№ 1-13/2018 

(№)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Норильск 

Красноярского края 09 февраля 2018 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего – судьи Злобина И.А.,

при секретаре судебного заседания Шеремета Л.С., 

с участием:

государственного обвинителя Тимошина И.В.,

представителя потерпевшего Ш.С.В.

подсудимой ФИО1,

её защитников – адвокатов Мажитовой Б.С. и Демьяненко И.Н., 

рассматривая в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО2, 

<

данные изъяты> находящейся под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемой в совершении пяти преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело поступило в Норильский городской суд Красноярского края с утвержденным обвинительным заключением, копия которого вручена обвиняемой ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании адвокатом Мажитовой Б.С. заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, мотивированное тем, что по всем указанным в обвинении ФИО2 фактам завышения ею баллов стимулирующего характера путем издания, по мнению предварительного следствия, незаконных приказов об их установлении, конкретный размер этих завышений не указан, в ходе следствия не установлен и представленными стороной обвинения доказательствами не подтвержден, что не позволяет произвести соответствующий расчет, вследствие чего определить пределы обвинения, от которого должна защищаться подсудимая, не представляется возможным. При этом адвокат указывает, что в распоряжении следствия имелись все необходимые данные, позволяющие конкретизировать в чем именно и в каких размерах указанные в оформленных ФИО2 приказах сведения не соответствовали действительности. Кроме того, адвокат указывает на то, что следователем С ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, возбуждены уголовные дела №№ и №, которые были приняты им к своему производству. Руководителем следственного органа ДД.ММ.ГГГГ данные дела соединены в одно производство с ранее возбужденным в отношении подсудимой уголовным делом №, производство по соединенным делам поручено следственной группе в составе следователя С.А.В. и заместителя руководителя следственного органа Л.А.В. Однако, в нарушение требований закона, обвиняемой и представителю потерпевшего состав следственной группы не был объявлен, чем существенно нарушены права ФИО2 на защиту, и, в том числе, лишило её права на заявление отводов лицам, входящим в состав группы.

Подсудимая ФИО2 ходатайство защитника поддержала в полном объеме, дополнительно указывая на нарушение её прав в ходе предварительного расследования, поскольку состав следственной группы ей действительно не был объявлен, а предъявленное ей обвинение не конкретизировано, чем нарушено её право на защиту.

Государственный обвинитель Тимошин И.В. возражал против возвращения дела прокурору, указывая на то, что предъявленное ФИО2 обвинение содержит все необходимые признаки преступлений, позволяющих квалифицировать совершенные ею деяния по ч. 3 ст. 159 УК РФ, а состав следственной группы подсудимой был известен ранее, вследствие чего каких-либо нарушений прав обвиняемой в ходе предварительного расследования уголовного дела допущено не было.

Выслушав подсудимую ФИО2, защитника Мажитову Б.С. и государственного обвинителя Тимошина И.В., с учетом исследованных в судебном заседании доказательств, суд приходит к следующему выводу.

Так, согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, возвращение уголовного дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. Основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости. По смыслу закона, суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения законного, обоснованного и справедливого решения по делу, принимать меры к устранению препятствующих вынесению такого решения обстоятельств.

Кроме того, согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, основанием для возврата дела прокурору являются случаи, когда фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления.

Органом предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении пяти преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, то есть в хищениях с использованием своего служебного положения чужого имущества путем обмана, одно из которых, в крупном размере.

Так, согласно предъявленному обвинению ФИО2 обвиняется в том, что в ДД.ММ.ГГГГ года у неё возник преступный умысел, направленный на совершение путем обмана с использованием своего служебного положения, хищения чужого имущества - денежных средств, выделяемых из бюджета муниципального образования город Норильск на осуществление выплат стимулирующего характера работникам Детского сада, путем незаконного завышения подчиненному работнику Детского сада Ш.Е.П. выплат стимулирующего характера, с последующим изъятием их у той и обращением в свою пользу. 

Кроме того, ФИО2 обвиняется в том, что в ДД.ММ.ГГГГ 2013 года у неё возник преступный умысел, направленный на совершение путем обмана с использованием своего служебного положения, хищения чужого имущества - денежных средств, выделяемых из бюджета муниципального образования город Норильск на осуществление выплат стимулирующего характера работникам Детского сада, путем незаконного завышения подчиненному работнику Детского сада М.И.П. выплат стимулирующего характера, с последующим изъятием их у той и обращением в свою пользу.

Кроме того, ФИО2 обвиняется в том, что в ДД.ММ.ГГГГ года у неё возник преступный умысел, направленный на совершение путем обмана с использованием своего служебного положения, хищения чужого имущества - денежных средств, выделяемых из бюджета муниципального образования город Норильск на осуществление выплат стимулирующего характера работникам Детского сада, путем незаконного завышения подчиненным работникам Детского сада выплат стимулирующего характера, с последующим изъятием их и обращением в свою пользу.

Кроме этого, ФИО2 обвиняется в том, что в ДД.ММ.ГГГГ года у неё возник преступный умысел, направленный на совершение путем обмана с использованием своего служебного положения, хищения чужого имущества - денежных средств в крупном размере, выделяемых из бюджета муниципального образования город Норильск на осуществление выплат стимулирующего характера работникам Детского сада, путем незаконного завышения подчиненным работникам Детского сада выплат стимулирующего характера, с последующим изъятием их и обращением в свою пользу.

Помимо этого, ФИО2 обвиняется в том, что ДД.ММ.ГГГГ года у неё возник преступный умысел, направленный на совершение путем обмана с использованием своего служебного положения, хищения чужого имущества - денежных средств, выделяемых из бюджета муниципального образования город Норильск на осуществление выплат стимулирующего характера работникам Детского сада, путем незаконного завышения подчиненным работникам Детского сада выплат стимулирующего характера, с последующим изъятием их и обращением в свою пользу.

Из обвинения ФИО2 следует, что она, действуя из корыстной заинтересованности, вопреки интересам службы, используя свое служебное положение, обладая полномочиями по изданию приказов о выплатах стимулирующего характера работникам детского сада, незаконно оформляла приказы об установлении стимулирующих выплат и, в том числе, работникам Ш.Е.П., М.И.П., Ш.Н.Н., О.Т.С. (Р.Т.С.), Ш.Ю.В. и Я.Е.Ю., указывая в этих приказах не соответствующие действительности завышенные сведения о начисленных этим работникам выплатах стимулирующего характера, и впоследствии предоставляла приказы в МКУ «Централизованная бухгалтерия учреждений общего и дошкольного образования», вводя, тем самым, в заблуждение работников бухгалтерии, которые, не зная о преступных намерениях ФИО2, оформляли заявки на оплату расходов, передавая их в Финансовое управление Администрации города Норильска, сотрудники которого в виде сформированных платежных поручений в электронном виде направляли платежи в банки для перечисления денежных средств. Работникам Ш.Е.П., М.И.П., Ш.Н.Н., О.Т.С. (Р.Т.С.), Ш.Ю.В. и Я.Е.Ю., не ставя в известность о своем преступном умысле, и вводя их в заблуждение относительно своих преступных намерений, К.Т.В. сообщала об умышленном завышении выплат стимулирующего характера в виде конкретных денежных сумм, которые указанные работники должны были передать ей после перечисления им заработной платы, чтобы в дальнейшем потратить их в интересах детского сада. Ш.Е.П., М.И.П., Ш.Н.Н., О.Т.С. (Р.Т.С.), Ш.Ю.В. и Я.Е.Ю., не знавшие о преступных намерениях ФИО2, соглашались с этим и впоследствии передавали ей указанные в обвинительном заключении денежные средства.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении должны быть указаны: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела.

В соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ, при производстве предварительного следствия подлежит доказыванию, в том числе, событие преступления: время, место, способ и другие обстоятельства его совершения.

Согласно ст. 171 УПК РФ, в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого указывается описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Из указанных требований закона следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу данных о деянии, указанном в формулировке обвинения.

При этом отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминируемого деяния и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемой право знать, в чем она конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ).

По смыслу уголовного закона, способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве, являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом. Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение.

Из исследованных в судебном заседании оформленных ФИО2 приказов о выплатах стимулирующего характера следует, что размер этих выплат всякий раз устанавливался ею путем указания в приказах конкретного количества баллов каждому отдельному работнику, а в денежном выражении выплаты в дальнейшем определись работниками МКУ «Централизованная бухгалтерия учреждений общего и дошкольного образования», которым передавались указанные приказы.

При этом из предъявленного ФИО2 обвинения следует, что всякий раз, оформляя приказы об установлении выплат стимулирующего характера подчиненным работникам, она указывала в них не соответствующие действительности завышенные, то есть заведомо ложные сведения. Однако каких-либо качественных и количественных параметров этого завышения, а также указания на конкретные сведения, которые, по версии обвинения, следует считать не соответствующими действительности, в обвинительном заключении не приведено, что с учетом положений, установленных п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, о том, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением, не позволяет определить существо обвинения, от которого ФИО2 должна защищаться, его пределы применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, что, несомненно, ущемляет гарантированное подсудимой право знать, в чем конкретно она обвиняется.

Кроме того, в качестве способов изъятия бюджетных денежных средств и введения в заблуждение работников МКУ «Централизованная бухгалтерия учреждений общего и дошкольного образования» в обвинительном заключении указано на незаконное оформление ФИО2 в каждом случае приказов о выплатах стимулирующего характера с указанием в них не соответствующих действительности завышенных сведений о начисленных Ш.Е.П., М.И.П., Ш.Н.Н., О.Т.С. (Р.Т.С.), Ш.Ю.В. и Я.Е.Ю. выплатах стимулирующего характера.

Поскольку указанные приказы обладают всеми необходимыми признаками официальных документов, то указанные в обвинительном заключении обстоятельства указывают на наличие признаков служебного подлога, как способа изъятия бюджетных денежных средств, что является основанием для дополнительной квалификации вмененных органом предварительного следствия ФИО2 деяний, предъявления более тяжкого обвинения ввиду наличия признаков совокупности преступлений.

При этом, поскольку способом введения в заблуждение работников МКУ «Централизованная бухгалтерия учреждений общего и дошкольного образования» в каждом случае в обвинительном заключении указано на представление подсудимой подложных документов – приказов о выплатах стимулирующего характера, содержащих заведомо ложные сведения, орган предварительного следствия, формулируя обвинение, в любом случае обязан был указать, в том числе, на конкретные фактические данные, послужившие основанием для признания этих приказов подложными, с указанием в обвинении на конкретные заведомо ложные сведения, содержащихся в этих приказах. Однако в обвинительном заключении указание и конкретизация этих сведений отсутствует. Тем самым, оформление подсудимой приказов об установлении баллов стимулирующего характера с указанием на конкретные заведомо ложные сведения, в качестве способа хищения в обвинительном заключении не раскрыто и не конкретизировано.

При этом наличие в обвинительном заключении указания на последующую передачу работниками детского сада Ш.Е.П., М.И.П., Ш.Н.Н., О.Т.С. (Р.Т.С.), Ш.Ю.В. и Я.Е.Ю. конкретных денежных сумм, не позволяет суду прийти к выводу о том, что именно на эти суммы были введены в заблуждение работники МКУ «Централизованная бухгалтерия учреждений общего и дошкольного образования», производя расчеты на основании оформленных ФИО2 приказов, так как в случае подобных выводов, суд фактически будет формулировать обвинение, которое органом предварительного следствия ФИО2 не предъявлено, что, в свою очередь, будет прямо противоречить положениям, установленным ст. 15 УПК РФ, в соответствии с которыми функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо, а суд не является органом уголовного преследования и не выступает на стороне обвинения.

Кроме того, на л.д. 237-242 тома № 7 имеется неотмененное постановление старшего следователя СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю С.А.В., согласно которому, отказывая в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 за отсутствием в её деянии состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, по факту хищения у Ш.Ю.В. и Р.Т.С. денежных средств, следователь пришел к выводу о том, что в ряде случаев от Ш.Ю.В. и Р.Т.С. подсудимая получала больше денежных средств, чем отражено в качестве излишне выплаченных в проведенном в ходе следствия исследовании финансовых документов. При этом, согласно выводам следователя, достоверно установить размер излишне выплаченных денежных средств указанным работникам не представляется возможным.

Указанный в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ вывод следователя подтверждается содержащимися в Приложении № 1 к указанной Справке от ДД.ММ.ГГГГ сведениями (т. 4, л.д. 23), согласно которым в ДД.ММ.ГГГГ года Ш.Ю.В. излишне выплачено в сравнении с аналитической справкой 

<

данные изъяты> руб., а она передала К.Т.В., согласно предъявленному обвинению, 

<

данные изъяты> рублей, что позволяет прийти к выводу о передаче Ш.Ю.В., в том числе, и средств, принадлежащих исключительно ей, а не бюджету муниципального образования город Норильск.

Таким образом, суд исходит из того, что указанные противоречия, неопределенность и неконкретизированность предъявленного ФИО2 обвинения влекут за собой нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации прав подсудимой на судебную защиту, а также прав потерпевшей стороны на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба, порождает, в том числе, неопределенность в определении качественного и количественного состава потерпевшей стороны, что исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора или принятия иного судебного решения без существенного изменения фактических обстоятельств предъявленного обвинения.

При этом суд не имеет возможности устранить данные нарушения в ходе рассмотрения дела, поскольку, в силу положений ст. 15 УПК РФ, функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела по существу отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или на стороне защиты, а только создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, поэтому на него не может быть возложена функция по толкованию противоречий и неясностей, допущенных в ходе осуществления предварительного расследования по уголовному делу, и, в том числе, в обвинительном заключении.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела в отношении ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело №. ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 также по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 286 УК РФ, возбуждены уголовные дела №№ и №, которые ДД.ММ.ГГГГ руководителем СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю соединены в одно производство. ДД.ММ.ГГГГ руководителем СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю вынесено постановление о поручении производства по уголовному делу следственной группе в составе следователя СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю С.А.В. и заместителя руководителя СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю Л.А.В. Руководителем следственной группы назначен следователь С.А.В., которым ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело принято к своему производству. В соответствии с ч. 2 ст. 163 УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ обвиняемой ФИО2 и представителю потерпевшего Ш.С.В. объявлен состав группы, разъяснен порядок отвода в соответствии со ст.ст. 61, 67 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ следователем С.А.В. в отношении К.Т.В. по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, возбуждены уголовные дела №№ и №, которые руководителем СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю ДД.ММ.ГГГГ соединены в одно производство с уголовным делом №. Производство предварительного следствия по соединенным делам вновь поручено следственной группе в составе следователя СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю С.А.В. и заместителя руководителя СО по городу Норильску ГСУ СК РФ по Красноярскому краю Л.А.В. Руководителем следственной группы назначен следователь С.А.В., которым ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело принято к своему производству.

В то же время, в нарушение требований, установленных ч. 2 ст. 163 УПК РФ, состав следственной группы, которой было поручено производство по соединенным уголовным делам, обвиняемой ФИО2 и представителю потерпевшего Ш.С.В. не был объявлен, чем были нарушены права указанных лиц, поскольку содержащаяся в ч. 2 ст. 163 УПК РФ норма, предусматривающая обязанность объявить о составе следственной группы, применяется во взаимосвязи с положениями ст. 6.1; п. 5 ч. 2 ст. 42; п. 5 ч. 4 ст. 46, ст. 62 и ст. 67 УПК РФ, и направлена на обеспечение права знать состав следственной группы и при наличии к тому оснований заявлять отводы входящим в нее лицам в сроки, достаточные для реализации данного права, что прямо следует из содержания Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2013 года N 679-О.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что данные нарушения являются существенными и неустранимыми в ходе судебного разбирательства, исключают возможность принятия судом решения по существу дела, поскольку при указанных обстоятельствах, суд лишен возможности постановить приговор или вынести иное решение, а также самостоятельно устранить нарушения требований уголовно-процессуального закона, вследствие чего уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении пяти преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, подлежит возвращению прокурору города Норильска Красноярского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

При этом, при разрешении вопроса о мере пресечения в отношении подсудимой, суд приходит к выводу о том, что в настоящее время основания для сохранения в отношении неё меры пресечения в виде домашнего ареста, как одной из наиболее строгих мер, отпали, а интересы всех участников уголовного судопроизводства по данному делу могут быть соблюдены путем изменения этой меры пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь п.п. 1 и 6 ч. 1 ст. 237, ст. 256 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении пяти преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвратить прокурору города Норильска Красноярского края для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде домашнего ареста изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд Красноярского края в течение десяти суток со дня его вынесения.

Председательствующий И.А. Злобин