УЛЬЯНОВСКИЙ  ОБЛАСТНОЙ  СУД

Судья Талягина Ю.Е.                                                                       Дело № 22-1399/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ  ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ульяновск                                                                                  17 сентября 2025 года

Ульяновский областной суд в составе:

председательствующего Демковой З.Г.,

с участием прокурора Осипова К.А.,

защитника-адвоката Компанейца Д.Р.,

потерпевшего Ж***, 

при секретаре Терентьевой А.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Компанейца Д.Р. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Новоспасского районного суда Ульяновской области от 16 июля 2025 года, которым   

ФИО1, 

***, ***, ***, ***, несудимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Решены вопросы о мере пресечения, порядке следования к месту отбывания наказания,  исчислении срока отбывания основного и дополнительного наказания, зачете времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы, гражданских исках, процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Доложив содержание приговора, существо апелляционной жалобы, возражений, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть двух лиц.

Преступление совершено ФИО1  6 сентября 2024 года на территории Новоспасского района Ульяновской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Компанеец Д.Р. считает приговор несправедливым. Суд необоснованно не признал в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование ФИО1 раскрытию и расследованию преступления. В транспортных средствах В*** и осужденного отсутствовали видеорегистраторы,  пассажиры, находившиеся в автомобиле ФИО1, спали, автотехническая экспертиза не определила угол взаимного расположения транспортных средств перед дорожно-транспортным происшествием, механизм столкновения. ФИО1 в содеянном раскаялся, на следствии и в суде давал признательные показания, без которых проведение указанной выше экспертизы и установление истины было бы затруднительно. Кроме того, в случае отбывания ФИО1 наказания в колонии-поселении он не сможет своевременно и в полном объеме возместить потерпевшим моральный вред. Просит приговор изменить, признать смягчающим наказание обстоятельством активное способствование  раскрытию и расследованию преступления, назначить ФИО1 наказание с применением ст.ст. 64, 73 УК РФ. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Шундикова Е.В. считает приговор законным и обоснованным. При назначении наказания суд в полной мере учел все сведения о личности осужденного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. Суд обоснованно не учел в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 каких-либо действий, направленных на оказание помощи правоохранительным органам, не совершал, ранее не известную органам следствия информацию не предоставлял. Вина его подтверждается совокупностью доказательств, полученных органами следствия. Назначенное ФИО1 наказание является справедливым. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции:

-  защитник-адвокат Компанеец Д.Р. доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме;

- прокурор Осипов К.А., потерпевший Ж*** возражали против доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Выводы суда, изложенные в приговоре, о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на всестороннем анализе исследованной судом достаточной совокупности доказательств, которым в соответствии со ст. 88 УПК РФ дана объективная оценка, приведены убедительные мотивы, в силу которых принял одни доказательства и отверг другие.

Положенные судом в основу приговора доказательства стороны обвинения получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются между собой, а потому обоснованно  признаны относимыми, допустимыми и достоверными. 

Виновность осужденного ФИО1 подтверждается его признательными показаниями, данными в ходе предварительного расследования, согласно которым он 6 сентября 2024 года около 22 часов 25 минут, управляя автомобилем марки «Т***», при совершении маневра обгона движущегося впереди  грузового тягача «С***» с полуприцепом выехал на полосу встречного движения. Увидев впереди свет фар встречного автомобиля, принял решение завершить маневр обгона и продолжил движение. Затем, осознав возможность наступления дорожно-транспортного происшествия, предпринял меры к перестроению на свою полосу движения, но не успел, совершив при этом по касательной столкновение со встречным автомобилем марки «Т***», после чего его автомобиль выбросило в кювет. В последующем узнал, что водитель и пассажир встречного автомобиля погибли (т.  1 л.д. 190-193, 196-200, 204-206, 229-230, 234-236).

Суд первой инстанции правильно указал на отсутствие нарушений норм уголовно-процессуального закона при следственных действиях с участием ФИО1 Перед допросом осужденному разъяснялись предусмотренные законом права, в том числе положения ст. 51 Конституции РФ, он предупреждался о возможном использовании его показаний в качестве доказательств по уголовному делу, в том  числе при последующем отказе от этих показаний. Допросы проводились с соблюдением права на защиту, исключающего возможность оказания давления на допрашиваемого, с участием защитника. Как видно из протоколов,  показания осужденный давал добровольно, на необъективность ведения допроса, искажения показаний и неполноты записей в процессуальных документах замечаний не принесено. 

Доводы осужденного о том, что в попутном с ним направлении перед автомобилем «С***» двигался второй грузовой автомобиль, не пропустивший его и создавший таким образом ему препятствие в завершении маневра обгона, обоснованно не приняты судом во внимание, поскольку о данном автомобиле осужденный впервые заявил лишь в судебном заседании, при этом в данной части  его показания объективного подтверждения, в том числе в показаниях непосредственного очевидца дорожно-транспортного происшествия – водителя автомобиля «С***» С***, свидетеля Е***, которому осужденный сообщил об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия непосредственно сразу после столкновения, не нашли. А потому суд апелляционной инстанции расценивает их как позицию защиты в целях улучшить свое процессуальное положение.

Таким образом, проанализировав показания осужденного в ходе предварительного расследования в совокупности с другими доказательствами по делу, суд правильно признал их допустимыми, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и положил в основу приговора.

Ставить под сомнение достоверность изложенных в них сведений у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Кроме признательных показаний осужденного, его виновность подтверждена исследованными доказательствами.

Так, из показаний потерпевшей С*** следует, что, прибыв на место дорожно-транспортного происшествия, от водителя «большегруза» узнала, что автомобиль под управлением осужденного начал маневр обгона, выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с автомобилем ее брата.

Согласно показаниям свидетеля С***, данным в ходе следствия и оглашенным в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, 6 сентября 2024 года он, управляя автомобилем «С***», около 22 часов 25 минут увидел, что движущийся сзади в попутном направлении автомобиль марки «Т***» начал совершать маневр обгон его автомобиля по встречной полосе движения, не убедившись в отсутствии встречных автомобилей. В этот момент по встречной полосе на расстоянии около 30-50 метров двигался легковой автомобиль «Т***». Он предположил, что автомобили не смогут разъехаться на одной полосе движения, поэтому снизил скорость, чтобы обгоняющий автомобиль смог перестроиться на свою полосу движения.  Водитель автомобиля «Т***» стал перестраиваться, а водитель встречного автомобиля начал уходить на обочину, но избежать столкновения не удалось. На встречной для автомобиля «Т***» полосе движения произошел касательный удар данных автомобилей, в результате чего их выбросило в кювет. На автомобиле «Т***» были множественные внешние повреждения, а рядом находилось 2 погибших мужчин (т. 1  л.д. 144-147). 

Из оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Е*** в ходе следствия следует, что  6 сентября 2024 года он в качестве пассажира находился в автомобиле «Т***». После дорожно-транспортного происшествия и приезда сотрудников ДПС водитель автомобиля рассказал, что при обгоне грузового автомобиля не сумел завершить маневр и вернуться на свою полосу движения, в результате чего произошло столкновение по касательной с движущимся во встречном направлении автомобилем (т. 1 л.д. 168-170). 

Из показаний свидетеля Г***, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, следует, что автомобиль «Т***» находился в его владении на основании доверенности от собственника Н***. По просьбе ФИО1 5 сентября 2024 года он передал ему данный автомобиль, находящийся в технически исправном состоянии, для  поездки. На следующий день узнал, что на данном автомобиле ФИО1 совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погибли 2 человека, а автомобиль получил механические повреждения (т.1 л.д. 176-177, т. 2 л.д. 149-150).

Вопреки доводам защиты, оснований подвергать сомнению показания приведенных выше свидетелей обвинения у суда первой инстанции не имелось, причин для оговора ими осужденного не установлено, с осужденным ранее они знакомы не были. Их показания последовательны на протяжении всего разбирательства по делу, существенных противоречий, могущих повлиять на  установление истины по делу, не содержат, согласуются с иными доказательствами по делу. 

Протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия с указанием расположения транспортных средств «Т***» (правый         кювет в сторону г.Ч***) и «Т***» (левый кювет в сторону г. Ч***), имеющих механические повреждения, грузового автомобиля «С***» с полуприцепом (на обочине в сторону движения г. М***), зафиксированы следы торможения на обоих полосах движения, следы от шин в левом и правом кюветах, местоположение трупов потерпевших В*** и Ж***. Установлено направление движения транспортных средств в момент дорожно-транспортного происшествия (автомобилей «Т***» и «С***» - в сторону г.М***, автомобиля «Т***» - в сторону г.Ч***).  Транспортные средства изъяты (т. 1 л.д. 31-41).

Указанные в протоколе осмотра сведения зафиксированы в схеме дорожно-транспортного происшествия (т. 1 л.д. 42) и фототаблице (т. 1 л.д. 43-72).

Таким образом, вопреки доводам защиты, значимые для установления истины по делу обстоятельства (направление движения транспортных средств, следы торможения, расположение автомобилей после столкновения, наличие у них механических повреждений, последствия дорожно-транспортного происшествия – 2 трупа потерпевших) в ходе осмотра места происшествия установлены и нашли отражение в соответствующих протоколе и схеме. А потому доводы защиты о неполноте содержащихся в них сведений судом апелляционной инстанции отклоняются как несостоятельные.

Заключением автотехнической экспертизы, согласно выводам которой,  действия водителя ФИО1, не соответствующие требованиям п. 8.1 (в части безопасности выполнения маневра), п. 11.1 Правил дорожного движения, находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием. Техническая возможность избежать столкновение у ФИО1 заключалась в соблюдении им требований данных пунктов Правил дорожного движения (т. 2 л.д. 47-58).

Тот факт, что на часть вопросов эксперт ответить не смог по причине глобальных повреждений автомобиля «Т***», не свидетельствует о недостоверности изложенных в экспертизе выводов и невиновности осужденного. Как правильно указал суд, данная экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями УПК РФ, лицом, обладающим специальными познаниями в исследуемой области, имеющим длительный стаж работы экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. А потому она верно признана судом относимым и допустимым доказательством и положена в основу приговора. У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для иной ее оценки.

Заключениями судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевших В*** и Ж***, согласно которым у каждого из них имелась тупая сочетанная травма тела, осложнившаяся травматическим шоком, левостороннним гемопневмотораксом, правосторонним гемотораксом и гемоперитонеумом, которая квалифицируется как тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни, образовалась прижизненно, незадолго (минуты) до наступления смерти и явилась причиной их смерти. Характер, локализация и механизм образования повреждений у потерпевших не исключают возможности их причинения в комплексе одной механической травмы, а именно автомобильной травмы в результате удара о предметы внутренней компоновки салона автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия (т. 1 л.д. 245-252, т. 2 л.д. 2-8). 

Судом принято правильное решение о  соответствии в полном объеме всех исследованных доказательств требованиям ст.ст. 74, 84 УПК РФ, они содержат сведения, подлежащие доказыванию в соответствии с положениями ст.73 УПК РФ. 

С учетом выводов автотехнической экспертизы, судом верно установлено нарушение водителем ФИО1 п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, п. 11.1 Правил дорожного движения РФ – прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. При соблюдении ФИО1 данных пунктов Правил дорожного движения РФ, столкновения бы транспортных средств не произошло.

Обвинение, предъявленное ФИО1 и изложенное в приговоре, является конкретизированным. В нем приведены все допущенные им при управлении автомобилем нарушения Правил дорожного движения РФ, состоящие в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде дорожно-транспортного происшествия и причинения смерти потерпевшим В*** и Ж***, а также обстоятельства произошедшего.

Доводы защиты в суде первой инстанции о том, что ширина проезжей части при принятии определенных мер потерпевшим В*** позволяла разъехаться 3 автомобилям без столкновения, являются ничем не обоснованным, противоречащим протоколу осмотра места происшествия и схеме дорожно-транспортного происшествия  предположением иной, не соответствующей обстоятельствам дела, дорожной ситуации. А потому данные доводы правильно судом первой инстанции отклонены как явно необоснованные.

Вопреки доводам защиты, нахождение потерпевшего В*** в момент управления автомобилем «Т***» в состоянии алкогольного опьянения и неоднократное привлечение его к административной ответственности в причинно-следственной связи с произошедшим столкновением не состоят, поскольку судом верно установлено, что дорожно-транспортное происшествие произошло только вследствие того, что ФИО1, не убедившись в отсутствии встречных автомобилей либо их наличие на достаточном для обгона впереди движущегося грузового автомобиля с прицепом, начал совершать маневр и выехал на встречную полосу движения.

В соответствии с положениями ч.1 ст.88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а собранные доказательства в совокупности достаточными для постановления приговора. Вопросы, изложенные в ст.299 УПК РФ, разрешены судом правильно и обоснованно мотивированы в приговоре. Всем доводам защиты дана надлежащая оценка.

Существенных противоречий в доказательствах, положенных в основу приговора, ставящих под сомнение доказанность виновности осужденного и несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, не имеется. 

У суда апелляционной инстанции отсутствуют какие-либо основания для иной оценки доказательств по делу. 

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств позволили  суду правильно установить  фактические обстоятельства совершенного преступления и прийти к обоснованному выводу о доказанности  виновности ФИО1  

Оценка действиям осужденного по ч.5 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц, судом первой инстанции дана верная и надлежащим образом мотивирована. При этом правильно исключено из квалификации указание на причинение смерти более, чем 2 лицам.

Из  протокола и аудиозаписи судебного заседания следует, что судом обеспечено равенство прав сторон, которым были созданы необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона не допущено. Все доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, законность и обоснованность принятых по ним судом решений сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. Право осужденного на защиту не нарушено. Стороны, в том числе и осужденный, не были лишены возможности представлять и исследовать доказательства, знакомиться с материалами уголовного дела, протоколом и аудиозаписью судебного заседания. 

Приговор постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений ст. 307 УПК РФ, которые являлись бы основаниями для отмены приговора, судом не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.

Суд рассмотрел вопрос о вменяемости осужденного и пришел к правильному выводу, что, с учетом его поведения в ходе предварительного и судебного следствия, которое является адекватным сложившейся ситуации, ФИО1 является вменяемым лицом, подлежащим уголовной ответственности.

Наказание осужденному в виде лишения свободы и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначено, вопреки доводам жалобы, в соответствии с требованиями ст. ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления,  полных данных  о личности виновного, в том числе обстоятельств смягчающих наказание, отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния  наказания на  исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судом учтено, что ФИО1 совершил впервые преступление средней тяжести,  не судим, неоднократно привлекался к административной ответственности в области дорожного движения, на учетах не состоит, имеет постоянное место жительства; состоит в браке, воспитывает малолетнего ребенка, характеризуется положительно, имеет грамоты и благодарственные письма за трудовую деятельность.

Правильно судом отклонены доводы представителя потерпевшей С*** -С*** об отсутствии оснований для учета в качестве характеризующих осужденного сведений положительных характеристик из организаций, с которыми он сотрудничал на основании  гражданско-правовых договоров, поскольку отсутствие официального трудоустройства в данных организациях не свидетельствует о недостоверности изложенных в них сведениях.

В качестве смягчающих обстоятельств судом верно признаны наличие малолетнего ребенка, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, к которым суд относит принесение им извинений, добровольное возмещение материального ущерба потерпевшей С***, связанного с возмещением расходов на погребение, и частичное возмещение ей же морального вреда,  полное признание  вины и раскаяние в содеянном, совершение впервые преступления по неосторожности, имущественное, материальное, семейное положение, положительные характеристики, награждение грамотами и благодарственными письмами.

Вопреки доводам защитника в суде апелляционной инстанции о признании в качестве смягчающих иных обстоятельств, оснований для этого не имеется, поскольку наличие положительных характеристик,  благодарственных писем и грамот, малолетнего ребенка, семейное положение, признание вины, раскаяние в содеянном,  совершение впервые  преступления, а также частичное возмещение морального вреда потерпевшей С*** уже признаны таковыми и двойному учету не подлежат.

Суд апелляционной инстанции, вопреки доводам защитника, не признает смягчающими наказание осужденного обстоятельствами наличие у ФИО1 постоянного места жительства, регистрации, а также тот факт, что на учетах у врача-нарколога и врача-психиатра он не состоит, по следующим основаниям. Так, по смыслу закона под смягчающими и отягчающими наказание обстоятельствами понимаются условия, характеризующие степень общественной опасности совершенного преступления и (или) личность виновного, влияющие на понижение или усиление наказания, и  признаются таковыми с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств уголовного дела. Указание защитником вышеприведенные сведения  такими условиями не являются. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что, несмотря на то, что данные сведения смягчающими обстоятельствами не признаны, судом первой инстанции они были учтены, что прямо следует из приговора.

Вопреки доводам жалобы, судом принято верное решение об отсутствии оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

При этом вывод суда в полном объеме соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 30 постановления Пленума № 58 от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», согласно которой, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "и" ч. 1 ст. 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало лиц, участвовавших в совершении преступления, сообщило их данные и место нахождения, сведения, подтверждающие их участие в совершении преступления, а также указало лиц, которые могут дать свидетельские показания, лиц, которые приобрели похищенное имущество; указало место сокрытия похищенного, место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Вместе с тем, по настоящему уголовному делу таких добровольных и активных действий ФИО1 не предпринято, его виновность в дорожно-транспортном происшествии и обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, были установлены на основании показаний свидетеля С*** – непосредственного очевидца случившегося, указавшего обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, место и механизм столкновения автомобилей, а также заявившего о нарушении именно ФИО1 Правил дорожного движения РФ при совершении маневра обгона. 

Сам же осужденный, согласно его показаниям в суде первой инстанции, узнал об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия со слов сотрудников ГИБДД. Так, именно от них ФИО1 стало известно, что его автомобиль столкнулся с автомобилем «Т***», до этого же он предполагал, что произошло касательное столкновение автомобиля под его управлением с обгоняемым грузовым автомобилем (стр. 27 протокола судебного заседания). 

Последующее же признание осужденным вины, указание в ходе проверки показаний места, где начал совершать маневр обгона, а также расположение его автомобиля после столкновения, с учетом подробных показаний об этом свидетеля С***, а также сведений, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия, не может быть расценено как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судом, вопреки доводам защитника,  верно принято решение об отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст. 15,  53.1, ст. 73 УК РФ, и назначении наказания с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ.     Выводы суда в данной части надлежащим образом мотивированы и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

По смыслу ст.64 УК РФ исключительность смягчающих обстоятельств закон связывает с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления. Причем суд должен прийти к выводу о том, что какое-либо отдельное исключительное обстоятельство  или их совокупность существенно уменьшает степень общественной опасности совершенного преступления. 

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, судом не установлено, а потому, вопреки доводам жалобы, принято верное решение об отсутствии оснований для признания совокупности смягчающих ФИО1 обстоятельств исключительной и назначения ему  наказания с применением ст. 64 УК РФ.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не согласиться с выводами суда.

Таким образом, оснований для смягчения ФИО1 наказания не имеется.

Вид исправительного учреждения, где ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы определен верно на основании положений п.«а» ч. 1 ст. 58 УК РФ, определен порядок его следования к месту отбывания наказания.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального и уголовного законов при назначении наказания судом не допущено, иных обстоятельств, которые влияли бы на назначение наказания и не были учтены судом первой инстанции, не установлено.  

Правильно решены вопросы о мере пресечения, исчислении срока отбывания основного и дополнительного наказания, зачете времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы, процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Вместе с тем, приговор подлежит отмене в части разрешения гражданских исков потерпевших, поскольку судом допущены процессуальные нарушения при их рассмотрении.

Так, судом не в полном объеме учтены  положения ч. 1 ст. 1079 ГК РФ,  правовая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в п. 35 постановления Пленума от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда». Выводы суда в части установления надлежащего владельца автомобиля «Т***» в момент передачи его осужденному (при отсутствии надлежащего перевода имеющейся в материалах дела доверенности на иностранном языке) не мотивированы.

При привлечении собственника автомобиля «Т***»  Н*** в качестве гражданского ответчика и направлении ему об этом извещения простой почтовой корреспонденцией судом оставлено без внимания, что он является гражданином ***, находится за пределами РФ, соответственно, его привлечение к участию в деле, извещение должны осуществляться в рамках Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, заключенной 7 октября 2002 года, ратифицированной Федеральным законом РФ от 30 декабря 2021 года № 452-ФЗ, вступившей в силу для РФ   28 июня 2023 года. 

При этом Указом Президента РФ от 15 мая 2023 года № 349 определены центральные, территориальные и другие органы РФ, уполномоченные на осуществление непосредственного взаимодействия с компетентными органами других государств-участников Конвенции.

Таким образом, привлечение в качестве ответчика по гражданским искам потерпевших собственника автомобиля «Т***» - иностранного гражданина, а также  его уведомление об этом осуществлено с нарушением действующего законодательства РФ, что в последующем приведет к невозможности его исполнения в части принятого по искам решения.

По изложенным основаниям, поскольку рассмотрение надлежащим образом гражданских исков потерпевших требует отложения рассмотрения уголовного дела на длительный срок, решение суда в данной части необходимо отменить, признав за потерпевшими С*** и Ж*** право на удовлетворение иска о возмещении морального вреда. 

Нарушений уголовного закона, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или иное изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции   

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Новоспасского районного суда Ульяновской области от 16 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Отменить решение в части разрешения гражданских исков потерпевших С***, Ж*** о компенсации морального вреда с направлением дела в данной части на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе в порядке гражданского судопроизводства.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения  – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока - непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном ст.ст. 401.10, 401.11, 401.12 УПК РФ порядке.

Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное решение, вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий