По 1-й инст. – судья Жданов Д.К. Дело № 22-2673/2020

УИД: 76RS0024-01-2020-001239-64

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Ярославль 23 декабря 2020 года

Ярославский областной суд в составе 

судьи Коптелковой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Барашковой В.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Азеева Н.Ю. в защиту интересов осужденного ФИО13 на приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 06 октября 2020 года, которым

ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, не судимый, 

осужден:

по ч. 1 ст. 292 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 40 000 (сорока тысяч) рублей.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление осужденного и его защитника адвоката Азеева Н.Ю. в поддержание доводов апелляционной жалобы, мнение прокурора Симонова С.С. об оставлении приговора без изменения, суд 

у с т а н о в и л :

ФИО13 осужден за совершение служебного подлога, то есть за внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, из иной личной заинтересованности, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Согласно приговору ФИО13 в судебном заседании вину не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного адвокат Азеев Н.Ю. ставит вопрос об отмене приговора по следующим основаниям.

Указывает, что не имеется ни одного доказательства, свидетельствующего о наличии у ФИО13 личной заинтересованности в подписании актов сдачи-приемки выполненных работ, что является обязательным признаком субъективной стороны служебного подлога.

Считает, что показания заместителя военного прокурора Ярославского гарнизона ФИО1 данные им в качестве свидетеля, в той части, в которой он воспроизвел сведения, якобы сообщенные ему ФИО13 15 ноября 2019 года, являются недопустимым доказательством, поскольку указанное лицо в силу своих процессуальных полномочий приравнивается к следователю, который проводит допрос обвиняемого.

Отмечает, что свидетель ФИО2 рассказавший в судебном заседании о том, что ФИО13 пояснял ему о мотивах подписания актов «по дружбе», не сообщал подобных сведений на предварительном следствии. Полагает, что ФИО2 оговорил ФИО13, поскольку между ними существует конфликт. 

С учетом изложенного защитник настаивает, что вывод суда о желании ФИО13 помочь ФИО3 с целью сохранения с ним хороших отношений, основанный лишь на показаниях лица, заинтересованного в оговоре осужденного, - ФИО2, в отсутствии других доказательств, является голословным.

Выражает несогласие с тем, что действия ФИО13 носили умышленный характер. Считает, что ФИО13 подписал акты выполненных работ без фактической их приемки ввиду своей небрежности, так как был введен в заблуждение наличием удостоверений, выданных военным представительством в соответствии с п. 6.6 государственного контракта, подтверждающих окончание технической приемки трех БАТ-2 и соответствие результата работ условиям контракта. С учетом того, что ранее филиалом войсковой части, возглавляемым ФИО13, уже принимались аналогичные работы, они соответствовали государственному контракту и также сопровождались удостоверениями военного представительства, у ФИО13 не было никаких оснований полагать, что работы не выполнены. Считает, что инициирование ФИО13 рекламационной деятельности 12 ноября 2019 года, то есть до начала прокурорской проверки (15 ноября 2019 года), с целью устранения выявленного им несоответствия принятых им работ условиям государственного контракта, было направлено на устранение последствий его халатных действий и свидетельствует об отсутствии умысла на совершение инкриминируемого ему деяния.

Полагает, что назначенное ФИО13 наказание с учетом его материального положения и отсутствия какой-либо общественной опасности содеянного является чрезмерно суровым. 

Просит оправдать ФИО13 за отсутствием в его действиях состава преступления.

На апелляционную жалобу принесены возражения государственным обвинителем Дорощуком К.С., в которых он просит оставить приговор без изменения.

Проверив доводы жалобы по материалам дела, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Выводы суда о виновности ФИО13 в совершении преступления, за которое он осужден, с безусловностью подтверждается совокупностью имеющихся в материалах дела и приведенных в приговоре доказательств, которым судом дана надлежащая оценка.

Так, в соответствии с государственным контрактом с приложениями и дополнительным соглашением на выполнение работ по капитальному ремонту путепрокладчика БАТ-2, заключенным между государственным заказчиком – 

<

данные изъяты> и исполнителем – 

<

данные изъяты>, исполнитель обязан до 10 ноября 2019 года выполнить капитальный ремонт путепрокладчика БАТ-2. Одним из получателей работ являлся филиал 

<

данные изъяты> 

<

адрес>. При приемке работ данные в акте сдачи-приемке выполненных работ, касающиеся получателя, заполняются получателем при приемке работ. Ответственность за достоверность информации, указанной в акте сдачи-приемке выполненных работ, возлагается на исполнителя и получателя. За ненадлежащее качество работ, несвоевременное исполнения обязательств по выполнению работ предусмотрена ответственность исполнителя. В случае если результаты работ не соответствуют условиям контракта, работы считаются невыполненными и оплате не подлежат. Датой выполнения работ является дата подписания получателем акта сдачи-приемки выполненных работ. В случае просрочки исполнения исполнителем обязательств, заказчик требует уплату неустойки.

Согласно техническому заданию на выполнение работ по капитальному ремонту путепрокладчика БАТ-2 (Приложение № 8 к Контракту), правила приемки готовой продукции должны соответствовать ГОСТ РВ 15.307-2002. Выдаваемые из ремонта машины, предъявляются исполнителем работ получателю для осмотра и проверки. Получатель проверяет, в том числе, исправность изделия; внешнее состояние, комплектность, качестве сборки и отделки машины, наличие клейм, пломб, на топливной аппаратуре, спидометре и его приводе.

ФИО13 являлся должностным лицом. На основании приказа командира войсковой части 

<

данные изъяты> ФИО13 с 15 февраля 2019 года по 03 марта 2020 года осуществлял трудовую деятельность в должности начальника филиала войсковой части 

<

данные изъяты>, то есть занимал должность, связанную с организационно-распорядительными, административно-хозяйственными функциями, ему была выдана доверенность на представление интересов Министерства обороны РФ.

Актами, подписанными начальником филиала войсковой части 

<

данные изъяты> ФИО13, как получателем, и заместителем исполнительного директора 

<

данные изъяты> ФИО3 как исполнителем, № 65/7 от 06ноября 2019 г., 65/8 от 07 ноября 2019г., 65/9 от 07 ноября 2019 г. сдачи-приемки выполненных работ по государственному контракту от 12.12.2018 г. №18191871186224432221001181 подтверждено выполнение в срок, указанный в контракте, капитального ремонта путепрокладчиков БАТ-2 зав. № 821102 шасси №8209001, БАТ-2 зав. № 86040244 шасси № 8602011, БАТ-2 зав. № 86090288 шасси № 8608004 в полном объеме, соответствующим качеству, результату и иным требованиям, установленным контрактом.

Между тем, из показаний свидетеля ФИО4, занимающего должность преподавателя – начальника инженерной службы Ярославского высшего военного училища, следует, что, будучи привлеченным военной прокуратурой к проверке в качестве специалиста, 19, 20 и 22 ноября 2019 года осматривал прошедшую капитальный ремонт инженерную технику – путепрокладчики БАТ-2, поступившие 6 и 7 ноября 2019 года в филиал войсковой части 

<

данные изъяты> в рамках заключенного между 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> государственного контракта и выявил значительные нарушения в комплектации вышеуказанных путепрокладчиков, результаты осмотра свидетельствовали о том, что объем проведенных работ по капитальному ремонту указанных путепрокладчиков условиям государственного контракта не соответствует, изделия не укомплектованы, по своему прямому назначению использоваться не могут, рабочее оборудование путепрокладчиков требует досборки и доукомплектования в заводских условиях с последующим испытанием.

Согласно показаниям свидетеля ФИО5 начальника производства 

<

данные изъяты>, осуществляющего контроль качества выполнения работ, в период с 01 по 11 ноября 2019 года каких-либо приемо-сдаточных испытаний инженерной техники БАТ -2 не проводилось, поскольку путепрокладчики находились в процессе сборки и не были готовы к проведению даже приемо-сдаточных стационарных испытаний тягача.

О неготовности к сдаче путепрокладчиков по состоянию на 11 ноября 2019 года свидетельствовали в своих показаниях свидетели ФИО6, главный инженер 

<

данные изъяты>, ФИО7, специалист 1 категории 270 военного представительства, ФИО8, слесарь по ремонту автомобильной и специальной дорожной техники – механиком водителем 

<

данные изъяты>, ФИО2, начальник 1-го отдела хранения инженерной техники филиала войсковой части 

<

данные изъяты>.

Помимо указанных доказательств, о виновности ФИО13 в совершении преступления свидетельствуют показания свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, а также иные доказательства, содержание которых подробно приведено в приговоре. 

Факт подписания актов приемки инженерной техники в состоянии, не отвечающем условиям контракта, не отрицается и самим ФИО13

Оснований не доверять представленным доказательствам у суда не имелось, поскольку они согласуются, взаимодополняют друг друга, воссоздавая картину преступления. 

Таким образом, суд правильно установил фактические обстоятельства и пришёл к обоснованному выводу о том, что ФИО13 внес в официальные документы заведомо ложные сведения, поскольку отразил в них и заверил заведомо не соответствующие действительности факты о выполнении 

<

данные изъяты> до 10 ноября 2019 года работ по капитальному ремонту БАТ-2 на определенную сумму в полном объеме, недостатки не выявлены.

Доводы стороны защиты о том, что акты выполненных работ без фактической их приемки были подписаны ФИО13 ввиду небрежности, поскольку имелись удостоверения, выданные военным представительством, подтверждающие окончание технической приемки трех БАТ-2 и соответствие результата работ условиям контракта, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. Как верно указал суд, согласно условиям государственного контракта, техническая приемка, осуществляемая военным представительством, является промежуточной, а окончательную приемку выполняемых по контракту работ осуществляет получатель, т.е. филиал войсковой части 

<

данные изъяты>, который обязан проверить, в том числе исправность изделия, внешнее состояние, комплектность, качество сборки и отделки машины, наличие, полноту и правильность записей в паспорте (формуляре) машины, наличие инструкции по обкатке и эксплуатации отремонтированных машин. С учетом изложенного ФИО13 при подписании актов сдачи-приемки выполненных работ в отношении путепрокладчиков БАТ-2 имел возможность и должен был действовать в строгом соответствии с условиями государственного контракта, ГОСТ РВ 15.307-2002, однако этого не сделал, будучи получателем техники, достоверно зная о несоответствии указанных путепрокладчиков условиям Государственного Контракта, акты подписал. 

Вывод суда о том, что действия ФИО13 являлись умышленными, обоснован. Рекламационная деятельности ФИО13, начатая с целью устранения выявленного им несоответствия принятых им работ условиям государственного контракта, не свидетельствует об отсутствии у него умысла на совершение преступления, за которое он осужден.

Кроме того, вопреки доводам защитника, суд правильно, на основании исследованных доказательств установил, что мотивом совершения ФИО13 преступления являлась иная личная заинтересованность. 

Об этом свидетельствуют показания свидетеля ФИО2, которому со слов ФИО13 известно, что по тот дружбе пошел навстречу руководству 

<

данные изъяты>, дабы не портить отношения, чтобы 

<

данные изъяты> избежало штрафов за невыполнение сроков исполнения государственного контракта.

Оснований ставить под сомнение сведения, сообщенные указанным свидетелем, на чем настаивает защитник, не имеется, доводы об оговоре ФИО13 указанным свидетелем голословны. Из показаний ФИО2 и ФИО13 не следует, что между ними существовал конфликт, который бы мог подвигнуть ФИО2 к возведению ложного обвинения в отношении ФИО13 Показания ФИО13 о том, что ФИО2 часто опаздывал на совещания, у него была головная боль, не свидетельствуют о том, что ФИО2 стремится исказить известную ему информацию. Какой-либо заинтересованности ФИО2 в искусственном создании доказательств по причине конфликтных отношений с ФИО13 не усматривается. 

Напротив показания ФИО2 подтверждаются тем, что ФИО14 знаком с директором 

<

данные изъяты> ФИО3, что следует из показаний самого ФИО13, а также самим фактом внесения ФИО13, в официальные документы - акты сдачи-приемки выполненных работ, заведомо ложных сведений, при этом ФИО13 было достоверно известно о сроках исполнения государственного контракта и об ответственности 

<

данные изъяты>, как исполнителя государственного контракта, за нарушение сроков.

Вместе с тем показания свидетеля - заместителя военного прокурора Ярославского гарнизона ФИО1 об обстоятельствах совершенного ФИО13 преступления, ставших ему известным со слов последнего, на которые суд сослался в приговоре в обоснование своего вывода о виновности ФИО13 в совершении преступления, подлежат исключению как доказательство. В обоснование допустимости такого доказательства суд указал, что сведения, о которых сообщил свидетель со слов ФИО13, стали ему известны в ходе свободного рассказа последнего при проведении проверки, когда в отношении ФИО13 не осуществлялось уголовное преследование, он фактически не являлся подозреваемым и не находился в ином уголовно-процессуальном статусе, а ФИО1 ни в момент получения сведений, ни в дальнейшем в отношении ФИО13 не реализовывались функции дознавателя либо следователя.

Однако указанные ФИО1 сведения касались событий, по которым ФИО13 предъявлено обвинение. 

В соответствии с правовой позицией, сформулированной Конституционным Судом РФ в Определении N 44-О от 6 февраля 2004 года заместитель военного прокурора Ярославского гарнизона ФИО1 мог быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного или процессуального действия при решении вопроса о допустимости доказательства. Показания этой категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из их бесед, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого. Согласно закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, относятся к недопустимым.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что показания свидетеля ФИО1 относительно сведений, которые ему стали известны из беседы с ФИО13 в отсутствие защитника, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности осужденного и подлежат исключению из числа доказательств по делу.

Между тем исключение из числа доказательств показаний ФИО1 не влияет на доказанность вины ФИО13 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела и верно квалифицировал действия ФИО13 по ч. 1 ст. 292 УК РФ, как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, совершенный из иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 УК РФ).

При назначении наказания ФИО13 суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности, отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, имущественное положение, как его самого, так и его семьи, возможность получения им заработной платы или иного дохода, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Вследствие всех обстоятельств суд пришел к обоснованным выводам о назначении наказания ФИО13 в виде штрафа, которые надлежаще мотивировал в приговоре.

По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное судом наказание ФИО13, является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, полностью отвечающим задачам исправления и предупреждения совершения им новых преступлений. 

Нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд 

п о с т а н о в и л:

Приговор Фрунзенского районного суда г. Ярославля от 06 октября 2020 года в отношении ФИО13 изменить:

исключить из приговора ссылку суда как на доказательство показания свидетеля ФИО1

В остальной части указанный приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Азеева Н.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции. 

Судья: