Дело № 2-1719/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 августа 2019 г. г.Миасс Челябинской области

Миасский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Гонибесова Д.А.

при секретаре Халевинской М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 руб., расходов на погребение в размере 41 910 руб. 

В обоснование исковых требований указала, что ДАТА на Южно-Уральской железной дороге погиб ее сын Г.В.А. После смерти сына испытывает физические и нравственные страдания, связанные с невосполнимой потерей близкого и родного человека. Полагает, что ответственность за вред должна быть возложена на владельца источника повышенной опасности ОАО «РЖД», не обеспечившего безопасность на железнодорожном транспорте.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 25 июля 2019 г., к участию в деле в качестве соответчика привлечено Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах»).

В судебном заседании 12 августа 2019 г. объявлялся перерыв до 19 августа 2019 г. 

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении требований настаивала.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал.

Заслушав истца, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим удовлетворению, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 данного кодекса.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (пункт 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что 2. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивиДУальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Судом установлено судом, ДАТА в 08 часов 51 минут на участке пути 2002 км. перегона «Миасс – Флюсовая» Южно-Уральской железной дороги электропоездом НОМЕР сообщением «Челябинск – Златоуст» смертельно травмирован Г.В.А., приходившийся сыном ФИО1 (л.д. 7-15, 16, 17).

По факту смертельного травмирования Г.В.А. в порядке ст. 144-148 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации была проведена проверка (л.д. 7-15).

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от ДАТА смерть Г.В.А. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы головы, проявившейся ушибленными ранами правой ушной раковины и волосистой части головы справа, обширными подкожными гематомами головы, множественными переломами костей свода и основания черепа, кровоизлиянием под твердую и мягкую мозговые оболочки обоих полушарий головного мозга, кровоизлиянием в полости мозговых желудочков, обширным участком размозжения вещества правого полушария головного мозга и отеком головного мозга. Травмы получены при столкновении с поездом. Смертельное травмирование Г.В.А. наступило в результате нарушения им пунктов 6, 7, 10 Правил нахождения и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и прохода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса от 8 февраля 2007 г. № 18. Каких-либо сведений о насильственном характере смерти пострадавшего, либо о предшествующей длительной психотравмирующей ситуации, вызванной путем угроз, жестокого обращения, либо систематичного унижения человеческого достоинства, которые могли стать причиной самоубийства, в ходе проверки не установлено. В действиях машиниста электропоезда НОМЕР Ш.Р.О. и помощника машиниста Г.А.А. состав преступления, предусмотренного ст. 263 Уголовного кодекса Российской Федерации, не установлен. При таких обстоятельствах следователем по ОВД Челябинского следственного отдела на транспорте Уральского следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации ФИО3 в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 ст. 105, ст. 110, частью 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, отказано по пункту 1 части 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием события преступления (л.д. 7-15).

Актом служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством, на железнодорожном транспорте от ДАТА, установлено, что ДАТА в 08 часов 51 минуту местного времени пассажирским электропоездом НОМЕР под управлением локомотивной бригады в составе: машиниста Ш.Р.О., помощника машиниста Г.А.А., депо приписки ТЧ-Челябинск (локомотив ЭД-4М НОМЕР приписки Челябинск) на перегоне «Миасс 1 – Флюсовая» по нечетному пути на 2002 км пк7 допущено травмирование постороннего гражданина. Мужчина лежал с правой стороны от пути на обочине, головой к рельсе, на шпале, перпендикулярно пути, без движений. Локомотивная бригада подавала сигнал большой громкости, но на сигналы большой громкости человек не реагировал, применила экстренное торможение, ввиду малого расстояния наезд предотвратить не удалось. Пострадавший был отправлен в ГБ-2 г. Миасс, где ДАТА в 3 часа 20 минут местного времени скончался, не приходя в сознание.

Согласно справке по расшифровке кассеты регистрации НОМЕР от ДАТА локомотива серии ЭД-4М НОМЕР поезда НОМЕР сообщением Челябинск - Златоуст под управлением машиниста Ш.Р.О. при следовании по перегону применено экстренное торможение при подаче сигнала большой и малой громкости. Тормозной путь составил 235 метров (расчетный тормозной путь ставил 353 метра). Установленная скорость следования по перегону 80 км/ч.

Согласно сведениям, представленным ответчиком, машинист Ш.Р.О. прошел предрейсовый медицинский осмотр ДАТА, по результатам которого были допущены к поездке.

В соответствии с Правилами нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России от ДАТА НОМЕР, проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах (пункт 6). 

При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта) (пункт 7). 

Действия граждан, которые не допускаются на железнодорожных путях и пассажирских платформах: подлезать под пассажирскими платформами и железнодорожным подвижным составом; перелезать через автосцепные устройства между вагонами; заходить за ограничительную линию у края пассажирской платформы; бежать по пассажирской платформе рядом с прибывающим или отправляющимся поездом; устраивать различные подвижные игры; оставлять детей без присмотра (гражданам с детьми); прыгать с пассажирской платформы на железнодорожные пути; проходить по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума; подниматься на опоры и специальные конструкции контактной сети и воздушных линий и искусственных сооружений; прикасаться к проводам, идущим от опор и специальных конструкций контактной сети и воздушных линий электропередачи; приближаться к оборванным проводам; находиться в состоянии алкогольного, токсического или наркотического опьянения; повреждать объекты инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и (или) железнодорожных путей необщего пользования; повреждать, загрязнять, загораживать, снимать, самостоятельно устанавливать знаки, указатели или иные носители информации; оставлять на железнодорожных путях вещи; иметь при себе предметы, которые без соответствующей упаковки или чехлов могут травмировать граждан; иметь при себе огнеопасные, отравляющие, воспламеняющиеся, взрывчатые и токсические вещества; проходить по пешеходным переходам через железнодорожные пути при запрещающем сигнале светофора (при отсутствии светофора - перед приближающимся железнодорожным подвижным составом); проезжать и переходить через железнодорожные пути в местах, не установленных пунктом 7 настоящих Правил; находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним) (пункт 10). Действия граждан при нахождении на пассажирских платформах: не создавать помех для движения железнодорожного подвижного состава.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению.

Оценивая обстоятельства происшествия, суд усматривает в действиях погибшего грубую неосторожность, при этом исходит из того, что погибший Г.В.А. в момент произошедшего с ним несчастного случая в зоне повышенной опасности, являясь взрослым, дееспособным человеком, лежал в непосредственной близости у железнодорожного пути, на предупреждающие звуковые сигналы, подаваемые машинистом поезда, не реагировал.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд исходит из того, что ФИО1 приходится матерью погибшему Г.В.А., который проживал отдельно от истца. Суд учитывает возраст истца, достигшего на момент смерти сына 47-летнего возраста, наличие в действиях Г.В.А. грубой неосторожности, отсутствие вины ответчика. 

Суд также учитывает обстоятельства, при которых был причинен вред, а именно то, что вред причинен в результате смертельного травмирования Г.В.А. электропоездом.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Кроме того, в рассматриваемом правовом контексте разумность является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда.

С учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 70 000 руб. 

Также не могут быть приняты во внимание доводы ОАО «РЖД» о необходимости взыскания компенсации морального вреда, присужденной в пользу истцов с ответчика СПАО «Ингосстрах».

Как следует из материалов дела, между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» заключен на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» НОМЕР от ДАТА

Согласно п. 8.1.1.3 вышеуказанного договора, в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100 000 руб. лицам, которым, в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 руб. в равных долях.

Таким образом, следуя буквальному толкованию данного пункта договора, поскольку обязанность по выплате страхового возмещения возникает у СПАО «Ингосстрах» на основании решения суда, которым с ОАО «РЖД» взыскана компенсация морального вреда в пользу лица, имеющего право на получение возмещения, суд не находит оснований для возложения ответственности для взыскания компенсации морального вреда со СПАО «Ингосстрах».

В силу требований действующего законодательства (абз. 2 ст. 1100 Гражднасокго кодекса Российской Федерации) фактически установлена обязанность ОАО «РЖД» по выплате компенсации морального вреда как владельца источника повышенной опасности, что в силу п. 2.4 договора страхования является основанием для страховщика возместить причиненный вред в пределах страховой суммы, предусмотренной п. 3.3 договора страхования.

Таким образом, ответственность по выплате компенсации в счет возмещения вреда судом возлагается на непосредственного владельца источника повышенной опасности как причинителя вреда - ОАО «РЖД».

Суд не принимает во внимание возражения ответчика ОАО «РЖД» о несогласии со взысканием компенсации морального вреда, мотивированные непредставлением истцом в материалы дела медицинских документов, подтверждающих прохождение им лечения в связи с моральными травмами, вызванными смертью близкого человека.

Исходя из положений Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2); каждый имеет право на жизнь (п. 1 ст. 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (п. 1 ст. 41).

Семейная жизнь, в понимании ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека, охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к отношениям, основанным на браке, и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», следует, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Гибель близкого родственника сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Таким образом, смерть близкого родственника - это невосполнимая утрата, что является очевидным и не нуждается в доказывании. В данном случае моральный вред, причиненный матери погибшего Г.В.А., презюмируется, при этом ссылки истца на конкретные фактические обстоятельства, связанные с перенесенным им физическими и нравственными страданиями, являются достаточным основанием для установления факта причинения истцу морального вреда.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

При таких обстоятельствах возражения представителя ответчика об отсутствии оснований для его взыскания являются несостоятельными.

Приведенные представителем ответчика ОАО «РЖД» в возражениях доводы со ссылкой на наличие у погибшего Г.В.А. на момент гибели наркотического опьянения (наличие морфина) являются несостоятельными, поскольку как следует из акта судебно-медицинского исследования погибшего, морфин назначался с целью анальгезии при оказании медицинской помощи пострадавшему. 

Вопреки возражениям представителя ответчика ОАО «РЖД» каких-либо доказательств, что смерть Г.В.А. наступила в результате умысла самого потерпевшего, находившегося в момент несчастного случая в состоянии наркотического или иного опьянения, в материалах дела не имеется и ответчиком суду не представлено. Напротив, согласно акту судебно-медицинского исследования от ДАТА НОМЕР трупа Г.В.А. в крови и моче последнего спирты и наркотические вещества не обнаружены.

Не является основанием для изменения размера компенсации морального вреда и приведенная представителем ответчика в письменных возражениях иная судебная практика по аналогичным делам.

Согласно ч. 1 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления, а равно исходя из обычаев делового оборота в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами.

Из разъяснений, содержащихся в п.п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», следует, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права. Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Таким образом, суд обязан принимать решение исходя из установленных по делу фактов, следовательно, выводы, содержащиеся в решениях иных судов по другим делам, не могут нарушать единообразие толкования и применения норм права и вступать в противоречие с выводами судов по настоящему делу, так как законодательством Российской Федерации прецедент как источник права не предусмотрен.

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле». 

В соответствии со ст. 3 данного закона под погребением понимаются обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Возмещению подлежат расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения; расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретению одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения; расходы по подготовке и обустройству места захоронения; расходы по перевозке тела умершего на кладбище; расходы непосредственно по погребению.

ФИО1 на основании договора возмездного оказания ритуальных услуг НОМЕР от ДАТА понесла расходы по оплате ритуальных услуг в размере 41 910 руб., включающих в себя расходы на похоронные принадлежности, транспортировку, оплату услуг бригады по захоронению, копку могилы, услуги морга, организация прощания в специализированном траурном зале. Указанные обстоятельства подтверждаются договором возмездного оказания ритуальных услуг, актом приема-передачи услуг, (л.д. 20-24). 

По заявлению ФИО1 от ДАТА ей на основании платежного поручения НОМЕР от ДАТА перечислено страховое возмещение по полису НОМЕР в размере 25 000 руб., в пределах лимита страхового возмещения (п.8.1.1.2 договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» НОМЕР от ДАТА).

Поскольку расходы по оплате ритуальных услуг истец ФИО1 понесла непосредственно после смерти Г.В.А., расходы на организацию похорон, погребение являлись необходимыми, понесены в разумных пределах и не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, то данные расходы подлежат взысканию с ответчика ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО1 в размере 16 910 руб., т.е. за вычетом произведенного страхового возмещения по договору на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» НОМЕР от ДАТА (п.8.1.1.2).

Согласно п.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ОАО «РЖД» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 676 руб. из расчета: (16 910 * 4 % + 300 руб.) (п.п.2, 3 ч.1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 руб., расходы на погребение в размере 16 910 руб.

В удовлетворении остальных требований ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, а также всех исковых требований к Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» государственную пошлину в размере 676 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий судья

Мотивированное решение суда составлено 26 августа 2019 г.