Судья Кадушкина Е.В.

Докладчик Медведева М.В. Дело № 22-0543/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 февраля 2026 года г. Архангельск

Судебная коллегия по уголовным делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Старопопова А.В.,

судей Медведевой М.В., Бакова Н.Н.,

при секретаре судебного заседания Туркиной С.В.,

с участием прокурора Макаровой В.В.,

осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи),

защитника – адвоката Захаровой Н.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Захаровой Н.Н. на приговор Новодвинского городского суда Архангельской области от 24 декабря 2025 года в отношении ФИО1.

Заслушав доклад судьи Медведевой М.В., кратко изложившей содержание приговора, существо апелляционных жалоб, возражений на них, выступления осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи) и адвоката Захаровой Н.Н., поддержавших изложенные в апелляционных жалобах доводы об изменении приговора, мнение прокурора Макаровой В.В. о законности и обоснованности приговора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору Новодвинского городского суда Архангельской области от 24 декабря 2025 года

ФИО11, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, судимый:

<

данные изъяты>

осужден по ч.3 ст.30, ч.1 ст. 105 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей с 22 октября 2025 года до даты вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Процессуальные издержки в сумме 48035 рублей 20 копеек за участие адвоката на предварительном следствии и в суде по назначению взысканы с осужденного в доход федерального бюджета.

ФИО1 осужден за покушение на умышленное убийство Потерпевший №1

Обстоятельства установленного судом преступления изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Захарова Н.Н., выражая несогласие с приговором, находит его незаконным и подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона и чрезмерной суровостью назначенного ФИО1 наказания. Отрицая наличие у осужденного умысла на лишение жизни Потерпевший №1, приводит показания потерпевшего на предварительном следствии, анализирует их и считает противоречивыми. По мнению автора жалобы, суд не принял во внимание доводы стороны защиты о том, что ФИО1 пришел в квартиру Потерпевший №1 не с целью убийства, а для выяснения вопроса, касающегося долговых обязательств между ними. При этом считает логически неоправданным вывод суда о том, что мотивом действий осужденного послужила личная неприязнь к потерпевшему. Отмечает, что суд, сославшись на видеозапись, указал на наличие у ФИО1 ножа, хотя у следователя в протоколе осмотра данной видеозаписи фигурирует «предмет, похожий на нож»; показания свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №4, как и показания потерпевшего, между собой не согласуются, являются противоречивыми и не свидетельствуют о наличии у осужденного умысла на убийство Потерпевший №1; судом не дана оценка показаниям свидетеля Свидетель №3 и заключению эксперта о глубине раневого канала (три сантиметра) и об образовании данного повреждения от не менее чем одного воздействия колюще-режущего предмета, что с учетом комплекции ФИО1 (крепкого телосложения) и потерпевшего (высокий, худощавый) также подтверждают доводы осужденного о нежелании убивать потерпевшего. Как полагает защитник, судом неправомерно не признаны в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, наличие у него на иждивении ФИО110, 

<

данные изъяты> а также протокол явки с повинной. Обращает внимание на то, что потерпевший полностью простил осужденного, претензий к нему не имел и не настаивал на тяжести наказания. Просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО1 на п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, признать обстоятельствами, смягчающими наказание, протокол явки с повинной и наличие на иждивении ФИО110, снизить наказание.

Осужденный ФИО1 в своей апелляционной жалобе и дополнении к ней также ставит вопрос о неправильной квалификации его действий. Как отмечает осужденный, суд не принял во внимание его доводы о том, что ограниченное помещение кухни, его телосложение и телосложение Потерпевший №1 позволяли ему (ФИО1) при желании сразу нанести смертельный удар потерпевшему, сам конфликт был вызван аморальным поведением последнего, который не желал возвращать денежный долг и спровоцировал драку. Обращает внимание на то, что оружия у него с собой не было, а нож он взял уже на кухне в квартире потерпевшего; органами следствия не проведен тщательный анализ видеозаписи, изъятой с места происшествия, с целью достоверно установить, какой предмет он держит в руках; показания Потерпевший №1, неоднократно допрошенного в ходе предварительного следствия, противоречивы. Как полагает осужденный, потерпевший Потерпевший №1 согласовал со свидетелями Свидетель №2 и Свидетель №4 свои показания для исключения расхождений между ними, поэтому для устранения противоречий необходимо было проведение очных ставок, которых не было, а в судебном заседании указанные свидетели не допрашивались и не подтверждали свои показания. В подтверждение своих доводов об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего ссылается на показания свидетеля Свидетель №3 о том, что Потерпевший №1 от госпитализации отказался, чувствовал себя хорошо, а на следующий день приходил к нему (осужденному), при этом выглядел вполне здоровым и ни на что не жаловался. Просит приговор изменить, переквалифицировать его действия на п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, смягчить наказание и изменить вид режима.

В письменных возражениях государственный обвинитель ФИО124 ссылается на несостоятельность содержащихся в апелляционных жалобах осужденного и его защитника доводов и просит оставить их без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению на основании п.4 ст.389.16 УПК РФ в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Выводы суда о виновности ФИО1 в покушении на убийство соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, являются правильными, так как подтверждены исследованными в судебном заседании и объективно оцененными в приговоре доказательствами.

В ходе судебного разбирательства ФИО1, признав факт нанесения Потерпевший №1 удара ножом, сослался на отсутствие у него умысла на убийство потерпевшего и единственной причиной конфликта назвал отказ последнего вернуть долг.

Из показаний потерпевшего Потерпевший №1 следует, что ФИО1 пришел к нему домой и начал предъявлять претензии по поводу какой-то видеозаписи, при этом держал в руке нож, выражался нецензурной бранью, требовал от него встать на колени, а на его (потерпевшего) отказ нанес ему удар ножом в область сердца. Тогда Свидетель №2 и Свидетель №4 опрокинули стол, оттеснили ФИО1 от дверного проема и выбежали из квартиры. Он (Потерпевший №1) выбежал вслед за ними, взяв с собой табурет, чтобы защищаться от ФИО1, который пытался его догнать, держа в руке нож, и угрожал убийством. На шум из окон стали выглядывать жильцы дома, после этого ФИО1 ушел и забрал с собой нож, которым ударил его (потерпевшего). Ранее он (Потерпевший №1) занимал у ФИО1 деньги, но на дату произошедших событий долг вернул и никаких имущественных обязательств перед ним не имел (т. 1 л.д.129-131, 132-135).

Противоречий, дающих основания сомневаться в их правдивости, показания потерпевшего не содержат, подтверждаются другими доказательствами, в частности, показаниями непосредственных очевидцев случившегося - свидетелей Свидетель №2, Свидетель №4, а также показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №8, ФИО18, Свидетель №5, Свидетель №9, Свидетель №7, Свидетель №3, заключением судебно-медицинского эксперта, иными доказательствами в их совокупности.

Так, свидетели Свидетель №2 и Свидетель №4 показали, что в квартиру Потерпевший №1 вбежал ФИО1, который был агрессивен, выразился в адрес потерпевшего нецензурной бранью, потребовал от него встать на колени, а после отказа это сделать сразу нанес ему принесенным с собой ножом удар, от которого тот присел от боли. Поскольку ФИО1 не отпускал из рук нож, Свидетель №2 перевернул стол, столешницей прижал ФИО1 к стене. Воспользовавшись этим, все они выбежали на улицу. Во дворе ФИО1 пытался догнать Потерпевший №1, а затем ушел (т. 1 л.д.142-145, 150-153).

Свидетелю ФИО18 (матери потерпевшего) о причинении Потерпевший №1 ФИО1 ножевого ранения сразу стало известно от сына. Она незамедлительно прибыла к нему и поехала с ним в больницу (т. 1 л.д. 136-141).

Свидетель Свидетель №8 дал показания о том, что, находясь у себя дома, слышал доносившиеся с улицы громкие крики мужчин, выражавшихся в отношении друг друга нецензурной бранью, один из которых (в окровавленной одежде), держа перед собой табурет, убегал от второго мужчины (в красной куртке), державшего в правой руке нож. Он (свидетель) сделал им замечание, и мужчина в красной куртке покинул двор (т. 1 л.д. 182-184).

Свидетель ФИО12 А.С., проживающий на первом этаже того же дома, также слышал крики и нецензурную брань двух мужчин, один из них спрашивал другого, зачем тот это сделал, после чего мимо окна прошел мужчина в красной куртке, держа в ладони рукоять ножа (т. 1 л.д. 158-160).

Согласно записи с камеры видеонаблюдения ФИО1, держа в правой руке нож, преследует Потерпевший №1, высказывает ему угрозу убийством, а потерпевший прячется от него за автомобилем, просит вызвать полицию, затем ФИО1 покидает двор (т. 1 л.д. 75-93).

Свидетель Свидетель №5 (сожительница осужденного) показала, что ФИО1 вернулся домой и сообщил, что порезал парня (т. 1 л.д.154-157).

Свидетель №9 (фельдшер), будучи допрошенной в качестве свидетеля, показала, что у Потерпевший №1 при осмотре в области передней грудной стенки 3-го межреберья слева по среднеключичной линии была обнаружена рана с ровными краями размером 2 на 0,5 см., которая обильно кровоточила, а вокруг нее – отек. Потерпевшему оказали медицинскую помощь, для остановки кровотечения и наложения швов его транспортировали в медицинское учреждение ГБУЗ «АОКБ», вместе с ним поехала его мама. По пути следования Потерпевший №1 по телефону кому-то рассказывал, что ему нанесли ножевое ранение. Насколько глубокая рана у пострадавшего, на тот момент она не знала, но при отсутствии медицинской помощи тот мог умереть от потери крови (т.1 л.д.188-191).

Сотруднику полиции Свидетель №7, прибывшему на место происшествия, со слов Потерпевший №1 известно о нанесении ему ФИО1 в ходе словесного конфликта удара ножом в грудь (т.1 л.д.178-181).

Свидетель Свидетель №3 (врач-хирург ГБУЗ АО «НЦГБ») дал показания о том, что у ФИО19 при осмотре на передней поверхности груди подключичной линии слева на уровне 3 и 4 ребер была обнаружена колото-резаная рана, с раневым каналом снизу вверх. Потерпевший был направлен на компьютерную томографию, результатов которого дожидаться не стал и покинул лечебное учреждение, написав отказ от госпитализации. По результатам исследования он (свидетель) позвонил Потерпевший №1 и сообщил о наличии воздуха в плевральной полости, диагнозе «колото-резаная рана по передней поверхности грудной клетки слева, левосторонний пневмоторакс, подкожная эмфизема мягких тканей грудноклетки слева, алкогольное опьянение» и просил пострадавшего вернуться в больницу. При неналожении швов пострадавшему его состояние здоровья могло ухудшиться со смертельным исходом (т. 1 л.д. 146-149).

Оснований сомневаться в достоверности исследованных в судебном заседании показаний потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей обвинения, принятых за основу приговора, у суда не имелось. Все они подробны, последовательны, согласуются между собой, дополняют друг друга, соответствуют другим исследованным доказательствам.

По заключению судебно-медицинского эксперта у Потерпевший №1 обнаружена рана передней поверхности левой половины груди (располагалась в 3-м межреберье по условной анатомической левой среднеключичной линии), проникающая в левую плевральную полость, осложнившаяся развитием подкожной эмфиземы передней поверхности левой половины груди в верхней трети и левостороннего пневмоторакса; указанное телесное повреждение является колото-резаным и образовалось от не менее чем одного воздействия колюще-режущего предмета в область левого отдела груди потерпевшего в период до 1-х суток до его осмотра, повлекло за собой вред, опасный для жизни человека, и оценивается как тяжкий вред здоровью (т. 2 л.д.236-238).

В ходе осмотра места происшествия (квартиры Потерпевший №1) обнаружен разломанный кухонный стол, изъята кофта потерпевшего, на передней поверхности которой с левой стороны груди имеется сквозное повреждение наибольшей длиной 2 см и шириной 2-3 мм (образовавшееся в результате воздействия колюще-режущего оружия с острой кромкой, типа ножа с шириной клинка 15-20 мм, которое не могло быть оставлено клинками ножей, изъятых с места жительства потерпевшего и осужденного), а также кровь человека (т. 1 л.д.16-32, 108-112, т. 2 л.д. 5-6, 39-42, 46-50).

Надлежаще оценив приведенные выше и иные изложенные в приговоре доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всей их совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела, суд пришел к верному выводу о виновности осужденного и о доказанности его вины.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, с соблюдением требований УПК РФ и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а сторонам судом были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, которыми они реально воспользовались. Стороны не были ограничены в праве задавать вопросы допрашиваемым лицам и непосредственно исследовать доказательства.

В ходе судебного разбирательства обеспечено соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон. Данных о заинтересованности судьи в исходе дела, а также о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято либо с обвинительным уклоном, а суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

В судебном заседании всесторонне, полно и объективно исследовались показания самого осужденного, потерпевшего, свидетелей, в том числе по ходатайствам сторон оглашались показания названных лиц, данные ими в ходе предварительного следствия, выяснялись причины противоречий в этих показаниях и путем полного и объективного исследования доказательств по делу в их совокупности эти противоречия устранялись. Всем доводам стороны защиты суд дал обоснованную оценку с приведением подробных мотивов в описательно-мотивировочной части приговора. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется.

Судебная коллегия не находит оснований усомниться в тщательности проведенной судом проверки доводов стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого ему преступления и полагает необходимым согласиться с обоснованностью сделанных судом выводов.

В приговоре дана надлежащая правовая оценка всем исследованным по делу доказательствам, указано, какие из них суд положил в его основу, а какие отверг, приведены убедительные аргументы принятого решения, постановленный приговор соответствует требованиям ст.ст.307-309 УПК РФ.

Положенные в основу приговора доказательства получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст.ст. 87 и 88 УПК РФ проверены судом и оценены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают и каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности ФИО1 в содеянном, не содержат.

Доводы, приведенные ФИО1 и его защитником, фактически сводятся к переоценке доказательств и их несогласию с данной судом оценкой доказательствам, что на правильность выводов суда о виновности осужденного не влияет.

Все заявленные стороной защиты ходатайства разрешены судом в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений.

Несогласие с результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда.

Сведений о необъективном расследовании уголовного дела и дальнейшем рассмотрении его судом не имеется. Необходимый объем следственных действий по делу выполнен, в том числе проведены соответствующие экспертизы.

Тот факт, что в судебном заседании не допрашивались свидетели Свидетель №2 и Свидетель №4, а лишь оглашались их показания, данные в ходе досудебного производства, не свидетельствует о нарушении прав осужденного и о неполноте и необъективности проведенного судебного следствия.

Как видно из протокола судебного заседания и иных материалов дела, судом предпринимались меры по вызову указанных лиц, однако в суд они не явились, в связи с чем суд с согласия сторон принял решение об оглашении в суде ранее данных ими показаний. Такое решение не противоречит положениям ч.1 ст.281 УПК РФ.

При этом на стадии досудебного производства ФИО1 предоставлялась возможность, ознакомившись с участием защитника с протоколами допросов Свидетель №2 и Свидетель №4, сформулировать вопросы к свидетелям, ходатайствовать о проведении очных ставок с ними, изложить в письменной форме свою позицию относительно достоверности показаний этих свидетелей либо иным предусмотренным законом способом оспорить данные доказательства.

Ходатайств о проведении каких-либо следственных действий, в том числе очных ставок, направленных на оспаривание показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №4, стороной защиты заявлено не было.

Таким образом, стороне защиты была предоставлена возможность реализовать свое право на оспаривание показаний свидетелей, чьи показания оглашены в судебном заседании, и данным правом сторона защиты воспользовалась в той мере, в которой считала для себя необходимой.

Действия ФИО1 по ч.3 ст.30, ч.1 ст. 105 УК РФ, как покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, квалифицированы верно.

Доводы стороны защиты об отсутствии у осужденного умысла на совершение убийства, необходимости переквалификации его действий на иной, более мягкий состав преступления, тщательно проверялись судом и обоснованно отвергнуты как несостоятельные и не нашедшие своего подтверждения. Мотивированные выводы об этом приведены в приговоре.

О наличии у ФИО1 умысла на убийство Потерпевший №1 свидетельствует агрессивное поведение осужденного в момент совершения преступления, целенаправленный характер и последовательность его действий, примененное для этого орудие преступления в виде ножа, способного причинить смерть человеку, характер и локализация телесного повреждения, причиненного потерпевшему в область расположения жизненно важных органов.

Как правильно указал суд, ФИО1 при выполнении объективной стороны преступления осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего и желал их наступления, но не смог довести до конца умысел на убийство по не зависящим от него обстоятельствам.

То обстоятельство, что потерпевший отказался от госпитализации, а на следующий день жалоб на состояние здоровья не высказывал, об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство не свидетельствует.

Голословное утверждение осужденного о том, что он при своей комплекции и ограниченном помещении квартиры при желании мог убить потерпевшего, во внимание принято быть не может.

Целенаправленное и осознанное поведение ФИО11, приискание орудия преступления в совокупности с показаниями потерпевшего, свидетелей и заключением эксперта позволили суду сделать вывод о том, что в момент совершения преступления осужденный не находился в состоянии необходимой обороны либо ее превышения, как не находился он и в состоянии аффекта.

Доводы осужденного о причинении им ранения Потерпевший №1 ножом, взятым в квартире последнего, являются несостоятельными и опровергаются как показаниями потерпевшего и свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №4 о том, что ФИО1 пришел в квартиру уже с ножом, так и заключением эксперта о невозможности оставления сквозного отверстия на кофте потерпевшего клинками ножей, изъятых с места жительства Потерпевший №1 и ФИО1 При этом необнаружение в ходе следствия ножа, которым осужденный причинил телесные повреждения потерпевшему, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления.

Вместе с тем, как установлено судом и следует из фактических обстоятельств уголовного дела, после того, как ФИО1 нанес Потерпевший №1 удар ножом в грудь, Свидетель №2 опрокинул стол и прижал осужденного к стене, загородив дверной проем в кухню, а потерпевший в это время смог выбежать из квартиры. На улице ФИО1 пытался догнать потерпевшего, преследовал его, держа в руке нож и угрожая при этом убийством, а после того, как очевидцы - жильцы дома сделали ему замечание, покинул место происшествия.

Оценив в совокупности все доказательства по делу, суд пришел к верному выводу о виновности ФИО1 в покушении на убийство Потерпевший №1 (о чем свидетельствуют примененное орудие преступления, нанесение удара в область расположения жизненно-важных органов) и о том, что преступный результат не наступил по не зависящим от осужденного обстоятельствам.

Между тем при описании преступного деяния, признанного судом доказанным, суд указал, что ФИО1 довести свой умысел, направленный на причинение смерти Потерпевший №1, до конца не смог по не зависящим от него обстоятельствам, поскольку преступные действия его были пресечены Свидетель №2, перевернувшим стол и прижавшим ФИО1 к стене, после чего Потерпевший №1 сбежал с места преступления на улицу, а ФИО1 не смог догнать его, а также преступные действия последнего стали очевидны для окружающих, в связи с чем, «посчитав свои действия достаточными для наступления смерти потерпевшего», скрылся с места преступления, а Потерпевший №1 была оказана квалифицированная медицинская помощь, в связи с чем смерть его не наступила. Кроме того, обосновывая квалификацию действий ФИО1, суд сделал вывод о совершении осужденным «оконченного» покушения на убийство.

Такой вывод суда о совершении ФИО1 оконченного покушения является предположением и противоречит приведенным выше фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В связи с этим приговор подлежит изменению, а указание о том, что ФИО1 не смог довести до конца свой преступный умысел, «посчитав свои действия достаточными для наступления смерти Потерпевший №1», а также выводы суда о совершении осужденным «оконченного» покушения на убийство, - исключению из его описательно-мотивировочной части.

Поскольку такое изменение не уменьшает объем предъявленного ФИО1 обвинения, оснований для смягчения назначенного ему наказания судебная коллегия не усматривает.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, его возраста, семейного положения, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судом обоснованно признаны состояние его здоровья (наличие ряда хронических заболеваний), признание вины в части нанесения ранения потерпевшему в грудь, принесение извинений потерпевшему, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что отражено ФИО1 в сведениях о нанесении удара ножом в грудь потерпевшему на предварительном следствии, времени, месте, способе и мотиве, оказание материальной помощи и содействия в быту сожительнице Свидетель №5 и ее дочери ФИО110, 

<

данные изъяты>

Оснований для признания обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, явки с повинной и нахождение на иждивении осужденного дочери сожительницы не имеется. Вывод суда об этом является правильным, оснований не согласиться с ним судебная коллегия не усматривает.

Как правильно указал суд, на момент возбуждения уголовного дела правоохранительным органам уже было известно о совершённом ФИО1 преступлении, какой-либо дополнительной информации, имеющей значение для его раскрытия и расследования, осуждённым представлено не было.

ФИО110 является совершеннолетней, имеет доход 

<

данные изъяты>, проживает с матерью, в связи с чем на иждивении ФИО111 не находится.

Не имелось у суда и оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Как следует из материалов дела, мотивом для совершения покушения на убийство Потерпевший №1 явилась личная неприязнь ФИО1 Доказательств, объективно подтверждающих то обстоятельство, что потерпевший спровоцировал конфликт, совершил какие-либо противоправные или аморальные действия в отношении осужденного, судом не установлено и имеющимися доказательствами не подтверждается.

Суд в полной мере учёл все смягчающие наказание обстоятельства, которые перечислил в приговоре. Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтённых судом, не установлено.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО1, судом обоснованно в соответствии с ч.1.1, п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ признаны совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, и рецидив преступлений, который в соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо опасным.

Назначение осужденному наказания только в виде реального лишения свободы, отсутствие оснований для применения положений ч.6 ст.15, ч.3 ст.68, ст.ст. 64, 73 УК РФ судом должным образом мотивировано, обстоятельства, подтверждающие эти выводы, в приговоре приведены.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Приговор Новодвинского городского суда Архангельской области от 24 декабря 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о том, что ФИО1 не смог довести до конца свой преступный умысел, «посчитав свои действия достаточными для наступления смерти Потерпевший №1», а также выводы суда о совершении осужденным «оконченного» покушения на убийство.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подается непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В.Старопопов

Судьи М.В.Медведева

Н.Н.Баков