№33-211/2025

(УИД 71RS0026-01-2023-000113-17) Копия. судья Афонина С.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 декабря 2025 года

город Тула

Судебная коллегия по гражданским делам Тульского областного суда в составе: председательствующего Алдошиной В.В.,

судей Крымской С.В., Петренко Р.Е.,

при секретаре Новиковой А.В.,

с участием прокурора Гришина А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей главы 39 ГПК РФ гражданское дело №2-115/2024 по апелляционной жалобе истца ФИО1 ФИО22 на решение Привокзального районного суда г. Тулы от 21 мая 2024 года по иску ФИО1 ФИО23 к ОАО «РЖД», Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тульской области, Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г. Москве и Московской области о признании акта о расследовании несчастного случая недействительным, признании несчастного случая, связанным с производством, взыскании страховой выплаты, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Крымской С.В., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ОАО «РЖД» в лице Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Московской дирекции инфраструктуры- структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры- филиала ОАО «РЖД» (далее – Тульская дистанция сигнализации, централизации и блокировки МДИ-ЦДИ-филиала ОАО «РЖД»), Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тульской области (далее – ОСФР по Тульской области), Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г. Москве и Московской области (далее – ОСФР по г. Москве и Московской области) о признании акта о расследовании несчастного случая недействительным, признании несчастного случая, связанным с производством, о взыскании страховой выплаты в пользу близкого родственника, компенсации морального вреда, мотивируя заявленные требования тем, что, что её супруг - ФИО24. с ДД.ММ.ГГГГ года работал в ОАО «РЖД» электромехаником. ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов он заступил на смену и приступил к выполнению своих трудовых обязанностей. В этот день ФИО25. потерял сознание и скончался при выполнении должностных обязанностей на 33 км сортировочного парка железнодорожной станции Тула-1 Курская около 12.20 часов.

Полагает, что причину смерти ФИО26 острую сердечную недостаточность - спровоцировало нарушение работодателем требований охраны труда, техники безопасности, а именно- нарушение срока прохождения медицинского осмотра, не прохождение инструктажа по изучению прибора, с которым в тот день работал ФИО27., проведение работ- раскапывание грунта без использования специальных средств, а также высокий температурный режим в совокупности с тяжелой физической нагрузкой от проводимых в этот день работ, а также несвоевременный вызов скорой медицинской помощи сотрудниками работодателя.

Однако, по обращению к работодателю с просьбой выдать акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, ей было отказано со ссылкой на то, что смерть ФИО28. не связана с исполнением трудовых обязанностей, поэтому работодатель расследование несчастного случая не проводил, акт по форме Н-1 не составлял.

По изложенным основаниям, уточнив исковые требования и окончательно их сформулировав, просила суд:

признать несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО29 при исполнении им трудовых обязанностей, связанным с производством, и применить юридические последствия – признать акт расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки МДИ-ЦДИ-филиала ОАО «РЖД» ФИО30., недействительным;

обязать ОАО «РЖД Филиал Московская железная дорога» Тульское территориальное управление провести расследование по факту несчастного случая на производстве, составить акт по форме Н-1 и выдать акт истцу ФИО2;

взыскать с ОАО «РЖД Филиал Московская железная дорога» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей;

признать связанный с производством несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО31 при исполнении им трудовых обязанностей, страховым случаем и взыскать с ОСФР по г. Москве и Московской области, единовременную страховую выплату в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ застрахованного работника ФИО32 в результате несчастного случая, связанного с производством, в пользу истца ФИО2 в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель по ордеру адвокат Князев Ю.В. заявленные исковые требования с учетом уточнения поддержали в полном объеме и просили удовлетворить по основаниям, указанным в иске и уточнении к нему.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» по доверенности ФИО3 требования ФИО2 не признала, просила отказать в удовлетворении.

Представитель ответчика ОСФР по г. Москве и Московской области по доверенности ФИО4 в судебном заседании требования ФИО2 не признала, просила отказать в удовлетворении.

Представитель ответчика ОСФР по Тульской области по доверенности ФИО5 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом.

Представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Тульской области, Государственной инспекции труда в городе Москве, третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.

Решением Привокзального районного суда г. Тулы от 21 мая 2024 года в удовлетворении иска ФИО2 отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец ФИО2 просит отменить решение суда первой инстанции как незаконное и не обоснованное, полагает, что смерть супруга наступила в результате допущенных работодателем нарушений условий труда, тем более, что такие нарушения подтверждены выводами эксперта, работодатель не организовал для ФИО33 внеочередные медицинские осмотры; по собственной инициативе изменил условия труда ФИО34 работы в помещении – на открытом воздухе, при повышенном температурном режиме воздуха, что способствовало развитию заболевания; надлежащим образом не провел расследование несчастного случая.

В возражениях на апелляционную жалобу ОСФР по Тульской области, ОСФР по г. Москве и Московской области, ОАО «РЖД» указывают, что решение суда законное и обоснованное, а апелляционная жалоба истца не подлежит удовлетворению.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене в силу п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке дел к судебному разбирательству", состав лиц, участвующих в деле, указан в ст. 34 ГПК РФ. Возможность участия тех или иных лиц в процессе по конкретному делу определяется характером спорного правоотношения и наличием материально-правового интереса. Поэтому определение возможного круга лиц, которые должны участвовать в деле, начинается с анализа правоотношений и установления конкретных носителей прав и обязанностей. С учетом конкретных обстоятельств дела судья разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, то есть о сторонах, третьих лицах - по делам, рассматриваемым в порядке искового производства; заявителях, заинтересованных лицах - по делам особого производства и по делам, вытекающим из публичных правоотношений, а также об участниках, содействующих рассмотрению дела, - представителях сторон и третьих лиц, экспертах, специалистах, переводчиках, свидетелях.

Как разъяснено п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разрешение при подготовке дела к судебному разбирательству вопроса о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (п. 4 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ), необходимо для правильного определения состава лиц, участвующих в деле. Невыполнение этой задачи в стадии подготовки может привести к принятию незаконного решения, поскольку разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является существенным нарушением норм процессуального права, влекущим безусловную отмену решения суда в апелляционном и кассационном порядке (ч. 1 ст. 330, п. 4 ч. 2 ст. 364 ГПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 43 ГПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Как следует из договора на оказание услуг по страхованию от несчастных случаев и болезней работников ОАО «РЖД» № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «СОГАЗ» и ОАО «РЖД», полиса страхования от несчастных случаев и болезней №№ от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ОАО «РЖД» в лице Московской дирекции инфраструктуры – структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры и АО «СОГАЗ», списка работников, подлежащих страхованию, работник ФИО7 являлся застрахованным лицом в числе по страховому случаю – смерть в результате несчастного случая.

Вместе с тем, судом первой инстанции к участию в деле не было привлечено АО «СОГАЗ», являющееся страховой организацией по договору на оказание услуг по страхованию от несчастных случаев и болезней работников ОАО «РЖД» № от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании пункта 4 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены решения суда первой инстанции в любом случае являются принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

С учетом характера спорных правоотношений, вышеприведенных правовых норм, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решением суда затронуты права и обязанности АО «СОГАЗ», не привлеченного к участию в деле, что в силу вышеприведенных оснований, влечет безусловную отмену решения суда первой инстанции.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 29 января 2025 г. постановлено перейти к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО2 и её представитель по ордеру адвокат Князев Ю.В. поддержали доводы апелляционной жалобы.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ОАО «РЖД» по доверенности ФИО8 возражала против апелляционной жалобы.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ОСФР по г. Москве и Московской области по доверенности ФИО4 возражала против апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом, в связи с чем судебная коллегия в порядке ч. 2 ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников процесса.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая требования ФИО2 о признании несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО35 при исполнении им трудовых обязанностей, связанным с производством, и применении юридических последствий – признании акта расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО36 недействительным, обязании ОАО «РЖД Филиал Московская железная дорога» Тульское территориальное управление провести расследование по факту несчастного случая на производстве, составить акт по форме Н-1 и выдать акт истцу ФИО2, судебная коллегия полагает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором (абзац четвертый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации; здесь и далее нормы Трудового кодекса Российской Федерации приводятся в редакции, действовавшей на момент несчастного случая, произошедшего с ФИО37.ДД.ММ.ГГГГ

Указанному праву работника корреспондирует обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзац четвертый части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что:

охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия,

условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника,

безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов,

рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Общие требования к организации безопасного рабочего места устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, который обязан обеспечить, в том числе:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда;

приобретение за счет собственных средств и выдачу средств индивидуальной защиты и смывающих средств, прошедших подтверждение соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с требованиями охраны труда и установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением;

обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда;

организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты;

в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, организацию проведения за счет собственных средств обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических (в течение трудовой деятельности) медицинских осмотров, других обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований работников, внеочередных медицинских осмотров работников в соответствии с медицинскими рекомендациями, химико-токсикологических исследований наличия в организме человека наркотических средств, психотропных веществ и их метаболитов с сохранением за работниками места работы (должности) и среднего заработка на время прохождения указанных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, химико-токсикологических исследований;

недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний;

расследование и учет несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, учет и рассмотрение причин и обстоятельств событий, приведших к возникновению микроповреждений (микротравм), в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.

Из изложенного правового регулирования следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

По общему правилу несчастным случаем на производстве признается и подлежит расследованию в установленном порядке событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Из материалов дела следует, что ФИО38 согласно приказу №№ от ДД.ММ.ГГГГ г., работал электромехаником КИПа СЦБ цеха № Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки, которая в настоящее время является структурным подразделением Центральной дирекции инфраструктуры- филиалом ОАО «РЖД».

Из должностной инструкции электромеханика КИПа СЦБ цеха № Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ФИО39 усматривается, что на него возлагаются функции:

-ремонт, техническое обслуживание, проверка на соответствие техническим требованиям эксплуатируемых или вводимых в эксплуатацию приборов с применением специального технологического и испытательного оборудования, инструмента и средств измерений;

-проводить анализ отказов аппаратуры, разработку мероприятий, исключающих их повторение;

-выполнять поручения руководства дистанции, не предусмотренные данной должностной инструкцией, данные в пределах своей компетенции (п.п.2.1-2.3).

Для выполнения возложенных на него функций электромеханик обязан выполнять работу по утвержденным планам-заданиям на проверку аппаратуры (п.3.1 должностной инструкции).

Согласно Плану нормированных работ и хозрасчетных показателей цеха (участка) № группы измерений на месяц ДД.ММ.ГГГГ года ФИО40. являлся ответственным за выполнение работ по проверке 83 электродвигателей и 147 трансформаторов.

В соответствии с телеграммой Московской дирекции инфраструктуры Центральной дирекции инфраструктуры, подписанной заместителем начальника службы автоматики и телемеханики ФИО41 в срок до ДД.ММ.ГГГГ руководство ШЧ-4, 10, 17, 19, 24, 28, 32, 35 было обязано провести проверку железобетонных конструкций на станциях и перегонах согласно карте технологического процесса от ДД.ММ.ГГГГ № № «Железобетонные опорные конструкции устройств СЦБ» с выявлением аварийных и не пригодных к дальнейшей эксплуатации железобетонных фундаментов и мачт светофоров с использованием дефектоскопа 

<

данные изъяты>

Из материалов гражданского дела следует, что ШЧ-17 является Тульская дистанция сигнализации, централизации и блокировки - структурного подразделения Московской дирекции инфраструктуры - структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры - филиала ОАО «РЖД» (далее - Тульская дистанция сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД»).

Указанная телефонограмма начальником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД» ФИО44. была направлена для исполнения заместителю начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД» ФИО45 о чем свидетельствует надпись на телефонограмме с подписью ФИО43

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ г. электромеханик ФИО7, совместно с электромехаником ФИО42 и заместителем начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ФИО46. выполняли работы по выявлению дефектов железобетонных конструкций светофоров, расположенных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская с применением измерителя времени и скорости распространения ультразвук «Пульсар-2.1» (далее - ультразвуковой дефектоскоп «Пульсар-2.1»), проводимых в ходе практического занятия по обучению пользоваться прибором.

По окончанию работ, находясь на 33 км сортировочного парка железнодорожной станции Тула-1 Курская, ФИО47. потерял сознание и умер, что подтверждается представленным свидетельством о смерти.

Обстоятельства смерти ФИО48 подтверждены показаниями свидетелей ФИО49, допрошенных в суде первой инстанции.

О несчастном случае со смертельным исходом ФИО50 извещены ДД.ММ.ГГГГ г. Государственная инспекция труда г.Москвы и Тульской области, департамент транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры г.Москвы, Министерство здравоохранения Тульской области, Министерство транспорта и дорожного хозяйства Тульской области, Фонд социального страхования г.Москвы, Тульская транспортная прокуратура, Московская межрегиональная транспортная прокуратура.

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с частью третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; отравление; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными, в том числе насекомыми и паукообразными; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли:

в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни;

при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, в том числе действий, направленных на предотвращение катастрофы, аварии или несчастного случая.

Согласно статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа), уполномоченный по охране труда (при наличии). Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

При расследовании несчастного случая (в том числе группового), в результате которого один или несколько пострадавших получили тяжелые повреждения здоровья, либо несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии также включаются государственный инспектор труда, представители органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области охраны труда или органа местного самоуправления (по согласованию), представитель территориального объединения организаций профсоюзов, а при расследовании указанных несчастных случаев с застрахованными - представители исполнительного органа страховщика по месту регистрации работодателя в качестве страхователя. Комиссию возглавляет, как правило, должностное лицо территориального органа федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

Каждый пострадавший, а также его законный представитель или иное доверенное лицо имеют право на личное участие в расследовании несчастного случая, происшедшего с пострадавшим.

Частью третьей статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что материалы расследования несчастного случая включают в том числе документы, характеризующие состояние рабочего места, наличие опасных и вредных производственных факторов, экспертные заключения специалистов, медицинское заключение о причине смерти пострадавшего, другие документы по усмотрению комиссии.

Конкретный перечень материалов расследования определяется председателем комиссии в зависимости от характера и обстоятельств несчастного случая (часть четвертая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью пятой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает, в частности, обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации указано, что расследуются в установленном порядке и по решению комиссии (в предусмотренных названным кодексом случаях государственного инспектора труда, самостоятельно проводившего расследование несчастного случая) в зависимости от конкретных обстоятельств могут квалифицироваться как несчастные случаи, не связанные с производством, в частности, смерть вследствие общего заболевания или самоубийства, подтвержденная в установленном порядке соответственно медицинской организацией, органами следствия или судом.

Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть седьмая статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Приказом начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки № от ДД.ММ.ГГГГ. создана комиссия по расследованию несчастного случая с электромехаником ФИО51

Приказом начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки № от ДД.ММ.ГГГГ. вновь создана комиссия по расследованию несчастного случая с электромехаником ФИО52., в состав которой вошли Главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда в Тульской области, советник Управления государственной службы и кадров Департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры, Заместитель Министра- директор департамента транспорта Министерства транспорта и дорожного хозяйства Тульской области, главный специалист ГУ- Тульского регионального отделения Фонда социального страхования РФ, а также сотрудники Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки, включая представителя профсоюзной организации и уполномоченного по охране труда.

По ходатайствам Главного государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ., согласованным руководителем Государственной инспекции труда в Тульской области, срок расследования несчастного случая неоднократно продлевался.

Согласно акту расследования несчастного случая со смертельным исходом от ДД.ММ.ГГГГ., комиссия квалифицировала несчастный случай с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ФИО53 как не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом Н-1, учету и регистрации в Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки, посчитав, что смерть ФИО54 наступила вследствие заболевания сердца- атеросклеротической болезни.

Такой вывод комиссией был сделан на основании заключения Государственного учреждения здравоохранения Тульской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ., из которого следует, что смерть ФИО1 ФИО55, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в соответствии с медицинским свидетельством о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ. наступила от заболевания сердца - атеросклеротической болезни. Алкоголь в крови не обнаружен.

Из характера сложившегося спора усматривается, что выдача работодателем ФИО56 акта по форме Н-1 ФИО2 необходима для получения страховой выплаты.

Отношения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в Российской Федерации регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", которым определен порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным законом случаях.

Физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (абзац второй пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (абзац девятый статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

При этом профессиональным заболеванием в силу абзаца одиннадцатого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

На основании подпункта 2 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ к видам обеспечения по социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний отнесены как единовременные, так и ежемесячные страховые выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти.

Согласно пункту 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления на получение обеспечения по страхованию застрахованного или лица, имеющего право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, одновременно с которым страхователем или вышеуказанными лицами представляются соответствующие документы, перечень которых приведен в данной норме, в том числе акт о несчастном случае на производстве или профессиональном заболевании (абзац третий пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); заключение государственного инспектора труда (абзац четвертый пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ); судебное решение об установлении юридического факта несчастного случая на производстве (профессионального заболевания) - при отсутствии документов, указанных в абзацах третьем и четвертом данного пункта (абзац пятый пункта 4 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Факты, имеющие юридическое значение для назначения обеспечения по страхованию в случае отсутствия документов, удостоверяющих наступление страхового случая и (или) необходимых для осуществления обеспечения по страхованию, а также в случае несогласия заинтересованного лица с содержанием таких документов, устанавливаются судом (пункт 5 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 10 Постановления от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснил, что при рассмотрении иска о признании несчастного случая связанным с производством или профессиональным заболеванием необходимо учитывать, что вопрос об установлении причинно-следственной связи между получением увечья либо иным повреждением здоровья или заболеванием и употреблением алкоголя (наркотических, психотропных и других веществ) подлежит разрешению судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела и имеющихся по нему доказательств.

Таким образом, одним из обязательных условий для возникновения у лица права на обеспечение по страхованию в связи с получением вреда здоровью на производстве является наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве, наличие их последствий, степень тяжести для определения порядка проведения расследования несчастного случая, степени утраты трудоспособности в результате несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ года, которая, в силу части 4 статьи 63 закона РФ от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", устанавливается в результате проведения судебно-медицинской экспертизы.

Для установления причины смерти ФИО57 определением суда от ДД.ММ.ГГГГ г. по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Комитета здравоохранения Курской области.

Согласно выводам экспертов ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Комитета здравоохранения Курской области № ДД.ММ.ГГГГ.:

1) исходя из данных судебно-медицинского исследования трупа (Акт № от ДД.ММ.ГГГГ.), результатов судебно-гистологического исследования (Акт СГИ № от ДД.ММ.ГГГГ.) смерть ФИО1 ФИО58ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от заболевания - ишемической болезни сердца (ИБС), осложнившейся развитием острой сердечно-сосудистой недостаточности, что подтверждается объективными данными: выявленными при исследовании трупа признаками поражения сердечной мышцы (гипертрофии, кардиосклероза, неравномерного кровенаполнения) и венечных артерий (атеросклероза); наличием признаков недостаточности кровообращения (отёка, венозного полнокровия) во внутренних органах (отёка мозга и его оболочек, отёка и очаговой эмфиземы лёгких); обнаружением при вскрытии трупа признаков смерти с коротким атональным периодом («острой смерти»), а также подтверждается результатами судебно-гистологического исследования;

2) обоснованно установить время от начала сердечного приступа до наступления смерти ФИО59 не представляется возможным, так как в судебной медицине не имеется чётко разработанных, научно обоснованных и рекомендованных к практическому применению методик и технологий для объективного решения этого вопроса.

При этом наличие вышеуказанных морфологических признаков смерти с коротким атональным периодом («острой смерти») позволяет полагать, что в данном случае имел место вариант танатогенеза, сопровождавшийся короткой агонией - в пределах единиц минут;

3) вопрос о наступлении смерти ФИО60 при своевременном и надлежащем оказании ему медицинской помощи является гипотетическим и не имеет объективного экспертного решения, так как современная медицина не располагает достоверными научными данными, методиками и технологиями для математического прогнозирования вероятности наступления того или иного исхода патологических процессов в зависимости от различных внешних условий;

4) на вопрос суда: могло ли способствовать смерти ФИО1 ФИО61 как в совокупности, так и раздельно: осуществление работ при определенных факторах внешней среды (температура воздуха 25,2°С, относительная влажность воздуха 42%, скорость ветра от 2 до 6 м/с, атмосферное давление воздуха 743 мм рт. столба, температура рельсов 39°С) и индивидуальных особенностях организма ФИО1 ФИО62 (наличие хронических заболеваний)? экспертами дано заключение, что общепринятые в медицине представления об этиологии, патогенезе, клинической картине и течении выявленной у ФИО63. патологии (ишемической болезни сердца, атеросклеротического коронарокардиосклероза) позволяют комиссии констатировать, что именно она непосредственно и закономерно породила в его организме болезненные процессы, приведшие к наступлению смерти (острую сердечную недостаточность, отёк лёгких и головного мозга), определила их специфику, скорость развития и выраженность, т. е. обладает присущими причине свойствами (генетичности, активности, необходимости) и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью.

Сердечно-сосудистые заболевания (в том числе и ИБС) возникают и развиваются в результате сложного взаимодействия многочисленных факторов, оказывающих косвенное влияние на время начала развития заболевания, его проявления, локализацию и тяжесть поражения, а также динамику течения и исход. Такие факторы, оказывающие влияние на возможность развития в будущем опасного острого состояния и внезапной смерти, в медицине носят название факторов риска.

Из большого числа факторов риска, повышающих вероятность внезапной смерти при сердечно-сосудистой патологии, условно можно выделить следующие основные группы:

«внутренние» факторы риска - артериальная гипертония, гиперхолестеринемия, нарушенная толерантность к углеводам, ожирение или избыточная масса тела, наследственность и др.;

социально-культурные факторы риска - потребление высококалорийной, богатой насыщенными жирами и холестерином пищи, курение, чрезмерное употребление алкоголя, сидячий (малоактивный) образ жизни или же, наоборот, тяжелые физические нагрузки, нервный стресс и т.п.;

«внешние» факторы риска - различные метеорологические и гелиогеофизические факторы окружающей среды в виде повышенной или пониженной температуры воздуха, перепадов атмосферного давления, резкой перемены погоды, солнечной активности и магнитных бурь и т. д.

Объективно, экспертным путём установить как, каким образом и в какой степени влиял на состояние здоровья конкретного человека и течение имеющегося у заболевания сердца тот или иной фактор риска, те или иные внешние (температура воздуха, относительная влажность воздуха, скорость ветра, атмосферное давление и т.п.) и внутренние условия (наличие сопутствующих заболеваний - в данном случае артериальная гипертония, смешанная гиперлипидемия, атеросклероз аорты и сосудов головного мозга) не представляется возможным.

Это связано с тем, что степень влияния каждого из вышеуказанных факторов и их комбинаций в каждом конкретном случае различна, строго индивидуальна, кроме того вариабельность частоты комбинаций различных факторов риска настолько велика, что практически не подлежит учёту и научному анализу, делает невозможным разработку достоверных медицинских диагностических критериев;

5) при вскрытии трупа ФИО64 и гистологическом исследовании морфологических изменений, считающихся характерными для смерти от общего перегревания организма человека (теплового удара)- таких как сгущение крови, периваскулярные геморрагии, скопление слизи в дыхательных путях, признаки расстройства кровообращения в микроциркуляторном русле (очаговые кровоизлияния во внутренних органах и тканях, стаз и сладж эритроцитов вплоть до ДВС-синдрома), очаги некрозов в паренхиматозных органах, срессовые эрозии в слизистой желудочно-кишечного тракта и др.- не выявлено.

Исследовав указанное заключение экспертов ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Комитета здравоохранения Курской области по правилам ст.ст.67, 86 ГПК РФ, судебная коллегия признает его допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно отвечает требованиям закона, является при данных обстоятельствах достаточно полным, ясным, проведено компетентными экспертами, имеющими соответствующее медицинское образование, достаточный стаж экспертной работы, предупрежденными об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, выводы экспертов достаточно мотивированы и не имеют противоречий.

По ходатайству стороны истца по делу назначалась судебная экспертиза по определению причинно-следственной связи между нарушением условий труда работодателем и наступлением для работника несчастного случая, производство которой поручалось различным экспертным организациям: ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф. Измерова», профпатологическому отделению Государственного учреждения здравоохранения «Городская больница №10 г. Тулы», ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России, которые сформировать экспертную комиссию, включающую экспертов, обладающих необходимыми для ответов на вопросы суда познаниями, не смогли.

Таким образом, совокупность собранных по делу доказательств не позволяет определить причинно-следственную связь полученного повреждения здоровья ФИО65 производством.

В связи с изложенным, исковые требования ФИО2 в части признания несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО66 при исполнении им трудовых обязанностей, связанным с производством, и применении юридических последствий – признании акта расследования несчастного случая со смертельным исходом, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ года с электромехаником Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки Филиала ОАО «РЖД» ФИО67 недействительным, обязании ОАО «РЖД Филиал Московская железная дорога» Тульское территориальное управление провести расследование по факту несчастного случая на производстве, составить акт по форме Н-1 и выдать акт истцу ФИО2, не подлежат удовлетворению. Судебная коллегия не усматривает также правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании страховой выплаты.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

Заявляя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда, ФИО2 указала на то, что причину смерти ФИО68 – острую сердечную недостаточность спровоцировало нарушение работодателем требований охраны труда, техники безопасности, а именно - нарушение срока прохождения медицинского осмотра, не прохождение инструктажа по изучению прибора, с которым в тот день работал ФИО69 проведение работ- раскапывание грунта без использования специальных средств, а также высокий температурный режим в совокупности с тяжелой физической нагрузкой от проводимых в этот день работ, а также несвоевременный вызов скорой медицинской помощи сотрудниками работодателя.

По ходатайству истца определением суда от 30 октября 2023 года по делу назначена судебная инженерно-техническая экспертиза, производство которой поручено Частному негосударственному судебно-экспертному учреждению «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований».

Из заключения экспертов Частного негосударственного судебно-экспертного учреждения «Приволжский центр независимых экспертиз и специальных исследований» № от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что при привлечении электромеханика Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ФИО1 ФИО70 к проведению работ по измерению тока утечки (ультразвуковому контролю) железобетонных конструкций светофоров ДД.ММ.ГГГГ года были допущены следующие нарушения требований охраны труда:

-к работам по практическому обучению применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которой указанным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, были допущены электромеханики, не прошедшие целевой инструктаж по охране труда в прядке, установленном требованиями нормативной документации, что выразилось в не проведении целевого инструктажа электромеханикам непосредственным руководителем указанных работ заместителем начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД», а также в не проведении изучения электромеханиками при проведении целевого инструктажа требований безопасного производства работ, указанных в руководстве по эксплуатации прибора и карте технологического процесса, в нарушение требований абзаца 11 части 3 ста 214 ТК РФ, пункта 2.1.3 Порядка обучения, пункта 1.11 Правил №346/р.

-к работам по практическому обучению применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которой указанным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, был допущен электромеханик, оказывающий реанимационные действия пострадавшему ФИО71., без прохождения обязательного обучения по оказанию первой помощи пострадавшим, в нарушение требований абзаца 11 части 3 статьи 214 ТК РФ, пунктов 2.2.4 Порядка обучения.

-выполняемые при проведении (совместно с проведением) практического обучения применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1» работы по ультразвуковому контролю железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, проводились с нарушением требований технологической документации на выполнение указанных работ, что выразилось в отсутствии лопаты штыковой с деревянным черенком, лома остроконечного у электромехаников, которым вручную приходилось убирать грунт от фундаментов светофоров, подлежащих измерению, работы выполнялись при отсутствии электромонтера по обслуживанию и ремонту устройств сигнализации, централизации и блокировки 5 разряда, в нарушение требований пункта 28, пункта 168 Правил №652н.

-к работам по практическому обучению применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которой указанным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, был допущен электромеханик не в полном объеме обеспеченный средствами индивидуальной защиты, предусмотренными действующими нормами выдачи средств индивидуальной защиты работникам Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД» и технологической документацией, что выразилось в отсутствии у электромеханика комплекта спецодежды «Электрик Л» и рукавиц хлопчатобумажных, в нарушение требований статьи абзаца 9 части 3 214, статьи 221 ТК РФ, пункта 11 Норм выдачи СИЗ №582н.

-работы по практическому обучению применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которых указанным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, выполнялись электромехаником, на рабочем месте которого не была проведена оценка профессиональных рисков, что выразилось в отсутствии документа, свидетельствующего о проведению работы по выявлении и оценки профессиональных рисков, содержащего мероприятия по их предотвращению или снижению уровня, в нарушение требований абзаца 3 части 3 статьи 214, статьи 218 ТКРФ.

-работы по практическому обучению применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которой указанным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская, под руководством заместителя начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД» выполнялись электромеханиками во время регламентированного перерыва на отдых, установленного Правилами внутреннего трудового распорядка, в нарушение требований абзаца 8 части 3 статьи 214, статьи 108 ТК РФ.

Указанные нарушения требований охраны труда были допущены заместителем начальника Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД» ФИО72 непосредственно осуществлявшим руководство действиями электромехаников ФИО73 практическом обучении применения ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1», во время которого данным прибором выполнялся ультразвуковой контроль железобетонных конструкций фундаментов светофоров, установленных на грузовой платформе станции Тула-1-Курская.

Температурными (погодными) ограничениями для проведения работ по измерению тока утечки (ультразвуковому контролю) железобетонных конструкций фундаментов светофоров, выполняемых работниками с применением ультразвукового дефектоскопа «Пульсар-2.1» является дождливая погода, погода с относительной влажностью воздуха 80 процентов и выше при температуре плюс 25 градусов Цельсия и более низких температурах, температура воздуха ниже минус 20 и выше 40 градусов Цельсия, при температуре окружающего воздуха 32,5 градусов Цельсия и выше продолжительность периодов непрерывной работы должна составлять 15-20 минут с последующей продолжительностью отдыха не менее 10-12 минут в охлаждаемых помещениях.

Статьей 328 Трудового кодекса Российской Федерации установлены особенности регулирования труда работников, касающиеся их приема на работу, непосредственно связанную с движением транспортных средств, в соответствии с которой такие работники принимаются на работу только после обязательного предварительного медицинского осмотра в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в области здравоохранения, и федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в области транспорта (часть вторая указанной статьи).

Под медицинским осмотром понимается комплекс медицинских вмешательств, направленных на выявление патологических состояний, заболеваний и факторов риска их развития (часть 1 статьи 46 Федерального закона 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Одним из видов медицинских осмотров является периодический медицинский осмотр, проводимый с установленной периодичностью в целях динамического наблюдения за состоянием здоровья работников, своевременного выявления начальных форм профессиональных заболеваний, ранних признаков воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов рабочей среды, трудового процесса на состояние здоровья работников в целях формирования групп риска развития профессиональных заболеваний, выявления медицинских противопоказаний к осуществлению отдельных видов работ (пункт 3 части 2 статьи 46 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Порядок и периодичность проведения медицинских осмотров, диспансеризации, диспансерного наблюдения и перечень включаемых в них исследований утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации (часть 7 статьи 46 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Приказом Министерства здравоохранения 28 января 2021 г. N 29Н утвержден Порядок проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации, перечень медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры.

Пунктом 6 Порядка предусмотрено, что для проведения предварительного или периодического осмотра медицинской организацией формируется постоянно действующая врачебная комиссия.

В состав врачебной комиссии включаются врач-профпатолог, а также врачи-специалисты, прошедшие в установленном порядке повышение квалификации по специальности "профпатология" или имеющие действующий сертификат по специальности "профпатология".

Пунктом 6 Порядка предусмотрено, что обязанности по организации проведения предварительных и периодических осмотров работников возлагаются на работодателя, а ответственность за качество проведения предварительных и периодических осмотров работников возлагается на медицинскую организацию.

Разделом III Порядка установлен порядок проведения периодических медицинских осмотров, включающий в себя: утверждение работодателем списка контингента работников, подлежащих прохождению предварительного и периодического медицинского осмотра, где указывается наименование профессии (должности) работника согласно штатному расписанию; наименование вредного производственного фактора; направление списка в территориальный орган санитарно-эпидемиологического надзора (пункт 20, 21); утверждение работодателем на основании указанных выше списков контингента поименных списков работников, где указываются: фамилия, имя, отчество, профессия (должность) работника, подлежащего периодическому медицинскому осмотру; наименование вредного производственного фактора или вида работы; наименование структурного подразделения работодателя (при наличии); направление поименованных списков в медицинскую организацию, осуществляющую проведения периодического осмотра (пункт 23, 24); поименные списки составляются и утверждаются работодателем (его уполномоченным представителем) и не позднее чем за 2 месяца до согласованной с медицинской организацией датой начала проведения периодического осмотра направляются работодателем в указанную медицинскую организацию, если иной срок не установлен договором между работником и работодателем (пункт 25); ознакомление работодателем работников, подлежащих периодическому осмотру, с календарным планом (не позднее чем за 10 дней до согласованной с медицинской организацией датой начала проведения периодического осмотра) (пункт 27); вручение работодателем лицу, направляемому на периодический осмотр, направления на периодический медицинский осмотр (пункт 25); прибытие работника в медицинскую организацию в день, установленный календарным планом, для прохождения периодического осмотра (пункт 29).

Положения приведенных выше нормативных актов в своей совокупности позволяют сделать вывод о том, что для каждого работника, обязанного проходить периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры, именно работодателем должно быть организовано проведение такого осмотра и определен конкретный день для его прохождения в соответствующем медицинском учреждении.

На основании части первой статьи 76 названного кодекса при выявлении у работника противопоказаний для выполнения им работы, обусловленной трудовым договором, работодатель обязан отстранить его от работы (не допускать к работе).

Медицинское противопоказание может быть выявлено при проведении соответствующего медицинского осмотра, по результатам которого проводится экспертиза профессиональной пригодности врачебной комиссией медицинской организации с привлечением врачей-специалистов, в компетенцию которой входит разрешение вопроса о пригодности или непригодности работника к выполнению отдельных видов работ (часть 3 статья 24, части 1, 2 статьи 63 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из материалов дела следует, что со стороны Тульской дистанции сигнализации, централизации и блокировки ОАО «РЖД», в которой работал ФИО74., нарушена периодичность прохождения первичных медицинских осмотров электромеханика ФИО76 ФИО75., установленная требованиями пункта 9 Приказом №29н, а также требованиями действующего ранее в 2019 году Приказа №302н, в соответствии с которыми после прохождения периодического медицинского осмотра 

<

данные изъяты>, следующий медицинский осмотр ФИО77 должен был быть пройден не позднее ДД.ММ.ГГГГ. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ электромеханик ФИО78. работал без прохождения медицинского осмотра.

При таких обстоятельствах, учитывая, что работодателем допущены вышеперечисленные нарушения требований охраны труда в отношении работника ФИО79 в период его работы у ответчика, судебная коллегия приходит к выводу о том, что у ФИО2 возникло право на компенсацию морального вреда после смерти супруга ФИО80

Согласно частям первой и второй статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пунктах 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать) (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 30 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что определение размера компенсации морального вреда относится в большей степени к исследованию и оценке доказательств, а также обстоятельств конкретного дела.

Компенсация морального вреда не взыскивается за определенный период времени, длящийся характер правоотношений сторон и лечения на размер компенсации не влияет.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред потерпевшего, но и не допустить неосновательного обогащения последнего.

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в размере 1000000 руб., судебная коллегия полагает завышенным, поскольку учитывает, что смерть ФИО81 не признана несчастным случаем на производстве, однако материалами дела подтверждается то обстоятельство, что работодателем допущены нарушения техники безопасности при организации работы ФИО82 период его работы у ответчика.

При рассмотрении вопроса о взыскании компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает обстоятельства дела, характер допущенного нарушения, поскольку работодатель не создал безопасные условия труда для ФИО83., что явилось нарушением нематериальных прав на труд в условиях, не отвечающих требованиям безопасности, а также повлекло за собой причинение нравственных страданий истца по вине ответчика, длительности такого нарушения, значимость нарушенного права, степень вины ответчика, степень причиненных истцу нравственных страданий, в связи с чем приходит к выводу о взыскании в пользу истца с ответчика ОАО «РЖД» компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

Ссылка ответчика ОАО «РЖД» на то, что ФИО2 на момент смерти ФИО84 с ним не проживала, не является обстоятельством, препятствующим удовлетворению требований о компенсации морального вреда, поскольку наличие регистрации по разным местам жительства супругов не свидетельствует о том, что брачные отношения между ними были прекращены, так как на момент смерти ФИО85 супруги состояли в зарегистрированном браке. Судебная коллегия отмечает, что неожиданная смерть близкого человека - супруга, с которым ФИО2 находилась в браке длительное время, причинила ей нравственные страдания, поскольку гибель родственника и близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные связи, что в дополнительном доказывании не нуждается.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования город Тула подлежит государственная пошлина в размере 3000 руб., исчисленная по правилам пп.1, пп.3 п.1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

решение Привокзального районного суда г. Тулы от 21 мая 2024 года отменить.

Постановить по делу новое решение, которым исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОАО «РЖД» в доход муниципального образования г. Тула государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Председательствующий подпись

Судьи подпись

Мотивированное апелляционное определение составлено 12 января 2026 г.

Копия верна.

Судья С.В. Крымская