пошел к ней навстречу. Считают, что отношения между работником и работодателем были добрые, просят отклонить заявление о восстановлении пропущенного срок, так как истец пропустила срок исковой давности. Истец утверждает, что ей должны зарплату в размере 15 248 рублей, это сумма является разницей между верной и вымышленной суммой, её в природе не существует. В деле имеется указание на ошибку при расчете, истец требует выплатить разницу между верной и неверной суммой долга, бухгалтер в совхозе допустил ошибку, и возникла эта разница, при перерасчете истцу перечислили 14 000 рублей. В организации имеется книга по заработной плате, где указаны дни отработки, часы и суммы, с этих сумм произведены все выплаты и взносы, то есть в течение 2018 истец видела и знала об этих суммах и на тот момент их не оспаривала. Нет нормативных актов, которые бы предусматривали индексацию, у истца была зарплата выше МРОТа, а индексация предусматривалась на предприятии тем работникам, которые получали зарплату менее МРОТа. Индексация это право, а не обязанность руководителя. Индексацию подразумевалось платить тем, у кого зарплата была ниже МРОТ, это своего рода увеличение оклада. Истцу всё выплатили вместе с процентами. Истцом был приложен приказ от 2016, копия недействительна, так как оригинала на предприятии они не нашли. А так как истица строит расчет на основании этого приказа, считают, что он недействительный. Истец брала этот документ, еще являясь сотрудником организации, она могла воспользоваться правом поставить подпись директора и печать, но она этого не сделала. Они не могут сейчас установить, существовал ли этот приказ или нет, но на предприятии его нет. Истице не был причинен моральный вред. Требования по заработной плате за февраль 2019 и разнице в окладах с января 2018 по сентябрь 2018 они не признают. На истицу есть приказ, тот приказ, что истец указала в исковом заявлении, неверный, на нём нет подписи председателя и печать смазана, данный приказ недействительный. Истице был установлен оклад в размере 30 000 рублей, приказ от 2016. По разнице в окладах истец требует разницу между суммой начисленной и выплаченной и тем, что она подсчитала. Эта разница в окладах заработной платы начисленной и выплаченной и та заработная плата, которую истица сама пересчитала и должна получить, но истице произведены данные выплаты верно и местами где-то даже была переплата, оплата истице произведена согласно отработанных часов. Компенсация заработной платы выплачена тем работникам, которые были задействованы на полевых работах и тем, у которых оклад был менее МРОТа. Истице не была задержана выплата окончательного расчета при увольнении, ей была выплачена компенсация по ставке ЦБ РФ, которая подтверждена, исходя из суммы окончательного расчета, и она при увольнении получила полный расчет. Была задержка выплаты, было устранение нарушений после проверки прокуратурой, долгов перед истцом нет. Сумма заработной платы за февраль 2019 истице выплачена, но расчет был сделан неопытным бухгалтером, которая не знала, что истица находилась в отпуске. В записке - расчете имеется опечатка. Они ведут расчет по формуле, коэффициент участвует в расчете среднего заработка, высчитывая среднюю заработную плату, допустили ошибку. У истца нет ни приказа, ни заявления о предоставлении отгула, а отмечено 7 дней выхода на работу, больничного листа нет, нет заявления на предоставление отгула за свой счет и понять, почему истица отсутствовала на работе, невозможно. У истца рабочий период с хх.хх.хххх, когда она была принята на работу. Отпускной период с сентября по октябрь, истица ходила в отпуск на 36 дней, отпуск она отгуляла, долга по выплате нет. С 28 октября по 22 ноября это 12 дней, ей была положена компенсация, но неопытный работник ошибся, он не учел отпуск. Коэффициент 29,3, на который ссылается истец, рассчитывается исходя из фактически отработанного времени, и он не уменьшается, если работник фактически находится на рабочем месте, но нет ни больничного листа, ни её заявления, и нет уважительной причины ненахождения истца на работе. 

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему. 

Согласно ч.2 ст.392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч.ч.1, 2 и 3 настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (ч.4 ст.392 ТК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного ст.392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (ч. 4 ст.392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный ст.392 ТК РФ срок.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Между тем истец, получая заработную плату и зная, что она не проиндексирована на момент получения, не обращалась в суд за разрешением спора о нарушении её трудовых прав. Таким образом, срок исковой давности в данном случае начинает течь с хх.хх.хххх (истец обратился в суд хх.хх.хххх). При этом истец не представила наличия уважительных причин пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В силу ч.1 ст.129 ТК РФ, заработная плата представляет собой вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы и включает в себя компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии со ст.135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором, в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. 

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. 

Согласно ст.136 ТК РФ, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В соответствии с абзацем 5 ч.1 ст.21 ТК РФ, работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Такому праву работника корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка и трудовыми договорами (абзац 7 ч.2 ст.22 ТК РФ).

Статьей 84.1 ТК РФ предусмотрено, что в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса.

В силу п.1 ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В соответствии с п.1 ст.236 ТК РФ, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки, начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически невыплаченных в срок сумм.

Из материалов дела следует, что в период с хх.хх.хххх по хх.хх.хххх ГСИ состояла в трудовых отношениях с СХПК «Лесозаводский» в качестве главного бухгалтера. хх.хх.хххх ГСИ. была уволена по собственному желанию, в связи с уходом на пенсию (п.3 ст.77 ТК РФ). 

Указанные обстоятельства подтверждаются записями в её трудовой книжке 

(л.д.22-24).

Согласно трудового договора, заключенного между СПКХ «Лесозаводский» и ГСИ., её должностной оклад составляет 4 833, 33 руб. (л.д.7-8), приказом от хх.хх.хххх должностной оклад с учетом РК и ДВ с хх.хх.хххх составляет 

33 9000 руб. (л.д.9). 

Суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с СХПК «Лесозаводский» суммы заработной платы согласно расчетного листка за февраль 2019 в размере 19 289,87 рубля, разницы в окладах в размере 65 477,98 рубля, индексации зарплаты в сумме 62 545,83 руб., денежной компенсации за задержку выплаты окончательного расчета при увольнении в сумме 18 291,12 рубля, поскольку на основании решения прокуратуры ответчиком истцу были произведены все выплаты в полном объеме в сумме 20 456,17 руб., компенсация за задержку заработной платы в сумме 1 631, 32 руб., что подтверждается реестрами денежных средств на счет ГСИ. (л.д. 49-53).

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размере, определяемом соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку в судебном заседании установлен факт нарушения трудовых прав истца на своевременную и в полном размере выплату причитающихся ей денежных средств, то он вправе требовать компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает положения статьи 237 ТК РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации (п.63 Постановления от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Решая вопрос о размере денежной компенсации морального вреда, суд считает заявленные истцом ГСИ. требования в сумме 33 900 рублей завышенными и не соответствующими степени нравственных страданий. 

С учетом степени виновности ответчика, характера допущенного им нарушения, нравственных страданий истца, принимая во внимания требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что в соответствии со ст.394 ТК РФ требования истца о денежной компенсации морального вреда, причиненного ей задержкой выплаты окончательного расчета при увольнении, подлежат частичному удовлетворению в размере 5 000 рублей.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Соответственно, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в местный бюджет пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 

400 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12,194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ГСИ к СХПК «Лесозаводский» о взыскании задолженности по заработной плате - удовлетворить частично. 

Взыскать с СХПК «Лесозаводский» в пользу ГСИ компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В остальной части иска (о взыскании задолженности по заработной плате за февраль 2019 г., разницы в окладах, индексации заработной платы, компенсации за задержку выплаты окончательного расчета при увольнении) - отказать.

Взыскать с СХПК «Лесозаводский» в доход бюджета муниципального образования Лесозаводский городской округ судебные расходы в размере 

400 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Лесозаводский районный суд в течение 1 месяца со дня вынесения в мотивированном виде.

Мотивированное решение изготовлено 16.11.2020 г. 

Судья С.С. Галаюда