дело № 22-1434/2019 судья Третьяков А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 октября 2019 г. г. Орел

Орловский областной суд в составе

председательствующего Языкеева С.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Куприной Е.М.

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Самойловой С.С. на приговор Советского районного суда г. Орла от 22 августа 2019 г., по которому

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, временно проживавший по адресу: 

<

адрес>, судимый:

12 января 2001 г. Урицким районным судом Орловской области (с учетом определения судебной коллегии по уголовным делам Орловского областного суда 6 марта 2001 г., постановлений Ливенского районного суда Орловской области от 22 марта 2004 г. и от 8 июля 2011 г.) по п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к 7 годам 11 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, 

освобожденный 28 октября 2005 г. на основании постановления Урицкого районного суда Орловской области от 18 октября 2005 г. условно-досрочно на 2 года 10 месяцев 21 день;

30 октября 2006 г. Урицким районным судом Орловской области (с учетом постановления Ливенского районною суда Орловской области от 8 июля 2011 г.) по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, на основании статей 79, 70 УК РФ к 5 годам 4 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом 3 000 рублей;

7 марта 2007 г. Урицким районным судом Орловской области (с учетом постановления Ливенского районного суда Орловской области от 8 июля 2011 г.) по ч. 1 ст. 131 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 7 годам 10 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 3 000 рублей,

освобожденный 5 августа 2014 г. по отбытии срока наказания;

5 февраля 2016 г. Орловским районным судом Орловской области по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ к 1 году 5 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

освобожденный 27 апреля 2017 г. по отбытии срока наказания;

19 июля 2018 г. и.о. мирового судьи судебного участка № 4 Советского района г. Орла по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

освобожденный 17 января 2019 г. по отбытии срока наказания,

осужден по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Срок отбывания осужденным наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей со дня фактического задержания – с 14 марта 2019 г. по день вступления приговора в законную силу.

С ФИО1 взысканы процессуальные издержки по делу, связанные с оплатой вознаграждения адвокату, в сумме 6 300 рублей.

Заслушав выступление осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Левочкина А.В. об отмене приговора по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, государственного обвинителя Токмаковой О.А. об оставлении приговора без изменения, суд

установил:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в краже, то есть тайном хищении чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину. Преступление совершено в период с 22 часов 00 минут до 23 часов 00 минут 11 марта 2019 г. в г. Орле при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении инкриминируемого деяния не признал. 

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат Левочкин А.В. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, просит его отменить, а осужденного ФИО1 – оправдать. В обоснование указывает, что явка с повинной была написана ФИО1 в отсутствие защитника и под принуждением со стороны сотрудников правоохранительных органов. Во время нахождения осужденного под стражей сотрудниками правоохранительных органов также неоднократно предпринимались попытки склонить его к даче ложных признательных показаний. Указанным обстоятельствам и соответствующим заявлениям ФИО1 суд не дал надлежащей оценки. Защитник полагает, что отсутствуют доказательства вины его подзащитного в совершении преступления, за которое он осужден; показания свидетелей и потерпевшего носят предположительный и противоречивый характер; показания ФИО1 в качестве подозреваемого были даны сразу после незаконного отобрания явки с повинной. Также защитник подвергает критической оценке показания свидетеля ФИО7 относительно оставления ФИО1 кошелька в квартире, так как данный кошелек изъят в отделе полиции при осмотре места происшествия с участием ФИО7 Кроме того, принадлежность указанного кошелька не установлена, для опознания он в установленном порядке ни потерпевшему, ни осужденному не предъявлялся.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, проанализировав доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела, а также подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств.

Так, согласно показаниям ФИО1, данным в ходе предварительного следствия, 11 марта 2019 г. около 22 часов он совместно с ФИО7 пришел к ФИО6 и ФИО8 по адресу: 

<

адрес>. Находясь в доме, прошел в комнату и с дивана взял лежавший около подушки кошелек с денежными средствами в сумме примерно 6 000 – 7 000 рублей. В это время в комнате увидел потерпевшего, поэтому положил кошелек на место. Когда потерпевший его не видел, то взял кошелек и положил в карман куртки. После этого с ФИО8 возник конфликт, и он ушел из его дома вместе с ФИО7 Придя в квартиру по адресу: 

<

адрес>, показал последней кошелек и признался, что забрал его из дома потерпевшего. Похищенными денежными он средствами распорядился по своему усмотрению.

Согласно показаниям потерпевшего ФИО8, 11 марта 2019 г. он получил пенсию в банке в сумме 14 400 или 14 600 рублей, точную сумму не помнит, из которой 2 000 рублей он передал в счет долга ФИО9, 2 000 рублей потратил на приобретение спиртного и продуктов питания, а оставшиеся денежные средства в сумме не менее 10 000 рублей положил в кошелек под подушку на диване в зальной комнате. После 18-19 часов того же дня к нему пришел ФИО1 и ФИО7 забрать вещи последней. Когда они собирали вещи, он (потерпевший) и ФИО6 находились на кухне. ФИО1 пропал из его поля зрения, поэтому он зашел в зальную комнату, где увидел осужденного возле дивана с кошельком в руках. На его требование осужденный положил кошелек обратно под подушку и проследовал за ним к выходу из комнаты. Не выходя из комнаты, он вернулся, чтобы забрать кошелек с деньгами, однако под подушкой кошелек не обнаружил. Он потребовал вернуть кошелек, при этом ФИО7 и ФИО6 находились на кухне, но ФИО1 вышел на улицу, а следом вышла ФИО7, после этого о случившемся он сообщил в полицию. Кошелек без денежных средств ему позднее вернули сотрудники полиции, и он опознал его. 

Свидетель ФИО6 показала, что в марте-апреле 2019 г. проживала у потерпевшего по адресу: 

<

адрес>. Примерно в 22 часа 11 марта 2019 г. к ФИО8 пришли ФИО1 и ФИО7 Они все вместе находились на кухне и употребляли спиртное. Позже ФИО1 вышел из кухни и ушел в комнату, потерпевший проследовал за ним. Она увидела, как ФИО8 и ФИО1 друг за другом выходили из комнаты и разговаривали на повышенных тонах о пропаже денежных средств у ФИО8 После этого осужденный ушел из квартиры, а потерпевший остался дома. Следом за осужденным ушла ФИО7 При этом ФИО8 ей пояснил, что ФИО1 похитил у него кошелек (который находился в комнате на диване под подушкой) с денежными средствами в сумме не менее 10 000 рублей. 

Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что 11 марта 2019 г. между 11-12 и потом в районе 22-23 часов она приходила с ФИО1 к ФИО8 в домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес>. Когда они пришли второй раз, в доме находились ФИО8 и ФИО6 Она прошла в ванную комнату, откуда слышала разговор на повышенных тонах между осужденным и потерпевшим о денежных средствах. Через несколько минут крики утихли, она вышла из ванной и увидела ФИО8 и ФИО1 около выхода, а ФИО6 находилась на кухне. Затем она и осужденный вышли из дома и направились по адресу: 

<

адрес>, где осужденный показал коричневый кошелек, достал из него денежные средства купюрами достоинством по 1 000 рублей в сумме 10 0000 рублей и сообщил, что взял их у потерпевшего. Ранее она указанный кошелек видела у потерпевшего. 

Свидетель ФИО9 показал, что приобретал для потерпевшего телевизор за 2 000 рублей. 11 марта 2019 г. в период с 17 часов 10 минут до 17 часов 30 мнут около 

<

адрес> ФИО6 по просьбе потерпевшего передала ему 2 000 рублей за ранее приобретенный для ФИО8 телевизор. На следующий день потерпевший звонил своей дочери (которая является супругой свидетеля) и сообщил, что знакомый по имени Николай 11 марта 2019 г. около 22 часов похитил у него 10 000 рублей, о чем ФИО8 сообщил в полицию.

Вина ФИО1 также подтверждается:

- сообщением ФИО8 от 12 марта 2019 г. о пропаже кошелька с деньгами, зарегистрированным 12 марта 2019 г. в КУСП за № (т. 1 л.д. 3);

- протоколом принятия устного заявления ФИО8 от 12 марта 2019 г. с просьбой привлечь к уголовной ответственности мужчину по имени Николай, который ориентировочно в 23 часа 11 марта 2019 г. из домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, тайно похитил принадлежащий ему кошелек с денежными средствами в сумме 12 000 рублей, причинив значительный ущерб (т. 1 л.д. 4);

- протоколом осмотра места происшествия от 12 марта 2019 г., в ходе которого осмотрен 

<

адрес> (т. 1 л.д. 5-11);

- протоколом осмотра места происшествия от 12 марта 2019 г., в ходе которого ФИО7 выдала кошелек коричневого цвета с надписью «A.Valentino» (т. 1 л.д. 14-20);

- заключением эксперта от 19 марта 2019 г. №-э, согласно которому стоимость кошелька (бумажника) из мягкой кожи темно-коричневого цвета с надписью «A.Valentino» с учетом физического (эксплуатационного) износа по состоянию на 11 марта 2019 г. составляет 1 300 рублей (т. 1 л.д. 131-145);

- протоколом осмотра предметов от 6 июня 2019 г., в ходе которого осмотрена выписка из лицевого счета по вкладу ФИО8, согласно которой потерпевшему 11 марта 2019 г. осуществлена выдача денежных средств в сумме 14 600 рублей (т. 1 л.д. 247-248),

- протоколом очной ставки между ФИО1 и ФИО7 от 14 марта 2019 г., согласно которому ФИО1 подтвердил показания ФИО7 о том, что около 22 часов 11 марта 2019 г. совместно с ФИО1 он пришел по адресу: 

<

адрес>, к ФИО8 и ФИО6; свидетель слышала, что у потерпевшего и осужденного начался конфликт, после которого ФИО1 убежал, а она вышла следом за ним; когда она и ФИО1 пришли в 

<

адрес>, где осужденный показал ей кошелек коричневого цвета и признался, что украл его из дома ФИО8, после этого он забрал из этого кошелька деньги купюрами по 1 000 рублей и ушел (т. 1 л.д. 63-65),

а также иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и положенными в основу обвинительного приговора.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и прийти к обоснованному выводу о его вине в совершении этого деяния.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами стороны защиты об отсутствии доказательств вины осужденного в совершении преступления, так как они опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств.

Всем доказательствам, приведенным в приговоре, в том числе показаниям ФИО1, дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. Показания допрошенных по делу лиц, положенные в основу приговора последовательны, непротиворечивы, взаимно дополняют друг друга, согласуются с письменными материалами уголовного дела, исследованными судом.

Допустимость доказательств, положенных в основу приговора, тщательно проверялась судом первой инстанции. При этом суд первой инстанции проверял доводы осужденного о том, что он не совершал хищения денежных средств у потерпевшего, и обоснованно отверг их.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с произведенной судом оценкой доказательств, не находит оснований полагать, что ФИО1, давая признательные показания на предварительном следствии, оговорил себя.

Как следует из материалов дела, в ходе предварительного расследования право ФИО1 на защиту было соблюдено в полном объеме, что подтверждается имеющимся в деле ордером адвоката, соответствующими записями и подписями в протоколах следственных действий, согласно которым осужденный допрашивался с участием защитника, то есть в обстановке, исключающей воздействие на него вне рамок закона. Правильность записи показаний в протоколах подтверждена подписями адвоката и осужденного, каких-либо замечаний и заявлений о нарушении прав осужденного, о принуждении его к даче ложных показаний и самооговору, а равно о фальсификации и искажении показаний, не поступало. ФИО1 разъяснялись процессуальные права, включая право на защиту и право не свидетельствовать против себя, давать показания либо отказаться от их дачи. Осужденному также разъяснялось, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу. Содержание предусмотренных законом прав зафиксировано в протоколах, и ознакомление с этими правами удостоверено подписями осужденного. В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными.

Не имеется каких-либо оснований утверждать, что заявление ФИО1 о явке с повинной было вынужденным, то есть сделанным под давлением сотрудников полиции, о чем защитник указывает в жалобах, поскольку таких обстоятельств судом не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается. Кроме того, явка с повинной не была положена в основу обвинительного приговора в качестве доказательства.

Как усматривается из приговора, показания осужденного, данные им в ходе предварительного следствия, подверглись тщательной проверке и оценке, и лишь после сопоставления их с иными исследованными судом доказательствами они на законном основании положены в основу приговора. Учитывая, что первоначальные показания, данные ФИО1 на предварительном следствии, согласуются с другими доказательствами по уголовному делу, суд обоснованно положил их в основу приговора, при этом правомерно критически оценил показания осужденного, данные им в судебном заседании.

Вопреки доводам жалобы у суда не имелось оснований не доверять показаниям потерпевшего ФИО8, а также свидетелей ФИО6 и ФИО7, поскольку они не содержат противоречий, согласуются с другими доказательствами в совокупности, оснований для оговора указанными лицами осужденного ФИО1, не установлено. Не имеется также и оснований для признания их недопустимыми доказательствами, поскольку они не основаны на догадке, предположении или слухе, а содержат пояснения, относительно увиденных потерпевшим и свидетелями событий. То обстоятельство, что ФИО8 на основе увиденного, высказал предположение о виновности ФИО1 в совершении хищения, а свидетели ФИО6 и ФИО7 помимо прочего сообщили суду сведения, о которых им стало известно со слов ФИО8, не влияет на допустимость их показаний.

Вопреки доводам стороны защиты, то обстоятельство, что кошелек выдан ФИО7, а не изъят в ходе обыска (выемки) в квартире не свидетельствует о недостоверности ее показаний и недопустимости данного вещественного доказательства. Кроме того, потерпевший в судебном заседании показал, что указанный кошелек опознал сразу, когда он ему был возвращен сотрудниками полиции.

Какие-либо неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности осужденного и требующие толкования в его пользу, по делу отсутствуют. Иную позицию осужденного и его защитника суд апелляционной инстанции расценивает как избранный способ защиты, при этом она не основана на имеющихся в материалах уголовного дела доказательствах.

Суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда первой инстанции о вине ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, сделан на основании всестороннего, полного исследования собранных по делу доказательств при соблюдении требований ст. 15 УПК РФ об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон. 

С учетом установленных фактических обстоятельств совершения преступления суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Наказание осужденному назначено в соответствии требованиями статей 6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, наличия смягчающего и отягчающего наказание обстоятельства, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

Судом обоснованно признаны в качестве смягчающего наказания обстоятельства состояние здоровья осужденного, а в качестве отягчающего – рецидив преступлений.

При этом судом обоснованно не признано в качестве смягчающего обстоятельства заявление ФИО1 о явке с повинной, поскольку фактические обстоятельства преступления были достоверно известны сотрудникам полиции от потерпевшего и свидетелей до задержания ФИО1 и написания им указанного заявления.

Суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает принципам и целям, предусмотренным статьями 6 и 43 УК РФ. Оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд первой инстанции назначил наказание в виде лишения свободы в пределах санкции п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с учетом положений ч. 2 ст. 68 УК РФ, при этом с учетом совокупности установленных обстоятельств обоснованно не применил положения ч. 3 ст. 68 УК РФ. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления в соответствии со ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ст. 53.1, ст. 73 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел и суд апелляционной инстанции таковых не усматривает, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления и приведенные в приговоре сведения о его личности.

По делу установлено отягчающее наказание обстоятельство, что исключает возможность применения при назначении наказания положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Советского районного суда г. Орла от 22 августа 2019 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Председательствующий