31RS0007-01-2019-000440-09 

ГУБКИНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

от 14 мая 2019 года по делу №*/2019

15 мая 2019 года гор. Губкин 

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи И.Ф. Комаровой 

при секретаре К.В. Соболевой

в отсутствие: истца ФИО1, его представителя – адвоката ЦГАК Гордиенко А.Н., представителя ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Белгородской области, представителей третьих лиц – Прокуратуры Белгородской области и Губкинской городской прокуратуры, уведомленных о дате, времени и месте судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом, просивших о рассмотрении дела в их отсутствие, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, 

У с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, ссылаясь на то, что вступившим в законную силу приговором Белгородского областного суда от 16 сентября 2004 года он - ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.166 ч.2 п.»а» УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок пять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Одновременно он оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в соответствии со ст. 302 ч. 2 п. п. 3, 4 УПК РФ, за отсутствием в их действиях указанного состава преступления. Мера пресечения ФИО1 оставлена прежняя содержание под стражей, срок наказания исчислен с момента задержания с 8 июня 2004 года.

Постановлением судьи Белгородского областного суда от 11 марта 2019 года за ФИО1 признано право на реабилитацию в связи с его оправданием приговором Белгородского областного суда от 16 сентября 2004 года по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Истец указал на то, что в результате незаконного уголовного преследования ему был причинён моральный вред, выразившийся в нарушении права на уважение частной жизни, умалении достоинства личности, которое охраняется государством, нарушении личных неимущественных прав, принадлежащих ему от рождения, в том числе на личную неприкосновенность, нарушении права не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, честное и доброе имя, права свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства. Органом следствия ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, в результате чего он длительное время содержался в следственном изоляторе. С учётом изложенного, в исковом заявлении ФИО1, сославшись на изложенные выше обстоятельства, просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель адвокат Гордиенко А.Н. не явились, представив заявление о рассмотрении дела в их отсутствие, заявленные требования поддержали, и просили их удовлетворить по изложенным в заявлении основаниям. 

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Белгородской области ФИО2 в судебное заседание не явилась, представив ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие и возражения, в которых исковые требования не признала, сославшись на отсутствие доказательств причинения истцу нравственных или физических страданий, при этом не оспаривала право истца на реабилитацию, считая, заявленный ко взысканию размер морального вреда чрезмерно завышенным.

Представители третьих лиц - прокуратуры Белгородской области и Губкинской городской прокуратуры, будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились, о причинах неявки суду не сообщили, возражений по существу заявленных требований не представили. 

В соответствии с п.5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд признает исковые требования обоснованными в части и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно п. 1 ст. 8 и ст. 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30.03.1998 года №54-ФЗ и «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протокола к ней» каждый имеет право на уважение его личной жизни и право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда, в том числе причиненного необоснованным уголовным преследованием, корреспондируют положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (п. 5 ст. 5) и Международного пакта о гражданских и политических правах (подп. "а" п. 3 ст. 2, п. 5 ст. 9), утверждающие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу, на компенсацию.

Конституция Российской Федерации в статье 2 указывает на то, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц.

Статьей 5 УПК РФ определено, что реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию и возмещения ему вреда.

Согласно части 1, пункта 1 части 2 статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием имеют, в том числе, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

8 июня 2004 года постановлением ст. следователя Губкинской городской прокуратуры возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст.ст.162 ч.2, 30 ч.3, 105 ч.2 п.п. «ж,з» Уголовного кодекса Российской Федерации (т.1 уг. дела л.д.1).

4 июня 2004 года постановлением ст. следователя Губкинской городской прокуратуры возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных ст. 166 ч.2 п. «а» Уголовного кодекса Российской Федерации (т.2 уг. дела л.д.3).

15 июня 2004 года уголовные дела соединены в одно производство, делу присвоен №20041130049 (т.2 уг.дела л.д.1).

Срок предварительного расследования по уголовному делу №20041130049 продлен до 2 месяцев 10 суток, то есть до 14 августа 2004 года Губкинским городским прокурором 30 июля 2004 года. 

В ходе расследования ФИО1 в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ задержан 8 июня 2004 года.

10 июня 2004 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

09 июня 2004 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.162 ч.2, 30 ч.3, 105 ч.2 п.п. «ж,з» (т.1 уг.дела л.д.100-103).

29 июля 2004 года ФИО1 перепредъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст.ст.162 ч.2, 30 ч.3, 105 ч.2 п.п. «ж,з» (т.3 уг.дела л.д.110-115).

03 августа 2004 года прокурором Белгородской области утверждено обвинительное заключение (т.3 уг.дела л.д.161).

Приговором Белгородского областного суда от 16 сентября 2004 года он - ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.166 ч.2 п.»а» УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок пять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Одновременно ФИО1 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж, з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в соответствии со ст. 302 ч. 2 п. п. 3, 4 УПК РФ, за отсутствием в их действиях указанного состава преступления. Мера пресечения ФИО1 оставлена прежняя содержание под стражей, срок наказания исчислен с момента задержания с 8 июня 2004 года.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2004 года приговор Белгородского областного суда от 16 сентября 2004 года в отношении ФИО1, ФИО3 и ФИО4 изменен, исключено из вводной части приговора указание на наличие у ФИО1 и ФИО4 погашенных судимостей, а также исключена из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на ч.3 ст.68 УК РФ при назначении наказания ФИО3. В остальной части приговор оставлен без изменения, а кассационные жалобы и кассационное представление – без удовлетворения.

Постановлением судьи Белгородского областного суда от 11 марта 2019 года за ФИО1 признано право на реабилитацию в связи с его оправданием приговором Белгородского областного суда от 16 сентября 2004 года по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Статья 1070 ГК РФ в системной связи со ст. 151 и абз. 3 ст. 1100 ГК РФ предусматривает компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Привлечение гражданина к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, которое впоследствии не нашло под собой каких-либо оснований, безусловно причиняет вред таким нематериальным благам этого гражданина как честь и достоинство, а также нарушает неприкосновенность частной жизни. Указанные посягательства и нарушения причиняют нравственные страдания их обладателю, в связи с чем, в соответствии со статьей 151 ГК РФ они требуют адекватной компенсации.

Статья 1071 ГК РФ предусматривает, что в случаях, когда в соответствии с указанным Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступает финансовый орган.

Установив факты незаконного осуждения ФИО1., незаконного привлечения его к уголовной ответственности, незаконного применения к нему в качестве меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и заключения под стражу, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в его пользу за счет Казны Российской Федерации компенсации морального вреда.

С доводами представителя Министерства финансов Российской Федерации, изложенными в представленных возражениях, об отсутствии оснований для компенсации морального вреда, суд не может согласиться, поскольку они не основаны на законе, так как факт причинения нравственных страданий истцу, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование и за которым было признано право на реабилитацию, не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами. Предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В соответствии с п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения потерпевшему вреда за перенесенные страдания.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 ГК РФ).

Определяя размер компенсации морального вреда суд, учитывает все заслуживающие внимания обстоятельства, свидетельствующие об объеме и степени страданий истца, а именно, обстоятельства привлечения ФИО1, к уголовной ответственности в приведенной выше части, категорию преступления, в котором он обвинялся, вид избранной в отношении него меры пресечения, связанные с этим ограничения, длительность всего уголовного преследования в целом, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, данные о личности истца, его индивидуальные особенности, и полагает, что нахождение истца в статусе подозреваемого и обвиняемого, безусловно, повлекло душевные страдания, негативные переживания, связанные с незаконным возбуждением в отношении него и расследованием уголовного дела по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ, что свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий. Нарушение прав истца порождало у него чувство страха, подавленности, унижения, он находился под воздействием психотравмирующей ситуации, претерпел глубокие нравственные страдания, длительное время был лишен возможности вести обычный образ жизни.

Суд также исходит из установленных по делу фактических обстоятельств предъявления обвинения, обоснованности действий следственных органов, факта частичного, а не полного оправдания истца.

Необоснованное уголовное преследование в части обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.п. «ж», «з» ч.2 ст.105 УК РФ, учитывая его осуждение за совершение иного тяжкого преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.166 УК РФ, не свидетельствует о том, что задержание ФИО1, заключение его под стражу, не имели достаточных законных оснований.

Сам факт оправдания истца по вышеуказанному преступлению представляет собой по существу переквалификацию действий всех подсудимых в совершении преступлений, изменяет лишь степень их участия в совершении преступных действий.

Учитывая указанные выше обстоятельства в их совокупности и, исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о компенсации морального вреда истцу в размере 50 000 рублей.

При этом суд принимает во внимание, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан. Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения статьи 1101 ГК РФ, исходит не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. 

Заявленные требования истца о возмещении ему денежной компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей суд считает явно завышенными.

Доводы истца о том, что возбуждение уголовного дела привело к снижению его активного образа жизни и, тем самым, усугубило моральные страдания, не обоснованы какими-либо доказательствами. 

Кроме того, суд отмечает, что доказательств наличия физических страданий, в том числе, ухудшения состояния здоровья, находящихся в прямой причинной связи с привлечением к уголовной ответственности, истец ФИО1 суду также не представил, в данной части доводы истца судом не принимаются. В судебном заседании не был установлен факт ухудшения состояния здоровья истца. 

Иные доводы истца ФИО1 являются лишь субъективной оценкой сложившейся ситуации, в связи с чем, отклоняются судом.

Оценив все представленные сторонами доказательства, суд считает их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными, дающими суду основания для частичного удовлетворения исковых требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 50000 рублей. В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

Частью 1 ст.242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов РФ. В связи с чем, обязанность по исполнению судебного решения возложить на Министерство финансов РФ, в лице Управления Федерального Казначейства по Белгородской области.

Руководствуясь ст. ст. 194–199 ГПК РФ, ч.3 ст. 133 УПК РФ, ст.ст. 151, 1070, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, суд 

Р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности удовлетворить частично. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Губкинский городской суд. 

Судья: И.Ф. Комарова