Дело № 2-729/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 августа 2019 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Моисеевой Г.Ю.,

при секретаре Рукосуеве Л.В.,

с участием помощника прокурора Ленинского района г.Томска Думлер Ю.Г., истца ФИО4, её представителя ФИО5, представителя ответчика ФИО6, третьего лица ФИО7, представителя третьего лица Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области ФИО8, представителя третьего лица акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» (далее – ОГАУЗ «ТООД»), в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1500 000 руб.

В обоснование требований указала, что ее отец, ФИО1, года рождения, 29.08.2017 был госпитализирован в плановом порядке в ОГАУЗ «ТООД» с целью проведения оперативного лечения по . врачом онкологом – хирургом ФИО3 было проведено хирургическое вмешательство и со слов последнего, операция прошла без осложнений, , а кроме того, в ходе операции был удален , метастазов обнаружено не было. 11.09.2017 ФИО1 был переведен из реанимационного отделения в профильное, где продолжил получать лечение. Однако с 18.09.2017 отца стали беспокоить боли, , а в дальнейшем, 22.09.2017, , ФИО1 почувствовал себя плохо, . 24.09.2017 отца вновь перевели в реанимационное отделение и 25.09.2017, как пояснил врач ФИО3, ФИО1 было проведено еще одно хирургическое вмешательство, необходимость которого лечащий врач объяснил тем, что из-за , в связи с чем возник воспалительный процесс – . Несмотря на проведенные мероприятия, ФИО1 умер. Согласно проведенной по поручению Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области экспертизы, пациенту ФИО1 была ненадлежащим образом, несвоевременно оказана медицинская помощь, что привело к ухудшению состояния лица, релапаротомия была выполнена с запозданием. Смерть отца явилась для неё (истца) невосполнимой утратой, всё то время, пока отец находился в больнице она по нескольку раз в день его навещала и на её глазах ухудшалось самочувствие папы, хотя после первого оперативного вмешательства он начал поправляться и чувствовал себя нормально. Так, действия ответчика повлекли для неё (истца) сильнейшие нравственные страдания и переживания, смерть отца явилась для неё тяжелым ударом, который она перенесла крайне сложно. 

В судебном заседании истец ФИО4, её представитель ФИО5, действующий на основании доверенности, поддержали заявленные требования в полном объеме по основаниям, указанным в иске. Дополнительно истец пояснила, что с отцом поддерживала близкие и теплые отношения, и эти отношения поддерживались с того времени как уехала из дома учится, а в последствии и проживать с семьей в . Когда он приехал из пригорода на обследование в , она везде его сопровождала и потом, после операции, навещала и лично наблюдала первоначальную положительную динамику в его состоянии. После ухудшения самочувствия отца, она разговаривала с лечащим врачом, однако тот убеждал, что всё происходящее – это вариант нормы, но при этом в скором времени отцу была проведена ещё одна операция, причины выполнения которой сначала она не знала. С момента второго оперативного вмешательства и практически до самой смерти, она отца больше не видела, так как он находился в реанимационном отделении, доступ куда ограничен. Пояснила, что отец являлся опорой семьи поддерживал её во всем, был хорошим дедушкой для её детей, его утрата не восполнима, а осознание, что он при надлежаще оказанных медицинских услуг мог жить и радовать их только усугубляет ощущение утраты и горя. Кроме того указала, что Семья ФИО1 состоит из трех детей и супруги, при этом ФИО10, ФИО11, ФИО12 предъявлять иск о компенсации морального вреда заявлять не желают, решив на семейном совете что она, в том числе и в их интересах, будет обращаться в суд за компенсацией морального вреда.

Представитель ответчика ОГАУЗ «ТООД» ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании требования признала частично, а именно согласившись с экспертным заключением, пояснила, что согласны с тем, что медицинские услуги были оказаны ненадлежащим образом. Однако, просила снизить сумму компенсации морального вреда до 300000 руб., пояснила, что все врачебные мероприятия и медицинские манипуляции были выполнены в полном объеме, пациенту была проведена диагностика на новом современном оборудовании, которым оснащено ОГАУЗ «ТООД», и по результатам диагностики никакой патологии выявлено не было, кроме того, само по себе первичное заболевание ФИО1 – , является сложным и во время послеоперационного периода возможны и повышение температуры, , , было решено выждать какое-то время, понаблюдать за пациентом. При выполнении второй хирургической операции, медицинским персоналом был предпринят максимум усилий для спасения жизни ФИО1 Кроме того указала что ОГАУЗ «ТООД» является государственным учреждением.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании требования иска признал частично, не отрицая заключение экспертизы, пояснил, что во время оперативного вмешательства происходят различные ситуации, бывают, в том числе и такие, когда и только затем проводят повторную операцию и данный вариант не является нарушением. Кроме того, ФИО7 отметил, что с пациентом обсуждались риски хирургического вмешательства и он, ФИО1, всё осознавал. 

Представитель третьего лица Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области ФИО8, действующая на основании доверенности, в судебном заседании полагала требования истца подлежащими удовлетворению, разрешение вопроса о размере компенсации оставила на усмотрение суда. 

Представитель третьего лица акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ФИО9, действующий на основании доверенности, в судебном заседании полагал требования ФИО4 законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению, при этом размер компенсации просил определить суд исходя их обстоятельств дела.

Третьи лица ФИО10, ФИО11, ФИО12 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте были уведомлены должным образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении дела не просили.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц ФИО10, ФИО11, ФИО12

Выслушав стороны, заключение помощника прокурора Ленинского района г.Томска Думлер Ю.Г., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно п. п. 3, 4, 7 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской помощью является комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

Медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий

Согласно статье 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются, в том числе: применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункт 4); предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи (пункт 5).

В силу частей 1 и 2 статьи 19 указанного Закона каждый имеет право на медицинскую помощь и каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно части 5 данной статьи пациент имеет право, в частности, на: профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (пункт 2); получение консультаций врачей-специалистов (пункт 3); облегчение боли, связанной с заболеванием, состоянием и (или) медицинским вмешательством, методами и лекарственными препаратами, в том числе наркотическими лекарственными препаратами и психотропными лекарственными препаратами (пункт 4); получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья (пункт 5); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (пункт 9).

Часть 1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусматривает, что медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

На основании пункта 2 статьи 79 указанного выше нормативного акта медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению исполнителем независимо от его вины, при этом в силу ст. 1098 этого же Кодекса исполнитель может быть освобожден от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо по вине самого потребителя. При этом под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами.

Как установлено в судебном заседании, не оспаривалось сторонами и подтверждается свидетельством о рождении , свидетельством о заключении брака , истец приходилась дочерью ФИО1

Согласно представленной медицинской документации, медицинской карты стационарного больного , ФИО1 29.08.2017 поступил в онкологическое отделение ОГАУЗ «ТООД» с диагнозом: . 

Из описании операции (Т.1 л.д. 86-87) следует, что больному ФИО1 с установленным дооперационным и послеоперационным диагнозом: , 06.09.2017 проведена операция - . 

После оперативного вмешательства ФИО1, в состоянии средней тяжести, в постнаркозной депрессии, был доставлен в палату реанимации и интенсивной терапии отделения (Т.1 л.д. 89), откуда 11.09.2017 был переведен в (Т.1 л.д. 95), однако 24.09.2017 ФИО1, с явлениями прогрессирующей , был вновь помещен в палату реанимации и интенсивной терапии отделения (оборотная сторона л.д. 98 Т.1). 

25 сентября 2017 года ФИО1 - (Т.1 л.д. 87, 100).

Согласно записи реаниматолога, выполненной в медицинской карте стационарного больного , в , после получасовых реанимационных мероприятий, была констатирована смерть ФИО1, что подтверждается имеющимся в материалах дела свидетельством о смерти (Т.1 л.д. 7, 110).

было проведено , что подтверждается протоколом № от соответствующей даты, из данного протокола следует, что у ФИО1 в качестве основного диагноза была вынесена . . 

Экспертом качества медицинской помощи, кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры онкологии ФИО2, по поручению Территориального фонда обязательного медицинского страхования Томской области, была проведена экспертиза качества медицинской помощи, о чем 05.04.2018 составлен акт № . Согласно заключению эксперта, несмотря на довольно показательные симптомы, имеющиеся у больного: . . . . . 

В связи с изложенным, Территориальным фондом обязательного медицинского страхования Томской области было принято решение о частичной не оплате стоимости лечения ОГБУЗ «ТООД» в сумме 28250,36 руб.

Возражения, поданные ОГБУЗ «ТООД» относительно выводов эксперта, изложенных в акте качества медицинской помощи № , были оставлены экспертом ФИО13 без удовлетворения (Т.1 л.д. 170-172, Т.1 л.д. 174-176).

Вместе с тем, эксперт ФИО14 выполнивший экспертизу качества медицинской помощи по поручению акционерного общества «Страховая компания «СОГАЗ-Мед», нарушений при оказании медицинской помощи больному ФИО1 не обнаружил, что подтверждается актом № от 27.02.2018, экспертным заключением № 

В ходе рассмотрения дела, представителем ответчика ОГАУЗ «ТООД» ФИО6 было заявлено ходатайство о назначении медицинской экспертизы. Данное ходатайство судом было удовлетворено.

Так, согласно заключению эксперта № П 173-05/19 выполненного 30.05.2019 ООО «Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации», при оказании ФИО1 медицинской помощи в ОГАУЗ «ТООД» в период с 29.08.2017 по 02.10.2017 были допущены нарушения виде невыполнения ненадлежащего выполнения диагностических мероприятий, несвоевременного хирургического лечения (позднее проведение ): 

- 

- 

, ФИО1, , ФИО1 . 

– ФИО1 ФИО1 . 

Действия (бездействия) ОГАУЗ «ТООД» по оказанию медицинской помощи ФИО1 в период с 29.08.2017 по 02.10.2017 находятся в причинно – следственной связи со смертью последнего, так как согласно пункта 25 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24.04.2008 «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», выявленные дефекты оказания медицинской помощи привели к ухудшению состоянию здоровья ФИО1 и рассматриваются как причинение вреда здоровью. 

Данное комиссионное заключение экспертов суд считает возможным положить в основу принимаемого решения суда, поскольку исследование проводилось экспертами надлежащей квалификации, имеющих высшее образование, стаж работы по специальности, в том числе в области онкологии, анестезиологии и реаниматологии, имеющих ученые степени и звания, проходившими специальную подготовку по судебно-медицинской экспертизе. Кроме того, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. По содержанию заключение является полным, обоснованным, объективным, заключение содержит подробное описание, выводы не содержат разночтений, противоречий, сомнений. Заключение экспертизы стороны не оспаривали.

Согласно ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам, принадлежащим человеку от рождения.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В данном случае ФИО4 в обоснование своих исковых требований указывает на конкретные фактические обстоятельства перенесенных ею нравственных страданий в связи с утратой близкого родственника, ее отца.

Судом установлено, что выявлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО1 и действия (бездействия) ОГАУЗ «ТООД» по оказанию медицинской помощи ФИО1 в период с 29.08.2017 по 02.10.2017 находятся в причинно – следственной связи со смертью последнего. Доказательств обратного стороной ответчика в нарушении положения ст. 56 ГПК РФ представлено не было. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

На основании исследованных в судебном заседании письменных доказательств, в том числе медицинской документации, пояснений сторон, суд приходит к выводу, что действиями ответчика ОГБУЗ «ТООД» истцу, приходящейся дочерью умершему ФИО1 причинен моральный вред в виде нравственных страданий, обусловленных потерей близкого человека. Соответственно требования истца ФИО4 о компенсации морального вреда, вызванного потерей отца ФИО1, заявленные ОГАУЗ «ТООД» являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом разрешая вопрос о размере компенсации, суд приходит к следующему.

Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10).

В соответствии с частью 2 статьи 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из установленных обстоятельств и учитывая характер физических и нравственных страданий, полученных истцами в результате смерти матери вследствие ненадлежащего оказания медицинской организацией медицинской помощи; учитывая, что гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности здоровья умершего ФИО1, а также исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 800 000 руб.

По указанным выше обстоятельствам, а также принимая во внимание объем выполненных ОГАУЗ «ТООД» врачебных мероприятий по диагностики и оказания послеоперационных мероприятий и их результат, суд не находит доводы представителя ответчика об установлении размера компенсации в размере 300 000 рублей состоятельными.

Распределяя бремя несения судебных расходов, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Исходя из указанных норм права, существа спора, результатов его рассмотрения, с ответчика в доход муниципального образования «Город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО4 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» в пользу ФИО4 800 000 руб., в счет компенсации морального вреда.

В остальной части исковых требований ФИО4 отказать.

Взыскать с областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский областной онкологический диспансер» в доход муниципального образования «Город Томск» государственная пошлина в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Г.Ю. Моисеева

Мотивированный текст изготовлен 26.08.2019

Секретарь Л.В. Рукосуев

УИД 70RS0002-01-2019-000504-77