ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

Дело № 22 – 553

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Якутск 13 мая 2020 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего судьи Бючаховой С.В.,

с участием прокурора Васильева А.А.,

подсудимых Ш., Х., Л., Ч., С., Щ., 

защитников-адвокатов Логинова Д.А., Цой Р.А., Афанасьева П.Г., Слепцовой Ж.А., Пивовар М.В., Сюнюшевой Ж.А., Даниловой Г.Г., Григорьева Б.В., ФИО1, ФИО2,

при секретаре Тихоновой К.Л. 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Чегодаевой М.В. на постановление Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 14 февраля 2020 года, которым

уголовное дело в отношении обвиняемых К. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2, п.п. «б», «в» ч. 3 ст. 146 п.п. «а», «б» ч. 4 ст.174.1 УК РФ, Ш. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, Х. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ, Л. в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2, п.п. «б», «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ, Ч. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, С. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, Щ. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, М. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, И. в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а» «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ, ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 171.2 УК РФ - возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Мера пресечения обвиняемым в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Заслушав доклад судьи Бючаховой С.В., мнение прокурора Васильева А.А., полагавшего постановление суда подлежащим отмене, а апелляционное представление – удовлетворению, объяснения подсудимых Ш., Ч., Х., Л., С., Щ., защитников – адвокатов Логинова Д.А.Цой Р.А., Афанасьева П.Г., Слепцовой Ж.А., Пивовар М.В., Сюнюшевой Ж.А., Даниловой Г.Г., Григорьева Б.В., ФИО1, ФИО2, не поддержавших доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Обжалуемым постановлением от 14 февраля 2020 года уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом по существу. 

Судебное решение мотивировано тем, что органами предварительного расследования нарушены права К. на защиту, так как исключали участие адвоката А. в осуществлении защиты К. после осуществления им защиты М., независимо от волеизъявления самих подзащитных, поскольку в соответствии с ч. 6 ст. 49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого. А в силу п. 3 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого. 

В связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о нарушении права обвиняемого К. на получение квалифицированной юридической помощи и на защиту от предъявленного обвинения на досудебной стадии производства по делу, что не может быть выполнено судом при рассмотрении дела по существу. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Чегодаева М.В. не согласилась с доводами суда, считая вынесенное решение суда незаконным и необоснованным. Указывает, что суд первой инстанции в качестве основания для возвращения уголовного дела прокурору указал о нарушении на стадии предварительного расследования прав подсудимого К. на защиту, которое не может быть восполнено в суде и выразилось в том, что адвокат А. осуществлял защиту К. после осуществления защиты М., что противоречит положениям п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ. К выводу о нарушении права К. за защиту суд пришел после вынесения постановления об отводе защитника А. Однако указанное решение не соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ. Согласно указанному постановлению от 10.02.2020, суд пришел к выводу о наличии оснований для отвода защитника А., поскольку в показаниях М. и К. имеются противоречия.

Далее указывает, что суд первой инстанции, принимая решение об отводе защитника А., основывался исключительно на предположениях о наличии противоречий в позициях К. и М., не приводя конкретных противоречий. Так, суд указывает, что обстоятельства уголовного дела, рассмотренного мировым судьей, тоже касаются незаконной организации и проведения азартных игр по схожему адресу, расположенному в непосредственной близости с одним из адресов, где осуществлялась преступная деятельность, изложенная в предъявленном К. обвинении. В ходе допроса в качестве обвиняемой М. показала, что судебный штраф, назначенный постановлением от 01.11.2017 оплачен организаторами игорного зала, при этом ей неизвестно, кто оплатил услуги адвоката А., возможно, организаторы игорного зала.

Как видно из материалов настоящего уголовного дела, оно выделено через продолжительное время после вынесения решения по уголовному делу № ... от 01.11.2017, которым уголовное дело в отношении М. прекращено с назначением судебного штрафа. При этом обращает внимание на себя и тот факт, что уголовное дело № ... выделено из уголовного дела № ..., возбужденного также через продолжительное время после 01.11.2017, а именно 15.06.2018. В этой связи невозможно прийти к выводу о наличии какой-либо взаимосвязи между уголовным делом М., прекращенным 01.11.2017, и настоящим уголовным делом, которое необоснованно возвращено прокурору.

Полагает, что расположение в непосредственной близости залов, в которых были незаконно организованы и проводились азартные игры, не может однозначно свидетельствовать о наличии каких-либо противоречий в позиции К. и М. Равным образом об обратном, то есть об отсутствии какой-либо взаимосвязи и, как следствие, отсутствии противоречий в позициях, говорит тот факт, что М. и К. в сентябре 2017 года лично знакомы не были, что исключает дачу изобличающих друг друга показаний, в ходе допросов в качестве подозреваемой и обвиняемой по уголовному делу № ... М. не указала ни на одного из обвиняемых по уголовному делу, показала, что беседовала по вопросам трудоустройства с неким П.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии обстоятельств, исключающих в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ участие в производстве по уголовному делу защитника А. Сам по себе факт представления одним и тем же адвокатом интересов нескольких лиц без указания конкретных обстоятельств свидетельствующих о наличии противоречий между указанными участниками уголовного судопроизводства, не является безусловным основанием для отвода такого адвоката.

Между тем, адвокат А. не оказывал юридическую помощь М. в рамках настоящего уголовного дела. Материалы настоящего уголовного дела не содержат сведений о взаимосвязи с уголовным делом «№ ...» в отношении М., а оказание одними и теми же адвокатами юридической помощи лицам по не взаимосвязанным уголовным делам само по себе не свидетельствует о наличии противоречий интересов защищаемых ими лиц.

При таких обстоятельствах, полагает, что нарушения права на защиту К. на досудебной стадии допущено не было.

Кроме того, отмечает, что в силу ч. 1 ст. 50 УПК РФ обвиняемый вправе пригласить несколько защитников. При этом, например, неявка одного из приглашенных адвокатов не препятствует проведению судебного разбирательства при участии одного из адвокатов. Представляется очевидным, что указанное положение равным образом распространяется и на досудебную стадию производства по уголовному делу.

Как видно из материалов уголовного дела, при вручении К., постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 22.08.2019 принимали участие 2 защитника: А., Логинов Д.А., о чем имеются соответствующие подписи после разъяснения прав обвиняемого.

Уведомление об окончании следственных действий, выполнение требований ст. 217 УПК РФ произведено следователем с участием 2 защитников А. и Логинова Д.А. 

Таким образом, участие защитника Логинова Д.А. при производстве вышеупомянутых следственных действий в полной мере обеспечивало право К. на защиту.

Судом первой инстанции существенно нарушены положения ст. 15 УПК РФ в ходе представления доказательств стороной обвинения.

Согласно ч. 2 ст. 274 УПК РФ первой представляет доказательства сторона обвинения, после чего исследуются доказательства, представленные стороной защиты. При этом, очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду (ч. 1 ст. 274 УПК РФ).

Между тем, в нарушение вышеназванных норм УПК РФ, судом после оглашения обвинения в соответствии со ст. 273 УПК РФ в ходе обсуждения вопроса об отводе защитника А. по собственной инициативе изучены письменные доказательства, не представленные стороной обвинения.

Кроме того, о нарушении ст. 15 УПК РФ свидетельствует также отсутствие оценки доводов необоснованного ходатайства защитника Слепцовой Ж.А. о возврате уголовного дела прокурору в связи с предполагаемым нарушением права на защиту подсудимой Л.

Полагает, что постановление суда не отвечает требованиям ст. 7 УПК РФ. Просит постановление суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

В своих возражениях на апелляционное представление адвокаты Сюнюшева Е.С., Цой Р.А., подсудимый Ш. просят постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционного представления и возражений к нему, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции подлежащим отмене.

Согласно ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Под законностью понимается соблюдение норм УПК, регламентирующих порядок принятия решения, под обоснованностью – наличие в предоставленных материалах сведений, которые подтверждают необходимость принятых решений и совершенных действий, основанных на исследованных фактических данных.

Указанные требования закона судом первой инстанции при вынесении обжалованного постановления выполнены не были.

В соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ предусматривает возвращение судом уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу указанной нормы закона суд возвращает дело прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения, если это необходимо для защиты нарушенных на досудебных стадиях прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и эти нарушения невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Основанием для возвращения дела прокурору, таким образом, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

Обстоятельства, на которые ссылается судья в постановлении, по мнению суда апелляционной инстанции, не свидетельствуют о наличии оснований для возвращения дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что органами предварительного расследования было нарушено право К. на защиту, так как исключали участие адвоката А. в осуществлении защиты К. после осуществления им защиты М., независимо от волеизъявления самих подзащитных. 

Вместе с тем, вывод суда о нарушении права обвиняемого К. на получение квалифицированной юридической помощи и на защиту от предъявленного обвинения на досудебной стадии производства по делу, что не может быть восполнено судом при рассмотрении дела по существу, на материалах уголовного дела не основан.

По смыслу закона, установленное в п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ ограничение относится к случаям, когда защитник в рамках данного или выделенного из него дела оказывает или ранее оказывал в ходе досудебного производства либо в предыдущих стадиях судебного производства и судебных заседаниях юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого. 

Принятое судом 1 инстанции постановление от 10 февраля 2020 года об отводе адвоката А. не нарушает право на защиту подсудимого К. 

Как видно из материалов уголовного дела, при вручении К. окончательного постановления о привлечении в качестве обвиняемого от 22 августа 2019 года (т. 52 л.д. 216-264), при допросе в качестве обвиняемого от 22 августа 2019 года (т. 52 л.д. 265-271), при уведомлении об окончании следственных действий (т. 55 л.д. 44-45), при ознакомлении обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела (т. 55 л.д. 182-188) принимали участие 2 адвоката: А. и Логинов Д.А. в качестве защитника обвиняемого К., о чем имеются их подписи в соответствующих протоколах. То есть участие адвоката Логинова Д.А. при вышеуказанных следственных действиях в полном объеме обеспечивало право на защиту обвиняемого К.

В связи с вышеизложенным, на стадии предварительного следствия нарушение права на защиту обвиняемого К. допущено не было.

С учетом изложенного, обжалуемое постановление не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства. При этом суд апелляционной инстанции полагает необходимым направить в тот же суд, но в ином составе. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.21, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление государственного обвинителя Чегодаевой М.В. – удовлетворить.

Постановление Якутского городского суда Республики Саха (Якутия) от 14 февраля 2020 года о возврате данного уголовного дела прокурору – отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд иным составом. 

Председательствующий С.В. Бючахова