Председательствующий по делу судья Порошина Е.В.

Дело № 33-3330/2025(№ дела в суде 1-й инст. 2-1625/2025) УИД 75RS0002-01-2025-003145-79

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Казакевич Ю.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Радюк С.Ю.,

при секретаре Максимовой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 2 декабря 2025 г. гражданское дело по иску и.о. прокурора Ингодинского района г. Читы в защиту интересов ФИО1 к муниципальному бюджетному общеобразовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа № 1» о взыскании задолженности по заработной плате,

по апелляционной жалобе представителя третьего лица администрации городского округа «Город Чита» ФИО2,

на решение Ингодинского районного суда г. Читы от 6 августа 2025 г.

Заслушав доклад судьи Епифанцевой С.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

И.о. прокурора Ингодинского района г.Читы обратился в суд в интересах ФИО1 с вышеназванным иском, ссылаясь на то, что в ходе проведенной прокуратурой проверки соблюдения законодательства об оплате труда установлено, что в муниципальном бюджетном общеобразовательном учреждении «Средняя общеобразовательная школа № 1» (далее – МБОУ «СОШ № 1») на должность учителя трудоустроена ФИО1, которой за период работы с апреля 2024 г. по июнь 2024 г. недоначислена и не выплачена заработная плата в размере 14 876,37 руб. Задолженность образовалась из-за несоответствия заработной платы истца требованиям действующего законодательства, согласно которому в минимальный размер оплаты труда не подлежат включению доплаты за классное руководство, за выполнение дополнительной работы за проверку тетрадей, за обучение на дому, надбавка за категорию, за выслугу лет. Указанные выплаты подлежат начислению сверх минимального размера оплаты труда.

С учетом изложенного, просил суд взыскать в пользу ФИО1 неначисленную и невыплаченную заработную плату за период с апреля 2024 г. по июнь 2024 г. в размере 14 876,37 руб. (л.д. 3-10).

Определением судьи от 3 июля 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены администрация городского округа «Город Чита», Министерство образовании и науки Забайкальского края, Министерство финансов Забайкальского края (л.д. 1-2).

Решением Ингодинского районного суда г. Читы от 6 августа 2025 г. исковые требования и.о. прокурора Ингодинского района г. Читы Сухопаровой С.А. в защиту интересов работника МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 1» ФИО1 удовлетворены; с МБОУ «Средняя общеобразовательная школа № 1» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по заработной плате за период с апреля 2024 г. по июнь 2024 г. в сумме 14 876,37 руб. (л.д. 129-131).

В апелляционной жалобе представитель третьего лица администрации городского округа «Город Чита» ФИО2 просит об отмене решения Ингодинского районного суда г. Читы от 6 августа 2025 г., принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

В обоснование доводов жалобы указывает, что положениями действующего трудового законодательства не предусмотрено условие, согласно которому размер оклада как составной части месячной заработной платы, определённый работнику работодателем, не может быть ниже минимального размера платы труда, установленного федеральным законом. Обращает внимание на то, что согласно Положению об оплате труда работников МБОУ «СОШ № 1» доплаты за классное руководство, проверку тетрадей относятся к выплатам стимулирующего характера. При этом, стимулирующие выплаты – это специальная дополнительная оплата, которую производят работникам в составе заработной платы для того, чтобы повысить мотивационную составляющую и стимулировать сотрудников к большим профессиональным достижениям. Ссылаясь на определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, указывает, что стимулирующие выплаты являются частью системы оплаты труда и не должны начисляться к заработной плате сверх установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, поскольку, в соответствии с системой оплаты труда стимулирующая надбавка как элемент заработной платы не является гарантированной выплатой к заработной плате. Полагает, что месячная заработная плата истца с учетом всех выплат, предусмотренных действующим законодательством, составляла не ниже установленного минимального размера оплаты труда, при начислении заработной платы нарушений требований трудового законодательства допущено не было.

Кроме того, полагает, что суд неправомерно восстановил истцу срок обращения за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку прокурор обратился с иском в суд в июне 2025 г., требования о взыскании задолженности по заработной плате за период с апреля 2024 г. по май 2024 г. не могут быть предъявлены в связи с истечением срока исковой давности. Обращение материального истца в прокуратуру с заявлением в апреле 2025 г. не может служить уважительной причиной пропуска установленного срока. Каких-либо обстоятельств, препятствующих прокурору обратиться в суд с иском в апреле 2025 г., по делу не установлено (л.д. 151-152).

В судебное заседание суда апелляционной инстанции материальный истец ФИО1, представители ответчика МБОУ «СОШ № 1», третьих лиц администрации городского округа «Город Чита», Комитета образования администрации городского округа «Город Чита», Министерства образования и науки Забайкальского края, Министерства финансов Забайкальского края, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, не явились, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении слушания дела не просили.

Представитель ответчика МБОУ «СОШ № 1» и третьих лиц администрации городского округа «Город Чита», Комитета образования администрации городского округа «Город Чита» ФИО2 направила ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения прокурора Бадмаевой А.Ж., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Оснований для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, на основании трудового договора от 30 августа 2021 г. № и приказа о приеме на работу от 30 августа 2025 г. № ФИО1 работает в МБОУ «СОШ №» на должности учителя математики (л.д. 108-109, 115).

Условиями трудового договора №, заключенного 30 августа 2021 г., ФИО1 установлена учебная нагрузка в объеме 18 часов в неделю и оклад в размере 

<

данные изъяты> руб., районный коэффициент – 40 %, ЗЗК № от 14 октября 2008 г. – 30 %, за заведование кабинетом – 2,5 %, за классное руководство – 25 %, за педагогический стаж – 25 % (л.д. 108-109).

Дополнительным соглашением от 9 января 2024 г. к трудовому договору истцу ФИО1 установлен оклад с 

<

Дата> – 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 111).

Дополнительным соглашением от 20 августа 2024 г. к трудовому договору истцу ФИО1 установлен оклад с 

<

Дата> – 13 539 руб., с 

<

Дата> – 

<

данные изъяты> руб. (л.д. 110).

Прокурором в ходе проверки установлено, что заработная плата материальному истцу, исчисляемая до уровня МРОТ, начислялась с учетом набавок за проверку тетрадей, за обучение на дому, за классное руководство, за заведывание кабинетом, методическая работа и прочие.

Полагая действия работодателя незаконными, прокурор обратился с иском в интересах ФИО1 в суд.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции согласился с доводами истца о необходимости начисления надбавок за выполнение обязанностей, не входящих в непосредственные должностные обязанности учителя, связанные с образовательной деятельностью, сверх заработной платы, исчисляемой до уровня МРОТ.

Приняв во внимание представленный стороной истца расчет задолженности по заработной плате с учетом начисления доплат за классное руководство, проверку тетрадей, заведование кабинетом сверх МРОТ, суд взыскал с ответчика в пользу истца недоначисленную заработную плату.

Судебная коллегия, соглашаясь с решением суда, не находит оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы третьего лица.

Приходя к такому выводу, судебная коллегия учитывает следующее.

Работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзац 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Этому праву работника в силу абзаца 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

В силу части 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно статье 130 Трудового кодекса Российской Федерации в систему основных государственных гарантий по оплате труда работников включается, в том числе, величина минимального размера оплаты труда в Российской Федерации (МРОТ).

Статьей 132 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда.

В соответствии со статьей 133 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения, а месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Статьей 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы, который определяется с учетом социально-экономических условий и величины прожиточного минимума трудоспособного населения в соответствующем субъекте Российской Федерации и не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом (части первая, третья и четвертая).

В силу статьи 151 Трудового кодекса Российской Федерации при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

С письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса – часть 1 статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В составе той части заработной платы, которая не может быть ниже МРОТ, не должны учитываться выплаты за сверхурочную работу, за работу в ночное время, выходные и праздничные дни и доплаты за совмещение профессий (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2019 г. №17-П, от 16 декабря 2019 г. №40-П).

Такое же правило действует и при возложении на педагогического работника с его письменного согласия дополнительной работы, непосредственно связанной с образовательной деятельностью (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и другие дополнительные виды работ), но не предусмотренной квалификационными характеристиками по замещаемой им должности, а также учебной (преподавательской) работы сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы, что следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2024 г. №40-П.

В соответствии с указанным Постановлением, педагогическими работниками, в том числе учителями, может выполняться педагогическая работа, не входящая в их непосредственные должностные обязанности, которую в силу приведенных положений они могут выполнять только с их письменного согласия и за отдельную плату: дополнительная работа (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и др.), оплата которой производится в соответствии с ее размером, установленным в трудовом договоре или дополнительном соглашении к нему; учебная (преподавательская) работа сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы в неделю, которая оплачивается пропорционально фактически определенному объему учебной (преподавательской) работы.

В перечисленных Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации разъясняется, что каждому работнику в равной мере должны быть обеспечены как заработная плата в размере не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации), так и повышенная оплата в случае выполнения работы в условиях, отклоняющихся от нормальных. В противном случае месячная заработная плата работников, привлеченных к выполнению работы в условиях, отклоняющихся от нормальных, не отличалась бы от оплаты труда лиц, работающих в обычных условиях.

Принятые судом первой инстанции расчеты (л.д. 26-37), не оспоренные другими участниками процесса, проверены судебной коллегией, признаются верными и соответствующими приведенному правовому регулированию.

Из действующего в образовательном учреждении Положения об оплате труда работников МБОУ «СОШ № 1», утвержденного приказом директора школы от 29 августа 2019 г. №291 (л.д. 75-107), следует, что заработная плата работников за исполнение трудовых (должностных) обязанностей включает оклады (должностные оклады), ставки заработной платы соответствующим профессиональным квалификационным группам и классификационным уровням профессиональных квалификационных групп; выплат компенсационного характера; выплат стимулирующего характера (пункт 2.1.1 Положения).

Пунктом 2.3.3 Положения в качестве стимулирующих предусмотрены, в том числе выплаты за интенсивность, к которым отнесены выплаты за классное руководство, выплаты за руководством методическим объединением, выплаты за заведывание кабинетом в образовательных организациях, выплаты за проведение внеклассной работы по физическому воспитанию, за индивидуальное обучение на дому больного ребенка, за участие в психолого-медико-педагогической комиссии, за обеспечение проведения развивающей предметно-пространственной среды в муниципальных образовательных организациях. При этом Положением предусмотрено, что выплаты за интенсивность назначаются работникам организаций за выполнение работы, не входящей в круг должностных обязанностей в качестве дополнительной нагрузки (пункт 2.3.9).

Таким образом, исходя из локального нормативного регулирования, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в составе той части заработной платы, которая не может быть ниже МРОТ, не должны учитываться выплаты за интенсивность, к которым отнесены выплаты за классное руководство, выплаты за заведование кабинетом, выплаты за проверку письменных работ.

Довод апелляционной жалобы об отнесении доплаты за проверку тетрадей, за классное руководство к стимулирующим выплатам со ссылкой на определение Восьмого кассационного суда РФ от 26 ноября 2020 г. № 8Г-17793/2020, согласно которому стимулирующие выплаты являются частью системы оплаты труда и не должны начисляться к заработной плате сверх установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, не может послужить основанием для отмены законного и обоснованного решения суда первой инстанции, поскольку как разъяснено в указанном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2024 г. №40-П, установление в такой ситуации доплаты сверх получаемой работником заработной платы за выполнение его трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации) обусловлено тем, что в течение рабочего дня (смены) работник выполняет как свою основную трудовую функцию, так и дополнительную работу, а это приводит к интенсификации труда, к дополнительной физиологической и психоэмоциональной нагрузке, которая должна быть компенсирована.

Такое регулирование направлено на обеспечение надлежащей защиты работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении от произвольного возложения на него дополнительных обязанностей без соответствующей оплаты, призвано не только сгладить отрицательные последствия отклонения условий работы от нормальных, но и гарантировать эффективное осуществление работником права на справедливую заработную плату, что отвечает целям трудового законодательства.

Статьи 129, 133 и 133.1 Трудового кодекса Российской Федерации в системной связи с его статьями 60.2, 149 и 151 предполагают наряду с соблюдением гарантии об установлении заработной платы не ниже минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации) определение справедливой заработной платы для каждого работника в зависимости от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, а также повышенную оплату труда в условиях, отклоняющихся от нормальных, в том числе при совмещении профессий (должностей). Соответственно, каждому работнику в равной мере должны быть обеспечены как заработная плата в размере не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда (минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации), так и повышенная оплата в случае выполнения работы при совмещении профессий (должностей). Иначе работники, выполнявшие в рамках установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с основной трудовой функцией, обусловленной трудовым договором, дополнительную работу в порядке совмещения профессий (должностей), оказывались бы в таком же положении, как и те, кто осуществлял работу только по профессии (должности), определенной трудовым договором (основную трудовую функцию). Это вело бы к несоразмерному ограничению трудовых прав работников, согласившихся на выполнение работы в условиях, отклоняющихся от нормальных, и вступало бы в противоречие с общеправовыми принципами юридического равенства и справедливости, обусловливающими, помимо прочего, необходимость предусматривать обоснованную дифференциацию в отношении субъектов, находящихся в разном положении, и предполагающими обязанность государства предусмотреть регулирование в сфере оплаты труда, которое обеспечивает справедливую, основанную на объективных критериях заработную плату всем работающим и не допускает применения одинаковых правил к работникам, находящимся в разном положении. Кроме того, это противоречило бы и статье 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации о вознаграждении за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Несмотря на то, что возлагаемая на педагогических работников с их письменного согласия дополнительная работа может и не относиться к выполнению обязанностей по другой должности (профессии), выполнение такой работы наряду с работой по занимаемой должности аналогично – по своему правовому значению – совмещению профессий (должностей). В силу этого правовые позиции, сформулированные в названном Постановлении, в полной мере применимы к случаям возложения на педагогического работника с его письменного согласия дополнительной работы, непосредственно связанной с образовательной деятельностью (классное руководство, проверка письменных работ, заведование учебными кабинетами, лабораториями, мастерскими, учебно-опытными участками, руководство методическими объединениями и другие дополнительные виды работ), но не предусмотренной квалификационными характеристиками по замещаемой им должности, а также учебной (преподавательской) работы сверх установленной нормы часов учебной (преподавательской) работы.

Доводы стороны ответчика о неправильном применении судом положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации обоснованно были отклонены.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно части 2 которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении индивидуального трудового спора, связанного с невыплатой или неполной выплатой заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в случае заявления ответчиком (работодателем) о пропуске работником определенного законом срока обращения в суд за разрешением названного спора, суду надлежит устанавливать такие юридически значимые обстоятельства как момент начала течения такого срока и наличие уважительных причин, объективно препятствовавших работнику своевременно обратится в суд с таким иском (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», абзац 5 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Обращение прокурора в суд в интересах ФИО1 о взыскании заработной платы за период с апреля 2024 г. по июнь 2024 г., как следует из материалов дела, имело место 30 июня 2025 г., то есть за пределами срока, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, за защитой своих прав ФИО1 обратилась к прокурору в апреле 2025 г. (л.д. 4), то есть в пределах предусмотренных статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроков.

В соответствии со статьей 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Основными способами защиты трудовых прав и свобод являются, в том числе государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права; судебная защита.

Прокурор при осуществлении возложенных на него функций вправе вносить представление об устранении нарушений закона (абзац 3 части 3 статьи 22 Федерального закона от 17 января 1992 г. №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»).

Прокурор в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства (часть 3 статьи 35 Федерального закона от 17 января 1992 г. №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации»).

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15).

Из приведенных правовых норм следует, что органы прокуратуры, не являясь органами по рассмотрению индивидуальных трудовых споров, наделены законом полномочиями по рассмотрению заявлений, писем, жалоб и иных обращений граждан о нарушении их трудовых прав и по применению в связи с этим определенных мер реагирования в виде предъявления должностным лицам предписаний об устранении нарушений закона.

Обращаясь к прокурору в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок, ФИО1 правомерно ожидала, что в отношении работодателя будет принято соответствующее решение об устранении нарушений ее трудовых прав, которые будут восстановлены, в том числе во внесудебном порядке.

Таким образом, срок обращения в суд был пропущен по уважительной причине и подлежал восстановлению.

При изложенных обстоятельствах решение суда не подлежит изменению или отмене по доводам апелляционной жалобы представителя третьего лица.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ингодинского районного суда г. Читы от 6 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Ингодинский районный суд г. Читы.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 декабря 2025 г.