Судья Старкова А.С. Дело № 

(5-69/2021)

РЕШЕНИЕ

 

Судья Верховного суда Удмуртской Республики Чегодаева О.П., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ижевске 16 июня 2021 года жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на постановление судьи Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 26 апреля 2021 года, по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 6.3 Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 26 апреля 2021 года индивидуальный предприниматель ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.3 ч.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее КоАП Ф), назначено наказание в виде административного штрафа в размере 50 000 руб.

Не согласившись с состоявшимся постановлением суда, ИП ФИО1 подала жалобу в Верховный суд Удмуртской Республики, в которой просит постановление Сарапульского районного суда УР от 26 апреля 2021 года отменить, производство по делу прекратить. В обоснование жалобы указывает, что в протоколе об административном правонарушении ей вменено неправильное ношение маски продавцом, а также отсутствие маркировки антисептика для рук и документов на антисептик. Однако в постановлении суда вменяется отсутствие в магазине дезинфицирующих средств, а не отсутствие их маркировки. В протоколе об административном правонарушении и в постановлении суда отсутствуют указания на правовую норму, предписывающую соответствующие требования. Вмененное нарушение п. 4.4 СП 3.1.3597-20 предусматривает использование масок как часть личной гигиены физических лиц, а не обязанность предпринимателя. Письмо Роспотребнадзора от 10.03.2020 года №02/3853-2020-27 носит рекомендательный характер, не является нормативным документом. Какая правовая норма нарушена при маркировке антисептика, в протоколе не указано. В протоколе не конкретизировано в чем выразилась вина лица, диспозиция приведена в полном объеме. В постановлении суда приведены ссылки на нарушения п. 14.1 СП 2.3.6.1066-01, 2.3.5, утратившие силу с 01 января 2021 года, а также нарушение п. 2.6 СП 3.1/3.2.3146-13, нарушение которых не вменено протоколом об административном правонарушении. Приведенное влечет нарушение права на защиту. ИП ФИО1 обеспечено соблюдение требований Распоряжения Главы УР от 18 марта 2020 №42-РГ, на объекте обеспечено наличие антисептика, имеются предупреждающие надписи, все работники обеспечены средствами индивидуальной защиты органов дыхания (масками). Полагает вину индивидуального предпринимателя не установленной.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу ФИО1, будучи надлежащим образом извещенной о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явилась, что в соответствии со ст. 30.6 КоАП РФ не препятствует рассмотрению дела в ее отсутствие.

Представитель административного органа ФИО2, действующая на основании доверенности от 11 января 2021 года, с доводами жалобы не согласилась, указывая, что индивидуальным предпринимателем продавец не обеспечена средствами индивидуальной защиты (маской), использовалась личная маска продавца. Дезинфекционный режим не обеспечен. 

Изучив доводы жалобы, материалы дела, прихожу к следующим выводам.

В соответствии со статьей 30.6 КоАП РФ, не ограничиваясь доводами жалобы, дело проверено в полном объеме.

Согласно ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

Частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Статьей 11 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее по тексту - Федеральный закон № 52-ФЗ) установлена обязанность индивидуальных предпринимателей и юридических лиц в соответствии с осуществляемой ими деятельностью выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 29 Федерального закона № 52-ФЗ в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия.

Как следует из протокола об административном правонарушении от 29 января 2021 года №27, основанием возбуждения в отношении ФИО1 дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 6.3 ч.2 КоАП РФ послужили выявленные в ходе осмотра 03.11.2020 г. торгового отдела «Индюшонок», расположенного по адресу 

<

...>, нарушения санитарно-эпидемиологических требований, выразившиеся в следующем: 

- продавцом ФИО3 на рабочем месте реализуется пищевая продукция, на продавце имеется маска многоразовая, которая не закрывает рот и нос (маска большая, плохо держится);

- в торговом отделе «Индюшонок» используется в качестве антисептика для рук средство в емкости, на которой отсутствует маркировка, документы на средство не представлены, установить какая жидкость находится в емкости невозможно.

ИП ФИО1 вменено нарушение требований частей 1 и 3 статьи 29 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", пункта 4.4 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», п.п. 3 Распоряжения Главы Удмуртской Республики от 18.03.2020г № 42-РГ «О введении режима повышенной готовности и об отдельных мерах по снижению риска распространения новой коронавирусной инфекции на территории Удмуртской Республики», письма Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 10.03.2020 г. №02/3853-2020-27 «О мерах по профилактике новой короновирусной инфекции (COVID-19)».

Указанные нарушения, по мнению судьи районного суда, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ.

Нахожу невозможным согласиться с выводами судьи районного суда по следующим основаниям.

В силу ч.2 ст. 37 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ - государственное санитарно-эпидемиологическое нормирование осуществляется в соответствии с положением, утвержденным Правительством Российской Федерации.

Согласно Постановления Правительства РФ от 24.07.2000 N 554 "Об утверждении Положения о Государственной санитарно-эпидемиологической службе Российской Федерации и Положения о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании" - нормативными правовыми актами, устанавливающими санитарно-эпидемиологические требования, являются государственные санитарно-эпидемиологические правила (санитарные правила, санитарные правила и нормы, санитарные нормы, гигиенические нормативы). На территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила. При необходимости учета особенностей складывающейся гигиенической, эпидемиологической, экологической обстановки и состояния здоровья населения на территории субъекта Российской Федерации могут действовать федеральные санитарные правила, установленные для этой территории. Государственное санитарно-эпидемиологическое нормирование осуществляется федеральными органами исполнительной власти и федеральными государственными учреждениями государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Российской Федерации.

Таким образом, санитарные правила и гигиенические нормативы, обязанность выполнения санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий устанавливаются федеральными органами исполнительной власти и федеральными государственными учреждениями государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Российской Федерации.

Из пункта 1.1 Санитарных правил 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22.05.2020 года N 15, следует, что настоящие санитарно-эпидемиологические правила (далее - санитарные правила) устанавливают требования к комплексу организационных, профилактических, санитарно-противоэпидемических мероприятий, проведение которых обеспечивает предупреждение возникновения и распространения случаев заболевания новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) на территории Российской Федерации.

Из пункта 4.4 Санитарных правил 3.1.3597-20 следует, что мероприятиями, направленными на "разрыв" механизма передачи инфекции, являются:

соблюдение всеми физическими лицами правил личной гигиены (мытье рук, использование антисептиков, медицинских масок, перчаток), соблюдение социальной дистанции от 1.5 до 2 метров;

выполнение требований биологической безопасности в медицинских организациях и лабораториях, проводящих исследования с потенциально инфицированным биологическим материалом;

организация дезинфекционного режима на предприятиях общественного питания, объектах торговли, транспорте, в том числе дезинфекция оборудования и инвентаря, обеззараживание воздуха;

обеспечение организациями и индивидуальными предпринимателями проведения дезинфекции во всех рабочих помещениях, использования оборудования по обеззараживанию воздуха, создания запаса дезинфицирующих средств, ограничения или отмены выезда за пределы территории Российской Федерации;

организация выявления лиц с признаками инфекционных заболеваний при приходе на работу-

использование мер социального разобщения (временное прекращение работы предприятий общественного питания, розничной торговли (за исключением торговли товаров первой необходимости), переход на удаленный режим работы, перевод на дистанционное обучение образовательных организаций;

ограничение или отмена проведения массовых мероприятий (развлекательных, культурных, спортивных).

В указанных Санитарных правилах 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» приводится перечень мероприятий, направленных на профилактику новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Однако вышеуказанные Правила не содержат порядок и способы выполнения мероприятий по профилактике новой коронавирусной инфекции. Требований, нарушение которых вменено ИП ФИО1, не предусмотрено пунктами 1.1, 4.4 Санитарных правил 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)».

Приведенные положения нормативных актов и санитарных правил носят общий характер и не характеризуют указанное в протоколе поведение лица как противоправное, применительно к диспозиции части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Пункт 4.4 Санитарных правил 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» регламентирует соблюдение физическими лицами личной гигиены, в том числе использование медицинских масок, но не предполагает при этом каких-либо обязанностей работодателей (индивидуальных предпринимателей). В силу изложенного сама по себе данная норма не характеризует поведение индивидуального предпринимателя, установленное в протоколе об административном правонарушении как противоправное.

Приведенные законоположения Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», Распоряжения Главы Удмуртской Республики от 18.03.2020г № 42-РГ «О введении режима повышенной готовности и об отдельных мерах по снижению риска распространения новой коронавирусной инфекции на территории Удмуртской Республики», письма Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 10.03.2020 г. №02/3853-2020-27 «О мерах по профилактике новой короновирусной инфекции (COVID-19)», СП 3.1/3.2.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней. Санитарно-эпидемиологические правила», утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 16 декабря 2013 года № 65 не содержат требований обеспечения индивидуальным предпринимателем использования антисептического средства для рук исключительно в маркированной емкости, а, следовательно, не подтверждают и не доказывают совершение индивидуальным предпринимателем вмененного ей в этой части нарушения.

Вывод судьи районного суда о том, что ИП ФИО1 в торговом отделе не обеспечено наличие дезинфицирующих средств с прилагаемыми инструкция изготовителей для их использования не может быть признан обоснованным, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении должностным лицом надзорного органа отсутствие дезинфицирующих средств вменено не было. По тем же причинам не могут быть приняты во внимание доводы должностного лица, приведенные в судебном заседании при рассмотрении жалобы на постановление о необеспечении продавца средствами индивидуальной защиты, поскольку из содержания протокола вменение данного нарушения не следует. Фактически вменено нарушение использования средств индивидуальной защиты продавцом.

Таким образом, данное нарушение подлежит исключению из объема вмененных нарушений как недоказанное.

В соответствии с п. 5 Распоряжения Главы Удмуртской Республики от 18 марта 2020 года № 42-РГ «О введении режима повышенной готовности и об отдельных мерах по снижению риска распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) на территории Удмуртской Республики» руководителям организаций и индивидуальным предпринимателям предписано обеспечить с целью защиты работников от новой коронавирусной инфекции выполнение санитарных норм и правил, установленных постановлениями Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 24 января 2020 года N 2, от 31 января 2020 года N 3, от 2 марта 2020 года N 5, от 13 марта 2020 года N 6, от 18 марта 2020 года N 7, от 30 марта 2020 года N 9, Методических рекомендаций MP 3.1/2.3.6.0190-20 "Рекомендации по организации работы предприятий общественного питания в условиях сохранения рисков распространения COVID-19", утвержденных Федеральной службой по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека 30 мая 2020 года, Методических рекомендаций MP 3.1/2.3.5.0191-20 "Рекомендации по профилактике новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в предприятиях торговли", утвержденных Федеральной службой по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека 1 июня 2020 года, рекомендаций от 20 апреля 2020 года N 02/7376-2020-24 по организации работы предприятий в условиях распространения рисков COVID-19, иных актов и рекомендаций Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, а также иных актов уполномоченных органов, принимаемых в целях предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции, а также обеспечить использование работниками средств индивидуальной защиты органов дыхания (маски, респираторы) на принадлежащих им объектах, территориях и в транспортных средствах (пп.10).

Обязанность осуществления контроля за использованием средств индивидуальной защиты (масок, дезинфицирующих салфеток, кожных антисептиков для обработки рук, дезинфицирующих средств, перчаток) рекомендована Роспотребнадзором в письме от 20.04.2020 N 02/7376-2020-24 "О направлении рекомендаций по организации работы предприятий в условиях распространения рисков COVID-19" (вместе с "МР 3.1/2.2.0172/5-20. 3.1. Профилактика инфекционных болезней. 2.2. Гигиена труда. Рекомендации по организации работы предприятий в условиях сохранения рисков распространения COVID-19. Методические рекомендации").

Правила поведения, нарушение которых вменено ФИО1, содержатся в методических рекомендациях и Распоряжении Главы Удмуртской Республики от 18 марта 2020 года № 42-РГ, не относящихся к санитарно-эпидемиологическим правилам, нарушение которых не влечет ответственность по ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ.

Из материалов дела следует, что индивидуальным предпринимателем ФИО1 нарушено Распоряжение Главы Удмуртской Республики от 18 марта 2020 года № 42-РГ которым придана обязательность положениям Письма Роспотребнадзором от 20.04.2020 N 02/7376-2020-24.

Установленное свидетельствует об отсутствии в действиях индивидуального предпринимателя состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ.

Фактически в действиях индивидуального предпринимателя усматривается состав административного правонарушения, предусмотренный ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ, предусматривающий административную ответственность за невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 6.3 настоящего Кодекса.

В силу разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в пункте 21 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 3 (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 февраля 2021 года) в силу пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица КоАП РФ относит к полномочиям судьи. 

Как следует из диспозиции ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ, она является общей нормой по отношению к ч. 2 ст. 6.3 названного кодекса, что свидетельствует о наличии единого родового объекта посягательства у закрепленных указанными нормами составов административных правонарушений, в качестве которого выступают общественные отношения в области обеспечения общественной безопасности, включая обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе общественные отношения в сфере предотвращения или устранения угрозы для жизни, здоровья людей.

При таких обстоятельствах в том случае, если при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ, либо жалобы на постановление по делу о таком административном правонарушении будет установлено, что совершенные лицом действия (бездействие) образуют объективную сторону состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ, такие действия (бездействие) подлежат переквалификации.

В соответствии с п.20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) КоАП РФ, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства, в том числе и в случае, если рассмотрение данного дела отнесено к компетенции должностных лиц или несудебных органов, при условии, что назначаемое наказание не ухудшит положение лица, в отношении которого ведется производство по делу.

В таком же порядке может быть решен вопрос о переквалификации действий (бездействия) лица при пересмотре постановления или решения по делу об административном правонарушении.

Санкция ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ предусматривает наказание для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица в виде административного штрафа в размере от пятидесяти тысяч до ста пятидесяти тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

При этом санкция ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ предусматривает наказание для лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, в виде штрафа от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Таким образом, вменяемое индивидуальному предпринимателю правонарушение подлежит переквалификации с ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ на ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ.

В то же время согласно п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 4.5 по данной категории дел постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, - по истечении трех месяцев) со дня совершения административного правонарушения.

Вменяемое индивидуальному предпринимателю нарушение выявлено 03 ноября 2020 года, соответственно трехмесячный срок давности привлечения к административной ответственности истек 03 февраля 2021 года. 

Постановление судьей районного суда в отношении индивидуального предпринимателя вынесено 26 апреля 2021 года, то есть за пределами срока давности привлечения к административной ответственности, что исключает возможность изменения данного постановления с переквалификацией правонарушения и назначение административного наказания.

При таких обстоятельствах постановление судьи Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 26 апреля 2021 года подлежит отмене, а производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению ввиду отсутствия в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, 

РЕШИЛ:

Постановление судьи Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 26 апреля 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении индивидуального предпринимателя ФИО1 отменить, производство по делу прекратить на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ввиду отсутствия в её действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с пунктом 3 статьи 31.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях решение вступает в законную силу немедленно после вынесения.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в соответствии с требованиями статей 30.12-30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Верховного суда 

Удмуртской Республики О.П. Чегодаева