УИД: 11RS0018-01-2020-000010-68

УСТЬ-КУЛОМСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

от 25 февраля 2020 года по делу N 2-50/2020 

Усть-Куломский районный суд Республики Коми 

под председательством судьи Ю.Н. Ерчина,

при секретаре О.Н. Решетиной,

с участием истца ФИО2, представителя ответчика ОМВД России по Усть-Куломскому району ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству внутренних дел Республики Коми, ОМВД России по Усть-Куломскому району о возмещении морального и материального вреда, причиненного действиями сотрудника ДПС ОГИБДД ОМВД,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Республики Коми и ОМВД России по Усть-Куломскому району о возмещении морального вреда в размере 50000 рублей и материального вреда (стоимость топлива на автомашину для поездки в 

<

адрес>) в размере 4000 рублей, причиненного неправомерными действиями сотрудника ДПС ОГИБДД ОМВД. В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району он был привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.23 КРФоАП. Решением Усть-Куломского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление отменено, производство по делу прекращено. Данное постановление было обжаловано инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району на том основании, что у истца не имеется Сертификат соответствия на бустер. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в магазин 

<

данные изъяты>»», расположенный по адресу: 

<

адрес>, в котором покупал бустер, за Сертификатом Соответствия, который впоследствии представил в Верховный Суд Республики Коми. ДД.ММ.ГГГГ решением Верховного Суда Республики Коми решение Усть-Куломского районного суда оставлено без изменения. В связи с незаконным привлечением к административной ответственности истец перенес глубокие нравственные страдания, а именно пострадали его качества: самооценка, добросовестность и законопослушность. Испытал унижение, связанное с незаконным привлечением к административной ответственности. В результате психологических переживаний появились проблемы со 

<

данные изъяты>.

В порядке статей 40, 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определением суда от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена ненадлежащего ответчика Министерства финансов Республики Коми надлежащим – Министерство финансов Российской Федерации. 

В качестве соответчиков привлечены к участию в деле Министерство внутренних дел Российской Федерации и Министерство внутренних дел Республики Коми.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные требования по основаниям, указанным в иске. Дополнительно пояснил, что транспортные расходы он рассчитывал исходя из фактических затрат на проезд личным автотранспортом до 

<

адрес> на автомашине 

<

данные изъяты>. Данных о точном расходе топлива автомашины в летний и зимний период им не найдено. На автозаправке топливо покупал по личной карте. Поскольку в жалобе указывалось на отсутствие сертификата на «бустер», ДД.ММ.ГГГГ он поехал в магазин «

<

данные изъяты>» по месту его приобретения и там получил там сертификат, который представил в суд. ДД.ММ.ГГГГ он ездил на личном авто для участия в судебном заседании в Верховном Суде РК. Размер морального вреда мотивировал исходя из продолжительности дней рассмотрения дела. По делу состоялось три заседания в Усть-Куломском районном суде и одно в Верховном Суде РК. Все это время он переживал, испытывал нравственные страдания в виду несправедливости требований. 

Представитель ответчика – ОМВД России по Усть-Куломскому району ФИО3 выразил несогласие с исковыми требованиями, указывая на то, что получение морального вреда истцом не доказано и нет оснований по возмещению транспортных затрат. Поддержал письменные возражения по иску, в которых приведено, что решение Усть-Куломского районного суда Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ (дело №) не содержит выводов о том, что у сотрудника ОМВД России по Усть-Куломскому району изначально не было никаких оснований для составления административных документов в отношении истца и возбуждения административного дела либо, что сотрудники действовали при отсутствии достаточных оснований или произвольно, или тем более их действия сопровождались злоупотреблением властью. Верховный суд Республики Коми не дал правовую оценку действий ФИО2 на предмет наличия состава административного правонарушения, а сославшись на истечение срока давности привлечения к административной ответственности не установил вину лица в совершении административного правонарушения. В ПДД РФ отсутствует четкая определенность, что относится к детскому удерживающему устройству. Сам по себе факт прекращения производства по делу об административном правонарушении в связи с установлением обстоятельств, при наличии которых лицо, совершившее действия (бездействие), содержащее признаки состава административного правонарушения освобождается от административной ответственности, не может являться безусловным доказательством противоправности и незаконности действий должностных лиц административного органа. Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального' вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Доказательства, подтверждающие причинение истцу физических и нравственных страданий действиями сотрудника ГИБДД, в материалах дела отсутствуют. Отмена постановления о привлечении к административной ответственности, и прекращение производства по делу также не свидетельствуют о наличии достаточных оснований для взыскания компенсации морального вреда. Транспортные расходы, понесенные истцом для участия в деле безосновательны, так как в материалах дела отсутствуют сведения, подтверждающие обстоятельства при которых у истца не имелась возможность использования общественного транспорта. Представленный истцом расчет затрат на ГСМ не обоснован материальным правом.

Ответчики Министерство финансов Российской Федерации, Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство внутренних дел Республики Коми не обеспечили явку своих представителей в судебное заседание. 

В представленных единых письменных возражениях ответчиков МВД России и МВД по Республике Коми приводятся аналогичные доводы, указанные выше в возражениях ОМВД России по Усть-Куломскому району. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика инспектор ДПС ОГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району ФИО1 участия в судебном заседании не принял в связи с нахождением в длительной служебной командировке.

Заслушав лиц участвующих в судебном заседании, исследовав материалы гражданского дела, материалы дела №, суд приходит к следующему мнению. 

Согласно материалам дела следует, что постановлением инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и подвергнут административному наказанию в виде штрафа в размере 3000 рублей. 

Решением Усть-Куломского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление отменено, производство по делу прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КРФоАП ввиду отсутствия состава административного правонарушения. В ходе рассмотрения дела, судья пришел к убеждению о том, что вывод должностного лица о виновности ФИО2 сделан без учета всех обстоятельств дела и положений действующего законодательства. Для привлечения ФИО2 к административной ответственности должностному лицу следовало определить, использовал ли водитель при перевозке ребенка на переднем пассажирском сиденье легкового автомобиля детскую удерживающую систему (устройство). Фактически установлено, что ФИО2 при перевозке своего ребенка использовал именно детское удерживающее устройство, которое соответствовало ранее действовавшему государственному стандарту, это устройство воспринималось заявителем как способное обеспечить безопасность ребенка при перевозке последнего в легковом автомобиле, а обратное по данному делу об административном правонарушении не доказано.

Утверждение инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> ФИО1 о том, что положение ребенка, находящегося на переднем пассажирском сиденье легкового автомобиля, должно быть зафиксировано в пяти местах, не основано на действующем законодательстве.

Решением судьи Верховного суда Республики Коми от ДД.ММ.ГГГГ судебное решение судьи Усть-Куломского районного суда оставлено без изменения, жалоба должностного лица инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району – без удовлетворения.

В материалах дела № по жалобе ФИО2 на постановление по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ имеются фотографии детского удерживающего устройства, где видно, что оно имеет необходимые обозначения и инструкции по его использованию, как по весу ребенка, так и по возрасту. При визуальном осмотре устройства и знании необходимых требований должностному лицу не составляло труда сделать вывод о правомерности использования устройства в тот момент. 

Таким образом, анализируя доказательства и установленные обстоятельства, приведенных в судебных решениях, следует, что у должностного лица инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по 

<

адрес> ФИО1 при должном отношении по исполнению своих должностных обязанностей не имелось законных оснований для возбуждения дела об административном правонарушении в отношении истца. При этом указанное в возражениях ответчиков неопределенность законодательства по использованию детских удерживающих устройств не дает законного права должностным лицам произвольно его толковать в целях квалификации правонарушений. 

Статьей 53 Конституции РФ закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу положений ч. ч. 1 и 4 ст. 1.5 КРФоАП лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При этом, когда в отношении лица, привлеченного к административной ответственности, производство по делу об административном правонарушении прекращено на основании п.п. 1 и 2 ст. 24.5 КоАП РФ, применяются правила, установленные в ст. ст. 1069 - 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ).

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Абзацем первым п. 1 ст. 1064 ГК РФ, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Из системного толкования приведенных норм права следует, что ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 ГК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 постановления от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

На основании п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Частью 3 ст. 33 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу п. 8 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях.

Аналогичное право предоставлено Госавтоинспекции пп. 5 п. 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 15.06.1998 N 711, согласно которому Госавтоинспекция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет, в том числе, право составлять протоколы об административных правонарушениях, назначать в пределах своей компетенции административные наказания юридическим лицам, должностным лицам и гражданам, совершившим административное правонарушение, применять иные меры, предусмотренные КоАП РФ.

Частью 1 ст. 6 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции" установлено, что полиция осуществляет свою деятельность в точном соответствии с законом. Всякое ограничение прав, свобод и законных интересов граждан, а также прав и законных интересов общественных объединений, организаций и должностных лиц допустимо только по основаниям и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом (ч. 2 той же статьи).

В связи с этим для разрешения требований гражданина о компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, необходимо установление незаконности акта о привлечении к административной ответственности, факта наличия нравственных страданий, а также наличия причинной связи между имевшими место нравственными страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего в результате незаконного привлечения к административной ответственности.

Неправомерность привлечения должностным лицом ГИБДД к административной ответственности ФИО2 по ч.3 ст.12.23 КРФоАП установлена вступившим в законную силу судебным решением, которым производство по делу об административном правонарушении в отношении истца прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения, за совершение которого он был привлечен к административной ответственности.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истец ссылался на нравственные переживания, понесенные им в результате неправомерных действий инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по Усть-Куломскому району, нарушение такого принадлежащего ему нематериального блага как самооценка, добросовестность и законопослушность. Испытал унижение, связанное с незаконным привлечением к административной ответственности. В результате психологических переживаний появились проблемы со здоровьем: нарушен сон, аппетит, появилась раздражительность. По делу было четыре заседания суда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает приведенные нормы законодательства и обстоятельства причинения истцу морального вреда, руководствуясь принципами разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 3000 рублей.

Кроме того, из материалов дела также следует, что, реализуя право на обжалование постановления об административном правонарушении, ФИО2 участвовал в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в Верховном Суде Республики Коми. В подтверждение проезда истцом предоставлены чеки 

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о стоимости топлива 

<

данные изъяты> на сумму 2000 рублей каждый. Согласно пояснениям истца он ДД.ММ.ГГГГ он выезжал в 

<

адрес> в магазин 

<

данные изъяты>» за сертификатом соответствия, а ДД.ММ.ГГГГ в целях участия в судебном заседании в Верховном Суде Республики Коми.

Поскольку расходы на проезд к месту судебного разбирательства в рамках дела об административном правонарушении не могут быть отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении, в силу положений ст. ст. 15, 1064, 1069 ГК РФ указанные расходы являются убытками истца, причиненными в результате необоснованного привлечения к административной ответственности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Согласно пункту 14 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (статьи 94, 100 ГПК РФ, статьи 106, 112 КАС РФ, статья 106, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

В части компенсации стоимости проезда к месту проведения Верховным судом Республики Коми судебного заседания по рассмотрению жалобы на решение Усть-Куломского районного суда Республики Коми по делу об административном правонарушении, суд пришел к выводу, что указанные расходы истца являются необходимыми и фактическими расходами, связанными с рассмотрением дела в суде. Согласно протоколу судебного заседания Верховного суда Республики Коми от 11.11.2019 истец ФИО2 участвовал в рассмотрении жалобы (л.д.58). Расходы на проезд в судебное заседание и обратно в сумме 2000 рублей (стоимость дизельного топлива на личный автомобиль) суд признает обоснованными, которые не выходят за рамки разумного. Возражая по требованию истца о взыскании расходов на проезд, представитель ответчика не представил суду своих обоснований и доказательств. 

Следует указать и то, что по информации администрации муниципального района «Усть-Куломский» от ДД.ММ.ГГГГ № междугороднее автобусное сообщение по маршруту 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ прекращено в связи с низким пассажиропотоком. Следовательно, ФИО2 не имел возможности воспользоваться услугами общественного транспорта междугороднего назначения.

Вместе с тем расходы на поездку истца ДД.ММ.ГГГГ из 

<

адрес> в магазин 

<

данные изъяты>» за сертификатом соответствия, суд не может признать обоснованными затратами, поскольку указанный Сертификат Соответствия серии № был представлен в дело в незаверенной копии после рассмотрения судьей жалобы на постановление должностного лица. Данный сертификат так же не был принят во внимание в суде второй инстанции в Верховном суде Республики Коми. Из этого следует, что заявленные истцом транспортные затраты связанные с получением сертификата по личной инициативе не могут быть отнесены к материальным затратам (ущербу), связанным с рассмотрением дела. 

Из пункта 3 статьи 125, статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации следует, что по искам, предъявленным в порядке статей 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, в суде от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика выступает главный распорядитель средств федерального бюджета (по ведомственной принадлежности).

В соответствии с Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента РФ от 21.12.2016 N 699, МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета (пп. 100 п. 11).

Таким образом, причиненный истцу моральный и материальный вред подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

Исковое требование ФИО2 удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, понесенные транспортные расходы в размере 2000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 700 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству внутренних дел Республики Коми, ОМВД России по Усть-Куломскому району о взыскании компенсации морального вреда в размере 47000 рублей и транспортных расходов в сумме 2000 рублей, отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Коми в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Усть-Куломский районный суд Республики Коми.

Председательствующий – подпись.

Мотивированное решение составлено 28.02.2020.

Копия верна: судья - Ю.Н. Ерчин