УИД 22RS0012-01-2019-000395-07

Дело №2-330/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

25 июня 2019 года

г.Славгород

Славгородский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Щербина Е.В.

при секретаре Мезенцевой Т.Н.,

с участием истицы ФИО1,

представителя МО МВД России «Славгородский» - ФИО2, действующей на основании доверенности за № от 09.01.2019 года, выданной Врио начальника Д.Рябчун сроком по 31.12.2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ, МО МВД России «Славгородский» и Министерству внутренних дел РФ о компенсации морального вреда, причиненного незаконным бездействием должностных лиц,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Славгородский городской суд с иском к Министерству финансов РФ и МО МВД России «Славгородский» о компенсации морального вреда, причиненного незаконным бездействием должностных лиц.

В обоснование своих требований указала, что постановлением следователя СО МО МВД России «Славгородский» ФИО3 от 17 июня 2018 года по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, было отказано в возбуждении уголовного дела по рапорту ФИО10 об обнаружении признаков преступления, поданному в ее (истца) интересах (зарегистрированному КУСП № от 11 мая 2017 года).

Не согласившись с указанным постановлением, истец обжаловала его в порядке ст.125 УПК РФ.

Постановлением Славгородского городского суда от 23.04.2019 года производство по ее (истца) жалобе прекращено в связи с отменой обжалуемого постановления постановлением заместителя начальника СО МО МВД России «Славгородский» ФИО11 от 23.04.2019 года.

В связи с указанным истец считает, что сотрудниками МО МВД России «Славгородский» было нарушено ее (истца) право на принятие законного, обоснованного и мотивированного решения, а длящимся на протяжении 2-х лет бездействием сотрудников, выразившемся в непринятии законного решения, ей (истцу) был причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях от разочарования в деятельности правоохранительной системы, не желающей защищать ее (истца) интересы.

Кроме того, истец указала, что в связи с длительностью проведения проверки и неоднократного принятия незаконных решений, в том числе и 17.06.2018 года, в настоящее время истек срок давности привлечения виновных лиц к уголовной ответственности, что также вызывает у истца негативные эмоции к правоохранительной системе, не защищающей ее (истца) от противоправных посягательств.

Оценивая моральный вред в 50000 руб., указанную денежную компенсацию вреда истец просит взыскать в солидарном порядке с ответчиков.

Определением суда от 04 июня 2019 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации (л.д.№43-48).

По ходатайству Министерства Финансов РФ (л.д.№53-57) определением суда от 25 июня 2019 года к участию в деле в качестве 3-го лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена начальник отделения СО МО МВД России «Славгородский» ФИО3 (л.д.№189, 189 оборот).

Представитель ответчика Министерства финансов РФФ 

, а также 3-е лицо ФИО3, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. 3-е лицо ФИО3 просила рассмотреть дело в ее отсутствие (л.д.№78).

Учитывая положения ст.167 ГПК РФ, согласно которой суд вправе рассмотреть дело в случае неявки надлежаще извещенных лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований по изложенным в иске основаниям настаивает. Указала, что она являлась потерпевшей по уголовному делу частного обвинения по обвинению ФИО5 по ст.11 5 УК РФ. В рамках указанного уголовного дела ФИО5 была признана виновной и в отношении нее вынесен обвинительный приговор. При этом суд отнесся критически к показаниям свидетелей ФИО12 и ФИО13, которые дали ложные показания, на основании которых ФИО5 также обратилась в порядке частного обвинения и пыталась ее (истца) привлечь к уголовной ответственности. Постановлением следователя производство по заявлению ФИО5 было прекращено, но не по реабилитирующим основаниям, а в связи с истечением срока давности привлечения к ответственности. Именно вследствие указанного она (истец) обратилась с заявлением в полицию о привлечении свидетелей ФИО12 и ФИО13 к уголовной ответственности за заведомо ложные показания. Полагала, что будет принято законное и обоснованное решение в установленные законом сроки. Однако до настоящего времени результата нет, выносимые неоднократно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела отменялись как незаконные, а ФИО12 и ФИО13 не привлечены к уголовной ответственности в связи с истечением срока давности привлечения к ответственности. Именно вследствие волокиты, допущенной следователями, в том числе следователем ФИО3, и утраченной возможности привлечь виновных к ответственности она испытывает нравственные страдания.

Представитель ответчика МО МВД ФИО6 Л.А. исковые требования не признала. Полагает, что действия следователей осуществлялись в рамках предоставленных им полномочий и поэтому никакого морального вреда истице причинено не было.

Аналогичная позиция по заявленным истцом ФИО1 требованиям изложена в письменных отзывах ответчиков Министерства финансов и Министерства внутренних дел РФ (л.д.№53-57, 71-73).

Выслушав пояснения истца ФИО1 и представителя, исследовав материалы дела, оценив представленные суду доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, суд приходит к следующему выводу:

Из материалов дела следует, что приговором мирового судьи судебного участка №2 г.Славгорода Алтайского края от 21 октября 2016 года ФИО5 признана виновной в том, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов, находясь в районе торгового места № мясного цеха торгового рынка «ФИО18», расположенного по адресу: 

<

адрес>, на почве личной неприязни нанесла ФИО1 не менее пяти ударов рукой в область головы, причинив последней телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок свыше 3-х недель.

Потерпевшей по делу признана частный обвинитель ФИО1.

При вынесении приговора мировой судья не принял во внимание показания свидетелей ФИО12 и ФИО13 как не нашедшие своего подтверждения (л.д.№164).

Указанный приговор апелляционным постановлением Славгородского городского суда от 20.12.2016 года по существу, в том числе в части квалификации действий ФИО5 и назначенного ей наказания оставлен без изменения.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела №1-67/2015 по заявлению ФИО1 в порядке частного обвинения в отношении ФИО5 по ч.1 ст.115 УК РФ (л.д.№157-172).

Полагая показания свидетелей ФИО12 и ФИО13 лживыми, ФИО14 в интересах ФИО7 обратился в МО МВД ФИО4 «Славгородский» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности свидетеля ФИО13 и свидетеля ФИО12 по ч.1 ст.307 УК РФ.

Согласно положениям ст.144 УПК РФ дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения (п.1). Руководитель следственного органа, начальник органа дознания вправе по мотивированному ходатайству соответственно следователя, дознавателя продлить до 10 суток срок, установленный частью первой настоящей статьи. При необходимости производства документальных проверок, ревизий, судебных экспертиз, исследований документов, предметов, трупов, а также проведения оперативно-розыскных мероприятий руководитель следственного органа по ходатайству следователя, а прокурор по ходатайству дознавателя вправе продлить этот срок до 30 суток с обязательным указанием на конкретные, фактические обстоятельства, послужившие основанием для такого продления (п.3).

В соответствии с положениями ст.146 УПК РФ предусмотрено, что по результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа принимает одно из следующих решений: 1) о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном статьей 146 настоящего Кодекса; 2) об отказе в возбуждении уголовного дела; 3) о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст.151 настоящего Кодекса, а по уголовным делам частного обвинения - в суд в соответствии с частью второй статьи 20 настоящего Кодекса.

Одним из оснований для отказа в возбуждении уголовного дела, в соответствии с п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ является отсутствие в деянии состава преступления.

Согласно ст.148 УПК РФ при отсутствии основания для возбуждения уголовного дела руководитель следственного органа, следователь, орган дознания или дознаватель выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Отказ в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, допускается лишь в отношении конкретного лица (п.1). Отказ в возбуждении уголовного дела может быть обжалован прокурору, руководителю следственного органа или в суд в порядке, установленном статьями 124 и 125 настоящего Кодекса (п.5). Признав постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и направляет соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями, устанавливая срок их исполнения (п.6).

В ходе проверки обращения ФИО14 в интересах ФИО7 ст.следователем СО МВД России «Славгородский» ФИО3 в отношении указанных лиц неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию отсутствия в их действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.307 УК РФ (дача заведомо ложных показаний), которые (за исключением постановления от 03 мая 2019 года на момент разрешения настоящего спора) постановлениями заместителя Славгородского межрайонного прокурора и заместителя начальника СО МО МВД России «Славгородский» отменялись по основанию их преждевременности ввиду немотивированности, либо невыполнения в полном объеме требуемых процессуальных действий, включая необходимость установления места нахождения и опроса гр.ФИО12

Указанные выше обстоятельства подтверждаются материалами проверки по заявлению и жалобам ФИО14 (л.д.№84, 86-156).

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда, истец ФИО1 сослалась на причинение ей нравственных страданий вследствие неоднократного вынесения ст.следователем СО МВД России «Славгородский» ФИО3 незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении свидетелей ФИО13 и ФИО12 по ч.1 ст.307 УК РФ, что не позволило ей привлечь их к уголовной ответственности за ложные показания в суде и таким образом пересмотреть принятое в отношении нее постановление о прекращении уголовного дела по встречному заявлению ФИО5 в порядке частного обвинения по нереабилитирующим основаниям.

Суд учитывает, что по встречному заявлению ФИО5 в порядке частного обвинения уголовное дело в по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ, постановлением мирового судьи судебного участка №2 г.Славгорода от 28.07.2016 года было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, т.е. за отсутствием состава преступления.

Отсутствие в деянии состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), отсутствие события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), а также непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ) относятся к реабилитирующим основаниям прекращения уголовного дела и (или) преследования.

Эти основания означают признание лица не совершившим преступление, в котором оно подозревалось или обвинялось, и как результат - влекут право такого лица на реабилитацию (ч. 2 ст. 212 УПК РФ).

Таковым правом истец ФИО7 воспользовалась в рамках гражданского дела №2-161/2017г. по иску ФИО1 к ФИО5 о возмещении морального вреда (оставленного без изменения определением АКС от 31.05.2017 № 33-5657/2017г., о чем информация имеется в свободном доступе на официальном сайте АКС).

В этой связи доводы истца ФИО7 о том, что привлечение свидетелей ФИО13 и ФИО12 по ч.1 ст.307 УК РФ за ложные показания позволит ей реабилитироваться, являются необоснованными, поскольку привлечение свидетелей к уголовной ответственности указанных последствий для истца не повлечет.

Суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных истцом ФИО1 требований и по иным доводам.

По общим правилам обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований (ст.307 ГК РФ).

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст.41). 

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется (ч. 1). Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ч. 2).

Одним из способов защиты гражданских прав относится возмещение убытков и компенсация морального вреда (ст.12 ГК РФ).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В соответствии со ст.ст.151, 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда; основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 ГК РФ.

Частью 3 ст. 33 Федерального закона от 07.02.2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Ч.1 ст.1070 ГК РФ определено, что Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Предусмотренный п.1 ст.1070 ГК РФ перечень случаев безвиновной ответственности государства за причинение вреда незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, является исчерпывающим.

Таким образом, в тех случаях, когда вред причинен действиями прямо не предусмотренными положениями ч.1 ст.1070 ГК РФ, он подлежит возмещению на общих основаниях, т.е. при наличии вины должностных лиц, а также доказанности факта причинения вреда, неправомерности (незаконности) действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившим вредом.

Отсутствие хотя бы одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

Из положений абзаца 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации также следует, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из содержания приведенных положений закона, условиями, порождающими обязательства по возмещению вреда, являются: противоправность действия (бездействия), причинная связь между действием (бездействием) и наступившим результатом (причинение вреда), вина причинителя вреда.

Не усматривая правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом ФИО1 требований, суд исходит из того, что нарушений каких-либо нематериальных благ истца, подлежащих восстановлению путем их компенсации в денежном выражении, не установлено, соответствующих доказательств истцом не представлено. 

Поскольку в силу принципа диспозитивности активность суда в собирании доказательств ограничена, учитывая положения ч.1 ст.12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, а также положения ч.1 ст.56 и ч.1 ст.57 ГПК РФ, в соответствии с которыми каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, а доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, суд разрешает спор по имеющимся доказательствам.

Истцом ФИО1 не доказан факт причинения ей морального вреда в результате незаконного бездействия должностных лиц.

Согласно положениям ст. ст. 151, 1099 ГК РФ компенсация морального вреда допускается, когда совершаются действия, посягающие на личные неимущественные права гражданина либо на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Из положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда может быть взыскана судом с нарушителя в том случае, если таким нарушением затрагиваются его личные неимущественные права, а также в случаях, предусмотренных законом.

Действующим законодательством не предусмотрено возмещение морального вреда в случае признания незаконными постановлений должностных лиц органов следствия, прокуратуры об отказе в возбуждении уголовных дел.

Оснований для компенсации истцу морального вреда лишь по факту отмены прокурором или вышестоящим должностным лицом принятых установленном УПК РФ порядке и в соответствии с компетенцией постановлений следователя, не имеется, поскольку сам факт отмены постановлений в установленном законом порядке с учетом принципа презумпции невиновности не свидетельствует о незаконности действий должностных лиц органа следствия. 

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что отмененные по процессуальным основаниям постановления следователя повлекли для истца ФИО7 какие - либо последствия в виде нарушения ее личных неимущественных прав, либо принадлежащих ей нематериальных благ, а так же причинили связанные с этим физические или нравственные страдания.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда только в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть которые представлены сторонами.

Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств причинения ему каких-либо нравственных страданий действиями должностных лиц МО МВД России «Славгородский», в том числе следователя ФИО3, а сам по себе факт неоднократной отмены ее постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела безусловным основанием для возмещения денежной компенсации морального вреда являться не может.

Истцом ФИО1 не доказан факт причинения ей нравственных страданий вследствие незаконных действий должностных лиц МО МВД ФИО4 «Славгородский».

Применительно к требованиям ст. ст. 1069, 1070 ГК РФ сам по себе факт неоднократного вынесения ответчиком незаконных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, не свидетельствует о наличии безусловных оснований для возмещения истцу причиненного вреда, в том числе и компенсации морального вреда. Ответственность в данном случае наступает лишь в результате незаконных виновных действий должностных лиц.

Из материалов дела следует, что следователем МО МВД России «Славгородский» по заявлению ФИО14 в интересах ФИО8 проводились проверки в порядке ст. ст. 144 - 154 УПК РФ, по итогам которых на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления, о чем инициатору обращения сообщалось в письменной форме. Указанные постановления неоднократно отменялись вышестоящим должностным лицом как преждевременные, а материал направлялся для проведения дополнительных проверок.

Между тем, указанные обстоятельства не свидетельствуют о наличии в действиях должностных лиц отдела полиции виновного поведения, повлекшего причинение истцу морального вреда.

Сам факт отмены принятых по уголовному делу процессуальных решений не свидетельствует о допущенном должностным лицом полиции бездействии и не может являться безусловным основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку, принимая постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, следователь ФИО3, в производстве которой находился материал проверки по заявлению ФИО14 в интересах истца ФИО7, реализовывал свои процессуальные полномочия, прямо предусмотренные уголовно-процессуальным законом.

В этой связи вывод суда о том, что принятие должностным лицом полиции вышеуказанных постановлений о нарушении личных неимущественных прав истца не свидетельствуют.

Принимая во внимание, что основаниями отмены постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела являлись не нарушения прав заявителя, а нарушения должностными лицами требований процессуального закона, не повлекших нарушения неимущественных прав истицы ФИО1, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Оценив фактические обстоятельства дела и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено, а судом не установлено доказательств наличия совокупности условий для применения к ответчикам ответственности в виде взыскания денежной компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ, МО МВД России «Славгородский» и Министерству внутренних дел РФ о компенсации морального вреда, причиненного незаконным бездействием должностных лиц, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Славгородский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Дата изготовления мотивированного решения 30.06.2019 года.

Председательствующий: Е.В.Щербина