Председательствующий: Косенко А.В. № 

<

...>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Омский областной суд в составе председательствующего Вдовченко П.Н., 

при секретаре Мониной Ю.К., 

с участием прокурора Аврамовой А.Ю., 

осужденного Мазепы Р.Г., 

адвоката Баранова М.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании 19.07.2021 дело по апелляционной жалобе с дополнениями адвоката Баранова М.А. в интересах осужденного Мазепы Р.Г. на приговор Павлоградского районного суда Омской области от 14.05.2021, которым 

Мазепа Р. Г., 

<

...> года рождения, уроженец р.

<

...>, не судимый

осужден по ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 200 000 рублей с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Заслушав осужденного Мазепу Р.Г., адвоката Баранова М.А., подержавших доводы жалобы, мнение прокурора Аврамовой А.Ю., полагавшей необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором Мазепа Р.Г. осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым, административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено 

<

...> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции допрошенный в качестве подсудимого, ФИО1, вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней адвокат Баранов М.А. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, явного обвинительного уклона судебного разбирательства. 

В обоснование своей позиции приводит версию осужденного о его невиновности. 

Указывает, что судом не приняты во внимание показания свидетеля Свидетель №6, который в судебном заседании пояснил, что не заметил каких-либо признаков алкогольного опьянения ФИО1 

Полагает, что к показаниям свидетелей – сотрудников полиции Свидетель №1 и Свидетель №2 суду следовало отнестись критически, поскольку данные лица являются заинтересованными в исходе дела, выявление нарушений ПДД входит в их должностные обязанности.

Отмечает, что доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности ФИО1 представляют собой копирование одних и тех же сведений, содержащихся в рапортах, протоколах, составленных инспекторами ОГИБДД и показаниях этих же лиц в суде.

По мнению защиты, судом неверно были оценены показания свидетелей – понятых Свидетель №3 и Свидетель №5 Так, Свидетель №3 пояснял, что в ответ на предложение пройти медицинское освидетельствование ФИО1 отказался расписываться протоколе. 

Защита отмечает, что отказ от подписания протокола, не свидетельствует об отказе ФИО1 от прохождения самого медицинского освидетельствования. Указывает, что в судебном заседании Свидетель №3 пояснил, что ФИО1 согласился пройти медицинское освидетельствование, но отказался подписать протокол. На вопрос гособвинителя: «Своей подписью в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование Мазепы, вы подтвердили отказ Мазепы от прохождения медицинского освидетельствования?», свидетель Свидетель №3 ответил: «Да». Однако в данном случае вопрос содержит утверждение и носит явно наводящий характер. По мнению защиты, данное доказательство является недопустимым.

Свидетель Свидетель №5 дал аналогичные Свидетель №3 показания и гособвинителем ему был задан аналогичный наводящий вопрос.

Приводя положения Постановления Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 указывает, что основными и единственными доказательствами виновности в совершении преступления предусмотренного ст. 264.1 УК РФ являются протокол о направлении на медицинское освидетельствование, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Никакими другими доказательствами факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения, либо отказа от медицинского освидетельствования не может быть подтвержден. 

Считает, что процессуальные действия по освидетельствованию ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и направлению на медицинское освидетельствование, составлены с нарушением закона, а потому являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Соглашается с признанием судом результатов освидетельствования ФИО1 от 

<

...> недопустимым доказательством. Отмечает, что суд вместе с тем в остальной части акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения признал законным и обоснованным, что является в корне неверным, поскольку правовой смысл акта освидетельствования заключается в результатах освидетельствования. Признаки опьянения являются лишь основанием для проведения исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя. Сами по себе данные признаки о состоянии алкогольного опьянения не свидетельствуют. 

При освидетельствовании ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, осуществлялась видеофиксация. Однако видеозапись не отражает ход освидетельствования: отсутствуют сведения об информировании водителя о порядке освидетельствования с применением специального технического средства, заводском номере и проведении поверки данного средства, оглашении результатов освидетельствования, распечатывании бумажного носителя с результатами исследования. При просмотре видеозаписи с видеорегистратора установлено, что имеются файлы записи происходящего 

<

...> 

<

...> отсутствует видеозапись освидетельствования Мазепы на состояние алкогольного опьянения 

<

...>

Указывает, что на записи, произведенной с помощью мобильного телефона не зафиксирован ход и результат освидетельствования, из нее следует, что уже подготовленный к работе прибор находился в руках сотрудника, ФИО1 не отказался от освидетельствования, выдох им был произведен со второго раза, бумажный носитель не распечатан, результаты не оглашались, на мониторе прибора отражены одни данные, указано, что выдох прерван. Мазепой названы иные данные.

Отмечает, что в протоколе о направлении ФИО1 на обследование в медицинское учреждение не указаны год его составления, основание для освидетельствования, согласие или отказ лица пройти процедуру медицинского освидетельствования. 

Указывает, что согласно записи видеорегистратора 

<

...>, ФИО1 от медицинского освидетельствования не отказывался. Отмечает, что данный факт подтверждается также собственноручно написанным объяснением ФИО1 в протоколе о том, что он не отказывается от медицинского обследования. 

Заявляет, что свидетели Свидетель №5 (понятой) и Свидетель №2 (инспектор ОГИБДД) являются троюродными братьями. Участие в качестве понятого родственника сотрудника полиции не обеспечивает фиксации хода и результата процессуального действия лицом, максимально беспристрастным и не заинтересованным в исходе и ставит под сомнение допустимость протокола о направлении ФИО1 на мед. освидетельствование.

Ссылаясь на вышеизложенное сторона защиты делает вывод о несоблюдении предусмотренного законом порядка освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, что влечет неустранимые сомнения в виновности ФИО1 

Указывает, что суд сослался в приговоре на карточки операции с ВУ (т. 1 л.д. 28), карточки учета похищенных документов (т. 1 л.д. 32) объяснения ФИО1 (т. 1 л.д. 33), заявление (т. 1 л.д. 34), однако данные доказательства не исследовались судом в ходе рассмотрения дела по существу. 

Заявляет о нарушении прав своего подзащитного со ссылкой в приговоре на объяснение, данное Мазепой Р.Г. до возбуждения уголовного дела в отсутствие защитника (т. 1, л.д. 9).

Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 № 44-О о недопустимости воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний лиц, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем допроса в качестве свидетеля должностных лиц правоохранительных органов об обстоятельствах совершенного преступления, о которых им стало известно в связи с исполнением своих служебных обязанностей, защита полагает, что показания сотрудников полиции Свидетель №1 и Свидетель №2 в части восстановления показаний ФИО1 являются недопустимым доказательством.

Считает, что допущенные судом нарушения норм УПК РФ, являются существенными. 

Заявляя о том, что факты алкогольного опьянения ФИО1 и его отказа от прохождения медицинского освидетельствования не доказаны, ссылаясь на явный обвинительный уклон судебного разбирательства и неустранимые сомнения в виновности своего подзащитного, просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе. 

На апелляционную жалобу адвоката Баранова М.А. государственным обвинителем Амельченко А.С. поданы возражения. 

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, заслушав участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, считает приговор законным и обоснованным по следующим основаниям.

Вина ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, установлена собранными по делу, исследованными в судебном заседании и указанными в приговоре доказательствами.

Все доказательства, представленные сторонами в ходе судебного разбирательства судом первой инстанции, в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ проверялись и исследовались, оценивались на предмет относимости, допустимости, достоверности и в своей совокупности достаточности для установления истины по делу и постановления в отношении осужденного ФИО1 обвинительного приговора.

К показаниям свидетеля Свидетель №6, в судебном заседании о том что он не заметил каких-либо признаков алкогольного опьянения у ФИО1, суд апелляционной инстанции относится критически, поскольку Свидетель №6. состоит в дружеских отношениях с осужденным, является лицом явно заинтересованным в исходе дела, его показания полностью не соответствуют представленным обвинением доказательствам. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд обоснованно принял во внимание показания свидетелей инспекторов ДПС Свидетель №1, Свидетель №2 об обстоятельствах задержания ФИО1 Оснований не доверять показаниям данных лиц, не установлено. Они были предупреждены об уголовной ответственности, данные свидетельствующих о их заинтересованности в рассмотрении данного уголовного дела отсутствуют. Ссылки защиты о том, что данные лица являются заинтересованными в исходе дела, так как выявление нарушений ПДД входит в их должностные обязанности ничем не подкреплены, являются явно не состоятельными.

Заявление защиты о предоставлении обвинением одних и тех же доказательств, на основании которых суд пришел к выводу о виновности ФИО1 является не копированием одних и тех же сведений, а свидетельствует о последовательном характере позиции обвинения. Неоднократное предоставление одних и тех же доказательств не противоречит требованиям закона, свидетельствует об их обоснованности.

По мнению защиты, судом неверно были оценены показания свидетелей – понятых Свидетель №3 и Свидетель №5 Так, Свидетель №3 пояснял, что в ответ на предложение пройти медицинское освидетельствование ФИО1 отказался расписываться в протоколе, что не свидетельствует об отказе ФИО1 от прохождения самого медицинского освидетельствования. Ходатайство о признании недопустимыми, показаний свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №3, о том, что на вопрос гособвинителя: «Своей подписью в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование Мазепы, вы подтвердили отказ Мазепы от прохождения медицинского освидетельствования?», свидетели ответили: «Да», поскольку, по мнению защиты, вопрос содержит утверждение и носит явно наводящий характер, является не состоятельным. Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции расценивает это как вопрос, и он не содержит утверждение, а носит вопросительный, не наводящий характер. В судебном заседании ни осужденный, ни сторона защиты не возражали против поставленного вопроса, им было представлено право задать, как свои вопросы, так и уточнить ответы указанных свидетелей.

Приводя положения Постановления Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 защита указывает, что основными и единственными доказательствами виновности в совершении преступления предусмотренного ст. 264.1 УК РФ являются протокол о направлении на медицинское освидетельствование, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Считает, что процессуальные действия по освидетельствованию ФИО1 на состояние алкогольного опьянения и направлению на медицинское освидетельствование, составлены с нарушением закона, а потому являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Вместе с тем, защитой не принято во внимание, что в соответствии со ст. 75 УПК РФ, недопустимыми доказательствами признаются лишь доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, что, безусловно, делает невозможным их использования в целях доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

Незаконность получения доказательств, их фальсификация, не следует из доводов защиты. В то же время, по мнению суда апелляционной инстанции, о необоснованности выводов защиты о недопустимости основных доказательств по делу свидетельствует ряд обстоятельств, оставленных без должной оценки защиты, подтверждающих достоверность фактических обстоятельств дела, подтвержденных исследованными в судебном заседании доказательствами.

Как было установлено в судебном заседании сотрудниками ОГИБДД транспортное средство под управлением ФИО1 было остановлено не случайно, а в условиях возникших обоснованных подозрений. ФИО1 имел явные признаки алкогольного опьянения, в связи с которыми поступило сообщение в отдел полиции и выезжала следственно-оперативная группа, с согласия Мазепы его автомобиль был передан свидетелю Свидетель №4, освидетельствование проведено незамедлительно на месте остановки транспортного средства в отсутствие понятых, но с использованием видеозаписи, момент, фиксирующий вскрытие сотрудниками мундштука для алкотестера водитель не наблюдал, отвлекаясь на разговор с Свидетель №2, при том сам же называл данные прибора от ноля до 0, 15 мг, что видно из видеозаписи. Состояние алкогольного опьянения Мазепы установлено с использованием проверенного должным образом алкотестера и с фиксацией показаний на мониторе ввиду технических неполадок прибора, а не по иным причинам, к составлению протокола о направлении водителя на медицинское освидетельствование привлекались понятые, подтвердившие не свойственность поведения Мазепы окружающей обстановке, наличие у него признаков алкогольного опьянения, неоднозначность дачи согласия на освидетельствование в условиях медицинского учреждения и отказ водителя подписать документы.

Кроме того поведение ФИО1 свидетельствовало о том, что он не намерен проходить освидетельствование, уклонялся от совершаемых в отношении его процессуальных действий, хотя понимал их значение, т.е. на неоднократные просьбы, требования ответить, будет ли он проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения, он отвечал витиевато неоднозначно, утверждал об употреблении чеснока, антибиотиков, состоянии стресса, в котором он находился, что обоснованно расценено сотрудниками ГИБДД, как отказ от прохождения освидетельствования.

ФИО1 не был лешен права, изложить свои замечания и возражения относительно совершаемых процессуальных действий в соответствующих процессуальных документах, которые ему предоставлялись, однако данным правом не воспользовался, подписать протокол об отстранении от управления транспортным средством отказался, вырвал его из рук инспектора и смял, что также свидетельствует об отсутствии у ФИО1 намерения знакомиться с документами, в связи с чем дальнейшие составленные протоколы последнему предъявлялись из рук сотрудников ГИБДД.

Из показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №5, следует, что Мазепу Р.Г. неоднократно спрашивали о намереннии пройти медицинское освидетельствование, однако четкого согласия или действий, направленных на прохождение процедуры, от него не поступило. При этом указанные свидетели показали, что на вопрос сотрудника ГИБДД: готов ли ФИО1 пройти медицинское освидетельствование, последний ответил: «Нет, зачем?»

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 симулировал выдохи в прибор и неоднократно дул в алкотестер, прерывал дыхание, согласие пройти медосвидетельствование однозначно не выражал, тянул время, предлагал покурить, отказывался подписывать документы, и в частности, сделать запись в протоколе о согласии либо несогласии пройти медосвидетельствование.

Доводы защиты о том, что в протоколе о направлении ФИО1 на обследование в медицинское учреждение отсутствуют необходимые сведения, суд находит не убедительными, поскольку данное обстоятельство не может служить достаточным основанием для признания данного доказательства недопустимым, так как из акта освидетельствования на состояние опьянения и видеозапись его проведения видно, что ФИО1 выразил несогласие с результатами проведенного освидетельствования, в связи с чем, у сотрудника ГИБДД имелись достаточные основания для проведения процедуры направления ФИО1 для прохождения медицинского освидетельствования.

Суд, верно, пришел к выводу, что доказательства (за исключением полученных результатов освидетельствования ФИО1 на состояние опьянения с использованием алкотестера) получены без существенных нарушений норм УПК РФ, в связи с чем, могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Судом установлено, что на видеозаписи зафиксирован только момент прохождения самой процедуры освидетельствования и полученные при этом показания прибора, что не противоречит законодательству, и не является нарушением прав ФИО1 Также при освидетельствовании ФИО1 на состояние алкогольного опьянения не было выявлено существенных нарушений порядка поведения освидетельствования и составления протокола (кроме указанных выше). С выводами суда первой инстанции суд апелляционной инстанции согашается.

Законность требования сотрудников ГИБДД о прохождении Мазепой Р.Г. освидетельствования на состояние опьянения, следует из установленных обстоятельств. У ФИО1 при задержании были выявлены характерные признаки алкогольного опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, поведение, не соответствующее обстановке, в том числе возбужденное состояние, агрессивность, нецензурная речь.

Таким образом, судом сделан правильный вывод об отказе ФИО1 о прохождении медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Суд обоснованно пришел к выводу, что троюродная степень родства, не препятствовала участию Свидетель №5 в качестве понятого при проведении процедуры составления протокола о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование. Какая либо заинтересованность в исходе данного дела у Свидетель №5 отсутствовала, его показания согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №3, второгое понятого, при направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование. При этом в жалобе адвокат делает вывод, о том, что участник уголовного судопроизводства и их родственники не могут выступать в качестве понятых, тогда как КоАП РФ таких исключений не содержит.

Ссылки адвоката о нарушении прав его подзащитного со ссылкой в приговоре на объяснение, данное Мазепой Р.Г. до возбуждения уголовного дела в отсутствие защитника, не основаны на законе. УПК РФ не содержит требований о необходимости обязательного участия защитника при даче объяснения. Вместе с тем, по смыслу ст. 74 УПК РФ объяснение может быть отнесено к письменным доказательствам.

Суд соглашается о необходимости исключения из числа приведенных в приговоре доказательств, следующих доказательств: карточек операций с ВУ (т. 1 л.д. 28), карточек учета похищенных документов (т. 1, л.д. 32) объяснения ФИО1 (т. 1 л.д. 33), заявление (т. 1 л.д. 34), поскольку данные доказательства не исследовались судом в ходе рассмотрения дела по существу. 

Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 № 44-О о недопустимости воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний лиц, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу, путем допроса в качестве свидетеля должностных лиц правоохранительных органов об обстоятельствах совершенного преступления, о которых им стало известно в связи с исполнением своих служебных обязанностей, защита полагает, что показания сотрудников полиции Свидетель №1 и Свидетель №2 в части восстановления показаний ФИО1 являются недопустимым доказательством.

Одноко, согласно п. 2. указанного определения не исключается возможность допроса указанных лиц об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2 являясь сотрудниками полиции, были допрошены в судебном заседании, именно по обстоятельствам остановки, задержания и направления на медицинское освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1, т.е. в связи с производством следственных и иных процессуальных действий, а не в части восстановления показаний ФИО1 Таким образом основания для признания показаний указанных лиц не допустимыми доказательствами отсутствуют.

При назначении Мазепе Р.Г. наказания суд учел личность подсудимого, его положительную характеристику, трудоустройство, то что, он впервые привлекается к уголовной ответственности, а также его имущественное и семейное положение, условия жизни его семьи, состояние его здоровья; степень общественной опасности совершенного преступления – совершение преступления небольшой тяжести с умышленной формой вины и обстоятельства его совершения.

А также обстоятельства смягчающие наказание: наличие малолетнего ребенка у виновного; отсутствие отягчающих обстоятельств.

Суд не нашел оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, и назначил наказание по правилам ст. 46, ст. 47, ст. 60 УК РФ в виде штрафа в пределах санкции ст. 264.1. УК РФ, с назначением дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью в пределах санкции данной статьи. Суд апелляционной инстанции соглашается с мнением суда первой инстанции.

Нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Павлоградского районного суда Омской области от 14.05.2021 в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из числа доказательств ссылки на карточки операций с ВУ (т. 1 л.д. 28), карточки учета похищенных документов (т. 1, л.д. 32) объяснения ФИО1 (т. 1 л.д. 33), заявление (т. 1 л.д. 34).

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу с дополнениями без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой Кассационный суд общей юрисдикции в г. Кемерово в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Вдовченко П.Н.