<

данные изъяты>

Дело № 2-964/2024

УИД 56RS0033-01-2024-001511-14

Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

24 декабря 2024 года г.Орск Оренбургской области

Советский районный суд г.Орска Оренбургской области в составе председательствующего судьи Курносовой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Плотниковой Ю.С., 

с участием старшего помощника прокурора Советского района г. Орска Крючковой А.С.,

представителя истцов ФИО1, ФИО2 – ФИО3, 

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием косметологических услуг, 

у с т а н о в и л:

ФИО2, ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО4, в котором просили взыскать с ответчика: в пользу ФИО2 – компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, денежные средства, оплаченные за препараты и процедуры в размере 92428 рублей, неустойку в размере 83185 рублей, штраф в размере 50% от удовлетворенной суммы; в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.

В обоснование иска ФИО2 указала, что в январе 2024 года обратилась к ФИО4 для проведения косметологических процедур. Ей были проведены две процедуры чистки лица стоимостью 3500 рублей, 29 января 2024 года проведена процедура пилинга стоимостью 5000 рублей. Кроме того, по рекомендации ФИО4 ею приобретены косметические средства на сумму 83928 рублей. После оказания услуги пилинга лица на лице появилась сыпь. Для установления причины сыпи она обратилась в медицинское учреждение, прошла обследование, сдала необходимые анализы, в том числе соскоб кожи. По результатам обследования выставлен диагноз «

<

данные изъяты>». 17 апреля 2024 года ФИО2 обращалась с письменной претензией к ответчику, в которой просила вернуть уплаченные за процедуры и препараты денежные средства и компенсировать моральный вред, однако требования претензии остались без удовлетворения. В настоящее время истец вынуждена проходить терапию по лечению заболевания. 

ФИО1 в обоснование заявленных требований указала, что 6 января 2024 года ответчик провел ей следующие процедуры: пилинг, чистка лица, инвазивная карбокситерапия, укол в губы. После проведения процедур на лице появились высыпания, о чем истец сообщила ответчику. ФИО4 дала ей рекомендации по использованию препаратов и записала истца на 25 января 2024 года на процедуру «

<

данные изъяты>». Действие данной процедуры направлено на отшелушивание рогового слоя, улучшение кровообращения и заключается в том, что поэтапно происходит нанесение разогревающей маски, а потом холодной маски. Несмотря на то, что все лицо ФИО1 было покрыто красными пятнами, ФИО4 провела ей процедуру, после чего высыпания усилились. До настоящего времени состояние кожи лица не улучшилось, в связи с чем ФИО1 продолжает терапевтические курсы лечения. ФИО1 обратилась за консультацией к специалисту, который поставил диагноз «

<

данные изъяты>». Данное заболевание возможно при нарушении проведения процедуры пилинга лица и занесении инфекции. ФИО1 обращалась к ответчику с претензией о возврате уплаченных денежных средств и компенсации морального вреда. ФИО4 в добровольном порядке возвратила денежные средства за препараты, процедуры, стоимость консультаций специалистов, консультации юриста и оформление доверенности. Однако состояние ФИО1 ухудшилось, что дает ей право требовать компенсации морального вреда. 

В последующем, ФИО2 уменьшила исковые требования, просила суд взыскать в свою пользу денежные средства, уплаченные за процедуры и препараты в размере 68140 рублей, неустойку в размере 68140 рублей, компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, штраф в размере 50% от удовлетворенной суммы. 

Определением о подготовке дела к судебному разбирательству от 6 июня 2024 года к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ привлечен прокурор для дачи заключения. 

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО2 не явились, о дате и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. 

Представитель истцов – ФИО3, действующая на основании доверенностей, исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, дала пояснения, аналогичные доводам иска. Дополнительно пояснила, что истцы посещают мастера маникюра в Торговом центре «

<

данные изъяты>» в 

<

адрес>. В том же кабинете, где делается маникюр, ведется прием косметолога ФИО4, которая принимает пациентов в трех городах: в 

<

адрес> и 

<

адрес>. Процедуры проводились в необорудованном кабинете на кушетке. Ответчик оказывает косметологические услуги без специального образования и лицензии. Заражение истцов препаратами ответчика произошло в январе 2024 года. У ФИО4 отсутствует как таковой косметологический кабинет, так как последняя для приема посетителей снимает кушетку в помещении, где делают маникюр, рабочие поверхности и инструменты не обрабатываются. Полагает, что до приема истцов были клиенты с зараженной кожей, путем переноса препаратов инфекция попала на кожу истцов. После процедур чистки и пилинга лица, появившихся на следующий день высыпаний у ФИО1, проводить процедуру «

<

данные изъяты>» запрещено. Нужно было пролечить лицо, снять воспалительные процессы. ФИО1 обращалась к ответчику с претензией, ФИО6 в досудебном порядке возместила все денежные средства на процедуры и препараты, о чем было составлено письменное соглашение. Поскольку в соглашении не указано на компенсацию морального вреда, а у ФИО1 прогрессируют высыпания и улучшений пока не наблюдается, считает, что ФИО1 вправе требовать компенсацию морального вреда. ФИО2 оплатила ФИО4 3500 рублей за чистку лица, 5000 рублей за пилинг, 73060 рублей – за косметические препараты (кушон, сыворотки, коллаген, крема). У ФИО2 после проведения процедур пилинга активизировался подкожный клещ, появились высыпания, которые до сих пор не проходят. Истец ФИО2 также связывает данные последствия с отсутствием гигиены, не обработки поверхностей при проведении процедур ФИО4 После проведенных ФИО4 процедур ФИО2 обращалась за медицинской помощью в Новотроицкий филиал Областного кожно-венерологического диспансера, где ей был установлен диагноз «

<

данные изъяты>». ФИО1 проходила лечение в нескольких учреждениях 

<

адрес>. Истцам причинен моральный вред, поскольку у ФИО2 опухло лицо, и она несколько недель не выходила из дома, ФИО7 продолжает длительный период восстанавливать кожу лица, истцы были вынуждены тратить денежные средства и свое личное время на посещение клиник и косметологических салонов. Поскольку ФИО4 возвратила ФИО2 13420 рублей, остаток уплаченных денежных средств составил 68140 рублей.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о извещена о рассмотрении дела надлежащим образом, в письменном отзыве просила отказать в удовлетворении иска, указав, что основной целью истцов является вымогательство денежных средств под видом пагубных последствий от процедур. Имевшиеся до обращения к ней ФИО2, ФИО1 проблемы с кожей не связаны с проведенными ею процедурами, и не находятся в причинно-следственной связи с проведенными процедурами. Согласно научного мнения ряда ведущих специалистов в области дерматологии России выявленные у ФИО2 

<

данные изъяты> могли быть у нее до обращения к ней, но не проявляться клинически. У ФИО1 на коже лица полиморфные элементы, камедоны, папулопустулезные элементы остаточные пятна гипо- и гиперпигментации, рубчики. Это описание говорит о том, что высыпания на лице имелись длительное время. Полагает, что этиология заболевания кожи ФИО2 и ФИО1 не связана с процедурами и не носит групповой характер заражения. 31 января 2024 года между ней ФИО1 заключено соглашение о досудебном урегулировании спора, в котором стороны пришли к соглашению, что ФИО4 возвращает ФИО1 денежные средства в размере 73362 рубля в счет возмещения расходов, а также компенсацию морального вреда за неудобства, которые, по мнению ФИО1, были ей причинены в связи с неправильными рекомендациями по уходу за кожей. Из указанного следует, что моральный вред ФИО1 компенсирован. Относительно приобретенных препаратов указывает, что ФИО1 и ФИО2 выбирали препараты сами с учетом своих пожеланий и ожиданий согласно каталога. Она не является торговым представителем производителя препаратов. У нее имеется высшее медицинское образование, также очно проходит обучение в ординатуре по специальности «дермовенерология» в период с 1 сентября 2022 года по 31 сентября 2024 года. Все процедуры проводятся ею с соблюдением всех требований и правил. 

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5, действующий на основании доверенности, просил отказать в удовлетворении иска, указав, что оказанные ответчиком услуги проведены с соблюдением всех норм правил. Имевшиеся у ФИО1, ФИО2 проблемы с кожей не связаны с процедурами, проведенными ФИО4 Ответчик имеет высшее медицинское образование по специальности «Педиатрия», на сегодняшний день получила образование по специальности «Дермовенерология». Поскольку доказательств причинения вреда здоровью истцов не представлено, то в удовлетворении исковых требований должно быть отказано в полном объеме.

Исследовав доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования ФИО1, ФИО2 о компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению в соответствии с принципами разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно положениям статьи 2 данного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3). Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21).

В соответствии с частью 3 статьи 98 указанного Федерального закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Положения пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие общие основания ответственности за причинение вреда, предусматривают, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Для наступления ответственности за причинение морального вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; вину причинителя вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении вреда.

На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Согласно пункта 1 статьи 29 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков оказанной услуги вправе по своему выбору предъявить одно из требований, установленных нормами этой статьи. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуги, если им обнаружены существенные недостатки оказанной услуги или иные существенные отступления от условий договора, и потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги. Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В силу абз. 3 пункта 2 статьи 7 Закона о защите прав потребителя, вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьей 14 данного Закона.

Пунктом 1 статьи 14 этого же Закона предусмотрено, что вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

В соответствии со статьей 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из материалов дела следует, что в январе 2024 года ФИО2 обратилась к ФИО4 за получением услуги в виде «пилинга лица» и «чистки лица». 

Из пояснений представителя истца следует, что после проведенных процедур у ФИО2 появились жалобы на высыпания на коже лица («сыпь»). 

Согласно медицинской карте амбулаторного больного № ООО «

<

данные изъяты>» 

<

адрес>, ФИО2 22 марта 2024 года установлен диагноз «

<

данные изъяты>». На приеме у врача-дермовенеролога пациентка предъявляла жалобы на высыпания на коже лица, зуд, отечность; связывала все это с проведенной ранее процедурой пилинга лица, что впоследствии привело к отмене использования уходовых средств и применению бипантена (без эффекта). При объективном осмотре отмечалась гиперемия кожи лица (разлитая на щеках), мелкопапулезная сыпь красного цвета без четких границ, отечность век. 

Согласно справке от 11 апреля 2024 года Новотроицкого филиала ГАУЗ «

<

данные изъяты>» у ФИО2 обнаружен 

<

данные изъяты> при исследовании материала, взятого с области лица. 

12 апреля 2024 года ФИО2 с результатами проведенного анализа повторно обратилась в ООО 

<

данные изъяты>» с сохраняющимися жалобами на высыпания и гиперемию. Пациентке установлен диагноз «

<

данные изъяты>», даны рекомендации. 

17 апреля 2024 года ФИО2 обратилась к ответчику с претензией о выполнении некачественно косметологической услуги – пилинга лица, потребовав возврата уплаченных за услугу денежных средств в размере 92428 рублей, а также выплаты компенсации морального вреда в размере 10000 рублей. Указанная претензия получена ФИО4 17 апреля 2024 года, но оставлена без удовлетворения. 

В январе 2024 года ФИО1 обратилась к ФИО4 с целью получения услуг в виде «пилинга лица», «инвазивной карбокситерапии», «увеличения губ». 

Согласно требованиям иска после полученных процедур у ФИО1 стали появляться высыпания, в связи с чем ФИО4 рекомендована процедура «

<

данные изъяты>». ФИО1 согласилась, процедура была проведена, впоследствии высыпания усилились, появились гнойные элементы, корочки и шелушения.

В соответствии с медицинской картой амбулаторного больного ГАУЗ «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> на имя ФИО1, истец обратилась за медицинско й помощью 31 января 2024 года. На приеме предъявляла жалобы на высыпания на лице, что связывала с косметическими услугами (чистка лица). При этом отмечено, что ФИО1 считает себя больной 2-3 месяца, и что после косметологических процедур высыпания усилились. При объективном осмотре у нее отмечались на коже лица полиморфные элементы, камедоны, пигментация, рубчики. Пациентке установлен диагноз «

<

данные изъяты>», даны рекомендации по лечению и уходу. 

21 мая 2024 года ФИО1 обращалась за медицинской помощью в Центральный институт дерматокосметологии, пластической хирургии и стоматологии, где ей установлен диагноз «

<

данные изъяты>», даны рекомендации по лечению, обследованию и уходу. 

Согласно медицинской карте амбулаторного больного ГБУЗ 

<

адрес> «

<

данные изъяты> №КОР №, 24 мая 2024 года ФИО1 была на приеме с жалобами на высыпания на коже. При объективном осмотре отмечался подострый/хронический тип течения процесса на коже лица, ограниченной, зафиксированы элементы в виде камедонов, папул, пустул с четкими границами, размером до 0,3 см, розового цвета, а также пигментации. Пациентке установлен диагноз «

<

данные изъяты>», даны рекомендации. 

31 января 2024 года между ФИО1 и ФИО4 заключено соглашение о досудебном урегулировании спора, согласно которому стороны пришли к соглашению о том, что ФИО4 возвращает ФИО1 денежные средства в сумме 73362 рубля в счет возмещения расходов, а также компенсацию морального вреда за неудобства, которые, по мнению ФИО1, были ей причинены в связи с неправильными рекомендациями ФИО4 по уходу за кожей. 

Определением суда от 23 июля 2024 года назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено врачам-экспертам ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

По результатам проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы подготовлено заключение № от 22 ноября 2024 года, которым, на основании представленной на исследование медицинской документации, установлено, что при лечении обеих пациенток ФИО2 и ФИО1 допущены глобальные организационно-тактические ошибки. Специалист ФИО4 должна была руководствоваться Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 18 апреля 2012 г. №381н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «косметология». Из этого порядка следует, что на должность врача-косметолога косметологического кабинета назначается специалист, соответствующий квалификационным требования к специалистам с высшим и послевузовским медицинским и фармацевтическим образованием в сфере здравоохранения в соответствии с Приказом Минздрава РФ от 08.10.2015 №707н, а именно: наличие диплома о высшем медицинском образовании по специальности «Лечебное дело» или «Педиатрия», наличие документа об окончании ординатуры по специальности «Дермовенерология» и первичной переподготовки по специальности «Косметология». У ФИО4 на момент рассматриваемых событий имелся только диплом о высшем медицинском образовании по специальности «Педиатрия», а также она находилась на обучении в ординатуре по специальности «Дермовенерология» (образование окончено не было). Медицинская помощь по профилю «Косметология» оказывается врачом-косметологом в организациях, структурных подразделениях, осуществляющих свою деятельность в соответствии с приложениями к настоящему Порядку. Аналогичные требования к уровню образования и особые условия допуска к работе прописаны в профессиональном стандарте врача-косметолога, который утвержден приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 13 января 2021 г. №2н. 

Комиссия экспертов пришла к выводу, что при оказании медицинских услуг ФИО2 и ФИО1 медицинская документация в установленном порядке не оформлялась. 

Кроме того, в соответствии с Федеральным законом «О лицензировании отдельных видов деятельности» медицинская деятельность по профилю «Косметология» подлежит лицензированию. По выводам экспертов, в рассматриваемом случае прием проводил специалист без должного образования в кабинете без медицинской лицензии. Отсутствие должного образования и медицинской лицензии, проведении процедур с нарушением целостности кожного покрова (в частности, инъекции в область губ, карбокситерапии ФИО1), медицинской услуги в виде пилинга (обеим истицам) в парикмахерской являются глобальными организационно-тактическими ошибками. Экспертная комиссия пришла к выводу о том, что оценить наличие /отсутствие дефектов (недостатков) диагностики и лечения при оказании косметологических услуг ФИО2, ФИО1 не представилось возможным, так как отсутствует первичная медицинская документация, что также является нарушением вышеуказанного Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «косметология». 

Экспертная комиссия также указала, что с 1 января 2022 года применение клинических рекомендаций при оказании медицинской помощи стало обязательным. Клинические рекомендации Минздрава России по «Акне» существуют только в виде проекта на сайте Государственного научного центра дерматовенерологии и косметологии Минздрава России, 2020 г. Утвержденного варианта клинических рекомендаций на момент проведения экспертизы нет. «Акне» – это мультифакториальный дерматоз, в патогенезе которого большую роль играют генетически обусловленная гиперандрогения и генетически детерминированный тип секреции сальных желез. Косметика, применяемая во время процедуры, согласно объяснениям ФИО4, не могла спровоцировать высыпания. Более того, компоненты, входящие в состав косметики, обладают очищающим, смягчающим, отшелушивающим гиперкератоз, заживляющим действием. Производитель в химическом пилинге не указывает процент содержания кислот, в частности гликолевой. Гликолевая кислота в концентрации свыше 12% может провоцировать дерматит, особенно на чувствительной коже, но не может провоцировать «Акне». Энзимный пилинг является щадящим поверхностным пилингом для кожи и не может спровоцировать первичный демодекоз, хотя обострение уже имеющегося заболевания в редких случаях, возможно, учитывая индивидуальную реакцию кожи каждого пациента. 

Клинических рекомендаций и стандартов лечения демодекоза, утвержденных на сегодняшний день не существует. Патогенез демодекоза остается в значительной степени неясным. Неясно, что способствует активизации клеща демодекс. Клещ демодекс является наиболее распространенным паразитом человека, который является его пожизненным симбионтом. Даже при наличии на кожном покрове клещей, клиническая картина заболевания развивается не всегда. Исходя из этого, можно утверждать, что клещи рода Demodex являются условно-патогенными паразитами. Благоприятным фактором возникновения демодекоза является наличие очагов хронической инфекции, нарушение функций желудочно-кишечного тракта, печени, нервной системы, эндокринных желез, длительного применения топических кортикостероидов. Многими авторами отмечена связь подъема заболеваемости в весенне-летний период с повышенной инсоляцией, изменением температуры внешней среды. Демодекоз чаще всего встречается у людей с различными видами иммунодефицита, в том числе при лечении некоторыми препаратами – кортикостероидами, цитостатиками и прочее. 

Суд принимает выводы данной экспертизы, поскольку она проведена уполномоченными экспертами, имеющими соответствующее образование и подготовку, являются независимыми, предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В распоряжении экспертов имелись все добытые по делу доказательства. Данное экспертное заключение сторонами по существу не оспорено, ходатайств о проведении повторной судебной экспертизы сторонами не заявлено.

Согласно части 1 статьи 37 Федерального закона Российской Федерации N 323-ФЗ от 21.11.2011 "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В силу части 11 статьи 79 Закона N 323-ФЗ медицинская организация обязана вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Постановлением Правительства РФ от 01.06.2021 N 852 утверждено Положение о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра "Сколково"), приложением к которому является Перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность. В указанный Перечень среди прочего включены работы по косметологии.

Согласно пункта 2 Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "косметология", утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 18 апреля 2012 г. N 381н (далее - Порядок оказания помощи по профилю "косметология"), медицинская помощь по профилю "Косметология" включает комплекс лечебно-диагностических и реабилитационных мероприятий, направленных на сохранение или восстановление структурной целостности и функциональной активности покровных тканей человеческого организма (кожи и ее придатков, подкожной жировой клетчатки и поверхностных мышц).

Как следует из пункта 5 Порядка оказания помощи по профилю "косметология", при первичном обращении пациента врач-косметолог:

- оценивает жалобы пациента, структурную целостность и функциональную активность покровных тканей, выявляет конкретные дефекты и нарушения, требующие проведения косметологической коррекции;

- информирует пациента о процедурах для самостоятельного выполнения; дает рекомендации по уходу за покровными тканями организма, в том числе проводит обучение необходимым гигиеническим навыкам;

- заполняет медицинскую документацию в установленном порядке;

- составляет план необходимого обследования и лечения;

- назначает медицинские процедуры для выполнения средним медицинским персоналом;

- выполняет медицинские процедуры, необходимые для коррекции выявленных нарушений и дефектов.

При оказании медицинской помощи по профилю "косметология" врачами-косметологами и средним медицинским персоналом ведется медицинская документация, в том числе первичная, учетная и отчетная (пункт 11).

Согласно пункту 4 Порядка оказания помощи по профилю "косметология" медицинская помощь по профилю "косметология" оказывается врачом-косметологом в организациях, структурных подразделениях, осуществляющих свою деятельность в соответствии с приложениями N 1 - 18 к настоящему Порядку. Средний медицинский персонал может оказывать медицинские услуги и манипуляции по назначению врача-косметолога.

В соответствии с приказом Минздрава России от 13.10.2017 N 804н "Об утверждении номенклатуры медицинских услуг", дерматологический пилинг (код услуги А16.01.024) является медицинской услугой. 

В соответствии с действующим законодательством услуга чистки лица в зависимости от ее состава (методов, способов выполнения) может являться как медицинской услугой (косметологическая чистка лица, что следует из Приказа Минздрава России от 13.10.2017 N 804н "Об утверждении номенклатуры медицинских услуг", Приказа Минздравсоцразвития России от 18.04.2012 N 381н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю "косметология") либо бытовой услугой (гигиеническая чистка лица, что следует Приказа Минтруда России от 22.12.2014 N 1069н "Об утверждении профессионального стандарта "Специалист по предоставлению бытовых косметических услуг"). 

Услуги по коррекции губ медицинским способом с помощью инъекции также подлежат лицензированию.

Выполнение данных услуг возможно только медицинским работником с соответствующим медицинским образованием при наличии лицензии на медицинскую деятельность по работам (услугам) по косметологии. 

Ответчиком, оказывающим медицинские услуги в сфере косметологии, не представлено соответствующих доказательств в подтверждение оказания истцу ФИО2 бытовой косметической услуги по гигиенической чистке лица, а не косметологической услуги чистки лица (медицинской услуги), а также соответствия ее установленным законодательством требованиям, в том числе выполнения ее лицом, имеющим соответствующее специальное образование.

Выполнение оказанных истцам услуг ответчик соответствующим образом не документировал, в связи с чем несет риск недоказанности соответствующих обстоятельств, на которые ссылается.

Кроме того, поскольку лицензии на осуществление медицинской деятельности в нарушение приведенных выше норм ФИО4 не имела, как заказчикам, так и комиссии экспертов не представлены медицинские документы, отражающие состояние здоровья пациента, суд приходит к выводу, что услуги оказаны ФИО4 истцам некачественно и ненадлежащим образом.

Из материалов дела следует, что ФИО2 оплатила ФИО4 3500 рублей за чистку лица, 5000 рублей за пилинг, 73060 рублей – за косметические препараты (кушон 

<

данные изъяты>, пэды 

<

данные изъяты>, очищающее масло 

<

данные изъяты>, коллаген 

<

данные изъяты> сыворотка для сужения пор 

<

данные изъяты>, сыворотка 

<

данные изъяты>). Поскольку ФИО4 возвратила ФИО2 стоимость оказанных услуг в размере 13420 рублей, остаток уплаченных денежных средств составил 68140 рублей. Таким образом, поскольку ФИО4 в добровольном порядке компенсировала ФИО2 стоимость оказанных услуг за чистку и пилинг лица, ФИО2 в окончательно заявленных исковых требованиях просит взыскать с ФИО4 стоимость приобретенных косметических средств в размере 68140 рублей. Как следует из переписки между ФИО2 и ФИО4 причиной возврата кушона послужило несоответствие оттенка цвету кожи лица ФИО2 Из пояснений представителя истца ФИО3 установлено, что ФИО2 использовала данные косметические средства, но после появления воспалений на лице, прекратила. 

На основании части 1 и 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Основания расторжения договора перечислены в статье 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни на одно из них ФИО2 в иске не ссылалась.

Законом РФ "О защите прав потребителей" предусмотрены основания отказа потребителя от договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 18 Закона РФ "О защите прав потребителей", потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе:

потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула); потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены; потребовать соразмерного уменьшения покупной цены;

потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

В материалах дела отсутствуют доказательства в подтверждение того обстоятельства, что товар, проданный истице содержит недостатки, тогда как обязанность доказывания данного обстоятельства возложена именно на истца. Ответчик лишь должен доказать, что данный недостаток возник после передачи товара покупателю.

Таким образом, суд исходит из того, что требования истицы заявлены в отношении товара надлежащего качества.

Однако, парфюмерно-косметические изделия включены в число непродовольственных товаров надлежащего качества, не подлежащих возврату или обмену на аналогичный товар других размера, формы, габарита, фасона, расцветки или комплектации, Перечень которых утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 января 1998 г. N 55 "Об утверждении Правил продажи отдельных видов товаров длительного пользования, на которые не распространяется требование покупателя о безвозмездном предоставлении ему на период ремонта или замены аналогичного товара, и Перечня непродовольственных товаров надлежащего качества, не подлежащих возврату или обмену на аналогичный товар других размера, формы, габарита, фасона, расцветки или комплектации".

Кроме того, основания для возврата денежных средств заявлены ФИО2, поскольку данная косметика истцу не подошла и как она считает, в результате проведенных процедур, у нее появились воспаления, после чего она прекратила применение средств, при этом истцом не доказана причинно-следственная связь между использованием приобретенной у ответчика косметикой и наступившими последствиями у истца.

При таких данных, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска о взыскании стоимости косметических средств. 

Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании стоимости косметических средств, в удовлетворении производных требований о взыскании неустойки суд также отказывает.

Рассматривая вопрос о размере причитающейся каждому истцу компенсации морального вреда, суд исходит из следующего. 

Пунктом 25 Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 установлено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии с пунктом 28 Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. 

Учитывая установленные экспертами дефекты оказания медицинской помощи (при оказании медицинских услуг ФИО2 и ФИО1 первичная медицинская документация в установленном порядке не оформлялась, что исключило возможность оценить наличие /отсутствие дефектов (недостатков) диагностики и лечения при оказании косметологических услуг ФИО2, ФИО1, что является нарушением Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «косметология»; проведение медицинского приема специалистом без должного образования в кабинете без медицинской лицензии, проведении процедур с нарушением целостности кожного покрова (в частности, инъекции в область губ, карбокситерапии ФИО1), медицинской услуги в виде пилинга (обеим истицам) в парикмахерской), принимая во внимание необходимость обращения истцов в иные медицинские организации для получения консультаций, суд приходит к выводу о нарушении ответчиком прав ФИО2, ФИО1 на охрану здоровья, повлекшее причинение каждому истцу нравственных страданий. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из характера дефектов ведения медицинской документации, отсутствия причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи и какими-либо неблагоприятными последствиями для здоровья истцов, характера и степени нравственных страданий истцов, индивидуальных особенностей личности истцов ФИО1, ФИО2 (молодой возраст), необходимость обращения истцов в иные медицинские организации для получения консультаций, и в этой связи полагает, что сумма 15000 рублей в счет возмещения компенсации морального вреда ФИО2, ФИО1 в пользу каждой является разумной и справедливой. 

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнитель - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей).

Таким образом, с ФИО4 в пользу ФИО2, ФИО1 подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере пятидесяти процентов от взысканной суммы, что составляет 7500 рублей в пользу каждого истца (из расчета: (15000 рублей х 50%).

Частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В пункте 62 Пленума ВС РФ от 15.11.2022 №33 установлено, что, ввиду того, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, государственная пошлина подлежит уплате на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ.

При этом судам следует иметь в виду, что в предусмотренных законом случаях истцы освобождаются от уплаты государственной пошлины. Например, от уплаты государственной пошлины освобождены истцы по искам о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав гражданина, морального вреда, возникшего вследствие причинения увечья или иного повреждения здоровья или смерти лица, морального вреда, причиненного преступлением либо в результате незаконного уголовного преследования, морального вреда, причиненного ребенку, морального вреда, причиненного нарушением прав потребителей (подпункты 1, 3, 4, 10 и 15 пункта 1 статьи 333.36 НК РФ, пункт 3 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей").

Принимая во внимание положения статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ФИО4 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей в доход местного бюджета.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО2, ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием косметологических услуг, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 7500 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 7500 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО1 в остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Советский районный суд г.Орска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись Ю.В. Курносова

Мотивированное решение составлено 16 января 2025 года

Судья подпись Ю.В. Курносова

<

данные изъяты>