Д-2-1855/18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 мая 2018 г. г.Таганрог

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе судьи Ядыкина Ю.Н.,

при секретаре судебного заседания Долгополовой К.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о защите прав потребителя, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО СК «Росгосстрах», ссылаясь на следующие обстоятельства:

Истец 27 августа 2016 года купил в офисе продаж АО «РТК» мобильный телефон за 49 990 рублей, заключив кредитный договор с ПАО «МТС-Банк» для оплаты этого товара и заключив с ПАО СК «Росгосстрах» договор добровольного страхования мобильной техники и электроники на срок 12 месяцев, получив страховой полис серии № от 27.08.2016г. Этот договор страхования заключен в соответствии с Правилами добровольного страхования мобильной техники и электроники № 219 в редакции, действующей на момент заключения договора. Предметом договора страхования являлся мобильный телефон «Samsung G930 Galaxy S7 32Gb LTE titanium silver» стоимостью 49 990 рублей. Страховая премия уплачена в сумме 3 469 рублей. В пункте 7 страхового полиса в графе «Страховые риски» к числу страховых рисков, согласно пункту 3.3.4 Правил страхования, относится и кража телефона. При заключении договора страхования истец получил вместо Правил №219 не утвержденную и не заверенную в установленном порядке Памятку по страхованию мобильной техники и электроники, в которой не разъясняется смысл понятия «кража» в трактовке пункта 3.3.4 Правил №. В тексте страхового полиса указано, что договор страхования заключен на основании Правил №219, но отсутствует ссылка на дату утверждения этих правил. По этой причине у истца возникают сомнения в законности ими руководствоваться. В ходе эксплуатации застрахованного телефона, 29.07.2017 года телефон у истца был украден из заднего кармана джинсовых брюк на Центральном рынке в г.Таганроге. Истец считает, что наступил страховой случай и подтверждается это постановлением следователя от 24.10.2017г. о признании его потерпевшим по уголовному делу №, возбужденному по его по пунктам «в,г» ч.2 ст.158 УК РФ по факту хищения его имущества (мобильного телефона). Он обратился к ответчику по телефону в день кражи и выполнил рекомендации оператора обратиться в полицию, зафиксировал факт кражи, получив талон-уведомление №810 от 29.07.2017г. Затем, 01.08.2017г. он обратился в пункт урегулирования убытков ПАО СК «Росгосстрах» в г.Таганроге с заявлением на получение страховой выплаты, представив все необходимые документы, за исключением постановления о признании его потерпевшим, и администратор ФИО4 выдала ему банковскую карту клиента Росгосстрах-Банк для получения на эту карту суммы страховой выплаты, и объяснила, что решение не будет принято пока он не представит постановление о признании потерпевшим. Однако, не успев получить такое постановление, он получил письменный отказ страховщика от осуществления страховой выплаты, со ссылкой на то, что заявленное им событие не является страховым случаем. В течение четырех месяцев он добивался от сотрудников полиции постановления о признании его потерпевшим, обратился с жалобой в аппарат Президента РФ и лишь после этого сотрудники полиции стали уточнять детали кражи и 12.01.2018 выдали постановление о признании потерпевшим, датированное 24.10.2017г. Он попытался предъявить это постановление в пункт урегулирования убытков страховщика, но так отказались принимать постановление, сославшись на то, что ему уже отказано в осуществлении страховой выплаты, так как заявленное им событие – «кража в общественном месте» не входит в перечень рисков, предусмотренных п.3.3.4 Правил №219, и как следствие, не может быть признано страховым случаем. Он считает отказ в страховой выплате незаконным, поскольку в пункте 7 в число страховых случаев включена «кража» без каких бы то ни было исключений и оговорок. Считает, что ответчик нарушил его права потребителя, поэтому в соответствии с п.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» он вправе требовать взыскания с ответчика штрафа в размере 50% суммы, присужденной в пользу потребителя, а также вправе требовать проценты за пользование чужими денежными средствами, предусмотренные ч.1 ст.395 Гражданского кодекса РФ. Считает, что неправомерными действиями ответчика были умышленно нарушены его права. Он убедился, что страховые компании не защищают, а умышленно обманывают своих клиентов с целью наживы. Ему был причинен моральный вред и душевные травмы, которые на основании ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей» он оценивает в 10 000 рублей. Считает, что положения п.3.3.4 Правил №219, предусматривающие считать обязательным наличие кражи, совершенной только с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, умаляют права истца. При этом факт того, что телефон был похищен, ответчик не оспаривал. Хищение застрахованного имущества является событием вероятностным, предугадать наступление которого не представляется возможным, соответственно страхование имущества в пределах своего жилища является бессмысленным для страхователя, учитывая то, что специально выбранный вид страхования дорогостоящего имущества, не являющегося стационарным – мобильный телефон, предназначенный для использования по месту нахождения его приобретателя. В соответствии с положениями п.1 ст.16 Закона РФ «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Просит обратить внимание, что его выводы подтверждаются судебной практикой районных судов и мировых судей. 

Ссылаясь помимо изложенного на положения ст.39 Закона РФ «О защите прав потребителей», статей 1, 421, 422, 943 Гражданского кодекса РФ, статьи 9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и расчет процентов по ч.1 ст.395 ГК РФ, истец просил суд признать недействительным пункт 3.3.4 Правил № 219 ПАО СК «Росгосстрах», взыскать с ответчика в пользу истца сумму страхового возмещения 49 900 рублей, штраф в размере 30 992,66 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 001,32 рублей компенсацию морального вреда 10 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства истец уменьшил исковые требования, просит суд взыскать с ответчика сумму страхового возмещения 49 900 рублей, штраф в размере 29 995 рублей, компенсацию морального вреда 10 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержал, ссылаясь на изложенные в исковом заявлении доводы о нарушении ответчиком его прав потребителя страхового продукта.

Представители ПАО СК «Росгосстрах» ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, дело просили рассмотреть в их отсутствие, представили письменные возражения на исковое заявление, просят суд отказать в удовлетворении иска. Указали, что 8 августа 2017 года истцу был направлен мотивированный отказ в выплате страхового возмещения, так как из его заявления следовало, что принятый на страхование сотовый телефон был украден на рынке из его кармана, и это обстоятельство подтверждает постановление о признании истца потерпевшим по уголовному делу, возбужденному по п. «в,г» ч.2 ст.158 УК РФ, тогда как согласно пункта 3.3.4 Правил №219 под страховым риском «кража» понимается гибель (утрата) или повреждение застрахованного имущества в результате событий, квалифицированных компетентными органами в соответствии с п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ (кража, совершенная с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище). Таким образом, заявленное истцом событие – «кража телефона из кармана брюк» не может быть признано ответчиком как страховой случай. Требования истца о признании пункта 3.3.4 Правил Страхования №219 недействительными, по мнению ответчика, являются несостоятельными. Ответчик не принимал никаких мер по понуждению истца к заключению договора страхования. При подписании договора истец возражений относительно условий страхования не заявлял. Согласно п.2 ст.942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая). Согласно ст.9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Согласно пункта 1 статьи 929 и подпункта 2 пункта 1 статьи 942 ГК РФ страховым случаем является такое событие, которое обладает признаками, определенными договором или правилами страхования. По договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Таким образом, в соответствии со ст.929 ГК РФ по дог7овору имущественного страхования у страховщика возникает обязательство по выплате страхового возмещения только при наступлении страхового случая. Согласно ст.943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре. В данном случае в полисе имеется графа, подтверждающая согласие страхователя с условиями страхования, а также ознакомление с ними. Более того, указанная графа подтверждает факт получения страхователем Правил страхования. В случае неприемлемости условий договора страхования, истец был вправе не принимать на себя договорные обязательства. Между тем, собственноручные подписи в договоре страхования подтверждают, что истец осознанно и добровольно принял условия заключенного договора, согласился с правилами страхования. Как указано в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017г., условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Выслушав объяснения истца, изучив материалы дела, суд признает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии со ст. 420 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или правовыми актами.

Требования к заключению договора в письменной форме установлены ст.161 ГК РФ. Так, согласно указанной статьи сделки между юридическими лицами и гражданами должны совершаться в письменном виде.

В соответствии с п.1 ст.160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами, а также способами, установленными пунктами 2 и 3 ст. 434 ГК РФ

При этом в абз. 2 ст.434 ГК РФ прямо указано на возможность заключения договора в письменной форме путем обмена документами, а в п.3 ст.434 ГК РФ установлено, что письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п.3 ст.438 ГК РФ (совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора, считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте).

Согласно п.1 ст.421 ГК РФ граждане и физические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

В данном случае судом установлено, что между истцом, как страхователем, и ответчиком, как страховщиком, 27 августа 2017 года в установленном законом порядке заключен договор добровольного страхования мобильной техники и электроники и истец получил страховой полис серии №. В преамбуле этого договора говорится, что он заключен на основании Правил добровольного страхования мобильной техники и электроники № 219 в редакции, действующей на момент заключения договора страхования. Утверждение истца о том, что страховые риски, в том числе кража, указаны в пункте 7 страхового полиса без каких-либо оговорок, не соответствуют действительности, поскольку по каждому страховому риску указан пункт Правил №219, раскрывающий содержание этого страхового риска. Относительно кражи указан пункт 3.3.4. Перед подписью страхователя (истца) в этом полисе указано: «С условиями договора страхования ознакомлен и согласен. Текст Правил страхования №219 в электронном виде размещен по адресу www. rgs. ru/mobiletech. Правила и полис получил…». Кроме того, сам истец подтверждает, что при заключении этого договора он получил Памятку по страхованию мобильной техники и электроники, в которой раскрыто понятие и содержание страховых рисков. Содержание этой Памятки относительно страховых рисков соответствует представленным ответчиком Правилам добровольного страхования мобильной техники и электроники (типовые (единые) №219, утвержденные Приказом ПАО СК «Росгосстрах» от 14.04.2016 №204 (с изменениями и дополнениями, внесенными Приказом ПАО СК «Росгосстрах» от 01.03.2017 №75). 

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что ему не было предоставлена полная и достоверная информация относительно условий договора страхования, неосновательны. Материалы дела и объяснения истца свидетельствуют о том, что истец осознанно и добровольно заключил рассматриваемый договор и его права потребителя на получение информации ответчик при заключении этого договора не нарушал. Если при этом истец не желал вникать в условия договора относительно страховых рисков, неблагоприятные последствия такой невнимательности ложатся на него самого, поскольку вся необходимая информация об услуге была доведена страховщиком в соответствии с положениями ст.10 Закона РФ «О защите прав потребителей».

Представители ответчика правильно указывают, что в соответствии со статьей 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). 

В данном случае в пункте 3.3.4 Правил №219 определено, что к страховым рискам относятся кража, грабеж, разбой и противоправные действия третьих лиц, но при этом оговорено, что кража, квалифицируемая по п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ и определено, что эти страховые указанные в этом пункте страховые события наступают за исключением случаев, когда эти события произошли по причинам, изложенным в подпункта «а» - «з». 

Истец правильно указывает, что по пункту «б» ч.2 ст.158 УК РФ квалифицируется кража, то есть 

<

данные изъяты> хищение чужого имущества, с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище, и именно такая кража относится к страховому случаю. Доводы истца о бессмысленности такого страхования неосновательны, поскольку такое событие носит вероятностный характер и в силу указанных ответчиком положений ГК РФ и Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» может относиться к страховым рискам. 

По пунктам «в,г» ч.2 ст.158 УК РФ квалифицируется кража с причинением значительного ущерба гражданину, совершенная из одежды, сумки или другой ручной клади, находившихся при потерпевшем.

Из объяснений истца и представленного им постановления следователя о признании потерпевшим по уголовному делу, возбужденному по пунктам «в,г» ч.2 ст.158 УК РФ, следует, что застрахованный телефон у истца был украден на рынке из заднего кармана брюк. Такая кража не относится к указанным в пункте 3.3.4 Правил №219 и в других пунктах этих Правил страховым рискам. При этом следует отметить, что судя по содержанию пункта 3.3.4 Правил №219 страховщик исключил из понятия страхового риска «кража» хищения, совершенные в условиях ненадлежащего проявления страхователем заботливости и осмотрительности по обеспечению сохранности застрахованного имущества. В данном случае истец проявил беспечность по отношению к сохранности застрахованного телефона, положив его в общественном месте в задний карман джинсовых брюк. Суд не наделен правом обязывать страховщика относить такие случаи к страховым рискам.

Представители ответчика правильно указывают на обязательность для истца условий Правил страхования, на основании которых был заключен договор страхования. Верховный Суд РФ в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) разъяснил, что утвержденные страховщиком либо объединением страховщиков правила страхования являются обязательными для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложением к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В данном случае, как уже отмечено, в страховом полисе удостоверено подписью истца получение Правил страхования, на основании которых заключен договор страхования, и согласно этим Правилам произошедшее с истцом событие (кража мобильного телефона из кармана брюк) не относится к страховым случаям, поэтому ответчик правомерно отказал в удовлетворении заявления истца об осуществлении страховой выплаты.

Таким образом, требование истца о взыскании с ответчика страховой выплаты не основано на законе и действительных обстоятельствах дела, не подлежит удовлетворению.

Поскольку основное требование удовлетворению не подлежит, не подлежат удовлетворению и взаимосвязанные с ним требования о взыскании штрафа и компенсации морального вреда.

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, штрафа и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 14 мая 2018 года.

Федеральный судья Ядыкин Ю.Н.