№ 2-179/2021

УИД: 52RS0039-01-2021-000025-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Лысково 17 марта 2021 года

Лысковский районный суд Нижегородской области в составе

председательствующего судьи Пескова В.В.,

при секретаре судебного заседания Колумбаевой С.В.,

с участием заместителя прокурора Лысковского района Нижегородской области Тарарина Е.В.,

истца ФИО7, являющегося законным представителем несовершеннолетнего истца ФИО1, представителем ФИО14 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына ФИО1, ФИО2 к ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО7, действующий в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО1, обратился в Лысковский районный суд Нижегородской области с иском к ФИО8 о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 40 минут в городе Лысково Нижегородской области на проезде к дому 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства марки ФИО3, государственный регистрационный знак № регионе, под управлением ФИО8, и малолетнего пешехода ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Истец указывает, что в результате ДТП, малолетнему ФИО9 были причинены тяжкие телесные повреждения в виде сочетанной травмы: закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга, закрытый перелом правой височной кости, ушибленной раны правой ушной раковицы, ссадин головы; тупая травма грудной клетки с закрытими переломами ребер (6) со смещением отломков, закрытый перелом правой ключицы, закрытые переломы головки правого и левого плеча со смещением отломков, закрытый перелом лонной кости, открытый подвертельный перелом левого бедра со смещением отломков, закрытый вывих правого бедра, закрытый эпифизеолиз дна левой вертлужной впадины, закрытый перелом большого вертела правого бедра со смещением отломков, ушиб придатка правого яичка, гематома мошонки; травматический шок тяжелой степени, квалифицированной заключением судебно-медицинского эксперта, как тяжкий вред здоровью, а также моральный вред, выразившийся в сильной физической боли. 

Утверждает, что постановлением СО Отдела МВД России по Лысковскому району от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО8 отказано, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Указанное постановление потерпевшей стороной неоднократно обжаловалось прокурору. 

Истец указывает, что поскольку здоровью малолетнего ФИО1 был причинен тяжкий вред от воздействия источника повышенной опасности, которым управлял ФИО8, и владельцем которого он является, в период с ДД.ММ.ГГГГ малолетний ФИО1 проходил стационарное лечение в ГБУЗ НО «Лысковская ЦРБ» и с ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ НОДКБ. После ДТП ФИО1 неоднократно проходил лечение в условиях стационара, последняя госпитализация с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, указывает, что и малолетний ФИО1 и его родители испытывали и испытывают до настоящего времени физические и нравственные страдания, поскольку мальчик на момент травмирования являлся ребенком, не достигшим 14-летнего возраста, школьником, после травмы находился в реанимации ГБУЗ НО «Лысковская ЦРБ», сутки находился на аппарате искусственной вентиляции легких, два раза делали переливание крови. Более шести месяцев находился на лечении, в том числе и в больнице на стационарном лечении, перенес несколько операций под общим наркозом. Врачи буквально собрали обломки левой бедерной кости. При этом, врачи на дают положительных прогнозов, предстоит длительное лечение, возможно протезирование, диагноз на данный момент: посттравматическая болезнь Пертеса справа, оформлена инвалидность, в связи с чем здоровье мальчика уже никогда не будет прежним. Из-за травмы он должен постоянно наблюдаться у ортопеда-травматолога по месту жительства и в ДОБ города Нижнего Новгорода, рекомендована ходьба только на костылях с опорой на левую ногу, на правую вставать запрещено. Мальчик постоянно проходит болезненную реабилитацию, обучается на дому по индивидуальной программе, нередко находится в унынии и апатии. 

Истец утверждает, что мальчику и родителям были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате здоровья близким им человеком (ребенком), требующим постоянного ухода, и как следствие, нарушено психологическое благополучие членов семьи, отсутствует возможность у самих истцов лично продолжать активную общественную жизнь (посещать спортивные секции, кружки в школе, гулять на улице с друзьями) и у родителей возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние здоровья близкого человека, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи. В результате травмы мальчика резко выросли расходы семьи связи с затратами на лечение и сопутствующие расходы (поездки в больницу, покупка лекарств, средств реабилитации и др.). 

С учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, просят суд взыскать с ФИО8 в пользу несовершеннолетнего ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 550 000 рублей, в пользу ФИО7 и ФИО2 компенсацию морального вреда 150 000 рублей, каждому.

В судебном заседании истец ФИО7, действующий за себя, в интересах своего несовершеннолетнего сына ФИО1, а также являющийся представителем ФИО2, исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в иске.

Дополнительно пояснил, что сын испытывал и испытывает до настоящего времени физические и нравственные страдания, на момент ДТП, являлся ребенком, не достигшим 14-ти лет, школьником, после травмы находился в реанимации в Лысковской ЦРБ, сутки находился на аппарате искусственной вентиляции легких, два раза делали переливание крови. Более 6-ти месяцев находился на лечении, в том числе и в больнице на стационарном лечении, перенес несколько операций, под общим наркозом. Врачи буквально собрали обломки левой бедерной кости. При этом врачи не дают положительных прогнозов, предстоит длительное лечение, возможно протезирование, диагноз на данный момент посттравматическая болезнь Пертеса справа, оформлена инвалидность, здоровье сына уже никогда не будет прежним. Ребенок постоянно проходит болезненную реабилитацию, обучается на дому по индивидуальной программе. Не редко находится в унынии, апатии.

Ему и супруге были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате здоровья близким им человеком (ребенком), требующим постоянного ухода, и, как следствие, нарушено психологическое благополучие членов семьи, отсутствует возможность как у них, так и у ребенка продолжать активную общественную жизнь (посещать спортивные секции, кружки в школе, гулять на улице с друзьями). В результате травмы сына резко выросли расходы семьи в связи с затратами на лечение и сопутствующие расходы (поездки в больницу, покупка лекарств, средств реабилитации и др.).

Ответчик ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признал, указывая на отсутствие своей вины в ДТП.

Выслушав истца, представителя истцов, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ, одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом (ст. 150 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 года № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 10).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

В соответствии со ст. 63 СК РФ родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям.

Судом из материала №, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 40 минут на 

<

адрес> вблизи 

<

адрес>, водитель ФИО8, управляя технически исправным автомобилем ФИО3, государственный регистрационный знак № регионе, вне пешеходного перехода совершил наезд на несовершеннолетнего пешехода ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО1 причинен тяжкий вред, опасный для жизни человека, в виде сочетанной травмы, в комплекс которой входят: закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга, закрытый перелом правой височной кости, ушибленной раны правой ушной раковицы, ссадин головы; тупая травма грудной клетки с закрытими переломами ребер (6) со смещением отломков, закрытый перелом правой ключицы, закрытые переломы головки правого и левого плеча со смещением отломков, закрытый перелом лонной кости, открытый подвертельный перелом левого бедра со смещением отломков, закрытый вывих правого бедра, закрытый эпифизеолиз дна левой вертлужной впадины, закрытый перелом большого вертела правого бедра со смещением отломков, ушиб придатка правого яичка, гематома мошонки; травматический шок тяжелой степени.

В связи с полученными травмами ФИО1 неоднократно проходил стационарное и амбулаторное лечение.

Согласно заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, при указанном в постановлении о назначении экспертизы моменте возникновения, опасности для движения водитель автомобиля Ниссан Ноут ФИО8, двигаясь со скоростью 20 км/ч, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО1 экстренным торможением с остановкой до места наезда. В действиях водителя ФИО8 несоответствий требованиям Правил дорожного движения, находящихся в причинной связи с фактом рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, с технической точки зрения, не имеется.

Постановлением врио начальника ОГИБДД Отдела МВД России по Лысковскому району ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ, прекращено, в связи с наличием признаков преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ.

Из материалов дела видно, что руководителя следственного органа - заместителя начальника СО Отдела МВД России по Лысковскому району ФИО11 неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждения уголовного дела по факту дорожно-транспортного происшествия, которые затем отменялись руководителем следственного органа и прокурором Лысковского района Нижегородской области.

На момент рассмотрения настоящего дела по материалам проверки постановлением руководителя следственного органа - заместителем начальника СО Отдела МВД России по Лысковскому району ФИО11 от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в действиях ФИО8

Постановлением Лысковского районного суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении жалобы ФИО7 о признании постановления от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного руководителем следственного органа - заместителем начальника СО Отдела МВД России по Лысковскому району ФИО11незаконным и необоснованным, отказано.

Апелляционным постановлением Нижегородского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по жалобе прекращено.

Вышеуказанные обстоятельства совершенного ДТП, ответчиком не оспаривались.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью источником повышенной опасности, принадлежащим ФИО8

Как выше установлено судом, в момент ДТП автомобилем ФИО3, управлял ФИО8, в связи с чем, по смыслу норм абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ, он в момент ДТП являлся законным владельцем транспортного средства, а, следовательно, - лицом, на котором лежит обязанность по возмещению вреда от данного ДТП независимо от наличия или отсутствия вины.

ФИО1 приходится сыном ФИО5 и ФИО2

Поскольку судом достоверно подтверждено, что в результате ДТП, источником повышенной опасности, несовершеннолетнему ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, нанесен тяжкий вред здоровью, а право на охрану здоровья, производным от которого является право на компенсацию морального вреда, относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых нематериальных прав человека, подлежащих государственной защите, причинение ребенку телесных повреждений означает претерпевание им физической боли и нравственных страданий, постольку наступление у ФИО1 морального вреда предполагается.

Травмирование несовершеннолетнего ФИО1 и причинение ему тяжкого вреда здоровью явилось причиной нравственных страданий его матери и отца, эти нравственные страдания обусловлены заботой родителей о несовершеннолетнем, о состоянии его здоровья, его восстановлении после полученной в результате ДТП травмы, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу родителей несовершеннолетнего компенсации морального вреда.

Обстоятельства дела, установленные судом о нравственных страданиях матери и отца несовершеннолетнего ФИО1 вследствие причинения тяжкого вреда его здоровью, не опровергнуты ответчиком ФИО8 в ходе судебного разбирательства.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 151 и ч. 1 ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В соответствии с ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшей.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В абз. 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 года по делу «М. (Maksimov) против России» указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При этом установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1).

Истец обосновывает причиненный моральный вред полученными нравственными страданиями и физической болью от полученных травм, указывая, что ФИО1 испытывал и испытывает до настоящего времени физические и нравственные страдания, поскольку на момент ДТП являлся ребенком, не достигшим 14-летнего возраста, школьником, после травмы находился в реанимации ГБУЗ НО «Лысковская ЦРБ» на аппарате искусственной вентиляции легких, ему делали переливание крови. Ребенок более шести месяцев находился на лечении, в том числе и на стационарном лечении, перенес несколько операций под общим наркозом. Врачи не дают положительных прогнозов, предстоит длительное лечение, возможно протезирование, диагноз на данный момент: посттравматическая болезнь Пертеса справа, оформлена инвалидность, здоровье мальчика уже никогда не будет прежним. Из-за травмы он должен постоянно наблюдаться у ортопеда-травматолога по месту жительства и в ДОБ города Нижнего Новгорода, рекомендована ходьба только на костылях с опорой на левую ногу, на правую вставать запрещено. Мальчик постоянно проходит болезненную реабилитацию, обучается на дому по индивидуальной программе, нередко находится в унынии и апатии, не может продолжать активную общественную жизнь (посещать спортивные секции, кружки в школе, гулять на улице с друзьями).

Истец утверждает, что родителям были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате здоровья близким им человеком (ребенком), требующим постоянного ухода, и как следствие, нарушено психологическое благополучие членов семьи, отсутствует возможность у самих истцов лично продолжать активную общественную жизнь, возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние здоровья близкого человека, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи. В результате травмы мальчика резко выросли расходы семьи на лечение. 

Ответчик ФИО8 трудоустроен в ГБПОУ «Лысковский агротехнический техникум» в должности мастера производственного обучения. В 2019 году ему была выплачена заработная плата в сумме 386 778 рублей 48 копеек, в 2020 года - 357 460 рублей 47 копеек.

На момент рассмотрения дела в суде, в собственности недвижимого имущества и транспортных средств ФИО8 не имеет (л.д. 81, 84). 

За ФИО7 зарегистрировано право собственности на объект недвижимости - жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> (л.д. 74-75), а также за ФИО13 зарегистрирован автомобиль №, государственный регистрационный знак № (л.д. 84-85).

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истцов судом учитываются обстоятельства причинения вреда, отсутствие вины самого потерпевшего, тяжесть причиненного вреда, длительность лечения, характер и степень перенесенных истцами нравственных страданий, возраст потерпевшего, материальное положение ответчика, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика ФИО8 как с владельца источника повышенной опасности в пользу несовершеннолетнего ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, исходя из того, что в результате транспортного происшествия был причинен тяжкий вред здоровью несовершеннолетнего ребенка, последствием которого явились не только физические страдания, но и нравственные страдания несовершеннолетнего, поскольку в силу травмы он был лишен возможности жить полноценной жизнью, а также несовершеннолетнему установлена инвалидность.

Кроме того, суд считает необходимым взыскать с ответчика ФИО8 пользу ФИО7 (отца несовершеннолетнего ФИО1) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, в пользу ФИО2 (матери несовершеннолетнего ФИО1) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, учитывая степень нравственных страданий родителей ребенка, вызванных переживаниями, в связи с полученной сыном тяжелой травмой, наблюдением за его страданиями как во время нахождения ребенка на стационарном лечении, так и в последующем в повседневной жизни, чувством тревоги и страха за жизнь и здоровье ребенка.

Указанная сумма компенсации морального вреда, по мнению суда в данном случае, является соразмерной характеру причиненного вреда и не приводит к неосновательному обогащению истцов, при этом суд принимает во внимание, что ответчик является трудоспособным и ничто не препятствует ему в получении дохода для возмещения истцам компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, ФИО2 к ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного в результате ДТП, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО1, ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, отказать. 

Взыскать с ФИО6 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Лысковский районный суд Нижегородской области.

Судья: В.В. Песков