УИД 11 RS 0017-01-2020-001170-36 Дело №1-24/2021 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 июня 2021 года с.Визинга 

Сысольский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Бондаренко Н.В., 

при секретаре судебного заседания Мазаковой С.И., 

с участием государственного обвинителя исполняющего обязанности прокурора Сысольского района Республики Коми Питашука Д.М., 

защитника Чернова Г.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, (дата) года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, имеющего 

<

данные изъяты>, постоянного места работы не имеющего, 

<

данные изъяты>, регистрации не имеющего, фактически проживающего у знакомого по адресу: 

<

адрес>, или на территории пилорамы 

<

данные изъяты>, фактически содержащегося под стражей с 14 сентября 2020 года, судимого:

- 01 февраля 2006 года Эжвинским районным судом г.Сыктывкара Республики Коми, с учетом изменений, внесенных 21 марта 2006 года Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми в кассационном порядке, 14 марта 2007 года Президиумом Верховного Суда Республики Коми в надзорном порядке, 17 июня 2011 года Удорским районным судом Республики Коми, в порядке исполнения приговора, по ч.4 ст.111 УК РФ к лишению свободы на срок 9 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима,

29 июля 2014 года освобожден по постановлению Удорского районного суда Республики Коми от 16 июля 2014 года условно-досрочно с неотбытым сроком на 9 месяцев 25 дней; 

- 12 июля 2018 года Прилузским районным судом Республики Коми по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, 

04 июня 2019 года освобожден по постановлению Сегежского городского суда Республики Карелия от 22 мая 2019 года условно-досрочно с неотбытым сроком на 1 месяц 19 дней; 

осужденного:

- 29 октября 2020 года мировым судьей Койгородского судебного участка Республики Коми по ч.1 ст.119 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, 

в связи с нахождением под стражей по настоящему уголовному делу, отбытой части наказания по данному приговору не имеет,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, при следующих обстоятельствах. 

С 21 часа 35 минут 13 сентября 2020 года по 00 часов 30 минут 14 сентября 2020 года, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в доме 

<

адрес>, в ходе ссоры, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Б.В.Ф., допуская причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, умышленно, с применением предметов, используемых в качестве оружия, нанес последнему один удар ножом в область передней поверхности живота слева. В результате действий ФИО1 Б.В.Ф. причинены телесные повреждения в виде: одиночная колото-резаная рана передней поверхности живота слева, проникающая в брюшную полость с повреждением тонкой кишки и брыжейки, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления признал, показал, что имелись обстоятельства, а именно, избиение его потерпевшим, по которым был вынужден совершить данное преступление, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ. 

В соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, в судебном заседании оглашены показания подсудимого ФИО1, данные при производстве предварительного расследования, в качестве подозреваемого, л.д.36-38 т.1, в том числе, и при проверке показаний на месте, л.д.40-42 т.1, фототаблица, л.д.43-44 т.1, и обвиняемого, л.д.49-51 т.1, л.д.144-146 т.1, в том числе, и при очной ставке с потерпевшим, л.д.138-141 т.1, где он показал, что регистрации не имеет, проживает в рабочем балке на территории лесопильного цеха, принадлежащего 

<

данные изъяты>. 13 сентября 2020 года, около 10 часов 30 минут, пришел в гости к знакомому Б.В.Ф., проживающему в доме 

<

адрес>, хотел попросить колеса, чтобы сделать тачку для вывоза опилок с лесопильного цеха, где подрабатывает. Последнего знает давно, часто совместно употребляли спиртные напитки, при этом, между ними происходили ссоры, они конфликтовали, в связи с чем, длительное время не общались, потом, вроде, помирились. Б.В.Ф. предложил употребить спиртное, он согласился, и, примерно, до 19.00 часов, вдвоем, больше никого в доме Б.В.Ф. не было, распивали спиртное, после чего, он, ФИО1, лег спать, проспал не менее двух часов, когда проснулся, Б.В.Ф. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, увидев, что он проснулся, Б.В.Ф. стал вести себя агрессивно, угрожать, что будет медленно его убивать, при этом, достал с тумбочки складной нож и положил его на стол, после чего, примерно, в 21.00 час, Б.В.Ф. стал его избивать кулаками, нанес удары по голове и шее, потом, взяв в руку складной нож, сжав его в кулаке, не вынимая лезвие, продолжил наносить ему удары по голове, от всех ударов он испытал физическую боль, потом Б.В.Ф. схватил его рукой за шею, зажав ее в сгибе предплечья руки, вынув лезвие из рукояти ножа, и, держа клинок ножа возле его лица, стал угрожать убийством, испугавшись за жизнь и здоровье, он освободился от захвата за шею, выхватил из рук Б.В.Ф. нож, после чего, спустя не менее пяти минут, это было, примерно, в 22 часа 30 минут, встав с дивана, находясь напротив Б.В.Ф., когда они стояли, обращенные лицом и туловищем друг к другу, последний в это время ругался нецензурной бранью, оскорблял его, в тот момент в руках Б.В.Ф. каких-либо колюще-режущих предметов, которые могли представлять опасность для его жизни, которыми можно было нанести удары, уже не было, то есть, понимая, что Б.В.Ф. обезоружен, никакой опасности для него не представляет, не прося его успокоиться, оставить его в покое, не став убегать, разозлившись из-за произошедшего между ними, из-за высказанных в его адрес оскорблений, решил нанести ему удар ножом, убивать его не хотел, угрозы убийством не высказывал, для этого, удерживая в правой руке нож, который выхватил из рук Б.В.Ф., нанес им один прямой удар в область живота последнего, после чего, тот отошел в сторону, это было, примерно, в 23.00 часа, сел на кровать, стал мучаться от боли, спустя, примерно, час, полтора часа, Б.В.Ф. стало плохо, и он вызвал скорую помощь. Во время нанесения удара ножом Б.В.Ф., он, ФИО1, был пьян, если бы тогда не выпил спиртного, ничего бы не произошло. Вину признает, в содеянном раскаивается. 

Подсудимый ФИО1, оглашенные в судебном заседании показания, данные при производстве предварительного расследования, не подтвердил, указал, что данные показания не его. Преступление совершил, потерпевшего порезал, вину признает. У следователя были первоначальные объяснения, которые он давал двум участковым, 14 или 15 числа, без защитника, они на него давили, чтобы писал, как было, а он не помнил толком ничего, много выпил спиртного накануне, много крови потерял. Потом соглашался с показаниями, данными у следователя, которые у последнего уже были, поэтому сказал следователю руководствоваться этими показаниями, следователь писал сам, говорил, что было так, так и так, у него, ФИО1, ничего не спрашивал, а ему все было безразлично, подписывал данные показания, чтобы от него отстали, сидел там целыми днями. Следователь спрашивал: «Писать, что выхватил нож у Б.В.Ф.», он сказал: «Пишите». Ни на одном ноже нет его отпечатков. Для проверки показаний на месте, действительно, выезжали в тот дом, где все произошло, где он рассказывал про обстоятельства деяния, но и в данном протоколе не все указано верно, между столом и кушеткой, на которой он спал, 50-60 см, а не 2 м, и чтобы оттуда выбежать, надо было сбить Б.В.Ф., то есть, убежать бы он не смог, в том числе, и из-за нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения. Если бы не воткнул в Б.В.Ф. нож, тот бы его убил. Нож у Б.В.Ф. не выхватывал, на нем нет его отпечатков пальцев. Когда еще Б.В.Ф. держал его за шею, бил по голове, и нож у него из руки он вырвать никак не мог, тогда, поняв, что ничего не может сделать, свободной правой рукой, из внутреннего кармана одежды, он, ФИО1, спрашивая у Б.В.Ф., что случилось, за что он его бьет, достал собственный рабочий нож, нескладной, который всегда носил с собой, 14-го числа отдал его в отделе полиции участковому, и этим ножом проткнул Б.В.Ф., без промежутка по времени. Показания не читал, в том числе, при ознакомлении с материалами уголовного дела, все подписывал, не читая, все имеющиеся в протоколах его допросах подписи, его, слова в данных протоколах «лично», «нет», выполнены им, чтобы от него отстали, не было лишних вопросов. Все показания следователь вкратце, не полностью, ему зачитывал. Показания всех лиц прочитал только в обвинительном заключении. При допросе в качестве подозреваемого 15 сентября 2020 года, в том числе, при проверке показаний на месте в тот день, защитник не присутствовал, был ли последний при допросе в качестве обвиняемого 16 сентября 2020 года, не помнит. Защитник присутствовал при допросе его в качестве обвиняемого 19 ноября 2020 года, и в этот же день, при очной ставке с потерпевшим. Звонил К.С.В., которая в городе живет, это было около 22.00 часов, спросил, как вызвать скорую, она сказала, вроде, 112, хотел позвонить, но, увидев, что Б.В.Ф. уже вызывает, не стал. Даже если бы был трезвый в тот момент, при указанных обстоятельствах, все равно бы ударил Б.В.Ф. ножом, иначе тот бы его убил, был вынужден это сделать. Б.В.Ф. поменял свои первоначальные показания, вначале говорил, что он, ФИО1, ударил его ножом, когда тот его бил. Потом Б.В.Ф. стал говорить, что уже после того, как он избил его, ФИО1, то есть, все закончилось, он, ФИО1, ложится спать, в это время Б.В.Ф. начинает его оскорблять, тогда он, ФИО1, встает, берет нож и наносит им удар Б.В.Ф., то есть через большой промежуток времени, и здесь уже нет аффекта. С содержанием показаний Б.В.Ф. он ознакомился, прочитав обвинительное заключение. По указанной Б.В.Ф. причины нанесения ему, ФИО1, ударов (наличие в доме экскрементов), Б.В.Ф. не смог бы не заметить при нахождении в одной комнате, что он, ФИО1, вставал и куда-то выходил из комнаты. Это у Б.В.Ф. имелись к нему, ФИО1, личные неприязненные отношения, из-за девушки, ранее между ними уже были стычки. А так встречались, общались, все было хорошо, а в состоянии опьянения случилось. В ходе следствия просил вызвать эту девушку, провести эксперимент, все было отклонено. Материалы дела не соответствуют фактическим обстоятельствам преступления. 

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления, помимо частичного признания вины, также подтверждается показаниями потерпевшего, свидетелей, рапортом об обнаружении признаков преступления, протоколами осмотров места происшествия, предметов, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, иными документами. 

Потерпевший Б.В.Ф. в судебном заседании показал, что произошедшее плохо помнит. Проживает в доме 

<

адрес>, куда 13 сентября 2020 года, около 08.00 часов, пришел знакомый ФИО1, телесных повреждений у него не было. Поели, выпили принесенное последним спиртное, и имеющуюся у него брагу, в доме они были только вдвоем, вначале уснул ФИО1, потом он. Проснувшись, пошел в туалет, когда увидел на кухне экскременты, из-за этого стал ругаться с ФИО1, у них произошла ссора, может заставлял убрать это, видимо, наносил ФИО1 удары. Потом только помнит, что 14 сентября 2020 года, когда стоял около стола в комнате, к нему подошел ФИО1, который держал в руке кухонный нож, с пластмассовой ручкой, который всегда лежал на столе, и нанес им один удар ему в живот, он, Б.В.Ф. этого не ожидал, не сопротивлялся, в руках у него ничего в тот момент не было, после этого, ФИО1 опять лег на кровать спать, отвернулся, помощь ему не оказывал. Он, Б.В.Ф., позвонил и сообщил, что ножевое ранение, дом №, Б.В.Ф.. Скорая приехала быстро. 

В соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, в судебном заседании оглашены показания потерпевшего Б.В.Ф., л.д.114-116 т.1, л.д.136-137 т.1, данные при производстве предварительного расследования, где он показал, что 13 сентября 2020 года, около 10 часов 30 минут, к нему домой пришел знакомый ФИО1, проживающий на территории лесопильного цеха 

<

данные изъяты>, спросил о наличии колес, чтобы сделать тачку для вывоза опилок с указанного предприятия. Он предложил ФИО1 распить спиртное, на что последний ответил согласием. Ранее, в ходе распития спиртного, между ними происходили ссоры, после которых они длительное время не общались, но потом они помирились и больше не конфликтовали. Они вдвоем стали употреблять спиртное, купленное на его, Б.В.Ф., деньги, в его доме, больше к нему в тот день никто не приходил, из дома они не выходили. Пили, примерно, до 19.00 часов, потом ФИО1 уснул, он, Б.В.Ф., продолжил употреблять спиртное, опьянел, спать не ложился, ходил по дому, и в какой-то момент увидел на кухне около печки человеческие экскременты, которых до прихода ФИО1 в его дом, не было. Посчитал, что последний воспользовался моментом, пока он за ним не наблюдал, никто другой этого сделать не мог, так как они только вдвоем были в доме. Возмутившись, разозлившись на ФИО1, находясь в состоянии опьянения, отыскав на тумбочке складной нож, последний в тот момент проснулся, спал не менее двух часов, допускает, что на тот момент было около 22.00 часов, сказав, что сейчас с ним разделается, взяв вышеуказанный нож в руку, подошел к ФИО1, обхватив его свободной рукой за шею, другой рукой, в которой находился нож, лезвием ножа стал наносить короткие удары (несколько) ему в лицо, потом, продолжая удерживать его рукой за шею, нанес ему несколько ударов кулаком по голове и по лицу, при этом, в сжатом кулаке продолжала находиться рукоять складного ножа. В какой-то момент ФИО1 удалось вырваться из захвата его, Б.В.Ф., руки и отобрать нож, находившейся в другой руке, в это время, он уже прекратил наносить тому удары, немного успокоился, злость поубавилась, больше бить его не хотел, все это происходило, примерно, около получаса. Больше на Денисенко не нападал, предметов, представляющих опасность для него, в руках не было, резких движений в его сторону не совершал, стал обзывать его нецензурными словами, оскорблять, при этом, стоял около стола, рядом с ФИО1, тот находился на кушетке, расстояние от стола до кушетки не менее двух метров, никуда не убегал, скрыться не пытался, не успокаивал его, это было, примерно, около 23.00 часов, наоборот, по прошествии не менее пяти минут, после того, как освободился от захвата и выхватил нож, ничего не говоря, молча, без предупреждения и угроз, когда он, Б.В.Ф., опасности для него не представлял, встал и с кушетки, подошел к нему и нанес один прямой удар каким-то ножом в область живота, когда ФИО1 вынул нож, он отошел от последнего, прошел к кровати, сел, стал мучаться от боли, думал, что самостоятельно справится с ранением, перетерпит боль, но его самочувствие стало ухудшаться, поэтому вызвал скорую помощь. Не исключает, что в момент нанесения ему удара ножом, был одет только в штаны. ФИО1 после нанесения удара, лег на диван и отвернулся в сторону окна, не разговаривал. Желает привлечь ФИО1 к уголовной ответственности за нанесенное ему ножевое ранение. 

Потерпевший Б.В.Ф., оглашенные в судебном заседании показания, в том числе, при очной ставке с обвиняемых, данные при производстве предварительного расследования, подтвердил в полном объеме. Дополнил, что, действительно, у него с ФИО1 когда-то давно был конфликт, не из-за женщины. Потом они нормально общались, иначе в тот день Денисенко не пришел бы к нему домой за 3 км с просьбой насчет телеги. Комната его дома представляет помещение 4,5 на 4,5 м, стол стоит посередине комнаты, дверь в данную комнату двухстворчатая, замка не имеет, одна половина створки всегда открыта. Все случилось около стола в этой комнате, он, Б.В.Ф., стоял около этого стола, ФИО1, встав с кушетки, подошел к нему, между ними было какое-то расстояние, и неожиданно, нанес ему удар, если бы знал, отвел бы этот удар. Поскольку в доме они находились только вдвоем, увидев экскременты, сразу подумал на ФИО1, который в темноте мог не понять, где находится. 

В соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, в судебном заседании оглашены показания свидетелей К.Е.Н., л.д.104-106 т.1, К.Н.И., л.д.101-103 т.1, Т.Р.В., л.д.150-152 т.1, Н.Л.Г., л.д.153-155 т.1, Т.А.М., л.д.147-149 т.1, К.С.В., л.д.240-243 т.1, данные при производстве предварительного расследования.

Свидетель К.Е.Н. при производстве предварительного расследования показала, что, являясь дознавателем ОД МО МВД РФ «Сысольский», 14 сентября 2020 года находилась на службе, когда в 00 часов 15 минут после поступления сообщения фельдшера скорой помощи Т.Р.В. о причинении гражданину в доме 

<

адрес> ножевого ранения в живот, в составе следственно-оперативной группы выезжала по указанному адресу, где проживает Б.В.Ф. На момент прибытия, обстановка в данном доме была нарушена, вещи и предметы обихода разбросаны, на полу имелись следы, похожие на кровь, на столе стояли пустые бутылки из-под спиртного, остатки еды. В ходе осмотра места происшествия, были изъяты два ножа. После этого, направилась в хирургическое отделение ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ», где находились ФИО1 с телесными повреждениями на голове, вследствие чего, ему была оказана медицинская помощь, а также Б.В.Ф., у которого врачами установлено наличие проникающего ножевого ранения, в связи с чем, ему сделали операцию. В данном хирургическом отделении больницы она изъяла одежду Б.В.Ф., в которой он был доставлен в лечебное учреждение. По всем изъятым в ходе происшествия объектам была назначена комплексная экспертиза. 

Свидетель К.Н.И. при производстве предварительного расследования показал, что, являясь начальником ОУУП и ПДН МО МВД РФ «Сысольский», осуществлял проверку по материалу, зарегистрированному в КУСП (дата) №, в ходе которой изъял у ФИО1 находившийся при нем нож. 

Свидетели Т.Р.В., Н.Л.Г., при производстве предварительного расследования, аналогично друг другу, каждый показал, что, являясь фельдшером скорой помощи ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ», 13 сентября 2020 года находился на дежурстве, когда, примерно, после 23 часов 30 минут, поступило сообщение от Б.В.Ф., проживающего по адресу: 

<

адрес>, о том, что у него имеется кровоточащая рана на животе. Прибыв совместно по указанному адресу, каждый, увидел в доме двух мужчин, один из которых представился Б.В.Ф., он лежал на кровати, руками держался за живот, где была рана. Второй мужчина не представился. Обстановка в указанном доме была нарушена, вещи и предметы были разбросаны, на полу увидел следы крови. Он, Т.Р.В., когда спросил у Б.В.Ф., кто причинил ему данную рану живота, последний указал на второго мужчину, находившегося в указанном доме. Он, Т.Р.В., осмотрел рану Б.В.Ф., кровь из нее не шла, но из нее торчала тонкая кишка, в живот последнему был нанесен один удар колото-режущим предметом, сделал ему перевязку, и после того, как тот оделся, был направлен в хирургическое отделение ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ», так как данное проникающее ранение в живот представляет опасность для жизни человека. Также он, Т.Р.В., оказал медицинскую помощь и указанному второму мужчине, у которого на голове имелись многочисленные ушибленные раны, он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, от него исходил резкий запах алкоголя, он также был направлен в хирургическое отделение вышеуказанной больницы. 

Свидетель Т.А.М. при производстве предварительного расследования показал, что, являясь врачом-хирургом ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ», 14 сентября 2020 года, находился на дежурстве, когда в хирургическое отделение данной больницы был доставлен Б.В.Ф., житель 

<

адрес>, с колото-резаной раной брюшной полости. При осмотре у Б.В.Ф. выявлена проникающая колото-резаная рана в живот, в результате чего, тонкая кишка через рану вышла из его брюшной полости. Последний находился в сознании, на вопрос о произошедшем, рассказал, что данное ранение получил в ночное время 13 сентября 2020 года по месту жительства в результате удара ножом в ходе распития спиртных напитков. В дальнейшем, Б.В.Ф. оказана медицинская помощь, проведена операция с ушиванием ран, тонкой кишки и раны на брыжейке (это пучок сосудов, которые питают тонкую кишку кровью), при этом, обратил внимание, что у последнего имелось на коже живота одно входное отверстие, образованное от удара острым колюще-режущим предметом, а внутри организма имелось четыре раны на внутренних органах, а именно, три раны на тонкой кишке и одна рана на брыжейке. 

Свидетель К.С.В. при производстве предварительного расследования показала, что проживает в 

<

адрес>, 13 сентября 2020 года, около 22.00 часов, ей позвонил ФИО1, с котором она познакомилась, примерно, в 2016 году, в одной из социальных сетей, после чего, они стали переписываться, обменялись абонентскими номерами, но никогда не встречались, поэтому его не видела, знает, что он проживает в с.Визинга, работает на лесопильном производстве, который спросил, как вызвать скорую помощь с мобильного телефона. На следующий день, 14 сентября 2020 года, когда созвонилась с ФИО1, тот рассказал, что подрался с мужчиной, который в ходе драки разбил ему голову. 

Из рапорта сотрудника полиции МО МВД РФ «Сысольский», зарегистрированного в КУСП МО МВД РФ «Сысольский» (дата) №, л.д.3 т.1, установлено, что 14 сентября 2020 года в 00 часов 15 минут поступило сообщение фельдшера скорой помощи Т.Р.В. о выезде бригады по адресу: 

<

адрес>, по поводу ножевого ранения. 

Из рапорта сотрудника полиции МО МВД РФ «Сысольский», л.д.4 т.1, установлено, что 14 сентября 2020 года в 00 часов 45 минут поступило сообщение фельдшера скорой помощи Т.Р.В. о госпитализации в Сысольскую ЦРБ Б.В.Ф., проживающего в доме 

<

адрес>, с диагнозом проникающее ножевое ранение передней брюшной стенки. 

Из протокола осмотра места происшествия от 14.09.2020, л.д.6-7 т.1, фототаблица, л.д.8-18 т.1, усматривается, что 14 сентября 2020 года, в период с 02.00 часов до 03 часов 30 минут, дознавателем ОД МО МВД РФ «Сысольский» К.Е.Н., произведен осмотр дома 

<

адрес>, установлено, что данный дом является одноэтажным, в деревянном исполнении, вход в дом оборудован входной дверью в деревянном исполнении, за которой имеется коридор, в котором справа расположена дверь, также в деревянном исполнении, вход в жилое помещение дома, вначале расположено помещение, в котором имеются вешалка, печь, различные предметы мебели, на полу пятна вещества бурого цвета, смывы с которых изъяты, в данном помещении имеется двухстворчатая деревянная дверь, проход в жилую комнату, где слева направо расположены: шкаф, кресло с одеждой, расправленный диван, на котором разбросаны вещи, стол, зеркало с тумбой, комод с телевизором, расправленная кровать, торшер, тумба, на которой разбросаны вещи, также лежит складной нож, со следами вещества бурого цвета, который изъят, печь, посередине комнаты стоит стол, с различной посудой, продуктами питания, пластиковая бутылка с этикеткой «Спрайт», нож, который изъят. Изъятые при осмотре места происшествия два ножа осмотрены, протокол осмотра предметов от 23.10.2020, л.д.164-166 т.1, фототаблица, л.д.167-171 т.1, при производстве осмотра установлено, что нож складной состоит из рукоятки и клинка, клинок выполнен в виде металлической пластины, имеет одно лезвие с односторонней заточкой, на лезвие имеется гравировка «Stalnes»; нож состоит из клинка, который выполнен в виде металлической пластины, имеет одно лезвие с односторонней заточкой и рукояти, выполненной из полимерного материала; и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, постановление от 23.10.2020, л.д.172 т.1.

Из заключения эксперта №2792, №2793, №2794, л.д.190-200 т.1, установлено, что на представленных на экспертизу двух ножах, изъятых при осмотре места происшествия (дом 

<

адрес>), на ноже с рукоятью, на клинке ножа складного, имеются следы рук. Нож складной, изготовлен промышленным способом, является конструктивно сходным с оружием изделием – ножом туристическим и не относится к категории холодного оружия, на клинке и рукояти которого имеются наслоения вещества бурого цвета; нож с рукоятью из полимерного материала, изготовлен промышленным способом, является ножом хозяйственного назначения и не относится к холодному оружию, на рукояти которого имеются наслоения вещества бурого цвета. 

Из протокола осмотра места происшествия от 14.09.2020, л.д.19-20 т.1, фототаблица, л.д.21-22 т.1, установлено, что 14 сентября 2020 года, в период с 08.00 часов до 08 часов 15 минут, дознавателем ОД МО МВД РФ «Сысольский» К.Е.Н., произведен осмотр помещения хирургического отделения ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ» дома 

<

адрес>, в ходе которого изъяты принадлежащие Б.В.Ф. вещи: шлепки черного цвета, предметы одежды, постельное белье. Изъятые обувь, предметы одежды, постельное белье, осмотрены, протокол осмотра предметов от 10.12.2020, л.д.231-232 т.1, фототаблица, л.д.233-238 т.1, при производстве осмотра установлено, что на обрывках простыни, пододеяльника, передней части брюк - имеются следы вещества бурого цвета; и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, постановление от 10.12.2020, л.д.239 т.1. 

Из заключения эксперта №2810, л.д.216-228 т.1, установлено, что на представленных на экспертизу: нож складной, нож, следы вещества бурого цвета, изъятых при осмотре места происшествия (

<

адрес>); на одежде, тапочках Б.В.Ф., изъятых при осмотре места происшествия (хирургическое отделение ГБУЗ РК «Сысольская ЦРБ»), обнаружены: на клинке складного ножа, тапочках, брюках, щетках со смывами с пола – кровь человека, которая произошла от одного лица мужского генетического пола; на джемпере – кровь человека, на трусах, носках – клетки эпителия, которые произошли от другого лица мужского генетического пола; на клинке ножа, рукаве джемпера, брюках – смесь крови человека, на рукояти складного ножа – смесь крови и клеток эпителия, на рукояти ножа – смесь клеток эпителия, которые могли произойти от лица, чья кровь обнаружена на клинке складного ножа, тапочках, брюках, щетках со смывами с пола и другого лица, чья кровь обнаружена на джемпере, и чьи клетки эпителия обнаружены на трусах, и носках. 

Из заключения эксперта №18/238-20/224-20, л.д.203-204 т.1, установлено, что при судебно-медицинской экспертизе у Б.В.Ф. обнаружена одиночная колото-резаная рана передней поверхности живота слева, проникающая в брюшную полость с повреждением тонкой кишки и брыжейки. Данные повреждения могли образоваться в результате однократного удара твердым острым, плоским предметом или орудием, обладающим колюще-режущими свойствами, возможно от действия клинка какого-либо ножа или иного предмета с аналогичными характеристиками, не исключается при указанных обстоятельствах, в ночь с 13 на 14 сентября 2020 года. Повреждения по признаку опасности для жизни квалифицируются как тяжкий вред здоровью. 

Из акта изъятия от 14.09.2020, л.д.23 т.1, фототаблица, л.д.24-25 т.1, установлено, что 14 сентября 2020 года начальником ОУУП и ПДН МО МВД РФ «Сысольский» К.Н.И. у ФИО1 изъята одежда, рубашка и кофта, а также нож с пластиковой ручкой из белого и черного цветов на заклепках серебристого цвета. 

Изъятая у ФИО1 одежда осмотрена, протокол осмотра предметов от 19.09.2020, л.д.93-94 т.1, фототаблица, л.д.95-96 т.1, при производстве осмотра установлено, что на указанных предметах одежды имеются следы вещества бурого цвета; и приобщена к уголовному делу в качестве вещественных доказательств, постановление от 19.09.2020, л.д.97 т.1. 

Изъятый у ФИО1 нож осмотрен, протокол осмотра предметов от 26.11.2020, л.д.174-175 т.1, фототаблица, л.д.176 т.1, при производстве осмотра установлено, что нож состоит из рукоятки и клинка, который выполнен в виде металлической пластины, имеет одно лезвие с односторонней заточкой, на котором имеется гравировка «STERLINGG», «England»; и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, постановление от 26.11.2020, л.д.177 т.1. 

Из заключения эксперта №36, л.д.210-213 т.1, установлено, что представленный на экспертизу нож, изъятый 14.09.2020 у ФИО1, является промышленно изготовленным, по размерным и конструктивным характеристикам соответствует требованиям ГОСТ Р 51015-97 «Ножи хозяйственные и специальные. Общие технические условия», то есть является конструктивно сходным с оружием изделием – ножом хозяйственным, и не относится к категории холодного оружия. 

Из копии заключения эксперта №18/206-20/191-20, л.д.126-127 т.1, установлено, что при судебно-медицинской экспертизе у ФИО1 обнаружены три раны шеи слева, верхней губы и волосистой части головы. Раны, как каждая в отдельности, так и в совокупности, по признаку кратковременного расстройства здоровья не свыше 21-го дня квалифицируются как легкий вред здоровью. 

Из детализации предоставленных услуг абоненту ООО «Т2 Мобайл» К.С.В., л.д.131-133 т.2, усматривается, что имеются соединения (входящие СМС, входящие и исходящие звонки) указанного абонента с абонентом с номером №: 13 сентября 2020 года в период с 21 часа 39 минут до 21 часа 40 минут, 14 сентября 2020 года в 12 часов 52 минуты, в период с 13 часов 29 минут до 13 часов 30 минут. 

Из копий приговора мирового судьи Сысольского судебного участка Республики Коми от 10.12.2020, л.д.101-102 т.2, апелляционного постановления Сысольского районного суда Республики Коми (постоянное судебное присутствие в с.Койгородок Койгородского района) от 27.01.2021, л.д.103-104 т.2, установлено, что Б.В.Ф. осужден за совершение 13 сентября 2020 года в период с 22.00 часов до 22 часов 30 минут, в доме 

<

адрес>, преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.115, ч.1 ст.119 УК РФ, в отношении ФИО1

По ходатайству государственного обвинителя, в судебном заседании допрошен в качестве свидетеля следователь СО МО МВД РФ «Сысольский» П.А.В., который показал, что в его производстве, с момента возбуждения до окончания предварительного следствия, находилось уголовное дело в отношении ФИО1, потерпевшим по которому признан Б.В.Ф., которых он знает только в связи со службой, неприязненных отношений к каждому не испытывает. Все следственные и процессуальные действия по данному уголовному делу производились только им, П.А.В. Все, изложенное в протоколах допросов ФИО1, в качестве подозреваемого и обвиняемого, указывалось им только со слов ФИО1, который давал показания добровольно, какого-либо давления на него не оказывалось, в присутствии защитника Чернова Г.А., последний участвовал во всех следственных действиях с участием ФИО1, в том числе, и при очной ставке с потерпевшим, и при проверке показаний ФИО1 на месте, во время данного следственного действия в 

<

адрес>, по месту жительства потерпевшего, помимо подозреваемого и его защитника, также присутствовали двое понятых, одна жительница с.Визинга, и один житель д.Рай. Со всеми протоколами допросов знакомились сам ФИО1 его защитник, каких-либо замечаний, дополнений после ознакомления, от них не поступало. Во время предварительного следствия жалоб от ФИО1 на действия сотрудников полиции не поступало. Все имеющиеся в уголовном деле допросы составлены со слов допрашиваемых, показания и потерпевший, и свидетели давали добровольно, какого-либо давления на них не оказывалось.

По ходатайству государственного обвинителя, в судебном заседании допрошены в качестве свидетелей понятые Ч.Т.В., Б.А.А., которые, аналогично друг другу, каждый показал, что осенью 2020 года, участвовал в качестве понятого в следственном действии, перед началом которого, каждому были разъяснены права, в котором участвовали, помимо двух понятых, следователь ФИО2, подсудимый ФИО1, его защитник, последний был с начала до конца. ФИО1 добровольно рассказал, что во время совместного распития спиртного, ударил Б.В.Ф. ножом. Б.А.А. также показал, что данное следствие действие производилось в 

<

адрес>, в доме его соседа Б.В.Ф., подсудимый, находясь в комнате дома Б.В.Ф., рассказал, что в ходе употребления спиртного, возникла перепалка, все закончилось ножом, расписался в составленном протоколе, замечаний не было. 

Оценивая приведенные доказательства, суд приходит к следующему. 

Оснований для признания, в соответствии со ст.75 УПК РФ, протоколов допроса ФИО1, в качестве подозреваемого, от 15.09.2020, л.д.36-38 т.1, в том числе, при проверке показаний на месте, от 15.09.2020, л.д.40-42, 43-44 т.1, и обвиняемого, от 16.09.2020, л.д.49-51 т.1, от 19.11.2020, л.д.144-146 т.1, в том числе, при очной ставке с потерпевшим, от 19.11.2020, л.д.138-141 т.1, а также протоколов допросов потерпевшего Б.В.Ф., от 13.10.2020, л.д.114-116 т.1, от 16.11.2020, л.д.136-137 т.1, недопустимыми доказательствами, в связи с указанием подсудимым ФИО1 в судебном заседании, что изложенные в данных протоколах допросов, которые длились непродолжительное время, показания даны не им, составлены фактически следователем самостоятельно, в соответствии с первоначальными объяснениями, данными им в без адвоката участковым уполномоченным полиции, которые на него оказывали воздействие, чтобы писал, как было, тогда как обстоятельства произошедшего он плохо помнил (в связи с употреблением накануне большего количества спиртных напитков, и наличием телесных повреждений), при этом, при допросах его, ФИО1, в качестве подозреваемого 15.09.2020, в том числе, при проверке показаний на месте в указанный день, защитник не присутствовал, участвовал ли последний при допросе в качестве обвиняемого 16.09.2020, не помнит, с содержанием данных протоколов допросов он, ФИО1, соглашался, чтобы от него отстали, не задавали лишних вопросов, так как сидел там целыми днями, подписывал их, не читая, содержание протоколов не соответствует фактическим обстоятельствам дела, в том числе, при проверке показаний подозреваемого на месте, где указано, что расстояние между столом и кушеткой, на которой он спал, 2 м, тогда как там 50-60 см, нож у Б.В.Ф. не выхватывал, на нем нет его отпечатков, когда тот держал его за шею и бил по голове, вырвать нож у него не смог бы, поняв, что ничего не может сделать, свободной правой рукой вытащил из внутреннего кармана своей одежды собственный нож, и именно этим ножом, без промежутка по времени, ударил потерпевшего, судом не усматривается, поскольку, данные допросы проведены надлежащим должностным лицом, следователем П.А.В., в чьем производстве находилось данное уголовное дело, по месту производства предварительного следствия, не в ночное время, не длились более 4 часов, перед началом каждого допроса подозреваемого (обвиняемого), потерпевшего, следователь выполнил требования, предусмотренные ст.164 УПК РФ: удостоверился в личности всех участвующих лиц, подозреваемого и обвиняемого, потерпевшего, вопреки доводам стороны защиты, и понятых, разъяснил присутствующим лицам предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом РФ, Уголовным кодексом РФ права и ответственность, а также порядок производства соответствующего следственного действия, данные протоколы также содержат сведения о используемых технических средствах, по окончании допросов, следователь предъявил данные протоколы, которые изготовлены с помощью технических средств, участвующим лицам, в том числе, допрашиваемому лицу для личного прочтения, о чем сделаны соответствующие записи в графах: «протокол прочитан: «лично»», замечаний к протоколам у подозреваемого (обвиняемого) и его защитника, а также потерпевшего и понятых, не имелось, что подтверждается записями в графах указанных протоколов «заявления: не поступили», «замечаний к протоколу: «нет»», данные протоколы подписаны всеми лицами, участвующими в допросе, следователем, ФИО1 (подозреваемым, обвиняемым), защитником, при проверке показаний подозреваемого на месте и двумя понятыми, при очной ставке обвиняемого и потерпевшего, и последним, во всех соответствующих графах протоколов, а ФИО1 (подозреваемым, обвиняемым) также внизу страницы под текстом показаний, при этом, подсудимый ФИО1 в судебном заседании не отрицал, что подписывал все составленные протоколы его допросов. Оснований полагать, что ФИО1, вначале подозреваемый, в последующем, обвиняемый, в ходе досудебного производства, допрашивался следователем П.А.В., в том числе, при проверке показаний подозреваемого на месте, при очной ставке обвиняемого с потерпевшим, несмотря на утверждения подсудимого об обратном, в отсутствие защитника Чернова Г.А., допущенного следователем для защиты прав и интересов подозреваемого ФИО1 при производстве предварительного следствия, в качестве защитника (личность которого установлена, полномочия подтверждены - удостоверение адвоката №, ордер № от 15.09.2020 – л.д.35 т.1), на основании постановления от 15.09.2020, л.д.33 т.1, то есть, о нарушении права подозреваемого, обвиняемого, на защиту, судом не усматривается, данные утверждения подсудимого, суд расценивает как избранный способ защиты, о том, что защитник участвовал при производстве проверки показаний подозреваемого на месте, указали как следователь, так и участвующие при производстве данного следственного действия двое понятых. Кроме того, судом, вопреки доводам подсудимого, не установлено при производстве следователем П.А.В. данных следственных действий (допросы подозреваемого, обвиняемого ФИО1, проверка показаний подозреваемого на месте, очная ставка обвиняемого с потерпевшим), применения им, а также другими сотрудниками полиции при проверке сообщения о преступлении, насилия, угроз и иных незаконных мер, указанные доводы подсудимого, также расцениваются судом, как избранная подсудимым тактика защиты. Допросы ФИО1, в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проведении проверки показаний подозреваемого на месте, при очной ставке обвиняемого и потерпевшего, в ходе предварительного следствия произведены следователем с соблюдением требований ст.ст.46, 47, 76, 77, 166, 170, 173, 174, 187, 189, 190, 192, 194 УПК РФ, в присутствии защитника Чернова Г.А., то есть в условиях исключающих применение каких-либо недозволенных методов расследования, ему были разъяснены права, в том числе, не свидетельствовать против себя, а также, о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, даже при его последующем отказе от этих показаний, о чем свидетельствуют его подписи в протоколах допросов, данные протоколы подписаны следователем, проводившим расследование по делу, защитником, самим ФИО1, не высказавшим замечаний о ходе следственных действий и по содержанию изложенных в данных протоколах показаний, а также участвующими при производстве указанных следственных действий лицами (двумя понятыми, потерпевшим). Нарушений требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, а также нарушений права подозреваемого, обвиняемого на защиту, при допросе ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проверке показаний подозреваемого на месте, при очной ставке обвиняемого с потерпевшим, несмотря на утверждения подсудимого, судом не установлено. Таким образом, вопреки доводам подсудимого, оснований сомневаться в достоверности и допустимости показаний ФИО1 при производстве предварительного следствия, у суда не имеется, поскольку данные показания, всегда подробные и последовательные, непротиворечивы, согласуются между собой, показания в качестве подозреваемого, ФИО1 давал 15 сентября 2020 года, то есть на следующий день после доставления его с места деяния, после оказания ему 14 сентября 2020 года медицинской помощи, в госпитализации он не нуждался (согласно сведениям медицинской документации, отраженной в заключение эксперта №18/206-20/191-20), после предоставления ему времени и возможности для сна, то есть времени, достаточного для нормализации состояния, перед началом допроса допрашиваемый указал, что при хорошем самочувствии, показания давать желает. Жалоб, замечаний, в том числе, относительного плохого самочувствия допрашиваемого, невозможности давать показания в силу физического состояния, в том числе, и из-за употребления до этого спиртных напитков, либо их вынужденности из-за недозволенных методов ведения предварительного расследования, ни от ФИО1, ни от защитника Чернова Г.А., не поступало. При этом, в последующем, каждый раз, и 15 сентября 2020 года при проверке показаний подозреваемого на месте, 16 сентября 2020 года и 19 ноября 2020 года при допросе в качестве обвиняемого, 19 ноября 2020 года при очной ставке обвиняемого с потерпевшим, ФИО1 полностью подтверждал ранее данные им показания. 

При этом, ссылка подсудимого о несоответствии содержания объяснений, данных им и потерпевшим сотрудникам полиции при проверке последними сообщения о преступлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, не основана на законе, поскольку в силу ст.74 УПК РФ закрепление сведений, имеющих значение для уголовного дела в виде объяснений не соответствует требованиям допустимости и не является уголовно-процессуальным доказательством, в связи с чем, в ходе судебного следствия по настоящему уголовному делу они не исследовались, объяснения, получаемые на стадии возбуждения уголовного дела, имеют ограниченное значение, заключающееся прежде всего в установлении объективной стороны и иных признаков деяния, их достаточности для начала осуществления уголовного преследования. 

Несмотря на утверждения подсудимого об обратном, нарушений требований уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования по данному уголовному делу, в том числе, и права ФИО1 на защиту, а также при производстве экспертиз, судом не усматривается. В том числе, и при ознакомлении обвиняемого ФИО1 с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ, ввиду указания подсудимым непродолжительного времени ознакомления с материалами уголовного дела, с которыми, фактически, не знакомился, подписал, не читая. Поскольку, согласно протоколу ознакомления от 13.12.2020, л.д.248-250 т.1, обвиняемый ФИО1 в указанный день, в присутствии защитника Чернова Г.А., ознакомлен с материалами данного уголовного дела, без ограничения во времени, необходимом для ознакомления, в полном объеме, путем личного прочтения, без ограничения во времени, о чем свидетельствуют имеющиеся в данном протоколе выполненные обвиняемым ФИО1 и его защитником Черновым Г.А., записи, каких-либо заявлений, ходатайств, по окончания ознакомления, у стороны защиты не имелось. При этом, доводы стороны защиты о необходимости при проведении допросов лиц, в том числе, в условиях ИВС, наличие видеоаппаратуры, являются несостоятельными, поскольку, в силу ч.4 ст.189 УПК РФ, в ходе допроса лица фотографирование, аудио- и (или) видеозапись, киносъемка, материалы которых хранятся при уголовном деле, могут быть проведены по инициативе следователя или по ходатайству допрашиваемого, тогда как материалы данного уголовного дела не содержат сведения, что указанные ходатайства допрашиваемыми лицами, в том числе, ФИО1, заявлялись, и следователем были оставлены без удовлетворения. Кроме того, судом не усматривается, что следователем ненадлежаще, в нарушение требований УПК РФ, разрешались заявленные ФИО1 ходатайства, при этом, материалы уголовного дела не содержат сведений о заявлении и последующем отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 ходатайств о вызове, и допросе в качестве свидетеля девушки (из-за которой ранее был конфликт между подсудимым и потерпевшим), о проведении следственного эксперимента. 

Вопреки доводам стороны защиты, оснований, предусмотренных ст.237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору, судом не установлено, в связи с чем, заявленное подсудимым ходатайство, оставлено без удовлетворения. 

Также в материалах уголовного дела не имеется и в суд не представлено подтверждения искусственного создания органом уголовного преследования доказательств обвинения, поэтому доводы стороны защиты о фальсификации материалов уголовного дела, об искажении следователем при производстве предварительного следствия показаний и подсудимого, и потерпевшего, в протоколах их допросов, их надуманности, признаются судом неубедительными, расцениваются как избранный способ защиты. 

Таким образом, оценив собранные, вышеприведенные по делу доказательства, несмотря на утверждения стороны защиты об обратном, суд находит их отвечающими требованиям о допустимости, относимости, достоверности, и в совокупности, вопреки доводам стороны защиты, достаточными для разрешения уголовного дела, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, и, несмотря на утверждения стороны защиты, устанавливают обстоятельства, входящие в предмет доказывания.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления установлена достаточной совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании: показаниями потерпевшего Б.В.Ф. в судебном заседании и при производстве предварительного расследования, оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, вопреки доводам стороны защиты, подтвержденными им после оглашения - о времени и месте, присутствии подсудимого в указанном месте, состоянии его и подсудимого (в алкогольном опьянении), причине возникновения и обстоятельствах ссоры с подсудимым, предшествовавших посягательству событиях, орудии преступления (нож), взаимном расположении по отношение к друг другу (стоя напротив друг друга лицом), количестве ударов (один), его локализации (в живот), наступивших последствиях (ножевое ранение живота), которые суд берет за основу, поскольку они, вопреки доводам стороны защиты об обратном, логичны, последовательны, в целом непротиворечивы, согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу: в том числе, с показаниями подсудимого ФИО1, данными при производстве предварительного расследования, в качестве подозреваемого, в том числе, при проверке показаний на месте, обвиняемого, в том числе, при очной ставке с потерпевшим, оглашенными в судебном заседании, в соответствии с п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ, который признает факт причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью в доме последнего, подробно рассказал об обстоятельствах, при которых совершено преступление – о времени и месте, присутствии его и потерпевшего в указанном месте, состоянии его и потерпевшего (в алкогольном опьянении), предшествовавших посягательству событиях (нанесение, орудие посягательства, количество, характер, локализация причиненных ему потерпевшим повреждений), обстановке и способе посягательства, количестве, механизме, локализации, орудии преступления (нанесение одного прямого удара ножом в живот потерпевшего), наступивших последствиях; также с показаниями, оглашенными в судебном заседании, в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, свидетелей, сотрудников больницы, фельдшеров скорой медицинской помощи, Т.Р.В., Н.Л.Г. – о времени и месте, нахождении в указанном месте только двоих лиц, потерпевшего и еще одного мужчины, наличии, характере, локализации имеющегося у потерпевшего Б.В.Ф. телесного повреждения (рана живота от удара колото-режущим предметом, из которой торчала тонкая кишка), который после оказания медицинской помощи, госпитализирован в лечебное учреждение, состоянии второго мужчины, находившегося в указанном доме (в сильном алкогольном опьянении, с ушибленными ранами на голове), врача Т.А.М. – о времени, наличии, характере, локализации имеющегося у потерпевшего Б.В.Ф. телесного повреждения (проникающая колото-резаная рана брюшной полости, в результате чего, тонкая кишка через рану вышла из брюшной полости), характере оказанной медицинской помощи (хирургическая операция с ушиванием ран, тонкой кишки и раны на брыжейке); и с письменными материалами уголовного дела – рапортами сотрудников полиции по сообщениям медицинского работника о ножевом ранении у Б.В.Ф., протоколами осмотров места происшествия, вещей и предметов, вещественными доказательствами, заключениями экспертов, и с другими вышеприведенными доказательствами.

Оснований для самооговора и оговора подсудимого указанными свидетелями, и потерпевшим, не установлено, не приведено убедительных доводов об этом, и стороной защиты (в том числе, и ссылка на ранее имеющийся между потерпевшим, и подсудимым конфликт, по мнению подсудимого - из-за знакомой девушки, по мнение потерпевшего - по иной причине, поскольку данные доводы объективно ничем не подтверждены, при этом, потерпевший показал, что неприязненных отношений к подсудимому не испытывает, данный конфликт давно разрешен, что подтверждается последующим общением, самостоятельным приходом подсудимого к нему домой за помощью и совместным распитием спиртных напитков), каких-либо существенных противоречий в исследованных доказательствах, в том числе, в показаниях потерпевшего, несмотря на утверждения стороны защиты об обратном, способных поставить показания указанных лиц под сомнение, требующих их толкования в пользу подсудимого, не имеется. 

Не доверять показаниям потерпевшего Б.В.Ф., и указанных свидетелей, предупрежденных, при производстве предварительного следствия, потерпевший и в ходе судебного разбирательства, об уголовной ответственности за заведомо ложные показания по ст.307 УК РФ, несмотря на утверждения стороны защиты, оснований не усматривается. Несогласие стороны защиты с указанными показаниями, как потерпевшего, так и свидетелей, не может свидетельствовать об их необъективности, заинтересованности и противоречивости, и как следствие, недопустимости их в качестве доказательств по уголовному делу. Сведений о заинтересованности указанных потерпевшего и свидетелей в незаконном привлечении подсудимого ФИО1 к уголовной ответственности, судом не установлено. В связи с чем, доводы стороны защиты, что потерпевший поменял показания в пользу следователя для квалификации содеянного как тяжкого преступления, судом расцениваются как избранный способ защиты. При этом, потерпевший Б.В.Ф. допрашивался в первый раз только 13 октября 2020 года, то есть спустя месяц после трех допросов ФИО1 в сентябре 2020 года, давшего признательные показания. 

При этом, показания подсудимого ФИО1 в ходе судебного разбирательства о том, что когда Б.В.Ф. его бил, и лезвием ножа, при этом говорил, что он умрет сегодня медленно и мучительно, сидя на кровати, избитый, порезанный, уже задыхаясь, не имея физической возможности освободиться и убежать (из-за нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения, а также пришлось бы сбить Б.В.Ф., расстояние между столом и кушеткой, на которой он спал 50-60 см), выхватить у него нож, понимая, что Б.В.Ф. его реально убьет, свободной рукой из внутреннего кармана одетой на нем одежды достал собственный нескладной нож, который позже добровольно выдал сотруднику полиции, без промежутка по времени, спрашивая у Б.В.Ф., что случилось, и за что он его бьет, нанес этим ножом Б.В.Ф. один удар, являются несостоятельными, поскольку опровергаются вышеуказанными доказательствами, кроме того, указанное не отражено и в протоколах допросов подсудимого при производстве предварительного расследования, в качестве подозреваемого и обвиняемого, которые признаны судом допустимыми доказательствами. Таким образом, указанные показания подсудимого являются не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Поэтому показания ФИО1 расцениваются судом, как избранный подсудимым способ защиты. 

Отсутствие отпечатков пальцев рук подсудимого на изъятых при производстве предварительного следствия ножах, с учетом совокупности вышеуказанных доказательств, несмотря на утверждения стороны защиты, не влияют на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

Оснований для признания вышеуказанных экспертиз недопустимыми доказательствами, не усматривается, поскольку нарушений требований закона при назначении и проведении указанных экспертиз, в том числе, психиатрической судебной экспертизы в отношении ФИО1, несмотря на утверждения стороны защиты об обратном, не установлено. Заключения экспертов, которые, каждое, соответствует требованиям ст.204 УПК РФ, где подробно описаны исследования, которые проведены, и отражены их результаты; указаны примененные методики; выводы экспертов, каждого, являются подробными, научно обоснованными, убедительными и аргументированными, надлежаще оформлены. Вышеуказанные заключения экспертов согласуется с другими исследованными в судебном заседании и вышеприведенными доказательствами, в связи с чем, вопреки доводам стороны защиты, оснований не доверять основанным на экспертных исследованиях выводам экспертов, обладающих специальными познаниями и достаточным опытом, в том числе, и судебно-психиатрического эксперта, имеющего первую квалификационную категорию, стаж работы с 2004 года, то есть, больше 16 лет, не заинтересованных в исходе уголовного дела и не находящихся в служебной или иной зависимости от сторон, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, судом не установлено. 

В соответствии с требованиями п.3 ст.196 УПК РФ, по каждому уголовному делу назначение и производство судебно-психиатрической экспертизы обязательно, если необходимо установить психическое состояние подозреваемого (обвиняемого). При производстве предварительного следствия в отношении ФИО1, на основании постановления следователя П.А.В. от 14.10.2020, л.д.184 т.1, с которым обвиняемый ФИО1 и его защитник Чернов Г.А., ознакомлены, следователем, в порядке ч.3 ст.195 УПК РФ, протокол ознакомления, л.д.185 т.1, с разъяснением обвиняемому прав, предусмотренных ст.198 УПК РФ, поэтому обвиняемый и его защитник могли ходатайствовать, в том числе, о производстве комиссионной судебной экспертизы, заявить отвод эксперту, ходатайствовать о внесении в постановление о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту, проведена первичная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза. При этом, характер экспертизы (одним экспертом, комиссионный, комплексный), в соответствии с гл.27 УПК РФ, ст.21 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», определяется, вопреки доводам стороны защиты, органом или лицом, ее назначившими либо руководителем государственного судебно-экспертного учреждения. По результатам данной первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, согласно заключению судебно-психиатрического эксперта №1059, л.д.207 т.1, ФИО1, у которого неврологическое состояние – без признаков острых неврологических расстройств, психическое состояние – сознание ясное, ориентирован правильно, контакту доступен, признаков бредовых идей, галлюцинаций, признаков снижения интеллекта, нарушений мышления, болезненных расстройств памяти - нет, речь правильная и понятная, эмоционально адекватен. Каких-либо психических расстройств у ФИО1, которые лишали бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими, нет, то есть, нет признаков слабоумия, временного либо хронического психического расстройства, иного болезненного состояния психики, не выявлено также признаков, не исключающих вменяемости психических расстройств, не было никаких психических расстройств и на период инкриминируемого деяния, когда ФИО1 употреблял спиртное и находился в алкогольном опьянении, которое, с учетом того, что признаков расстроенного сознания, бреда, галлюцинаций в его поведении не прослеживалось, он правильно ориентировался в окружающем, его действия носили последовательный, целенаправленный и завершенный характер, и он хорошо о них помнит, можно квалифицировать как острую алкогольную интоксикацию неосложненную, поэтому он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО1 не нуждается. Данное заключение эксперта, в силу ст.206 УПК РФ, с разъяснением предусмотренных указанной статьей УПК РФ прав, предъявлено обвиняемому ФИО1 и его защитнику Чернову Г.А., протокол ознакомления, л.д.209 т.1, при этом, при указании в судебном заседании о несогласии с данным заключением (ввиду непродолжительности ее производства, одним, а не группой экспертов), обвиняемый и его защитник, как при производстве предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, не ходатайствовали о назначении дополнительной либо повторной судебной экспертизы.

Тогда как сомнений во вменяемости подсудимого ФИО1 и его способности самостоятельно защищать свои права, и законные интересы в уголовном судопроизводстве, в его психическом состоянии, у суда не возникает, поскольку его поведение в судебных заседаниях является адекватным и соответствующим ситуации, его речь и действия носят последовательный характер, он активно защищается, понимает значение уголовного судопроизводства и свое процессуальное положение. Обстоятельств, позволяющих признать, что ФИО1 действовал в состоянии аффекта (длительной психотравмирующей ситуации), по делу не установлено. Поэтому оснований для назначения, в порядке ст.ст.207, 283 УПК РФ, и проведения в отношении ФИО1, для установления его психического состояния, дополнительной, и повторной экспертиз, у суда не имелось.

В судебном разбирательстве государственный обвинитель уточнил предъявленное подсудимому ФИО1 обвинение, в части времени совершения инкриминируемого преступления, а именно, в период с 21 часа 35 минут 13 сентября 2020 года по 00 часов 30 минут 14 сентября 2020 года.

В остальной части предъявленное подсудимому ФИО1 обвинение по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, государственный обвинитель поддержал в полном объеме. 

Подсудимый ФИО1 и его защитник Чернов Г.А., каждый, не возражал против уточнения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения в части времени совершения инкриминируемого ФИО1 деяния.

Уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон (ст.15 УПК РФ), а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем. 

Данное уточнение не ухудшает положение подсудимого ФИО1 и не нарушает его право на защиту, так как юридическая квалификация его действий не изменена, и фактический объем обвинения не увеличен, поскольку в обвинение не включены дополнительные, не вмененные ФИО1 факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, другое деяние вместо ранее предъявленного или преступление, отличающееся от предъявленного по объекту посягательства, форме вины, не вменены.

С учетом изложенного, в силу ч.2 ст.252 УПК РФ, соглашаясь с позицией государственного обвинителя, суд, на основании представленных доказательств, считает установленным, что в период с 21 часа 35 минут 13 сентября 2020 года по 00 часов 30 минут 14 сентября 2020 года, в доме 

<

адрес>, между ФИО1, находящимся в состоянии алкогольного опьянения, и Б.В.Ф. произошла ссора, в ходе которой, ФИО1, на почве личных неприязненных отношений к последнему, нанес Б.В.Ф. ножом, то есть предметом, используемым в качестве оружия, один удар в область передней поверхности живота слева, причинив ему тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. 

Противоправные действия подсудимого ФИО1, вопреки доводам защиты, суд не может расценить как совершенные в состоянии аффекта, необходимой обороны либо при превышении ее пределов (был вынужден это сделать, иначе бы потерпевший его убил, его действия носили оборонительный характер), поскольку исследованные в ходе судебного разбирательства обстоятельства произошедшего, с учетом предшествующих посягательству событий, прошедшего периода времени после причинения Б.В.Ф. ФИО1 телесных повреждений, которые по признаку кратковременного расстройства здоровья, квалифицированы как легкий вред здоровью, то есть, не создали реальную угрозу для жизни подсудимого, обстановки, местонахождения потерпевшего – в собственном доме отошел и стоял около стола на расстоянии от подсудимого, его не удерживал, способа посягательства, поведения подсудимого после преступления (остался в доме потерпевшего, прилег на кушетку), свидетельствуют о том, что поведение потерпевшего Б.В.Ф. по отношению к подсудимому в тот момент не представляло реальной опасности для жизни и здоровья последнего, поскольку потерпевший окончил посягательство самостоятельно, успокоился, не применял насилие, не высказывал словесных угроз, каких-либо предметов, используемых в качестве оружия, в его руках уже не было, он не пытался причинить вред жизни и здоровью ФИО1, то есть отсутствовала реальная угроза продолжения посягательства, поэтому в применении мер защиты не было необходимости, сложившаяся ситуация не требовала для своего разрешения избранной ФИО1 реакции. Учитывая состояние потерпевшего (находился в состоянии алкогольного опьянения), механизм образования, локализацию телесных повреждений у потерпевшего (одиночная колото-резаная рана передней поверхности живота слева, проникающая в брюшную полость с повреждением тонкой кишки и брыжейки), характер этих повреждений, свидетельствующих о том, что удар был нанесен с достаточной силой, суд расценивает действия ФИО1 по причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего, вопреки доводам стороны защиты, как умышленные. Совершенные ФИО1 действия свидетельствуют именно о его умысле на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, а не о случайном, неосторожном или защитном характере его действий. Подсудимый действовал на почве личных неприязненных отношений, которые испытывал к Б.В.Ф. в тот момент. ФИО1 осознавал, что, нанося Б.В.Ф. удар ножом, с приложением достаточной силы, в область передней поверхности живота слева, может причинить ему тяжкий вред здоровью. 

На основании вышеизложенного, суд квалифицирует действия ФИО1 по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предметов, используемых в качестве оружия. 

Оснований для иной квалификации действий подсудимого ФИО1, вопреки доводам стороны защиты, суд не находит. 

Остальные доводы стороны защиты (в том числе, что указанная потерпевшим причина возникновения ссоры с подсудимым, не соответствует действительности, что потерпевший не мог не заметить, если бы он, подсудимый, выходил из комнаты, и иные) не влияют на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, поскольку его вина подтверждается совокупностью приведенных выше доказательств. 

Подсудимый ФИО1 на диспансерных учетах у врачей психиатра и нарколога не состоит, регистрации на территории Российской Федерации не имеет, постоянного места жительства не имеет, по месту фактического жительства, жалоб на него не поступало, на момент деяния привлекался к административной ответственности за совершение административных правонарушений, посягающих на здоровье, на общественный порядок и общественную безопасность, 

<

данные изъяты>, судим за совершение умышленных преступлений, в том числе, за совершение аналогичного преступления против жизни и здоровья, наказание отбывал в местах лишения свободы. 

Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами суд признает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья подсудимого (наличие заболеваний), его возраст, принятие мер к оказанию медицинской помощи потерпевшему (принятие мер к вызову скорой медицинской помощи), мнение потерпевшего о нестрогом наказании, противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления (применение насилия в отношении подсудимого и причинение ему телесных повреждений, высказанные в его адрес оскорбления). 

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, судом не установлено. 

Отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством суд признает, в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ, наличие в действиях подсудимого рецидива преступлений, который следует квалифицировать по п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ, как опасный, поскольку он совершил тяжкое преступление, и ранее был осужден за умышленное особо тяжкое преступление (по приговору от 01.02.2006) к реальному лишению свободы.

Суд не признает обстоятельством, отягчающим наказание, совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения. Подсудимый совершил умышленное преступление. Тяжесть общественно опасных последствий, которые наступили, зависела от умысла подсудимого. В данном случае, алкогольное опьянение ФИО1 не повышало общественную опасность преступления и личность виновного. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО1 преступления и степени его общественной опасности, относящегося к категории тяжких, против жизни и здоровья, характера и размера наступивших последствий, суд, при наличии в действиях подсудимого отягчающего наказание обстоятельства, не находит оснований для изменения категории данного преступления, на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, поскольку фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Проверив, вопреки доводам стороны защиты, оснований для возвращения уголовного дела прокурору, для применения к ФИО1, совершившему преступление, положений ст.ст.75, 76, 76.2, 78 УК РФ, для постановления оправдательного приговора, приговора без назначения наказания, освобождения от наказания, или применения отсрочки отбывания наказания, не имеется. 

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, отношение подсудимого к содеянному, его поведение после преступления, возраст, состояние здоровья и трудоспособность, семейное и имущественное положение, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1, в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, суд, в силу ч.5 ст.18, ч.1 ст.68 УК РФ, назначает подсудимому ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, с учетом положений ч.2 ст.68 УК РФ, считая, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. Оснований для применения ст.53.1, ст.64, ч.3 ст.68, ст.73 УК РФ (с учетом требований п. «в» ч.1 ст.73 УК РФ), для назначения ФИО1 более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, не усматривается, ввиду отсутствия обстоятельств или их совокупности, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления. Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, с учетом данных о личности подсудимого, суд считает возможным ФИО1 не назначать, приходя к выводу, что достижение целей наказания возможно путем отбывания подсудимым основного наказания. Учитывая, что ФИО1, который, фактически с 14 сентября 2020 года содержится под стражей по настоящему уголовному делу, осужден 29 октября 2020 года мировым судьей Койгородского судебного участка Республики Коми к лишению свободы на срок 1 год, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в аб.3 п.55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2015 №58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», согласно которой, в случае совершения нового преступления лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы, неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде содержания под стражей за вновь совершенное преступление, то есть, в связи с нахождением под стражей по настоящему уголовному делу, отбытой части наказания по приговору от 29.10.2020 ФИО1 не имеет, окончательное наказание подсудимому суд назначает по совокупности преступлений с приговором от 29.10.2020, по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, применяя принцип частичного сложения наказаний, в виде реального лишения свободы. Оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.73 УК РФ, судом не установлено. 

Отбывать наказание подсудимому ФИО1, мужчине, при наличии в его действиях рецидива (опасного) преступлений, который ранее отбывал лишение свободы, надлежит в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с требованиями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

При решении вопроса о вещественных доказательства, суд, в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ, исходит из следующего, хранящиеся при уголовном деле: джемпер, рубашка, нож с обозначением «STERLINGG», «England», складной нож с обозначением «Stalnes», нож с полимерной ручкой, две пары носок, трусы, обрывок простыни, два обрывка пододеяльника, джемпер, брюки, пара тапок - подлежат уничтожению. 

На основании ч.2 ст.97 УПК РФ, в целях обеспечения исполнения обвинительного приговора с назначением наказания в виде реального лишения свободы, суд считает необходимым оставить ФИО1 без изменения меру пресечения в виде заключения под стражу на период вступления приговора в законную силу. 

Время содержания ФИО1 под стражей со дня фактического задержания и до вступления приговора в законную силу, подлежит зачету в срок лишения свободы, в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 4 месяца. 

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения вновь назначенного наказания, с наказанием по приговору мирового судьи Койгородского судебного участка Республики Коми от 29.10.2020, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО1 оставить без изменения в виде заключения под стражу. 

Время содержания под стражей, со дня фактического задержания, то есть с 14 сентября 2020 года и до дня вступления приговора в законную силу, а также отбытое наказание по приговору мирового судьи Койгородского судебного участка Республики Коми от 29.10.2020, зачесть в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Вещественные доказательства: джемпер, рубашку, 3 ножа, две пары носок, трусы, обрывок простыни, два обрывка пододеяльника, джемпер, брюки, пару тапок – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми в апелляционном порядке в течение 10 суток с момента его провозглашения с подачей жалобы через Сысольский районный суд Республики Коми, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок и в том же порядке с момента вручения ему копии приговора. 

В случае апелляционного рассмотрения дела осужденный вправе ходатайствовать об участии в заседании суда апелляционной инстанции, о чем он может указать в своей апелляционной жалобе, а если дело будет рассматриваться в апелляционном порядке по представлению прокурора или по жалобе другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора либо копии жалобы или представления.

Судья Н.В. Бондаренко

копия верна