Дело №2-379/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 июля 2019 года с. Аскино 

Резолютивная часть решения объявлена 25 июля 2019 года.

Решение в окончательной форме составлено судом 30 июля 2019 года.

Караидельский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Гиндуллиной Г.Ш., при секретаре Минниахметовой М.Х., при участии истца ФИО1, с использованием системы видеоконференцсвязи, прокурора Хуснуллина Р.Ф., действующего по доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления федерального казначейства по Республике Башкортостан о взыскании денежных средств,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Аскинскому районному суду, Министерству финансов Российской Федерации. Исковые требования мотивированы тем, что истец был осужден Караидельским межрайонным судом РБ ДД.ММ.ГГГГ, данный приговор был отменен, в последующем постановлением Балтачевского районного суда РБ производство по делу было прекращено. Истец указывает, что действиями Аскинского районного суда ему был причинен моральный вред, просит суд руководствуясь ст. 151 п. 1, ст.ст. 1100, 1101, 1069, 1070, 150 п. 1, ст. 165, 242.2 Бюджетного Кодекса РФ и ст. 133 ч. 1 УПК РФ взыскать с ответчика Аскинского районного суда РБ с Министерство Финансов РФ г. Москвы за счет казны РФ в пользу истца в сумме 80000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования к Министерству Финансов поддержал, просил их удовлетворить по доводам изложенным в иске. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, представитель третьего лица Управления федерального казначейства по Республике Башкортостан в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, об отложении судебного разбирательства не просили.

Представитель третьего лица Прокуратуры Республики Башкортостан Хуснуллин Р.Ф. возражал против удовлетворения исковых требований ФИО1, указывая на то, что дело в отношении него было прекращено по не реабилитирующим основаниям.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами охраняемых законом прав обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, компенсацию причиненного ущерба (статья 52) и государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Применительно к данному спору указанная статья подлежит применению во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которого независимо от вины такой вред возмещается за счет казны в случае его причинения незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Право на компенсацию морального вреда по предусмотренному п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации основанию приобретают лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию (ст. ст. 133 - 139 УПК Российской Федерации).

Положениями ст. 54 Конституции Российской Федерации закреплен принцип обратной силы нового закона, который устраняет или смягчает ответственность. Конкретизируя этот принцип, ст. 10 УК РФ устанавливает, что уголовный закон, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание (ч. 1); если новый уголовный закон смягчает наказание, которое отбывается лицом, то это наказание подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом (ч. 2).

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2006 года N 4-П содержащееся в ч. 2 ст. 10 УК РФ предписание о смягчении назначенного по приговору суда наказания в границах, предусмотренных новым уголовным законом, предполагает применение общих начал назначения наказания, согласно которым в такого рода случаях смягчение наказания будет осуществляться в пределах, определяемых всей совокупностью норм названного Кодекса - как Особенной, так и Общей его частей, а соответствующее постановление будет приниматься судом в порядке главы 47 УПК РФ "Производство по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора".

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данными в п. 5 Постановления от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", судам следует иметь в виду, что согласно части 4 статьи 133 УПК РФ правила указанной статьи не распространяются на лиц, в отношении которых меры процессуального принуждения или обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, поскольку прекращение уголовного дела (освобождение от наказания) в указанных случаях само по себе не является свидетельством незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Приговором Аскинского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний по данному приговору и приговору мирового судьи судебного участка № 2 по Бирскому району и г. Бирску от ДД.ММ.ГГГГ окончательно назначено наказание в виде2 лет 1 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ приговор Аскинского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение.

Постановлением Балтачевского районного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ производство по уголовному делу по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, в силу п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ прекращено ввиду истечения сроков давности уголовного преследования. 

Постановлением Балтачевского межрайонного суда Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении ходатайства ФИО1 о признании права на реабилитацию отказано. 

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В ч. 2 вышеприведенной статьи указаны лица, имеющие право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Таким образом, право на реабилитацию, которое предусматривает возможность компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, согласно ст. ст. 133 - 139 УПК РФ, возникает только при наличии реабилитирующих оснований.

Прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, к таковым не относится.

В связи с изложенным суд пришел к выводу о том, что оснований для признания за истцом права на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 193-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления федерального казначейства по Республике Башкортостан о взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца через Караидельский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья: Г.Ш.Гиндуллина