№2-2304/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июля 2017 года

Промышленный районный суд г.Смоленска

В составе:

Председательствующего судьи Селезеневой И.В.,

при секретаре Кадыровой И.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО3 к ОП №1 УМВД России по г.Смоленску, УФК по Смоленской области, МВД России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ОП №1 УМВД России по г.Смоленску, УФК по Смоленской области, МВД России о компенсации морального вреда, в обоснование которого указал, что 04.06.2014 он был незаконно задержан и доставлен сотрудниками полиции в ОП №1 УМВД России по г.Смоленску, где содержался под стражей в течение примерно трех часов. При этом, протокол доставления либо другой протокол в отношении него составлен не был. Ранее, в тот же день ст.сержантом полиции ФИО1 в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении №, в котором ему было вменено распитие алкогольных напитков возле дома №30 по ул.Н.-Неман г.Смоленска в нарушение п.3 ст.16 Федерального закона от 22.11.1995 №171-ФЗ. Постановлением № от 10.06.2014 он был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.20 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 500 руб. Решением судьи Ленинского районного суда г.Смоленска от 05.02.2015 постановление от 10.06.2014 было отменено, производство по делу в отношении истца прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

В результате незаконных задержания, доставления и привлечения его к административной ответственности истцу был причинен моральный вред, выразившийся в моральных и нравственных переживаниях, связанных с произошедшими событиями, при этом, он был вынужден тратить свое личное время для доказывания своей невиновности.

Просит суд взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в связи с незаконным привлечением к административной ответственности в размере 10 000 руб.

В судебном заседании ФИО3 заявленные требования полностью поддержал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что вечером 04.06.2014 находился возле дома №30 по ул.Н.-Неман г.Смоленска со своим знакомым, в пакете которого находилась открытая бутылка портвейна. За то, что его знакомый громко выражался, в 22-30 их задержали сотрудники ППС и доставили в отдел полиции, где сняли отпечатки пальцев и сфотографировали. Затем отвезли в СОНД для освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, которое было установлено только у его знакомого. Однако последнего, сотрудники полиции отпустили, а его (истца) отвезли обратно в отдел полиции, где в отношении него был составлен протокол по ч.1 ст.20.20 КоАП РФ, и лишь в 2 час. 30 мин. ночи он так же был отпущен домой. Вынесенное впоследствии постановление по результатам обжалования было отменено, в том числе и по мотиву многочисленных процессуальных нарушений процедуры привлечения к административной ответственности. Считает, что из-за незаконного привлечения к административной ответственности перенес значительное количество душевных и нравственных страданий, а за время продолжающихся бесконечных нарушений со стороны сотрудников полиции ему был причинен моральный вред, который он и просит взыскать с надлежащего ответчика.

Представитель ответчика Управления федерального казначейства по Смоленской области ФИО4 исковые требования не признала, поддержав представленные возражения, указав, что Управление не является надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям. Таковым, по ее мнению, должно быть Министерство внутренних дел РФ вследствие оспаривания незаконности действий должностных лиц именно этого государственного органа.

Вместе с тем, по существу требований сослалась на отсутствие оснований для взыскания с государства в пользу ФИО3 денежной компенсации морального вреда, поскольку доказательств, подтверждающих факт причинения ему нравственных страданий вследствие незаконных действий должностных лиц, не представлено. Кроме того, действия сотрудника полиции в установленном законом порядке незаконными не признаны. Просила в удовлетворении требований отказать.

Ответчики ОП №1 УМВД России по г.Смоленску, МВД России, извещенные надлежащим образом, явку своих представителей не обеспечили, о причинах неявки суд не известили, возражений относительно предъявляемых требований суду не представили.

В силу ч.4 ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, материалы административного дела в отношении истца, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст.17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (ч.1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (ч.2).

В судебном заседании установлено, что 04.06.2014 полицейским-водителем роты ППСП №1 ФИО1 в отношении ФИО3 был составлен протокол № об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.20 КоАП РФ, по факту распития ФИО3 алкогольной продукции – портвейна «Алушта» алк.17% об., 0,75 л, 04.06.2014 в 22-05 в общественном месте – у дома №30 по ул.Н.-Неман г.Смоленска.

Постановлением заместителя начальника ОП №1 УМВД России по г.Смоленску ФИО2 от 10.06.2014 по делу об административном правонарушении №, ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.20 КоАП РФ, и подвергнут наказанию в виде штрафа в размере 500 руб.

Решением судьи Ленинского районного суда г.Смоленска от 05.02.2015 постановление от 10.06.2014 отменено, производство по делу в отношении ФИО3 прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения.

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются и подтверждаются письменными материалами дела.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что в связи с незаконным привлечением его к административной ответственности, ему причинен моральный вред в виде испытанного стресса, за возмещением которого и обратился в суд.

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу положений ч.1 и 4 ст.1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях не предусмотрено возмещение морального вреда вследствие незаконного привлечения к административной ответственности.

Как указано в п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» требования о возмещении морального вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности, подлежат рассмотрению в соответствии с гражданским законодательством в порядке гражданского судопроизводства.

К одним из способов защиты гражданских прав относится компенсация морального вреда (ст.12 ГК РФ).

В силу положений ст.151, 1099 ГК РФ причиненные гражданину физические и нравственные страдания подлежат возмещению только тогда, когда они причинены действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на иные нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (в случае незаконного административного задержания).

Согласно ст.1079 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Однако, как было указано выше, ФИО3 привлечен к административной ответственности не был, возбужденное в отношении него дело об административном правонарушении было прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения. При таких обстоятельствах компенсация морального вреда производится в общем порядке, поскольку причинение нравственных страданий в данном случае не презюмируется.

В силу п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами (п.2 ст.150 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

На основании п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл.59 ГК РФ и ст.151 ГК РФ.

Частью 3 статьи 33 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 №9-П «По делу о проверке конституционности ряда положений ст.24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 КоАП РФ, п.1 ст.1070 и абз.3 ст.1100 ГК РФ и ст.60 ГПК РФ в связи с жалобами граждан ФИО5, ФИО6 и ФИО7», прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства.

Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.

Таким образом, указанные правовые нормы в их системной взаимосвязи с правовой позицией, содержащейся в указанном выше постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, допускают возможность удовлетворения требования о компенсации морального вреда лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

В силу п.8 ч.1 ст.13 Федерального закона от 07.02.2011 №3-ФЗ «О полиции» для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

Частью 1 ст.6 названного Федерального закона установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом (часть 2 той же статьи).

В связи с этим для разрешения требований гражданина о компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, необходимо установление незаконности акта о привлечении к административной ответственности, факта наличия нравственных страданий, а также наличия причинной связи между имевшими место нравственными страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего в результате незаконного привлечения к административной ответственности.

Указанная позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации №77-КГ16-2 от 13.09.2016.

Судом установлено, что ФИО3 к административной ответственности по ч.1 ст.20.20 КоАП РФ был привлечен неправомерно, решением районного судьи производство по делу об административном правонарушении в отношении заявителя прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, за совершение которого в отношении него был составлен протокол и вынесено соответствующее постановление.

При этом, прекращая производство по делу, районный судья указал на то, что оснований для привлечения заявителя к административной ответственности не имелось, поскольку при производстве по делу не выполнены требования закона о сборе достаточных данных, свидетельствующих о наличии состава вменяемого правонарушения, а также отразил наличие многочисленных процессуальных нарушений процедуры привлечения к административной ответственности.

Кроме того, по обращению ФИО3 прокуратурой Ленинского района г.Смоленска была проведена проверка, по результатам которой начальнику УМВД России по г.Смоленску было вынесено представление об устранении нарушений закона.

Так, в соответствии с ч.1 ст.27.2 КоАП РФ под доставлением понимается принудительное препровождение физического лица в целях составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, если составление протокола является обязательным.

Согласно ч.3 ст.27.2 КоАП РФ о доставлении составляется протокол либо делается соответствующая запись в протоколе об административном правонарушении или в протоколе об административном задержании. Копия протокола о доставлении вручается доставленному лицу по его просьбе.

Из указанного представления следует, что ФИО1 протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.20 КоАП РФ, в отношении ФИО3 составлен 04.06.2014.

При этом, в материалах дела имеется рапорт ФИО1 о доставлении ФИО3 в ОП №1 УМВД России по г.Смоленску 04.06.2014, который сотрудником полиции подписан не был.

Однако, согласно книге доставленных, ФИО3 доставлялся сотрудниками ППС в ОП №1 УМВД России по г.Смоленску 05.06.2014 в 00-15, освобожден 05.06.2014 в 02-30, что свидетельствует о нарушении положений ст.27.2 КоАП РФ, так как протокол об административном правонарушении в отношении ФИО3 к этому времени уже был составлен. После доставления в отдел полиции в 00-15 в отношении него никаких других протоколов составлено не было.

Вышеизложенное в совокупности свидетельствует о незаконности действий должностных лиц ОП №1 УМВД России по г.Смоленску при производстве по делу об административном правонарушении в отношении истца.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истец ссылается на нравственные переживания, понесенные им в результате неправомерных действий сотрудников полиции, нарушение такого принадлежащего ему нематериального блага, как достоинство.

При этом, суд полает, что достоинство истца как самооценка таких качеств, как добросовестность и законопослушность, безусловно подпадает под перечень нематериальных благ, содержащихся в ст.150 ГК РФ, поскольку моральный вред может заключаться в испытываемом унижении, ином другом дискомфортном состоянии, а нравственные страдания характеризуют эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие и здоровье.

При таких обстоятельствах суд бесспорно признает, что в результате незаконного привлечения истца к административной ответственности последнему несомненно были причинены нравственные страдания.

На основании вышеизложенного суд полагает разумным и справедливым определить ко взысканию компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 в размере 5 000 руб.

При определении надлежащего ответчика по делу, суд исходит из следующего.

В силу ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с ч.3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Часть 3 ст.125 ГК РФ предусматривает, что в случаях и в порядке, предусмотренными федеральными законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ, нормативными актами РФ и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно п.1 ч.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Исходя из смысла п.1 ч.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных решений или действий (бездействия) соответствующих должностных лиц и органов, по ведомственной принадлежности в суде выступает главный распорядитель средств федерального бюджета.

Главным распорядителем бюджетных средств в силу положений ст.6 Бюджетного кодекса РФ является орган государственной власти, указанный в ведомственной структуре расходов бюджета, имеющий право распределять бюджетные ассигнования и лимиты бюджетных обязательств между подведомственными распорядителями и (или) получателями бюджетных средств.

В силу положений ч.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ и Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 №699, МВД РФ является юридическим лицом и осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание органов внутренних дел и реализацию возложенных на них функций.

С учетом приведенных выше норм действующего законодательства Министерство финансов Российской Федерации не должно нести ответственность за вред, причиненный истцу в результате его незаконного привлечения к административной ответственности, поскольку не является главным распорядителем средств федерального бюджета, реализуемых на указанные цели.

Учитывая то обстоятельство, что вред, причиненный истцу, связан с действиями сотрудников УМВД России по г.Смоленску, финансирование которых производится за счет средств федерального бюджета, надлежащим ответчиком по рассматриваемому делу является МВД России как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности непосредственного причинителя вреда.

С учетом приведенных выше оснований по установленным судом обстоятельствам суд удовлетворяет заявленные требования с возложением обязанности по возмещению причиненного истцу морального вреда на Министерство внутренних дел РФ за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел РФ за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 5 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к административной ответственности.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья И.В.Селезенева